Виртуальная библиотека. Русская и зарубежная фантастика, фэнтези, детективы, триллеры, драма, историческая и  приключенческая литература, философия и психология, сказки, любовные романы!!!
главная | новости библиотеки | карта библиотеки | ссылки
РАЗДЕЛЫ
Детектив
Детская литература
Драма
Женский роман
Зарубежная фантастика
История
Классика
Приключения
Проза
Русская фантастика
Триллеры
Философия

КНИГИ ПО АЛФАВИТУ
... А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я

АВТОРЫ ПО АЛФАВИТУ
А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я

ПАРТНЕРЫ



ПОИСК
Введите фамилию автора:
Поиск от Google:



скачать книгу I на страницу автора
- Пойдемте танцевать, - ответила Лавиния кокетливо, ибо
девятнадцатилетние девицы умеют кокетничать.
- Нет! - воскликнул обладатель нанковых панталон. - Я не тронусь с
места до тех пор, пока вы не положите конец этой пытке! Могу ли я... могу ли
я надеяться?
- Можете.
- Вы подтверждаете свое обещание?
- Подтверждаю.
- Даете мне слово?
- Даю.
- Навсегда?
- Надо ли спрашивать? - пролепетала, вся вспыхнув, Лавиния. Гримаса,
исказившая физиономию Батлера, должна была изображать восторг.
Мы могли бы самым подробным образом остановиться на всех дальнейших
событиях этого вечера - рассказать, как мистер Теодозиус и мисс Лавиния
танцевали, ворковали и вздыхали до самого конца бала и как радовались, глядя
на них, сестры Крамтон. Как учитель чистописания продолжал отплясывать в
одну лошадиную силу, а его супруга, подчиняясь какому-то безотчетному
капризу, вдруг поднялась из-за карточного стола в маленькой гостиной и
заторчала со своим зеленым чепцом на самом виду у гостей. Как был подан
ужин, состоявший из крохотных треугольных сэндвичей и считанного числа
тартинок. Как гости поглощали под видом глинтвейна тепленькую водичку,
сдобренную лимоном и щепоткой мускатного ореха. Все эти и многие другие
столь же интересные подробности мы опускаем с тем, чтобы описать сцену,
более важную.
Через две недели после бала Корнелиус Брук Дингуолл, эсквайр, Чл. П.,
сидел за тем же письменным столом в том же кабинете, где мы впервые с ним
познакомились. Мистер Брук Дингуолл сидел там один, и на челе его лежала
печать глубокой думы, ибо он составлял билль "О том, как следует блюсти
второй день пасхальной недели".
В дверь постучал лакей. Законодатель очнулся от своих раздумий и
выслушал доклад о приходе мисс Крамтон. Посетительница получила разрешение
переступить порог святилища. Мария прошмыгнула мимо лакея, он вышел, она
церемонно села на копчик кресла и осталась наедине с членом парламента. О,
как ей хотелось, чтобы при этом свидании присутствовало третье лицо! С
маленьким буяном и то было бы легче.
Дуэт начали мисс Крамтон. Она надеются, что миссис Брук Дингуолл и
прелестный малыш не жалуются на здоровье?
Нет, не жалуются. Миссис Брук Дингуолл и маленький Фредерик сейчас в
Брайтоне.
- Я вам чрезвычайно признателен, мисс Крамтон, что вы посетили меня, -
величественно произнес Корнелиус.- Я собирался сам съездить в Хэммерсмит
проведать дочь, но, поскольку ваши отчеты о ее поведении были вполне
удовлетворительны, а обязанности члена палаты общин поглощают все мое время,
я решил отложить свою поездку еще на неделю. Ну, как Лавиния, много ли
успела за это время?
- Да, сэр, - ответила Мария, с ужасом готовясь сообщить отцу, что за
это время его дочь успела сбежать.
- Значит, победа за мной? Так я и думал!
Вот тут и надо было сказать ему, что победа осталась за кем-то другим,
по несчастная воспитательница не находила в себе сил на это.
- Вы строго удерживали ее в предписанных мною рамках, мисс Крамтон?
- Самым строжайшим образом, сэр.
- Судя по вашим письмам, состояние ее духа мало-помалу улучшилось?
- Значительно улучшилось, сэр.
- Ну, разумеется. Этого следовало ожидать.
- Но, к сожалению, сэр, - сказала мисс Крамтон, явно волнуясь, - к
моему величайшему сожалению, наш план не принес тех плодов, на которые мы
рассчитывали.
- Как? - воскликнул провидец. - Вы чем-то встревожены, мисс Крамтон!
Бог мой! Что случилось?
- Мисс Брук Дингуолл, сэр...
- Да, сударыня?
- Исчезла, сэр, - проговорила Мария, выказывая недвусмысленное
намерение грохнуться в обморок.
- Исчезла?
- Сбежала, сэр.
- Сбежала? Как сбежала? С кем? Когда? Куда? возопил потрясенный
дипломат.
Желтизна, присущая лицу мисс Крамтон, перешла во все цвета радуги в ту
минуту, как она положила на стол члена парламента небольшой конверт.
Он вскрыл его. Два письма - одно от дочери, другое от Теодозиуса. Он
наспех пробежал их. "Когда это попадет к вам в руки... мы будем далеко...
взываем к родительским чувствам... любим до безумия... воск... рабская
преданность..." и так далее и тому подобное. Он схватился за голову и, к



ужасу чинной Марии, стал мерить кабинет гигантскими шагами.
- Отныне и впредь, - сказал мистер Брук Дингуолл, на всем ходу
останавливаясь у стола и ударяя по нему рукой в такт своим словам, - отныне
и впредь я никогда, ни при каких обстоятельствах не пущу к себе в дом дальше
кухни ни одного человека, который пишет всякие книжонки. Моя дочь и ее муж
будут получать от меня сто пятьдесят фунтов в год, и больше мы с ними не
увидимся. И черт возьми, сударыня! Я внесу в палату билль о закрытии всех
пансионов для благородных девиц!
С того дня, когда была оглашена эта бурная декларация миновал
год-другой. Мистер и миссис Батлер живут на лоне природы в лондонском
пригороде, в приятном соседстве с кирпичным заводом. Детей у них нет. Мистер
Теодозиус держится чрезвычайно солидно и непрерывно что-то пишет, но
вследствие низких происков издателей, составивших против него комплот, эти
писания до сих пор не увидели света. Молодая супруга мистера Батлера
начинает приходить к выводу, что воображаемые несчастья куда лучше
неподдельных горестей и что брак, заключенный впопыхах и оплакиваемый на
досуге, порождает столь весомую тоску, какой она даже представить себе не
могла в былые дня.
По зрелом размышлении Корнелиус Брук Дингуолл, правда, с неохотой, но
признал, что в неудачном исходе его блистательного плана ему следует винить
не сестер Крамтон, а свою же собственную дипломатию. Впрочем подобно многим
другим мелкотравчатым дипломатам, он убедительно доказывает самому себе, что
только случайность помешала выполнению его великолепного замысла, и тем и
утешается. "Храм Минервы" сохраняет status quo, а сестры Крамтон живут и
здравствуют и беспрепятственно извлекают все выгоды из своего пансиона для
благородных девиц.
¶ГЛАВА IV §
Семейство Тагс в Рэмсете
перевод Е.Калашниковой
Жил-был когда-то в узенькой улочке на южном берегу Темзы, в трех
минутах ходьбы от старого Лондонского моста, мистер Джозеф Тагс - невысокого
роста человечек, смуглолицый, быстроглазый, с лоснящейся шевелюрой,
коротенькими ножками и солидным брюшком (если судить по расстоянию от
средней пуговицы жилета спереди до парных пуговиц сюртука сзади). Фигура его
любезной супруги хоть и не могла служить образцом изящества, но, несомненно,
радовала глаз; а формы их единственной дочери, прелестной мисс Мэри Тагс,
обещали в недалеком будущем дозреть до той самой соблазнительной пышности,
которая некогда пленила взоры и покорила сердце мистера Джозефа Тагса.
Мистер Саймон Тагс, его единственный сын и единственный брат мисс Мэри Тагс,
как телесным, так и душевным складом решительно отличался от всех остальных
членов семьи. Удлиненный овал его задумчивого лица и некоторая слабость
нижних конечностей убедительно говорили о незаурядном уме и романтической
натуре. Когда дело касается подобной личности, то даже мелкие черты и
привычки представляют немалый интерес для склонного к размышлениям
наблюдателя. Мистер Саймон Тагс обычно появлялся на людях в широконосых
башмаках и бумажных чулках черного цвета; а кроме того, был замечен в
пристрастии к черным атласным галстукам, которые носил без банта и без
всяких булавок или украшений.
Какой бы полезной деятельностью ни занимался человек, каким бы ни
посвятил себя благородным целям, ничто не оградит его от нападок пошлой
толпы. Мистер Джозеф Тагс держал бакалейную торговлю. Казалось бы,
бакалейного торговца не может коснуться жало клеветы; так нет же - соседи
присвоили ему унизительное звание лавочника, и завистливая молва утверждала,
что он торгует в розницу по мелочам, отпуская покупателям чай и кофе
четвертками, сахар унциями, табак грошовыми пачками, сыр ломтиками и масло
кружочками. Впрочем, семейство Тагс не обращало внимания на эти
оскорбительные выпады. Мистер Тагс занимался отделом колониальных товаров,
миссис Тагс - маслом и сырами, а мисс Тагс - собственным образованием.
Мистер Саймон Тагс пел торговые книги и хранил торговые тайны.
В один прекрасный весенний день, когда упомянутый молодой человек сидел
на бочке присоленного масла за небольшой красной конторкой с деревянными
перильцами, украшавшей собою угол прилавка, у дверей остановился кэб, из
кэба вылез незнакомый джентльмен и быстрым шагом вошел в помещение магазина.
Он был весь в черном, в одной руке у него был зеленый зонтик, а в другой -
синий портфель.
- Могу я видеть мистера Тагса? - осведомился незнакомец.
- Мистер Тагс перед вами, - ответил мистер Саймон.
- Мне нужен другой мистер Тагс, - возразил незнакомец, устремив взгляд
на дверь в глубине помещения, которая вела в жилую комнату и за стеклом
которой, поверх занавески, явственно обозначалась круглая физиономия мистера
Тагса.
Мистер Саймон грациозно помахал пером, которое держал в руке, как бы


скачать книгу I на страницу автора

Страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70 71 72 73 74 75 76 77 78 [ 79 ] 80 81 82 83 84 85 86 87 88 89 90 91 92 93 94 95 96 97 98 99 100 101 102 103 104 105 106 107 108 109 110 111 112 113 114 115 116 117 118
ВХОД
Логин:
Пароль:
регистрация
забыли пароль?
РЕКЛАМА

Глуховский Дмитрий - Сумерки
Глуховский Дмитрий
Сумерки


Свержин Владимир - Время наступает
Свержин Владимир
Время наступает


Шилова Юлия - Дневник эгоистки, или Мужчины идут на красное
Шилова Юлия
Дневник эгоистки, или Мужчины идут на красное


   
ВЫБОР ПОЛЬЗОВАТЕЛЯ

Copyright © 2006-2015 г.
Виртуальная библиотека. При использовании материалов - ссылка на сайт обязательна .....

LitRu - Электронная библиотека