Виртуальная библиотека. Русская и зарубежная фантастика, фэнтези, детективы, триллеры, драма, историческая и  приключенческая литература, философия и психология, сказки, любовные романы!!!
главная | новости библиотеки | карта библиотеки | ссылки
РАЗДЕЛЫ
Детектив
Детская литература
Драма
Женский роман
Зарубежная фантастика
История
Классика
Приключения
Проза
Русская фантастика
Триллеры
Философия

КНИГИ ПО АЛФАВИТУ
... А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я

АВТОРЫ ПО АЛФАВИТУ
А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я

ПАРТНЕРЫ



ПОИСК
Введите фамилию автора:
Поиск от Google:



скачать книгу I на страницу автора

времени ее состязания с Джиневрой Фэншо и безусловной победы. Она стала
рассказывать о своем путешествии. Рассказывала она хорошо, умела ловко
подметить частности. Никогда не бывала чересчур многословна, болтлива. Мое
внимание не успело истощиться, а ей самой уже захотелось переменить тему.
Она быстро заключила рассказ, однако ж не сразу перешла к другому. Наступило
неловкое молчание; я чувствовала, что она сосредоточенно о чем-то думает.
Потом, оборотясь ко мне, она смиренно, почти умоляюще произнесла:
- Люси...
- Да, я вас слушаю.
- Моя кузина Джиневра Фэншо все еще у мадам Бек?
- Да, она здесь. А вам, верно, очень хочется ее видеть?
- Нет... не очень.
- Вам вздумалось снова ее пригласить?
- Нет... А она... она все собирается замуж?
- Во всяком случае, не за кого-то, кто вам дорог.
- Но ведь она думает еще о докторе Бреттоне? Не изменились же ее мысли,
ведь два месяца назад у ней все было решено.
- Какая разница? Вы сами видели, каковы их отношения.
- Да, в тот вечер, конечно, вышло недоразумение. Она очень огорчена?
- Нисколько. Но довольно о ней. Видели вы Грэма, слышали о нем, пока
были во Франции?
- Папа получил от него два письма, деловые, кажется. Он что-то тут
улаживал, пока нас не было. Доктор Бреттон, по-моему, уважает папу и рад ему
услужить.
- Да. А вчера вы встретились с ним на бульваре и могли заключить по его
виду, что друзьям его незачем беспокоиться о его здоровье.
- Папа, кажется, того же мнения. Видите, я даже улыбаюсь. Вообще он не
слишком наблюдателен, часто погружен в свои мысли и не замечает того, что
делается вокруг, но вчера он мне сказал, когда доктор Бреттон с нами
простился: "Как весело смотреть на этого мальчика!" Он назвал мальчиком
доктора Бреттона. Он, верно, считает его чуть ли не ребенком, как считает
маленькой девочкой меня. Он это не мне сказал, а пробормотал про себя.
Люси...
Снова в голосе у нее послышались просительные нотки, и она тотчас
встала со стула, перешла ко мне и села на скамейке у моих ног.
Я любила Полину. Я, кажется, не часто докучала читателю подобными
признаньями на этих страницах и думаю, на сей раз он меня извинит. Чем
больше я ее узнавала, тем больше обнаруживала в ней ума, чистоты и
искренности; я к ней привязалась. Будь мое восхищенье более поверхностно,
оно, верно, обнаруживалось бы заметней; мои же чувства прятались глубоко.
- Что вы хотели спросить? - сказала я. - Смелей, не стесняйтесь.
Но в глазах у нее не было храбрости; встретившись со мной взглядом, она
потупилась. Щеки у нее зарделись, как маков цвет, я увидела, как она
волнуется.
- Люси, мне надо знать ваше мнение о докторе Бреттоне. Расскажите мне
честно, что вы думаете о его характере, о его склонностях?
- Я ценю его характер очень высоко.
- Ну, а его склонности? Скажите мне о них, - настаивала она. - Вы ведь
так хорошо его знаете.
- Я очень хорошо его знаю.
- Вы знаете, каков он у себя дома. Вы наблюдали его с матерью.
Расскажите, какой он сын?
- Он сын нежный и любящий, утешенье и надежда своей матери, ее радость
и гордость.
Она держала мою руку в своих и сжимала при каждом моем добром слове.
- А что еще в нем хорошего, Люси?
- Доктор Бреттон доброжелателен, снисходителен и чуток к нуждам
ближнего. Он сумел бы кротко обойтись и с преступником и с дикарем.
- Я слыхала однажды, как папины друзья говорили о докторе Бреттоне, и
они говорили то же самое. Они рассказывали, что его любят бедные пациенты,
которые боятся других, заносчивых и безжалостных врачей.
- Верно. Я сама это видела. Он однажды водил меня к себе в больницу. Я
видела, как его там встречали. Правду рассказывали друзья вашего отца.
В глазах ее выразилась живейшая признательность. Я видела, что у нее
вертится на языке еще какой-то вопрос, но задать его она все не решалась.
Сумрак сгущался в гостиной у Полли; огонь в камине разрумянился в серой
тьме; но хозяйка, кажется, ждала, когда совсем стемнеет.
- Как тут уютно и покойно, - сказала я, чтоб ее подбодрить.
- Правда? Ну и хорошо. Чай мы будем пить у меня, папа ужинает в гостях.
Не выпуская мою руку, она перебирала пальцами другой руки свои локоны;
потом приложила ладонь к пылающей щеке и, наконец, прочистив горло,
произнесла обычным своим голоском, чистым, как песня жаворонка:
- Вы, верно, удивляетесь, почему я все говорю о докторе Бреттоне,
спрашиваю, выпытываю, да ведь я...
- Нисколько я не удивляюсь. Просто он вам нравится.


- А если бы и нравился, - немного чересчур поспешно отозвалась она, -
разве это причина много говорить о нем? Вы, верно, думаете, что я болтушка,
вроде моей кузины Джиневры?
- Если б вы казались мне похожей на мадам Джиневру, я не сидела бы
сейчас тут в ожидании ваших сообщений. Я бы встала и бродила бы по комнате,
заранее предвидя все ваши слова от первого и до последнего. Но продолжайте
же.
- Я и собираюсь продолжать, - возразила она. - Как же иначе?
И маленькая Полли, Полли прежних дней, бросив на меня быстрый взгляд,
торопясь, заговорила:
- Пусть бы мне и нравился доктор Бреттон, пусть бы он мне до смерти
нравился, одно это еще не заставило б меня говорить, я б молчала, молчала,
как могила, как вы сами умеете молчать, Люси Сноу, - вы ведь это знаете, - и
вы первая презирали бы меня, если б я потеряла власть над собой и принялась
бы изливать свои чувства и плакаться на неразделенную привязанность.
- Я, и точно, мало ценю тех женщин и девушек, которые, не жалея
красноречия, хвастаются победами и так же точно сетуют на пораженья. Но что
до вас, Полина, ради бога, говорите, я очень хочу вас выслушать. Облегчите
или потешьте свою душу, больше я ни о чем не прошу.
- Скажите, Люси, вы любите меня?
- Люблю.
- И я вас тоже. Я вам радовалась уже тогда, когда была упрямой,
непослушной девчонкой; тогда я щедро потчевала вас шалостями и капризами; а
теперь мне нужно с вами говорить, вам довериться. Выслушайте же меня, Люси.
И она устроилась рядышком со мною, опершись на мое плечо, легонько,
вовсе не налегая на меня всей тяжестью, как сделала бы на ее месте Джиневра
Фэншо.
- Вы только что спрашивали, получали ли мы известия от Грэма во время
нашего отсутствия, и я сказала вам, что он прислал папе два деловых письма.
Я не солгала, но я не все вам сказала.
- Вы уклонились от истины?
- Я схитрила, увернулась, знаете ли. Но теперь я вам все расскажу; уже
стемнело, в темноте говорить легче. Ну вот. Папа часто дает мне первой
разбирать почту. И однажды утром, недели три назад, я очень удивилась,
обнаружив среди доброй дюжины писем, адресованных мосье де Бассомпьеру, одно
письмо к мисс де Бассомпьер. Оно тотчас кинулось мне в глаза, почерк был
знакомый, я сразу его заприметила. Я чуть было не сказала: "Папа, вот еще
письмо от доктора Бреттона", но прочитала это "мисс" и осеклась. Никогда еще
никто, кроме подруг, не посылал мне писем. Наверное, я должна была бы
показать письмо папе, чтоб он его открыл и первым прочитал? Люси, я этого не
сделала. Я же знаю, что папа про меня думает; он забывает мой возраст; он
думает, я еще маленькая; он не понимает, что другие видят, как я выросла, и
больше мне уже ни вершка не прибавится росту. И, ругая себя, но и гордясь и
радуясь, так что даже нельзя описать, я отдала папе его двенадцать писем,
его законное достоянье, а свое единственное сокровище оставила себе. Пока мы
завтракали, оно лежало у меня на коленях и будто подмигивало мне, и я все
время помнила, что для папы я ребенок, а сама-то знаю, что я взрослая. После
завтрака я понесла письмо наверх и заперлась у себя в комнате со своим
кладом. Несколько минут я разглядывала его и только потом решилась вскрыть и
справилась с печатью. Такую крепость не возьмешь штурмом; говоря языком
войны, ее надо "обложить". Почерк у Грэма, как сам он, Люси, и такова же его
печать - не грязные брызги воска, но полный, прочный круг, не крючки и
закорючки, раздражающие глаз, но ясные, легкие, быстрые строки, одним своим
видом доставляющие радость. Почерк у него так же четок, как его черты. Вы
знаете его?
- Я видела его почерк, но продолжайте.
- Печать была такая красивая, что мне жаль стало ее ломать, и я
вырезала ее ножницами. И вот, уже собравшись читать письмо, я еще помедлила,
оттягивая минуту радости. Потом вдруг я вспомнила, что не помолилась утром;
я услышала, как папа спустился завтракать чуть пораньше обычного, и, едва
одевшись, тотчас сошла вниз, отложив молитвы на после и не сочтя это большим
прегрешеньем (кое-кто скажет, наверное, что прежде надобно служить богу, а
уж потом человеку; быть может, я верую неправильно, но вряд ли небесам
вздумается ревновать меня к папе). Я, кажется, суеверна. Теперь же какой-то
голос будто сказал мне, что бывают чувства иные, кроме дочерней
привязанности, и что, прежде чем я осмелюсь читать заветное письмо, мне
следует вспомнить о своем долге. Со мной такое бывало и раньше, сколько я
себя помню. Я отложила письмо, помолилась и в конце вознесла к богу мольбу,
чтоб не попустил меня никогда обидеть папу, причинить ему горе своей любовью
к кому-нибудь другому. От одной мысли о такой возможности я расплакалась. И
все же, Люси, я поняла, что придется открыть папе правду, уговорить его, все
ему объяснить.
Я прочитала письмо. Люси, говорят, жизнь полна разочарований. Я не
разочаровалась. Когда я начала читать, пока я читала, сердце мое не просто
прыгало, оно чуть не выскочило у меня из груди, оно дрожало, как дрожит


скачать книгу I на страницу автора

Страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70 71 72 73 74 75 76 77 78 79 80 81 82 83 84 85 86 87 88 89 90 91 92 [ 93 ] 94 95 96 97 98 99 100 101 102 103 104 105 106 107 108 109 110 111 112 113 114 115 116 117 118 119 120 121 122
ВХОД
Логин:
Пароль:
регистрация
забыли пароль?
РЕКЛАМА

Максимов Альберт - Русь, которая была
Максимов Альберт
Русь, которая была


Посняков Андрей - Шпион Темучина
Посняков Андрей
Шпион Темучина


Шилова Юлия - Королева отморозков, или Я женщина, и этим я сильна!
Шилова Юлия
Королева отморозков, или Я женщина, и этим я сильна!


   
ВЫБОР ПОЛЬЗОВАТЕЛЯ

Copyright © 2006-2015 г.
Виртуальная библиотека. При использовании материалов - ссылка на сайт обязательна .....

LitRu - Электронная библиотека