Виртуальная библиотека. Русская и зарубежная фантастика, фэнтези, детективы, триллеры, драма, историческая и  приключенческая литература, философия и психология, сказки, любовные романы!!!
главная | новости библиотеки | карта библиотеки | ссылки
РАЗДЕЛЫ
Детектив
Детская литература
Драма
Женский роман
Зарубежная фантастика
История
Классика
Приключения
Проза
Русская фантастика
Триллеры
Философия

КНИГИ ПО АЛФАВИТУ
... А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я

АВТОРЫ ПО АЛФАВИТУ
А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я

ПАРТНЕРЫ



ПОИСК
Введите фамилию автора:
Поиск от Google:



скачать книгу I на страницу автора
Снова свист - сильнее, громче. Ветер превратился в ураган, и Згура бросило куда-то вправо. Он ухватился обеими руками за мягкую шесть, удержался, с трудом выпрямился. Сзади раздался крик - вопил Черемош, и Згур успел испугаться за чернявого. Но тут ветер донес: "Летим! Летим!", и он тут же успокоился. Кажется, у войтова сына все в порядке.
Постепенно волнение проходило. Словно так и должно быть - свист ветра в ушах, белые облака, затянувшие горизонт, и солнце - огромное, словно ненастоящее. Згур вдруг представил себя со стороны и лишь головой покачал. Не поверят! Он бы и сам не поверил. Такого и в сказках не услышишь, там храбрые альбиры все больше мечами орудуют, змеям головы отсекая. Как же, отсечешь такому голову!
- Ты хоть знаешь, куда летим? - Нос Улады ткнулся прямо в ухо.
- На полдень! - прокричал он. - К Нистру!
- АдоТириса?
Згур помотал головой. Как мед, так и ложкой! Тут бы Нистр увидеть. Интересно, как он выглядит, со Змеева полета? Не перепутать бы!
Внизу по-прежнему были горы, но вершины стали заметно ниже, красно-черные камни сменились серыми пологими склонами. Згур обрадовался - Змеиные Предгорья, а за ними - Нистр. То слева, то справа продолжали вспыхивать яркие искорки. Пару раз полыхнуло ближе, и Згур невольно вздрогнул. Но беда прошла стороной, Змей мчал дальше, а небо на закате начинало медленно темнеть.
- Наемник! - Крик Улады заставил вздрогнуть.
- Не кричи, слышу!
- Наемник, так за что тебя выгнали из Вейска? Она не верила. Даже здесь, в поднебесье. Згур вздохнул. Сказать правду? Нет, нельзя! Улада умна - и достаточно храбра для изнеженной девицы. У Нистра он уже станет не нужен, значит, придется каждую ночь ждать удара ножом в спину.
- А ты как думаешь?
Ответа он не дождался, если не считать ответом знакомое фырканье.
Серые склоны начали отступать. Згур ждал, что вот-вот внизу мелькнет зеленая полоска леса, а за нею - голубая лента Нистра. Но вместо этого серый свет сменился желтым. Минуты текли, но все оставалось по-прежнему, они летели над ровной желтой поверхностью, плоской, как стол. Краем глаза Згур заметил, что искр в небе стало значительно больше.
- Ниже! Спускайся ниже!
Дыхание перехватило, к горлу подступил ком. Желтая поверхность рванулась навстречу.
- Стой! Замри!
Резкий рывок, сзади ойкнул Черемош. Снова рывок, и Змей завис в нескольких сотнях шагов от желтой равнины.
Згур всмотрелся - камень, глубокие трещины, вдали что-то похожее на круглую гору. Куда это они залетели?
- Что случилось? - недовольным тоном поинтересовалась Улада. - Где это мы?
Ответить было не так легко. Згур закрыл глаза, вспоминая мапу. Они на правом берегу Денора, на полдень Нистр, на полночь - густые улебские леса. Где же это? Нигде ничего похожего нет, кроме...
Он почувствовал, как по коже бегут непрошеные мурашки. Нет, не может быть! Згур вновь припомнил то, что видел с высоты. Горы, серые холмы, потом желтая степь. Нет, это не степь! Это же...
- Змеева Пустыня, - произнес он негромко, почему-то надеясь, что длинноносая не услышит. Надеялся, понятно, напрасно.
- Что?! Змеева? Ты!.. Ты понимаешь?
Он, конечно, понимал. Змеева Пустыня - самое страшное место во всей Ории. Сюда он не надеялся попасть даже в страшном сне.
- Улетай! Немедленно! Скажи своему...
Згур дернул плечом, освобождаясь от вцепившейся в рубаху пятерни. Сказать "своему" нетрудно, но что сказать? Куда лететь? На полдень? Но ведь они и летели на полдень!
Згур обернулся, ловя взглядом уходящее за дальние холмы солнце. Там - закат. Они промахнулись, ненамного, но все же достаточно, чтобы попасть в это проклятое место.И тут Змей вздрогнул. Сначала медленно, затем все быстрее и быстрее он начал подниматься вверх, вот послышался знакомый свист...
- На месте! Стой!
Но ничего не случилось. Словно давнее заклятие, приковавшее чудище к сверкающему серебром обручу, утратило силу. Громадная "оса" мчалась вверх, к темнеющему небу, покрытому легкими перистыми облаками. Слева и справа вспыхнули искры. Их было множество - десятки или даже сотни. Гигантский рой закружился в поднебесье, оставляя за собой неровные клочья огня. Впереди вспыхнуло пламя, и Згур еле успел зажмуриться. Что-то закричала Улада - громко, отчаянно.
- Стой! Вниз! Вниз!
Их швырнуло в сторону, затем еще раз, еще. Змей мчался в зенит, а огней становилось все больше, словно под вечерним небом начинался невиданный танец с горящими факелами. На какой-то миг страх исчез, и Згур ощутил невероятную, недоступную людям красоту - красоту вольного полета. Сердце дронуло - такого еще не видел никто, даже Кей Кавад! Но тут страх вернулся, захлестнул, сжал спазмом горло. Почему Змей не слушается? Обруч? Или он просто дает неправильный приказ? Может, сейчас, попав в горящий водоворот, Змей не может, не в силах спуститься? Надо оторваться, уйти...
- Вверх! Выше!
Резкий рывок - и огненный рой остался далеко внизу. Дыхание перехватило - Змей несся с невероятной, еще невиданной скоростью. Нахлынул холод, легкие жадно хватали воздух.
- Ты?! Что?! Делаешь?! - По спине лупили кулаками, и Згур вновь повел плечом.
- Заткнись!
Кулаки перестали лупить, а затем неуверенно прозвучало:
- Ты это... кому?
Кажется, длинноносая пришла в себя. Как там Черемош? Згур обернулся - чернявый сидел, прижавшись к широкой спине Палатиновой дочки. Глаза были закрыты, побелевшие губы дрожали. Згур усмехнулся - жив! Это сейчас главное.
Здесь, в невероятной выси, стало заметно светлее. Солнце вновь поднялось над холмами, словно Небесный Всадник задумал вернуться и пройти свой дневной путь в обратную сторону. Правда, сами холмы увидеть теперь было трудно, они лишь угадывались на далеком горизонте. Даже Змеева Пустыня исчезла, скрытая легкой пеленой облаков.
- Стой! На месте!
Легкий толчок - и Змей послушно застыл в холодном вечернем воздухе. Згур вновь поглядел на огромное, подер-нутое красноватой дымкой солнце. Итак, Небесный Всадник на закате, левее - полдень, а им надо как раз между.
- Левее! Еще!
- Скажи, чтоб спустился! - недовольно буркнула Улада. - Холодно!
Да, было холодно, но Згур не спешил. Здесь светлее, к тому же внизу - Змеева Пустыня, снижаться опасно. Наверно, неведомые хозяева гигантских "ос" знали и другие средства, кроме серебристого обруча. Возможно, они могли даже управлять всем "роем". Згур представил, как огненный водоворот обрушивается на вражеский город, и покачал головой. Не зря говорят, что боги уничтожили Первых. Было за что!
- Вперед!
Солнце рванулось навстречу, и сразу же в лицо ударил ледяной ветер. Холод охватил все тело, занемели кончики пальцев и даже мочки ушей. Внизу беззвучно проплывали облака. Згур всматривался, пытаясь угадать, осталась ли позади страшная Пустыня. Но в просветах по-прежнему мелькал лишь желтый камень. Неужели Змеева Пустыня так велика? Холод становился невыносимым, и Згур, немного подождав, все-таки решился:
- Вниз! Плавно!
Проговорил он это с трудом - зубы стучали. Змей все же услышал и плавно заскользил навстречу редкой пелене облаков. Сразу же стало темнее. Солнце быстро уходило к горизонту. Вот его край коснулся земли, вот ушла половина...
- Я замерзла, д-дурак! - послышалось сзади. - Т-ты что, сп-пятил?
Отвечать было нечего. Он и сам замерз, но объяснение можно оставить на потом. Воздух уже теплел, Згур уже мог чувствовать свои пальцы. Интересно, почему наверху так холодно? Ведь чем выше, тем ближе к Небу! Жаль, не у кого спросить.
И тут все исчезло - небо, дальний горизонт, земля. Вокруг был лишь влажный туман. Рубаха под кольчугой сразу же стала мокрой, по лицу поползли капли воды. Згур оглянулся и понял - облако! Они в облаке!
- Скорей! Ниже!
Голос утонул в белой пелене, но Змей все же услышал. В глаза ударили уже не капли, а целый водопад. Сзади громко чихнул Черемош, и Згуру показалось, что еще мгновение, и они попросту захлебнутся. И тут все кончилось. Белый туман исчез, подул теплый ветер, а прямо перед ними в вечерней сумрачной дымке расстилалась земля.
Згур облегченно вздохнул - лес! Наконец-то! Он поглядел вперед, надеясь увидеть Нистр, но подступавшая темнота мешала. Лететь дальше?
- Улада!
Ответа долго не было, затем послышалось недовольное:
- Ну что еще?
- Темнеет. Ночь скоро.
- Ничего! - донесся хриплый голое Черемоша. - Взойдет луна...
- Заткнись! - резко бросила Улада. - Наемник, ты видишь, что впереди?
Згур вновь всмотрелся. От солнца остался лишь еле заметный краешек. Небесный Всадник уходил на покой, чтобы наутро начать свой привычный путь. Вершины далеких деревьев покрывал легкий туман, горизонт исчезал в черной тени.
- Плохо! Скоро совсем ничего не увижу!
- Границу хоть пролетели?
Пришлось вновь задуматься. Змеева Пустыня осталась за левым плечом. Значит, за спиной - предгорья, где-то там Нерла, к которой их не подпустила стража.
- Да, пролетели. Нистр где-то впереди.
Згур бросил взгляд на темнеющий внизу лес. Нет, ничего разобрать нельзя! Еще немного, и все попросту исчезнет в туманной дымке.
- Вниз! - резко бросила Улада. - Скажи своему дружку...
Он едва не рассмеялся. Кажется, длинноносая записала его в одно войско со Змеями.
- Улада! - Черемош закашлялся. - Надо лететь вперед! Еще немного...
- Я сказала, заткнись! Мне холодно, я мокрая... Давай, наемник!
Да, пора. Здесь, наверху, темнело как-то особенно быстро. Згур вздохнул, набрал побольше воздуха:
- Вниз! Плавно!
Мгновения шли, но ничего не изменилось. Гигантская "оса" летела прямо, навстречу гаснущей заре. Згур повторил приказ, уже громче, но Змей словно оглох. К сердцу подступил страх - этого Згур боялся больше всего.
- Обруч! - Нос Улады вновь ткнулся в его ухо. - Обруч погас!
Руки сковало холодом, словно они вновь поднялись над облаками. Вот и все. Сила, вложенная неведомыми чаклунами в серую диадему, уходила. Они оставались наедине со страшной "осой", а земля была еще так далеко...


- Вниз! Вниз! Я тебе сказал, сволочь! Вниз! Згур кричал, уже не очень понимая своих слов. Не зря мама боится чаклунов! Их подарки - хуже чумы! А может, это вообще была ловушка? Заманили, усадили на поганого Змея...
- Вниз! Кому сказал! Да ты что, оглох, гад! Згур не выдержал и припечатал проклятую "осу" от души, так, как даже на войне не ругался: в Дия, в Диеву бабушку, в Косматого с его дочкой и в Матушку Сва. От такого загиба, по слухам, падали с копыт даже сполотские жеребцы, но Змей даже не дрогнул. Бескрылая тварь, словно издеваясь, начала набирать высоту, и вот впереди вспыхнуло знакомое пламя.
Его охватил жар. Згур еле успел закрыть глаза. Все! Змей вырвался на свободу. Скоро он решит, что пора избавиться от непрошеных седоков...
- Сделай что-нибудь! Сделай! - кричала Улада, и Згур сильнее зажмурил глаза, пытаясь очнуться, прийти в себя. Не думать о далекой земле, о вышедшем из-под его власти чудище! Это еще не смерть! Но смерть близко. Обруч! Может, еще не поздно?
Он представил себе странную диадему, сначала серую, бесцветную, какой он нашел ее в брошенном зале, затем покрывшуюся радужными пятнами и, наконец, серебристую, светящуюся. Згур постарался забыть, что чаклунская сила ушла, исчезла. Нет, обруч снова светится! А если силы, вложенной неведомыми создателями, уже недостаточно, то пусть возьмет у него! Если Первые были людьми, он - тоже человек! Мать Болот, помоги!
Исчезло все, стих даже привычный свист в ушах. Остался лишь он-и ровно светящийся обруч. Згур представил, что серебряная поверхность горит все ярче, вспыхивает белым огнем, по ней бегут искры...
- Вниз! Медленно! Вниз!
В висках заныло, холодный пот выступил на лбу, но Згур заставлял себя видеть одно и то же. Обруч светится, он горит, от него исходит сила, способная сломить волю Летающей Смерти...
- Згур! Згур!
Он очнулся и открыл глаза. В лицо плеснуло влажной прохладой. Солнце исчезло, пропал последний луч вечерней зари. Вокруг стоял серый сумрак, а впереди, совсем рядом, не спеша проплывали вершины старых сосен. Вот мелькнул небольшой просвет. Поляна!
- Сюда! Плавно!
Огромная туша дрогнула, повисла в воздухе, а затем начала медленно снижаться. Деревья выросли, заслонили небо, навстречу рванулись стебли высокой травы...
- Стой!
Земля была близко, пахло свежей хвоей, но не было сил даже пошевелиться. Змей висел неподвижно, но было ясно - осталось совсем немного. Сейчас тварь вновь взбунтуется...
- Черемош! - Губы шевельнулись с трудом, через силу. - Слезай! И помоги Уладе. Веревка...
Чернявый что-то ответил, но Згур не расслышал. Скорее, скорее! Глаза сами собой закрылись, и Згур очень удивился, когда почувствовал, что кто-то дергает его за плечи. Ах да, ему тоже незачем здесь оставаться...
Ноги коснулись земли, Згура шатнуло, но он все же устоял и невероятным усилием воли открыл глаза. Перед ним неподвижно висела знакомая черная голова. В сумерках Змей казался еще более громадным, словно гигантская "оса" выросла за эти часы.
- Ну что? - Губы дернулись, и Згур понял, что улыбается. - Спасибо! Улетай! Улетай!
Огромная тень метнулась вверх, и через мгновение поляна опустела. Осталось лишь черное небо, на котором уже проступили первые звезды, молчаливые сосны - и трое смертельно уставших людей.
- Згур, дай огниво! - Черемош пришел в себя первым. - Костер надо!
- В сумке. - Двигаться"не было сил. - На дне. Вытряси все, утром подберем...
Он опустился на траву, сбросил шлем, отстегнул меч. Рука скользнула по лицу. Обруч! Снять? Згур махнул рукой - пусть остается. За эти часы он уже успел привыкнуть к невесомой диадеме.
- Чего улыбаешься, наемник? - голос длинноносой заставил очнуться.
-я?
Оказывается, он улыбался. Впрочем, ссориться не хотелось.
- Так вроде живы, сиятельная!
Он ждал, что Улада фыркнет, но девушка отчего-то смолчала. Наверно, и ей пришлась по душе такая мысль.
Ярко горел костер. Скудный ужин - остатки сухой лепешки - давно был съеден. Разговора не получилось. Че-ремош сразу же стал дремать и быстро заснул, улегшись боком к огню. Улада, завернувшись в плащ, сидела рядом, глядя на раскаленные угли.
Згуру не спалось. Страшное напряжение постепенно спадало, осталась лишь обычная усталость. Не хотелось думать ни о том, где они, ни сколько еще до Тириса, ни что им делать дальше. В безлунном черном небе горели звезды, негромко шумел ночной лес, и Згур представил, что он снова дома, в Буселе, они с товарищами ушли в ночное, зажгли костер. Как давно это было! Наверно, все эти ребята уже женаты, и скоро их дети пойдут пасти гривастых коней...
- Что это за песня, Згур?
Вначале он не понял, о чем спрашивает девушка. Ах да, он, кажется, начал напевать. Отвечать не хотелось, но длинноносая назвала его Згуром. Такое дорогого стоит!
- Наша песня. Еще с войны. Улада обернулась:
- Спой!
Сказано было так, будто Згур был заезжим скоморохом, заглянувшим на широкий двор Великого Палатина. Но он не обиделся, а почему-то смутился.
- Это... Она нескладная, простая. Тебе будет неинтересно!..
- Но вы же ее поете?
Да, эту песню пели. О Великой Войне сложено много песен, иные поют на праздниках, иные - на военных смотрах. Но друзья отца пели почему-то именно эту. Каждую осень, когда приходила пора собирать урожай, они приезжали в Бусел, чтобы помочь матери. Впрочем, помогали всем - косили, жали и обмолачивали рожь, а потом садились за длинный стол, выпивали хлебной браги и пели.
Как им тогда завидовали они, мальчишки, не успевшие на войну!
- Это песня о битве под Коростенем, сиятельная. Она называется "Ополченец"...
Внезапно подумалось, что он опять делает ошибку. Улада и так уже начала что-то понимать. Впрочем, песня - и есть песня. Згур прикрыл глаза, усмехнулся и негромко запел:
Вдали труба опять играет В поход об утренней поре, А молодого ополченца Искать не будут на заре.
На небе утреннем ни тучки, Но ни подняться, ни вздохнуть. Кому-то слава и победа, А мне стрела пробила грудь.
Из-под повязки кровь сочится, В крови примятая трава. А жить так хочется, ребята! Но, видно, нынче не судьба.
Напрасно буду ждать подмоги От тех, кто был на рубеже, Ведь нашей сотни больше нету, И войска тоже нет уже.Мы все хотели жить на воле, Счастливой сделать жизнь свою. Пять тысяч трупов в чистом поле - Пожива будет воронью.
Потом найдут, потом помянут, Засыпят горькою землей, И молодому ополченцу Уж не прийти с войны домой.Улада долго молчала, затем тряхнула головой:
- Плохая песня, наемник! Очень плохая! Згур пожал плечами. Спорить не тянуло.
- И не потому плохая, что сложена плохо. Вы, волоти-чи, никак не можете забыть войну. И ты, Згур, ее не можешь забыть. Прошло двадцать лет! Сколько же еще вы будете воевать!
Она говорила серьезно, и Згуру внезапно показалось, что он слышит совсем другой голос - голос человека, которого он никогда не встречал, но уже успел возненавидеть. Ивор сын Ивора, Великий Палатин Валинский, тоже
115
любит говорить о мире, о дружбе между улебами и волоти-чами. И тут в памяти зазвучал иной голос - негромкий, спокойный голос дяди Барсака. "Война не кончена, Згур! Запомни - война еще не кончена! Мы еще отомстим - за всех! И за твоего отца - тоже!" Улада не убивала его отца, но она ответит тоже. Всех, кто выше тележной чеки!
- Не могу понять, почему ты меня ненавидишь, сотник Згур?
Он вздрогнул. На миг почудилось, что дочь Ивора-пре-дателя читает его мысли.
- Я думала, ты просто холоп, который не может простить господам, что он вышел из грязи. Но ты дедич, ты альбир Кеевой Гривны. Бедняга Черемош ночами не спит -- тебе завидует...
Згур поглядел на чернявого и невольно улыбнулся. Хвала Матери Болот, спит! Славный парень, угораздило же его связаться с этой!..
- Если ты повздорил с кем-то в Коростене, то ни я, ни мой отец не виноваты. В чем дело, Згур? Если я тебя обидела, то... прости!
Так Улада с ним еще не разговаривала. И Згур понял, что сейчас не выдержит, расскажет этой девушке все. Вновь, уже в который раз, вспомнился сон, странный сон, в котором отец запрещал ему мстить. Ведь длинноносая не виновата в том, что сделал Палатин! Нет, нет, нельзя!
- О чем ты, сиятельная! Я просто наемник. Наемники не обижаются...
Он улыбнулся, но на душе было мерзко.
Разбудил его голос Черемоша. Згур с трудом открыл глаза. В лицо ударило утреннее солнце.
- Згур!Я грибов набрал, поджарим! Где огниво? Огниво? Несколько мгновений он не мог понять, чего от него хотят. Ах, да!
- Ты же вчера брал. В сумке!
- Да вот оно, - послышался недовольный голос Ула-ды. - Ты чего, ослеп?
Черемош принялся оправдываться, и Згур поневоле усмехнулся. Все вернулось, будто и не было черного подземелья, не свистел в ушах бешеный ветер. Длинноносая командует, Черемош суетится...
-
- Откуда это у тебя, наемник?
Згур привстал и долго протирал глаза. Улада склонилась возле его сумки. Разгильдяй Черемош высыпал вчера вещи прямо на траву, а собрать не догадался.
- Что ты там нашла, сиятельная? - вздохнул он.
- Красивая вещь! - В руках у девушки что-то блеснуло. - Купил? Или снял с кого-то?
И тут Згур почувствовал, как холодеют руки. Браслет! Ну конечно! Он лежал в сумке! Чернявый вытряс вещи, тряпка развернулась...
- Хорошая работа! - Улада покрутила браслет в руках, затем поднесла к самому носу. - Старинная... В Рум-горо-де думал продать?
- Положи! - Голос не слушался, и Згур с трудом повторил: - Положи! Пожалуйста...
- Не волнуйся, не украду!
В ее голосе звучала насмешка. Девушка взвесила браслет на ладони и, чуть подумав, поднесла к левой руке.
Згур хотел крикнуть: "Нет!", но понял - не успеет. Улада повернулась, на левом запястье горела тонкая серебряная полоска.


скачать книгу I на страницу автора

Страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 [ 9 ] 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41
ВХОД
Логин:
Пароль:
регистрация
забыли пароль?
РЕКЛАМА

Никитин Юрий - Начало всех начал
Никитин Юрий
Начало всех начал


Сертаков Виталий - Останкино 2067
Сертаков Виталий
Останкино 2067


Мурич Виктор - Дважды возрожденный
Мурич Виктор
Дважды возрожденный


   
ВЫБОР ПОЛЬЗОВАТЕЛЯ

Copyright © 2006-2015 г.
Виртуальная библиотека. При использовании материалов - ссылка на сайт обязательна .....

LitRu - Электронная библиотека