Виртуальная библиотека. Русская и зарубежная фантастика, фэнтези, детективы, триллеры, драма, историческая и  приключенческая литература, философия и психология, сказки, любовные романы!!!
главная | новости библиотеки | карта библиотеки | ссылки
РАЗДЕЛЫ
Детектив
Детская литература
Драма
Женский роман
Зарубежная фантастика
История
Классика
Приключения
Проза
Русская фантастика
Триллеры
Философия

КНИГИ ПО АЛФАВИТУ
... А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я

АВТОРЫ ПО АЛФАВИТУ
А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я

ПАРТНЕРЫ



ПОИСК
Введите фамилию автора:
Поиск от Google:



скачать книгу I на страницу автора

ТОЧКА ЗРЕНИЯ ЦЕРКВИ ХРИСТИАНСКОЙ ОТНОСИТЕЛЬНОСТИ
Она чувствует себя кораблем на мели. Избежать недостатков системы не
так трудно после всего происшедшего, информируют ее осведомители. Она
находится между водой и огнем. Разнообразные виды волн влияют на
обстановку. Распространяя свое влияние, она отражает формы древних
религий.
ЗАТОПЛЕНИЕ ТУННЕЛЯ ЛОС-АНДЖЕЛЕС - ФЕНИКС
ЧЕЛОВЕКА УНЕСЛО НА ДВЕ МИЛИ
- Твоя лошадка снова с тобой, внучек, - говорит он, сидя со мной.
- Твоя овечка снова с тобой, внучек, - говорит он, сидя со мной.
- Все твои владения снова твои, внучек, - говорит он, сидя со мной.
- Твоя деревня снова твоя, внучек, - говорит он, сидя рядом со мной.
- Твои весны снова наступят, внучек, - говорит он, сидя рядом со
мной.
- Твои горные хребты снова твои, внучек, - говорит он, сидя рядом со
мной.
Снова это будет благословенным, снова это будет благословенным.
Снова это будет благословенным.

Он прошел через текущую и застывшую лаву, которая, как все знали,
была замерзшей кровью Йитзо-монстра, убитого Нэйенезгани. Потом он
продолжил подъем по склону горы Тейлора, вершина которой сегодня была
скрыта густым клубящимся туманом. Воющий жестокий ветер севера рвал его
одежду множеством лап. Святое место было необходимо в этот мрачный день,
чтобы все обдумать. Прошло больше века с тех пор, как он был на горе
Тейлора, но природа осталась прежней.
Подъем...
Кот - мой чинди... Всегда за моей спиной...
Подъем, его волосы блестели, вымытые не так давно шампунем с корнем
юкки.
...Все события соединялись в тебе.
Поднимался в тумане, ветер хлещет, камни черные и скользкие...
...И как я встану перед тобой?
...Гора прижала к земле огромный каменный нож, прорезая ее сверху
донизу, гора-женщина, ты видишь все, что делается у людей, но видишь ли
мои необыкновенные звезды в вышине? Позволь мне поведать тебе о них...
Подъем стал медленным, и туман сгущался над ним, пропитывая и без
того прилипающую к телу одежду. Он пел, поднимаясь, останавливался
несколько раз в местах, бывших домом Бирюзовых Мальчиков и Девочек, желтой
кукурузы; существовала легенда, что где-то здесь родилась Изменчивая
Женщина.
...Я затерялся среди сверкающих звезд.
Он прошел мимо группы каменных людей, которые, казалось, кивали из-за
пелены тумана. Курчавая белизна, окружающая его, навеяла воспоминания о
материнской овце, которую он пас мальчишкой. Его мысли перелетели от их
старого зимнего хогана, их скудной еды на высокогорное летнее пастбище,
где пища варилась и съедалась на свежем воздухе, и женщина мелькала среди
деревьев. Его дядя-певец собирал травы и сушил их на солнце. Старик держал
лекарственные травы для женщины-охотницы с пятиночного весеннего пути. Он
также пел пять песен ночи, благословляющих дорогу, знал ритуалы
охотничьего пути так же хорошо, как пять ночей дороги Зла. Он знал путь
возрождения всех живущих существ.
Когда дошел слух о правительственных инспекторах, ждущих у овечьих
купален, в душах поселенцев царил такой же праздник, как у горбатого
Флейтиста. Лагерь разобрали, а блеющих овец погнали с гор к купальням.
Купальни пахли сероводородом, и овечий запах был везде не меньше, чем в
овчарнях. Это была грязная работа, когда овцы перебегали одна за другой в
купальню, их считали, сгоняли в кучу, ставили клеймо, уверяя, что животные
не будут болеть весь сезон. Воздух был пропитан пылью от пробегающих
животных. Скоро стада покрывали холмы, похожие на упавшие облака, и лающие
псы бегали среди них.
День разгорался. Среди вони и шума царило праздничное настроение.
Запахи баранов, изнемогающих от жары, жареного хлеба и кофе смешивались с
запахом дыма, растворяющегося в воздухе. Раздавался смех. Начались
азартные игры. Собирались петь. То тут, то там устраивались лошадиные
скачки и петушиные бои...
Все принарядились, закончив работу. Женщины в шерстяных платках, с
зонтами от солнца, прогонявшие овец из загона к купальням, сейчас надели
свои лучшие блестящие юбки с тремя оборками, атласные кофточки и бархатные



жакеты с серебряными галунами и пуговицами, от плеча сбегающие к талии, в
тяжелых ожерельях с несколькими бусинками бирюзы в них. Мужчины появились
в бархатных рубашках с серебряными пуговицами, с серебряными и бирюзовыми
обручами на черных шляпах, с зелеными и голубыми браслетами, кольцами и
ожерельями с гор Пилота, Короля и Ройстона. Везде шутили, танцевали,
рассказывали истории о проснувшихся змеях и громе. Он вспомнил свой первый
танец с девушкой на таком празднике. Он плясал и плясал многие ночи,
слушая девичий смех, двигаясь как во сне, пока не представился случай
убежать.
А сейчас...
Прошлым летом он побывал в современной овечьей купальне. В
генетическом коде животных был записан иммунитет от большинства старых
болезней. С тех пор немногие паразиты были вредны.
Овцы быстро пробежали по беззапашному аэрозольному туннелю; их
пересчитывал и сортировал компьютер; их загоняли за УФ-загородки,
состоящие из крошечных элементов, опущенных на землю.
Пища приготовлялась быстро в портативных печах в основном старым
методом. Вечерняя музыка записывалась на кассеты или передавалась через
спутник. Многие танцы он не узнал. Казалось, что кое-кто был одет в
традиционные костюмы, кое-кто - по новой моде. Было мало лошадей. Юноша,
подошедший к нему, спросил его имя...
...Гора держит у земли огромный каменный нож, разрезая ее сверху
донизу, лезвие украшено бирюзой - цветом голубого юга; на вершине женской
горы бирюзовая чаша с двумя яйцами голубой птицы, покрытых священной
скорлупой, гора одета бирюзой, на ее вершине орлиные перья, вам видно все,
что видно у людей. Но видеть слишком много для мужчины вредно для его
души.
Я видел многое...
Он поднимался по тропе молнии, между домов, сделанных из туч, радуги
и кристаллов. Когда он появился на крутых склонах в ослепляющем сверкании
солнца, казалось, будто он стоит на острове посреди вспенившегося моря.
Суша со всех сторон была покрыта белоснежным хлопком. Он, поворачиваясь к
каждой части света, пел, предлагая зерна кукурузы и пыльцу. Потом он сел и
открыл сумку из оленей кожи, и кое-что вынул. Долго думал о происшедшем с
ним тогда...
Эти облака... так походят на украшенный резьбой алтарь. Гриб в гнезде
над ним. Он съел горькое лекарство, прислушался к пению и задремал.
Мимо промчались перистый ветер и шумная толпа. Каждый человек пел
четыре песни, прежде чем прикрепить регалии. На него навалилась огромная
слабость. Он вспомнил, что Джон Рейв однажды говорил об эффективности
борьбы с человеческими пороками. Что-то сдавило горло. Во рту пересохло.
Он изумился, сколько в этом было духовного и сколько физиологического.
Он прошел через весьма необычный период в своей жизни. Вспомнил о
школе. Старые дороги не всегда правильно выбирают, но и новые - тоже.
Он знал, что Местная американская церковь взывала к многим, кто
находился между мирами. Но, учитывая антропологическую направленность,
чувствовал, насколько тонок конец разрыва, похожий на лезвие бритвы,
вставленное между ним и опытом даже сейчас, спустя несколько недель пути
Пийота. Сверкающие галлюцинации овладели им, он и его жажда существовали
отдельно друг от друга.
Эта ночь отличалась от других ночей. Он это почувствовал, когда шел и
смотрел с интересом на появившуюся радугу. Казалось, что она одновременно
и удаляется и приближается; когда он смотрел на нее, то видел над ней
чье-то передвижение.
Две фигуры, он узнал их, проходили по гребню арки огромного моста.
Они остановились и посмотрели вниз на него. Это были воины-близнецы:
Тобадзичини, рожденный в воде, и Нэйенезгани - истребитель монстров. Они
смотрели довольно долго, потом он увидел, что на самом деле они не
обращают на него внимания. Неожиданно он заметил большого черного ворона,
севшего на его левое плечо. Под радугой торопливо пробежал койот.
Нэйенезгани наклонился и поднял его, но брат прикоснулся к его руке, и он
отпустил койота.
Когда он снова посмотрел налево, ворон исчез с плеча. Когда взглянул
вперед, радуга начала блекнуть и уменьшаться...
На следующий день, почувствовав усталость, он отдохнул и подкрепился
бодрящим напитком. Мысли медленно копошились в его голове. Увиденное было
чем-то очень важным. Чем больше он анализировал, тем больше запутывался.
Был ли это ворон, которого он собирался подстрелить? Или это был
Нэйенезгани? А может, братья хотели загородить его от птицы?
В свете его антропологических знаний все было окутано туманом. Ворон
в некоторых человеческих легендах - особенное существо в навахских горах,
на радужном мосту в каньоне Плюта, олицетворяя злую силу. Но это не всегда
так, хотя прошло много событий, изгладившихся из памяти живых.
Ворон был божеством тлингит-хэйдского народа Тихого северо-запада,
эти люди говорили на языке атабасков. Навахи и их родичи - апачи также


скачать книгу I на страницу автора

Страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 [ 9 ] 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39
ВХОД
Логин:
Пароль:
регистрация
забыли пароль?
РЕКЛАМА

Акунин Борис - Инь и Янь
Акунин Борис
Инь и Янь


Роллинс Джеймс - Пирамида
Роллинс Джеймс
Пирамида


Журавлев Владимир - Неудачная реинкарнация
Журавлев Владимир
Неудачная реинкарнация


   
ВЫБОР ПОЛЬЗОВАТЕЛЯ

Copyright © 2006-2015 г.
Виртуальная библиотека. При использовании материалов - ссылка на сайт обязательна .....

LitRu - Электронная библиотека