Виртуальная библиотека. Русская и зарубежная фантастика, фэнтези, детективы, триллеры, драма, историческая и  приключенческая литература, философия и психология, сказки, любовные романы!!!
главная | новости библиотеки | карта библиотеки | ссылки
РАЗДЕЛЫ
Детектив
Детская литература
Драма
Женский роман
Зарубежная фантастика
История
Классика
Приключения
Проза
Русская фантастика
Триллеры
Философия

КНИГИ ПО АЛФАВИТУ
... А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я

АВТОРЫ ПО АЛФАВИТУ
А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я

ПАРТНЕРЫ



ПОИСК
Введите фамилию автора:
Поиск от Google:



скачать книгу I на страницу автора

- Я вот что хотел бы знать, - прибавил он с досадой. - Это оружие...
- Гаечный ключ, - подсказал доктор Шуман.
- Гаечный ключ, - повторил капитан Тиле, с достоинством принимая
поправку. - Откуда он взялся? И кто нанес удар? Мы должны найти этого
человека.
- Гаечный ключ валялся неподалеку от того места, где разыгралась драка,
- сказал доктор Шуман. - И, похоже, никто про него ничего не знает.
- Все это вздор и пустяки, - сказал капитан. - Пускай они перебьют друг
друга, но только не на моем корабле. Удивляет меня отец Гарса - был тут же и
не заметил, и не опознал преступника!
Доктор Шуман улыбнулся и отпил кофе.
- Отец Гарса лиц не различает, - сказал он. - Он видит только души.
Капитан немного поразмыслил: похоже, шутка отчасти направлена против
поповского важничанья - что ж, тогда можно ее и оценить, не роняя своего
достоинства.
- Ему нужны очень зоркие глаза, чтоб разглядеть в этой помойке хоть
одну душу, - сказал он почти весело. Наклонился к доктору ближе и заметил,
словно бы снисходя до великодушия, которого от него не требуют никакие
правила: - Корабль переполнен, на нижней палубе возбуждают брожение крайне
враждебные элементы, возможна вспышка беспорядков и насилия в самых скверных
проявлениях, а потому я, признаться, не стремлюсь прибегать к суровым мерам,
хоть они и оказались бы наиболее действенными.
Произнеся эту речь, он еще немного поразмыслил и прибавил:
- В конце концов, у пассажиров первого класса есть какие-то права,
которые следует принять во внимание. - На миг он брезгливо скривился,
принимая их во внимание, потом продолжал: - Откровенно говоря, от этих
священников толку нет. Мои помощники, разумеется, действовали во всех
отношениях превосходно, но не могут же они разорваться! Пароходные компании
слишком перегружают второразрядные пассажирские суда, и в таких вот случаях
эта привычка...
Он запнулся, изумленный: как же с языка у него слетело и словно повисло
перед ним в воздухе это слово "второразрядные"? И как случилось, что он
нескромно упомянул о сухопутных крысах, которые заправляют пароходными
компаниями, а сами не уважают ни корабли, ни моряков? Эти обиды - его личное
дело, доктора Шумана они не касаются. Капитан Тиле поджал губы и угрюмо
насупился.
- Во всех отношениях предосудительная привычка, - пожалуй, уж чересчур
охотно согласился доктор Шуман.
Капитан круто переменил тему беседы.
- Что мне делать с этим отребьем, пока я не высадил их в Испании? -
откровенно спросил он. - Что вы мне посоветуете, дорогой доктор?
- Если бы вы дали мне немного времени, дорогой капитан, я мог бы
всесторонне это обдумать, - сказал доктор Шуман. - Но вот первое, что мне
приходит в голову: не надо ничего предпринимать. Безусловно, самое худшее
уже позади, единственный зачинщик и подстрекатель выбыл из игры до конца
плавания. Я уверен, это профессиональный агитатор от какой-нибудь захудалой
политической партии. Куда он ни совался, везде сразу начинались беспорядки.
Вообще же, на мой взгляд, на нижней палубе люди все неплохие, безобидные...
ничего худого за ними не водится, просто они от рожденья неудачники...
- Уже одно то, что они родились на свет, для всех несчастье, - сказал
капитан. - Нам только и остается прятать их подальше и не давать этой чуме
распространяться.
Доктор промолчал; эту его манеру отмалчиваться капитан считал весьма
сомнительным способом уклоняться от прямого разговора; порой казалось даже,
что доктор безмолвно соглашается с разными проявлениями зла, которое он,
капитан, столь быстро распознает и столь усердно подавляет. Капитан Давно
уже обнаружил, что, когда дело так или иначе касается судовой дисциплины, на
доктора положиться нельзя - и это его равнодушие к жизненно важным вопросам,
полагал капитан Тиле, есть признак опасной нравственной вялости. А ведь
доктор Шуман из хорошей семьи, из доброго старого юнкерства; все его
побуждения, воспитание, взгляды безусловно и естественно должны служить
опорой великому, издавна сложившемуся строю, тому обществу, в котором обоим
им от рожденья предназначено занять подобающее место, исполнить свой долг и,
когда настанет срок, получить заслуженную награду, и каждый должен быть
истинным юнкером - железным, непоколебимым во всем и до конца.
- Когда мы не управляем твердой рукой и становимся слишком уступчивы,
мы изменяем тем самым своему классу и своему отечеству, - сказал он сурово.
Доктор Шуман поднялся.
- Совершенно верно, - сказал он любезно. - Мы за многое несем
ответственность.
Он пожелал капитану спокойной ночи и скрылся за дверью, уклоняясь от
спора - и это не в первый раз, хмуро подумал капитан Тиле. Только теперь он
запоздало вспомнил, что не осведомился о здоровье пленницы - condesa,
похоже, не очень-то процветает на попечении доктора Шумана.




Доска объявлений вызывала у всех тревожное любопытство. Объявлений было
множество - броских, хлестких, каждое четко выведено на отдельном листе,
пришпиленном канцелярскими кнопками.
Больное брюхо не решается купить билет на праздник в честь капитана -
боится, что не хватит денег оплатить счет в баре, а сам глушит коньяк без
передыха. Да здравствуют его язвы!
- Какая гадость! - горячо воскликнула фрау Баумгартнер и с нежностью
сжала локоть мужа. - Не обращай внимания, милый!
Она была глубоко тронута - так горестно сморщилось его лицо. Они пошли
дальше, и он храбро ей улыбнулся, высморкался, утер глаза, а фрау
Баумгартнер в душе сокрушалась: самое печальное, что жестокие слова эти -
правда.
- О других они еще хуже понаписали, - напомнила она, и муж постарался
сделать вид, будто его это утешает.
Левенталь прочел:
Если уж еврея пустили к людям, пускай пользуется случаем, а другой раз,
глядишь, так не повезет.
Он жирно вывел карандашом на полях: "К каким это людям?" - и зашагал
прочь, удовлетворенно улыбаясь.
- Вот об этом я и говорил, - сказал Дэвид Дженни, мельком просматривая
утреннюю выставку оскорблений. Смотри.
Американские горе-художники уткнулись носом в свои альбомы - боятся,
вдруг все поймут, что читать они не умеют, вот и рисуют друг для друга
карикатуры.
- Меня это мало трогает, - сказал Дэвид, - они ошиблись в расчетах. Мне
даже и не обидно.
- И мне, - сказала Дженни. - Давай нарисуем карикатуры на них и тоже
прилепим сюда.
- А зачем? - возразил Дэвид. - Только поднимется скандал. Какой смысл?
- Люблю затевать такие скандалы, - сказала Дженни.
- Что ж, только меня не впутывай, - сказал Дэвид. - Они того не стоят.
Дженни вспыхнула, как только что запаленный костер.
- Пассивное сопротивление, - презрительно фыркнула она. - Гордое
молчание. Надменная сдержанность. Не падать духом. Подставляйте другую щеку,
но непременно с достоинством. Пусть они не воображают, будто вы побоялись
дать сдачи. Просто не глядите на них, и им надоест плевать вам в глаза. Да
не скажет никто...
Четко, точно солдат на параде, Дэвид повернулся кругом и пошел прочь.
Дженни крепко зажмурилась, затопала ногами и закричала ему вслед:
- Трус, трус, трус, всегда был трусом... трус, трус!
Она открыла глаз - в трех шагах стоял Вильгельм Фрейтаг и смотрел на
нее с живейшим интересом. Дженни попробовала изобразить взрыв смеха, будто
она вовсе не злится, а просто шутит, но обмануть Фрейтага не удалось. Он
подошел совсем близко, с обаятельной улыбкой заглянул ей в глаза.
- А вы изумительны, - сказал он. - Вот не думал, что в вас столько
пылу. Мне казалось, вы такая холодная, сдержанная. Любопытно, что надо
сделать, чтобы так вас взбесить?
- Вы не поверите, - сказала Дженни, - но Дэвид ничего не делает, ровно
ничего - он не желает ни говорить, ни слушать, ни отвечать, никогда ни в чем
не уступит, не поверит ни одному моему слову, он не желает...
- Не желает, значит, и не станет, - мягко, рассудительно сказал
Фрейтаг. - Разве ваша мама вас этому не учила?
- Меня много чему учили, но от всего этого нет никакого толку, -
сказала Дженни, к ней разом вернулось хорошее настроение. - А если бы кто и
учил чему-нибудь полезному, я бы не стала слушать.
- Может, послушаете меня? - предложил Фрейтаг. - Хотите, выпьем кофе?
- Кофе - не особенно, - сказала Дженни. - Но я не прочь с кем-нибудь
пообщаться.
- С кем же, например? - самоуверенно спросил Фрейтаг.
Она пошла с ним рядом, но не ответила, лицо ее замкнулось, и Фрейтаг
понял, как она расценивает этот его ловкий ход. И тем легче, уже не в первый
раз, заключил, что совсем она не привлекательна - по крайней мере на его
вкус, да и на вкус своего кавалера, видимо, тоже. И очень напрасно она
задается и разыгрывает недотрогу.
Рибер с Лиззи подошли к доске, чтобы еще раз посмеяться шуточкам
испанцев по адресу других пассажиров, и прочитали вот что:
Жирный боров, бросил бы наливаться пивом да строить глазки индюшке, так
было бы от тебя больше проку. И тут же приписка наспех красным карандашом:
Arriba Espana! Arriba la Cucaracha! Mueran a las Indeferentistas! {Да
здравствует Испания! Да здравствует Тараканиха! Смерть равнодушным! (исп.).}
- А мы тут при чем? - вскинулась Лиззи, ее трясло от злости. - Какое
нам дело до их дурацкой политики?
В одиннадцать часов доктор Шуман зашел в бар выпить, как всегда в этот
час, темного пива. Один из студентов прикреплял к доске новую бумажку,


скачать книгу I на страницу автора

Страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70 71 72 73 74 75 76 77 78 79 80 81 82 83 84 85 86 87 88 89 90 91 [ 92 ] 93 94 95 96 97 98 99 100 101 102 103 104 105 106 107 108 109 110 111 112 113 114 115 116 117 118 119 120 121 122 123 124 125 126 127 128 129 130 131 132
ВХОД
Логин:
Пароль:
регистрация
забыли пароль?
РЕКЛАМА

Афанасьев Роман - Стервятники звездных дорог
Афанасьев Роман
Стервятники звездных дорог


Маккарти Кормак - Дорога
Маккарти Кормак
Дорога


Шилова Юлия - Не такая, как все, или Ты узнаешь меня из тысячи
Шилова Юлия
Не такая, как все, или Ты узнаешь меня из тысячи


   
ВЫБОР ПОЛЬЗОВАТЕЛЯ

Copyright © 2006-2015 г.
Виртуальная библиотека. При использовании материалов - ссылка на сайт обязательна .....

LitRu - Электронная библиотека