Виртуальная библиотека. Русская и зарубежная фантастика, фэнтези, детективы, триллеры, драма, историческая и  приключенческая литература, философия и психология, сказки, любовные романы!!!
главная | новости библиотеки | карта библиотеки | ссылки
РАЗДЕЛЫ
Детектив
Детская литература
Драма
Женский роман
Зарубежная фантастика
История
Классика
Приключения
Проза
Русская фантастика
Триллеры
Философия

КНИГИ ПО АЛФАВИТУ
... А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я

АВТОРЫ ПО АЛФАВИТУ
А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я

ПАРТНЕРЫ



ПОИСК
Введите фамилию автора:
Поиск от Google:



скачать книгу I на страницу автора
Загавкали впереголосок собаки. Гавкали смущенно, презирая себя за
пережитый страх.
- Вы мне что-то начали говорить там, на лестнице, - сказал Дима. -
Что-то интересное. Но нас прервали.
- Напомните.
- Ну, вы процитировали "Черный посох", а потом начали подвергать
критике мою гипотезу...
- Да-да, что-то же пришло тогда в голову... забыл. Вроде того, что,
если ваша теория верна, то те, кто вызывает к жизни те или иные страхи,
будут становиться их первыми жертвами, и постепенно все пойдет на убыль...
- Выгорят дрова, да?
- Можно и так сказать. После гибели какого-то наиболее образованного
слоя изощренные кошмары исчезнут, и останется что-то примитивное...
- Уж не думаете ли вы ускорить этот процесс?
Ловяга споткнулся. Диму вдруг затошнило. Ловяга не заслуживал таких
слов. Впервые увидев его, Архипов сказал: "Странно: гэбист, а глаза
людские". Ловяга был по-настоящему озабочен теми исчезновениями пацанов и
сумел даже организовать прочесывание тайги. До последних дней он был
убежден, что имеет дело с какой-то террористической группой, избравшей
далекий Ошеров учебным полигоном. В общем, от подлеца Петрунько он
отличался диаметрально...
- Извините, Родион Михайлович, - сказал Дима. - Мне не следовало
этого говорить. Я не думаю так.
- Я понимаю, - сказал Ловяга. - Я не обижаюсь. Надо быть в ответе...
Из переулка они свернули на Коммунистическую. Улица, на которой жил
Дима, была Ленина, а переулок - Колымским. Вся слободка называлась
Колымой. Это был один из ошеровских анекдотов: от Ленина к коммунизму путь
лежал только через Колыму.
- Я тогда еще вот что хотел сказать, - вспомнил Ловяга. - Вы
говорите: страх. А эти деревья? Или солнце, луна? Или барьер? Ну, барьер
еще туда-сюда, а пыль и мусор куда делись? В этом-то какой страх?
- Нечеловеческий, - сказал Дима. - Я подозреваю, что в нашем городе
уже не все жители - люди.
- Хотел бы я знать, кто из нас сумасшедший, - с тоской сказал Ловяга.
- Я пришел, - сказал Дима. - Думаю, мы еще увидимся сегодня. И вот
что: попробуйте позвонить 2-86 или 2-90. Не знаю, что из этого
получится...
- Хорошо, - сказал Ловяга. - Тогда мы не прощаемся...
Школьную калитку украшала замысловатая рунная фраза, которой Дима не
знал. Но нанесена она была явно рукой Леониды, поэтому Дима вошел смело и
двинулся по песчаной дорожке мимо зарослей татарской жимолости -
единственного, кроме травы, растения, оставшегося зеленым - к школьному
крыльцу. Некоторое время он чувствовал на себе взгляд капитана; потом это
прошло. Ступени тоже были испещрены. На крыльцо он подниматься не стал, а
пошел в обход, к котельной. Дверь в котельную была запечатана тавром царя
Соломона. Дима постучался особым стуком и на вопрос: "Кто?" назвался:
- Третий.
Почему-то вдруг, пока с той стороны гремели засовом, он испытал
острую необходимость оглядеться. Не оглянуться, а именно оглядеться.
Слева, за голыми деревьями и зелеными кустами проступал забор, черная
литая решетка с поднявшимися на задние лапы львами. Клумбы пылали
настурциями. Там, где забор кончался, виднелись такие же литые чугунные
перила лестницы, ведущей под обрыв: там, на обширной террасе, было
продолжение школьного двора. Стадиончик и тому подобное. Дальше берег уже
окончательно обрывался к воде, но отсюда Ошера была не видна - только
справа, далеко, блестел кусочек ее черного зеркала. Прямо же, рукой
подать, будто это и не противоположный берег судоходной реки, возвышалась
светло-серая, в мелкую крапинку, осыпь, а над осыпью нависал сплошной,
похожий на мох, еловый ковер. Дальше, образуя горизонт, шли
полусферические, как каски, сопки, с редкими светлыми проплешинами. Небо
было равномерно белесым и излучало свет. Касаясь угла школьного здания,
висело солнце - призрачным кольцом. Почему-то сильно пахло разогретой
хвоей - как в бору в солнечный безветренный день.
- Входите, Дим Димыч, - сказали ему.
Снимки были отличные, четкие, и, перебирая их, Дима думал: это
вторжение. Вторжение. Вторжение... Ах, как славно, если это действительно
вторжение! Как это легко и понятно. Это то, чего мы даже немного ждем и к
чему исподволь готовы. Просто гора бы с плеч... и не ломать голову над
темой возвращения старых богов в завершение шеститысячелетнего
единобожеского цикла... Голос Леониды был странно безжизнен тогда, и лицо
не менялось. Великие битвы полыхали в долине Иордана, и под ударами
адептов Яхве пали города Адме, Севоим, Гоморра. Почитающие богов пантеона
держались только в Содоме, за его неприступными стенами. Все меньше их
становилось... В ослабленные голодом и огнем сердца вкрадывалась слабость,
и кто-то, не вынеся мук осады, открыл ворота врагу. Две ночи и день шла



резня на улицах города, и рушились поруганные храмы. Лишь храм Ашеры,
богини-воительницы, стоял неприступной цитаделью среди пожаров и крови.
Высоко над стенами его поднималось божественное древо. А когда оно
вспыхнуло, подожженное смоляными горшками, ворота храма открылись и плечо
к плечу, по двенадцать в ряд, вышли закованные в медь жрицы. Короткие мечи
они погружали в тела пьяных вином и кровью победителей, боевыми косами
смахивали головы с их шей. Неудержим и страшен был их поход, и много
воинов легло им под ноги. А когда они захватили и окружили кольцом
городские ворота, по пробитому ими коридору пролетела конная сотня - это
высшие жрицы уносили ветви и семена божественного древа. И когда конные
скрылись в ночи, пешие воительницы перестали убивать... Много лет
торговали ими на рынках от Египта до Шумера и дальше - до самой страны
Шэнь, требуя огромную цену за редкую красоту и умопомрачающее искусство
любви. А конные жрицы ушли в земли хеттеев, и след их преследователи
потеряли. Шесть лет длился великий поход: по землям эниан, молоссов,
дагаев и дальше - в край людей, не знающих меди и обычаев, но искусных в
кремнях и кости; из них жрицы брали себе мужчин, мужей и проводников, а
потом убивали их, чтобы не оставлять о себе ненужной памяти. С коней жрицы
пересели в лодки и плыли по рекам, великим и малым, по воде и против воды,
и остановили движение лишь тогда, когда в живых осталось одиннадцать из
тех, кто вырвался когда-то из подплывающего кровью Содома. Одиннадцать -
это был наименьший счет для того, чтобы вырастить божественное древо. И
семя древа опустили в землю и поочередно полили своей кровью, пока росток
не дал третьего побега. Но зимние морозы убили росток. И тогда весной
вместе с новым семенем божественного древа опустили и иное семя - семя
растущей здесь исполинской сосны с длинными хвоинами, собранными по три. И
сущность древа перешла в росток этой сосны, и сосна выросла и уцелела. И
рос вместе с ней храм - в глубину, в мягкий пористый камень сердцевины
холмов. И стали сменяться поколения в тихой неторопливой жизни здесь, на
краю тайги, над прекрасной рекой, под сенью вечного древа...
Ашереи-мужчины били в тайге зверя, чтобы есть его мясо и греться его
мехом, и добывали плоды дерев, подобных вечному древу, чтобы вкус мяса
никогда не наскучил; а женщины, метательницы стрел, взимали дань с воды и
неба. И не переставал куриться жертвенный очаг у подножья древа, и
одиннадцать жриц, меняя смертные тела, продолжали свое вековое служение.
Каждая имела посвящение зверю: вепрю, быку, льву, коту, волку, коню,
оленю, серне, крысе, обезьяне, агнцу. И только над своими зверьми имела
власть жрица-воительница... Племя росло не быстро, потому что, благодаря
содомским обычаям, каждая женщина имела лишь столько детей, сколько хотела
сама и сколько дозволяли жрицы - но все же росло и расселялось по реке
вверх и вниз, одолевая в мелких стычках и больших войнах приходящих иногда
с Большой реки врагов, ибо боевое искусство храма Ашеры стараниями жриц не
забывалось никогда... И так, почти в неизменности, ашереи прожили половину
срока, назначенного старыми богами для своего возвращения...
Беда пришла с Большой реки. На тысяче лодок приплыло с низовий и
поселилось на берегах ее племя, называющее себя Охон. Они поклонялись
медвежьей голове, знали огонь и медь и были невозможно любопытны. Их
нельзя было прогнать, от них не удавалось отгородиться. Повадки и обычаи
их, шумные, веселые и простодушные, показались привлекательными многим
молодым ашереям... Сменилось всего одно поколение, и царь ашереев перестал
считаться с Храмом, а следом за царем - и многие из народа. Но, придя
однажды с огнем, они нашли лишь обрушенные входы... Просто к тому времени
Храм был уже устроен так, что коридоры его и переходы пронизывали и
времена, и пространства. И жрицы, рассеявшись по необъятному миру, все
равно присутствовали в Храме. Меняя смертные тела, они продолжали служить
вечному древу - до завтрашних дней, до исполнения пророчеств, когда старые
боги в блеске своем и величии возвратятся в этот мир - но прежде того
через открываемые врата хлынут толпы порождений тьмы, бегущих от богов...
и жрицам предопределено погибнуть в этой последней битве, ибо не могут
державшие мир воспользоваться плодами своего служения...
Дима перетасовал фотографии, сложил в конверт. На него смотрели.
- Я возьму? - спросил он.
- Конечно, Дим Димыч, я много наделал, - солидно сказал Иван. -
Берите.
- Как вам все это?.. - жадно спросил Павлик; глаза у него горели.
- Очень может быть, - сказал Дима. - Особенно те, где паровоз
тащат...
- А зачем им паровоз понадобился, как вы думаете?
- Никак не думаю.
- Для балласта, - сказа Иван. - Чтобы не качало.
Этот узкоколейный паровоз валялся бог знает сколько лет у подножья
Серафимовской сопки, километрах в десяти от города. На фотографии он как
бы плыл над землей, оплетенный светлыми ветвящимися лианами. Перед
паровозом и позади него шли двое - чем-то неуловимо отличающиеся от людей.
- Это ведь полное доказательство, Дим Димыч, правда? - не унимался


скачать книгу I на страницу автора

Страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 [ 10 ] 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63
ВХОД
Логин:
Пароль:
регистрация
забыли пароль?
РЕКЛАМА

Панов Вадим - Ручной привод
Панов Вадим
Ручной привод


Березин Федор - Встречный катаклизм
Березин Федор
Встречный катаклизм


Круз Андрей - Прорыв
Круз Андрей
Прорыв


   
ВЫБОР ПОЛЬЗОВАТЕЛЯ

Copyright © 2006-2015 г.
Виртуальная библиотека. При использовании материалов - ссылка на сайт обязательна .....

LitRu - Электронная библиотека