Виртуальная библиотека. Русская и зарубежная фантастика, фэнтези, детективы, триллеры, драма, историческая и  приключенческая литература, философия и психология, сказки, любовные романы!!!
главная | новости библиотеки | карта библиотеки | ссылки
РАЗДЕЛЫ
Детектив
Детская литература
Драма
Женский роман
Зарубежная фантастика
История
Классика
Приключения
Проза
Русская фантастика
Триллеры
Философия

КНИГИ ПО АЛФАВИТУ
... А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я

АВТОРЫ ПО АЛФАВИТУ
А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я

ПАРТНЕРЫ



ПОИСК
Введите фамилию автора:
Поиск от Google:



скачать книгу I на страницу автора

Он опустился за стол напротив, приятная улыбка не покидала его умное удлиненное лицо. Серые глаза смеялись, я вообще редко видел, чтобы он хмурился или гневался.
– Праведные, неправедные, – возразил он с лучезарной улыбкой, – всего лишь слова… Нет ни тех, ни других, а только эффективные и неэффективные. У вас вот всегда крайне эффективные, просто удивительно!.. Вино? Да у вас и вино хорошее, сэр Ричард. Любое. Разница между ними невелика, вы знаете.
– Ну тогда начнем с той, – сказал я, – что ближе. Вам в какой?
Он указал на самый маленький кубок.
– Этот, если вы не против.
– Не против, – ответил я, – вы же гость. Хотя сам бы начал с него.
– И на нем бы закончили, – обронил он серьезно. – Уже на втором. Максимум – на третьем. Вы никогда не напиваетесь, сэр Ричард! Еще один важный плюсик вам.
Я наполнил его кубок до краев, как говорится, с горбиком, но Сатана поднял его, не пролив. Мы не стали чокаться, только кивнули друг другу. Я отпил половину, Сатана тоже не стал осушать целиком, разом опустили на стол, я тут же, как примерный официант, которому вид опустевшего бокала служит сигналом, наполнил снова.
– Я заскочил к вам, – сказал он, – выразить свое искреннее восхищение. Даже взятие Орлиного гнезда было шедевром, но это всего лишь блестящая победа, так что я порадовался за вас, но занимался своими делами. Но когда вы отправились к троллям… это было нечто! А когда я послушал, что вы говорите своим меднолобым…
Я поморщился.
– Со времен Троянской войны медные шлемы уже не носят. Как и медные доспехи.
– Словосочетание осталось, – ответил он с улыбкой. – Словом, я был просто потрясен. Я никак, ну никак не мог ожидать такого поворота! Вы не перестаете меня удивлять и восхищать, сэр Ричард!
Я спросил настороженно:
– Вы о чем, сэр Люцифер?.. Простите, сэр Сатана?.. Или Везельвул, как вам удобнее?.. Вы только скажите.
Он отмахнулся.
– Да какая разница? Вы тоже успели совсем недавно побывать и Светлым, и Диплодоком, и еще чем-то… «Сатана» меня вполне устраивает. «Шайтан» хоть и похоже, но в данном случае несколько неуместно… Я хочу сказать, что я ну никак не предполагал, что так быстро сумеете установить контакт с троллями! И даже поставить себе их на службу!
– Еще не поставил, – напомнил я осторожно.
– Но поставите же? Вы идете даже быстрее, намного быстрее по той дороге, которую я считаю для вас самой перспективной! Ведь в самом деле, какие открываются возможности, если использовать троллей!.. Грубая нерассуждающая мощь, минимальные запросы, крохотные потребности, полное подчинение военному лидеру, преклонение перед силой и жестокостью… это же мечта любого правителя!.. Вы не подумывали вообще-то объединить троллей, возглавить и повести на завоевание мира?
– Уже водили, – ответил я. – Как насчет здесь, не знаю, а у нас эти аттилы недолго завоевывали… Если и планирую использовать троллей, то на весьма определенных участках. На строго отведенных только для них работах. В первую очередь – охрана государственных границ, работа пропускных пунктов, таможня, борьба с наркотрафиком… Насчет использования внутри страны, гм, еще не думал. Возможно, и не стану их привлекать для слишком деликатных работ.
– Деликатных… это какие?
– Да вот определяюсь, – объяснил я сумрачно. – Разве что для разгона демонстраций? Особенно если сексменьшинства с требованиями…
– Для разгона?
– Ну да, – подтвердил я. – Дубинки лучше всего смотрятся в лапах троллей. Еще знаю, что спорт – единственный способ сохранить качества первобытного человека, потому тролли в нем как рулили, так и будут рулить даже в Армландии. И никогда эльф не побьет Тайсона, в смысле тролля, он даже не выйдет к нему на ринг. А тролль побьет другого тролля, получит сундук золота, а на золото к нему слетятся самые красивые и трепетные эльфийки. Если, конечно, позволить троллям войти в наше общество.
Он перестал улыбаться, глаза стали серьезнее.
– Думаю, вы позволите. В тех или иных границах. Вы уже продемонстрировали потрясающую толерантность! Узколобая церковь непримирима к любому инакомыслию. Тролли для нее в списке уничтожения на втором месте после еретиков, ведьм и раскольников. Вы же вовлекаете троллей в цивилизованную жизнь, это великое дело и великое достижение прогресса и цивилизации.
Я спросил угрюмо:
– Похоже, вы просчитали, что будет дальше?
Он покачал головой, на губах снова заиграла улыбка:
– Нет, это пока слишком сложно. Данных мало, они уникальны, а векторов развития чуть ли не бесконечное множество. Но понятно, на троллей подействует облагораживающее влияние культуры людей… но еще больше и сильнее shy;люди начнут перенимать обычаи троллей. Они проще, понятнее, а человек всегда стремится к простоте.
По моей спине пробежала струя холодного воздуха. Я смотрел в смеющиеся глаза, и чем больше вглядывался, тем страшнее становилось. Да, любой гуляка праздный настолько привлекательнее усердного труженика, что даже труженики стараются походить на беспечных героев, которые не хотят ни работать, ни учиться, а им как бы все с неба падает. Кто подворовывает или внаглую грабит, кому предки отстегивают, а кто-то крышует богатеньких слабаков. Так что да, многие захотят подражать троллям.
– Хорошо, – проворчал я, – хоть сказали «обычаи», а не «культура троллей».
– Да просто не люблю этого слова, – ответил он, слегка сморщив нос. – А так все верно, культура троллей. А что?
– Я тоже не люблю это слово, – согласился я. – Так и тянется рука к… мечу. Затаскали! Это называется благородным термином «расширение понятия». Уже и зверства инков, ацтеков и майя начали называть культурой, а потом и вовсе – плесень в пробирке тоже культура! Я, знаете ли, неполиткорректен. И тролли будут там, где им надлежит быть. Не дальше.
Он смотрел с интересом, улыбнулся.
– А как сумеете удержать?
Я огрызнулся:
– Уж постараюсь! Сам не смогу, так партию власти создам себе в поддержку. А то и гайки закручу, в смысле, узел на мешке завяжу потуже. Я особенный демократ, с уклоном в просвещенную автократию и даже тоталикратию. Для сохранения базовых ценностей могу и на непопулярные меры, я же личность, а не угадыватель желаний толпы электрорателей…
Он кивнул, глаза стали серьезными.
– Я понимаю вашу тревогу. Даже разделяю в чем-то. Просто бывают ситуации, когда любого политика несет мощное течение, а противиться не может. Не думаю, что интеграцию троллей в общество людей сумеете удержать под контролем. А раз так, то влияние троллей будет все расти.
Он умолк, я ощутил недосказанное, спросил с нажимом:
– До каких пор?
Он смотрел на меня прямо и не отвечал. Мне стало страшнее, я повторил:
– До каких пор?.. Получат право голоса? Из спорта придут и в политику?
– А как вы думаете?
Я подумал, меня от макушки и до пят осыпало морозом.
– Да что тут думать… Уже приходили… И спортсмены, и клоуны, и убийцы… Многие уже в Госдуме… Ну, убийцы – ладно, кто из нас не убийца, здесь претензий нет, все люди и все человеки, но спортсмены… гм… в смысле, тролли… Я сам чуточку тролль, но стараюсь из себя тролля выдавливать. Седалищным нервом чую, чем грозит отролливание.
Он поморщился.
– Да ничем не грозит! Люди делают свою часть работы, тролли – свою, как вы все верно распределили с самого начала… Где-то происходит взаимопроникновение, это же нормальный процесс! Не понимаю, что за сомнения теперь?.. Вы уже стронули камешек, что вызовет лавину. Ладно, какие у вас планы насчет подталкивания прогресса?
Я посмотрел на него исподлобья.
– Честно говоря, мне не нравится, что подталкиваете на подталкивание… Охота пропадает подталкивать. Начинаю думать, куда это подтолкну… Ну а в общих чертах, все стандартно. Повысить уровень благосостояния, внедрить в массы грамотность… Для этого, понятно, надо открывать новые рудники, плавильни, мастерские, способствовать разведению тонкорунных овец и крупнорогатого… Словом, стандартный набор. Главная проблема любого государства – коррупция, но я наставлю виселиц для наглядной агитации и не постесняюсь ими пользоваться.
Он усмехнулся с недоверием в глубоко посаженных черных глазах.
– Станете ли?
– Стану, – заверил я. – Крестьянина, укравшего яблоко в господском саду, вешать не стану, как делают другие лорды, а вот бургомистра, который берет взятки, сразу в петлю! Я прошел гнилую эпоху гуманизма, будь она неладна, теперь я свободен, свободен!
Он проговорил задумчиво:
– Свободен… Могущественен и свободен… Именно то состояние человека, которого добивалась Та Сторона, и к чему умело подталкиваем человека мы. Теперь вот напряженное ожидание: как человек поступит?
Я криво усмехнулся:
– Ну-ну, ждите. Я, к примеру, пока не знаю. Точнее, уже знаю, как поступлю и что сделаю, но еще не знаю, на чью чашу весов это уронит песчинку. А так вы правы, сэр Сатана. Только свободный и могущественный человек может позволить себе быть порядочным человеком. И только свободный и могущественный может позволить себе начхать на порядочность. Какая из двух этих истин истиннее?
Он чуть-чуть искривил губы.
– Счастье человека – где-то между свободой и дисциплиной.
– Посредине? – спросил я.
Он поднялся, отвесил шутливо-церемонный поклон.
– Не знаю, каждый определяет для себя сам. Рад был застать вас в добром здравии и бодром расположении духа. Вы не представляете, какое удовольствие я получаю от общения с вами!.. До встреч, сэр Ричард!
Исчезая, он подмигнул мне, и я сразу ощутил запах серы, пахнуло гарью, даже воздух потеплел, словно прогретый тысячами раскаленных сковород, которые лижут грешники.
– Ну и шуточки, – буркнул я. – Я создам крепкое государство не для того, чтобы превращать земную жизнь в рай, а для того, чтобы не дать ей превратиться в ад.



Глава 11

И все-таки после его визита кусок не лезет в горло, хотя проголодался, как сто крокодилов, а в сухой глотке скрежещет, будто ветер треплет оторванный кусок жести. Противное чувство беспомощности, когда все мои сверхоригинальные планы, оказывается, уже как бы предопределены! В другом бы месте сказали «историческим процессом», но я влез вне исторического процесса, так почему же все, что я придумываю для благополучия армландцев и усиления власти церкви, находит поддержку Сатаны?
Чертовы тролли, чтоб вы все передохли! Это из-за вас Сатана так горячо одобряет мою деятельность. Звери зеленомордые, надо от вас держаться подальше… И вообще больше в тот лес не соваться, пусть теперь у Гиллеберда голова болит.
Чуть остыв, подумал, что вообще-то зря свои проблемы спихиваю на троллей. Тролли всего лишь тролли, как будто я не жил среди них! Работал среди троллей, натужно веселился, болел за команду троллей, что на футбольном поле сражалась с другой командой троллей. Вообще жил в обществе, где тролли занимались не только грабежами и рэкетом, но и политикой, бизнесом…
Да в литературе иной раз встречал такое, что мелькала мысль, а не тролль ли сумел пролезть? С чего бы эти странные воспевания темных эльфов, вампиров, киллеров и прочей дряни? Так что все путем, я не должен себя настраивать враждебно вот так заранее. Толерантное общество даже геев, кошатников и демократов воспринимает как людей, так что тролли тем более почти свои…
Но из-за того, что Сатана так приветствует их вхождение в человеческое общество, я это вхождение задержу. И вообще отложу в долгий ящик.
Я вызвал слуг и велел убрать посуду, вообще в комнате почистить, а то запах какой-то запустелый, а сам отправился вниз.



К моему удивлению, впервые за накрытым столом нет рыцарей, только несколько человек из простых ратников торопливо насыщаются господскими блюдами. При моем появлении вскочили, я милостиво усадил обратно мановением длани.
– Обедайте не спеша, – сказал я значительно. – Вы все – герои! За проявленную стойкость и мужество все участники похода получают в награду по золотому экю. Я ценю вас, ребята!
Они прокричали ликующее «ура», я пошел к выходу во двор, с неудовольствием подумал, что даже Ксенофонт знал всех своих солдат по имени, как и Наполеон, а Сократ вообще знал в лицо всех жителей Афин, а я собственных рядовых никак не запомню. То ли забурел, то ли в самом деле становлюсь матерым государственником…
Во дворе все окрашено багровым светом заката. Крохотное маленькое солнце, ярко-красное, словно крупный уголек из костра, уже сползает к темной вершине зубчатой стены. Длинные тени на моих глазах слились в одну, закрыв полутьмой двор.
В середине двора блестит ледяная горка вокруг колодца, не успевают скалывать. Низкорослая женщина в не по размеру широкой шубе несет деревянное ведро, вода плещется, стараясь добавить под ноги льда. Наткнувшись на меня, испуганно вскинула голову. На меня взглянули огромные карие глаза Фриды.
Я перехватил ведро из ее руки:
– Дай-ка сюда.
Она взмолилась:
– Ваша милость, как можно!
– Можно-можно, – заверил я. – Ты еще слабенькая.
– Ваша милость, – сказала она умоляюще, – мне ужасно стыдно, что живу здесь, ем ваш хлеб, но не работаю!.. А люди здесь добрые, сразу приняли, жалеют, помогают…
Я взвесил ведро на руке, даже мужчине тяжело, вздохнул, понес к кухне.
– Фрида… Не спеши так уж отрабатывать! Ты тем самым меня оскорбляешь.
– Вас?
Она смотрела в ужасе, я снова вздохнул, сказал вдалбливающе:
– Я чего-то стою, так? Ну вот. Ты однажды спасла мою шкуру. А сейчас говоришь, что уже расплатился, это значит, что стою очень дешево. Нет уж, я стою дорого, и потому мой должок тебе еще велик. Так что не спеши отрабатывать. Вот придет весна, пригреет солнышко, оживешь, сможешь и на метле…
Ее плечи зябко передернулись.
– Ваша милость! Теперь о таком даже боюсь подумать. Да и не получится.
– Обломали крылышки? – спросил я невесело. – Да, инквизиция это умеет. Но, может быть, еще отрастут? При надлежащем уходе и лечении?.. Ладно, не загадывай. Дождемся тепла. Может быть, все наоборот…
– Это как?
Я вздохнул.
– Станешь сильнее. Сильных духом страдания закаляют и дают добавочную мощь. А ты крепкий орешек, мой воробышек!
Я толкнул дверь, в ответ пахнуло влажным теплом, в ноздри ударили запахи наваристого супа с бараниной. Повар и две стряпухи уставились на меня с ужасом. Я поставил ведро с водой на стол и, взяв Фриду под локоть, вывел на чистый воздух.
– Иди отдыхай, – велел я. – Не твое это дело, поняла?
– Ваша милость!
– Иди-иди, – сказал я грозно, – а то нашлепаю.
Она исчезла, я вздохнул и, повернувшись, чуть не наткнулся на Макса. На его лице сострадание боролось с изумлением.
– Сэр Ричард!.. Я тоже пытался сказать леди Фриде…
– Что пытался? – спросил я устало.
Он вздохнул, на меня смотрел с мольбой и надеждой.
– Когда я увидел, как она… на кухне…
Он мялся, подбирая слова, я спросил нетерпеливо:
– Что? Что на кухне?
Он покраснел так, что даже уши запылали, и проговорил трагическим шепотом:
– Чистит овощи… Вместе с челядью! А ведь она же знатного происхождения! Если бы вы даже не сказали, это ж видно… У нее и манеры, и взгляд, и поворот головы… Да и не стали бы вы нести ведро воды даме, недостаточно знатной!
Я вздохнул.
– Да, это аргумент. Тут уж не отвертеться. Но, Макс, как я уже сказал по прибытии, она под злыми чарами. Ее выкрали из замка еще во младенчестве, все годы жила и воспитывалась на чужой кухне! Что удивительного, если, кроме кухневодства, ничего не знает и не умеет?.. Происхождение ее высокое, но это все, что о ней знаю.
Он задержал дыхание, в чистых глазах сверкала решимость, лицо окаменело, скулы заострились.
– Вы заняты великими делами, сэр Ричард, – проговорил он сдавленным голосом. – Вам объединять Армландию, а я, простой рыцарь, могу посвятить свою жизнь восстановлению справедливости в отношении этой леди! Это долг рыцаря – защищать женщин.
Я смешался, не зная, что ответить, но Макс смотрит ясными чистыми глазами праведника, ждет ответа сюзерена, который мудр и справедлив.
Я развел руками и сказал с фальшивой бодростью, пряча глаза:
– Благородное решение, сэр Максимилиан!.. Очень благородное. Весной станет яснее, как надо защищать, а летом… гм… наверное, уже сможете это сделать. Если за это время ничего не изменится.
Он выпрямился и отчеканил:
– Только не с моей стороны! Я преисполнен рвения, сэр Ричард. И пламенной отваги. Церковь велит нам защищать женщин, не щадя ни жизни, ни злата, ни земель. И сейчас Господь осчастливил меня возможностью встать на защиту женщины!
Я перекрестил его и сказал кротко:
– Я тоже благословляю. Рыцарские идеалы… нет их прекраснее.
Он отсалютовал, ушел в зал, все время оглядываясь, не покажется ли Фрида. Я подумал, рыцарские идеалы прекрасны уже тем, что для рыцаря дороже всего, даже дороже жизни. И рыцарь, будучи человеком самоотверженным, охотно и с радостью отдает за них жизнь. Через много веков, когда рыцарь трансформируется в мушкетера, он все еще останется таким же пылким и самоотверженным, но когда наступит час испытаний, с такой же легкостью будет отдавать свои убеждения за свою жизнь.
Про джентльмена, следующую после мушкетера инкарнацию рыцаря, умолчу, у него уже нет идеалов, а есть только утонченные манеры. Про современного же человека, которого уже и мужчиной не называют, а только мужиком, – вообще вспоминать противно.
Макс – истинный рыцарь, церковь зажгла в нем огонь веры, стремление к высшим идеалам справедливости и чести. Вера христианина… прежде всего прекрасна. Вообще вера должна быть… красивой! Я пальцем не шелохну для той ветви христианства, которую проповедуют пьяные разжиревшие попы в бабьих рясах, очень удобных для того, чтобы скрыть свивающие до колен пуза, больше всего озабоченные как бы еще чего урвать от дойной коровы церкви.
Нет, рыцари бы такую веру не приняли, это понятно и насекомому. И мне такое противно. А здесь вера чистая, с горящими глазами и чистым праведным сердцем. Рыцари охотно присягают ей и несут ее в своих душах и распространяют где словом, а где огнем и мечом, что тоже истинно и правильно.
Страусы не любят кошек за то, что те закапывают свое говно в песок, а я не люблю барона Альбрехта, что разгребает песок и ехидно показывает, куда собираюсь вступить.
Барон оппозиционер настолько, что даже кубок на пиру поднимает в стиснутом кулаке, однако когда принимаю решение, уже не спорит, а выполняет умело и достаточно творчески.
Да и вообще, это я, как правитель, всегда должен быть готов ответить на вопрос: «А что будешь делать, если?..» Оппозиция брать на себя ответственность и принимать решения не обязана. Потому барон с удовольствием оппонирует, критикует, высмеивает, даже язвит, но понимает, что на такие риски не пойдет, на какие решаюсь я.
Сейчас за окном холодные зимние звезды, промерзлая луна робко ползет по обледенелому небосводу. Пес бесстыдно дрыхнет у камина, разогрелся так, что уже лежит на спине, изогнувшись и раскинув лапы. Из раскрытой пасти высовывается язык.
В дверь постучали, я сказал «войдите», через порог переступил барон Альбрехт, крайне учтивый, трезвый и с мокрыми приглаженными волосами.
– Счастлив видеть вас на ногах, – сказал он серьезно.
– А почему нет?
– Остальные свалились, – объяснил он. – Зимний поход измотал всех. Кто-то отморозил уши, кто-то пальцы… Сейчас все отсыпаются. Суток двое еще не увидим за столом героев!
Я сотворил чашку кофе и придвинул ему на другой край стола. Он сел, принюхался.
– Пахнет обворожительно… Вы этим и спасаетесь?
– И вам поможет.
– Знаю, – ответил он, – уже пробовал…
Я наблюдал, как он осторожно отхлебывает черную густую жидкость, горячую и сладкую, губы барона вытягивались трубочкой, но глаза неотрывно следили за моим лицом.
– Сэр Ричард, – произнес он легко, – вижу скорбь на челе!.. Великие замыслы?
– Нет, – признался я. – Самые что ни есть мелкие.
– Можно поинтересоваться?
– Если не опасаетесь запачкаться, – предупредил я. – Размышляю уже в который раз, достаточная ли я сволочь, чтобы стать хорошим правителем больших территорий, где много лордов, сотни городов, тысячи сел и масса самого разного народа.
Он вскинул брови.
– А в чем затруднение?
– Я всем хотел бы быть хорошим, – ответил я честно. – И пока я был простым рыцарем, это удавалось. Даже паладину удавалось, хотя меня мало кто понимал. Но хотя бы никто не проклинал! А вот гроссграфу достанется…
Он подумал, развел руками:
– Сэр Ричард, я рос в неплохом окружении и приличном замке, но я с детства видел, что мои родители – полнейшие идиоты и все делают не так, как надо. И говорят не то, и поступают не так! Ну просто кретины, мне за них бывало жутко стыдно. За все стыдно: как говорят, одеваются, общаются с соседями… А уж как ведут себя с моими ровесниками, я вообще сгорал со стыда… Так вот, сейчас у меня трое детей. Я вижу, что я для них полнейший идиот, все делаю не так, как, по их мнению, надо. Ну просто кретин, как им за меня жутко стыдно… И говорю не то, и одеваюсь не так, и соседям брякаю по своей непроходимой дурости не то, что, по их мнению, должен бы изречь…
Я промолчал, горечь в словах барона понятна, хотя я пока в первой стадии развития: для меня родители – дураки, все делают не так, а я вот знаю лучше.
Барон смотрел на меня с ожиданием, я пробормотал:
– Ну, эта… сочувствую.


скачать книгу I на страницу автора

Страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 [ 9 ] 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38
ВХОД
Логин:
Пароль:
регистрация
забыли пароль?
РЕКЛАМА

Куликов Роман - Дело чести
Куликов Роман
Дело чести


Прозоров Александр - Прыжок льва
Прозоров Александр
Прыжок льва


Шилова Юлия - Сказки Востока, или Курорт разбитых сердец
Шилова Юлия
Сказки Востока, или Курорт разбитых сердец


   
ВЫБОР ПОЛЬЗОВАТЕЛЯ

Copyright © 2006-2015 г.
Виртуальная библиотека. При использовании материалов - ссылка на сайт обязательна .....

LitRu - Электронная библиотека