Виртуальная библиотека. Русская и зарубежная фантастика, фэнтези, детективы, триллеры, драма, историческая и  приключенческая литература, философия и психология, сказки, любовные романы!!!
главная | новости библиотеки | карта библиотеки | ссылки
РАЗДЕЛЫ
Детектив
Детская литература
Драма
Женский роман
Зарубежная фантастика
История
Классика
Приключения
Проза
Русская фантастика
Триллеры
Философия

КНИГИ ПО АЛФАВИТУ
... А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я

АВТОРЫ ПО АЛФАВИТУ
А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я

ПАРТНЕРЫ



ПОИСК
Введите фамилию автора:
Поиск от Google:



скачать книгу I на страницу автора

В отрыве от нее безупречно правильные стереотипы вступали в противоре-
чие. Вот, например, как в разные моменты времени она оценивала их отно-
шения. Снова в телетайпной ленте памяти отчетливо пропечатывались давно
умершие фразы.
"Это оправдано, если есть чувства. А если их нет... Я не могу быть
только с тобой! Мне надо выйти замуж, у ребенка должен быть отец!.. Нет"
не выйду, все это глупости... А о Галине и Кирилле ты подумал?.."
Элефантов глубоко затянулся и, ощутив прилив дурноты, погасил сигаре-
ту.
Кто же такая Мария Нежинская?
Если быть объективным и придерживаться логики фактов, получить ответ
нетрудно. Как называется женщина, постоянно изменяющая мужу? Да еще с
несколькими любовниками? Идущая на связь без любви вопреки объявляемым
вслух принципам? Привыкшая изощряться, выкручиваться, лгать и предавать?
Ничего не стесняющаяся и до бесстыдства раскованная в постели? И, конеч-
но, научившаяся всем своим постельным штучкам не в супружестве? Не поща-
дившая мужа ради сомнительной "свободы" и откровенно упивающаяся ею?
Ответ так и вертелся на языке, - короткое, хлесткое и оскорбительное
бранное слово. Если бы кто-нибудь посмел так назвать Нежинскую, Элефан-
тов сцепился бы с ним насмерть, бил, кусал, царапал, грыз, пока не при-
кончил или пока сам оставался жив. Но сейчас к страшному ответу он при-
шел сам! На основе бесстрастного анализа неопровержимых фактов!
Но ведь Мария, чистоплотная и аккуратная Мария, с нежным лицом и
прекрасными глазами, с милой привычкой добавлять уменьшительные суффиксы
в слова, с синей жилкой на левой щиколотке, которую он так любил цело-
вать, не могла, никак не могла быть!.. На этот раз он даже мысленно не
произнес грязного, обжигающего, как позорное клеймо, слова.
Элефантов вскочил и щелкнул выключателем. Как вообще можно было доду-
маться до такого! Он стоял посредине комнаты, щурясь от яркого света, и
постепенно приходил в себя.
Виноваты темнота, одиночество, ударная доза никотина, гипнотизирующие
мерцающие часы.
Человек, который несколько минут назад в темноте с холодной безжа-
лостностью патологоанатома препарировал светлый облик Прекрасной Дамы,
не был Сергеем Элефантовым!
"Как раз он им и был! Нормальный человек - спокойный, трезвый, с цеп-
ким аналитическим умом! А не слепой сентиментальный олух, в которого ты
превратился за последние месяцы!"
Такое с Элефантовым случилось впервые: его "я" раздвоилось, одна
часть управлялась разумом, вторая - чувствами, и эти части спорили между
собой. Расщепление сознания - признак шизофрении. Он вспомнил рассказ
Марии, как ее муж лечился у психиатра.
"Да ее просто нельзя любить, если не хочешь сойти с ума. Нежинский
испытал это на себе, теперь ты почувствовал то же самое. Так всегда бы-
вает, когда любимая женщина оказывается дрянью".
Элефантов привык спорить аргументирование, даже с самим собой. Но
сейчас у него был только один, весьма шаткий, чтобы не сказать более,
аргумент - Мария не может быть такой. Почему? Да нипочему. Не может - и
все тут. И хотя он понимал, что голословное утверждение и доводом-то
считать нельзя, но ухватился за него обеими руками. Что еще ему остава-
лось делать, если чувства вступили в непримиримое противоречие с разу-
мом?
"Все это чушь, - обратился он к своей разумной половине. - Ряд небла-
гополучных жизненных обстоятельств может, конечно, представить ее в не-
верном свете. Но это если пользоваться только двумя красками - черной и
белой. А разве можно все упрощать там, где речь идет о сложной челове-
ческой натуре? Легче всего свести ее слова, действия и поступки к при-
вычным шаблонам: хорошо и плохо. Попробуй понять ее до конца, разоб-
раться во всех нюансах, руководивших ею побуждениях! Может, она стоит
выше тех предрассудков, которые называют моралью? Ведь есть вольные,
свободолюбивые лошади, на которых нельзя накинуть узду!"
Там, где касалось Марии, быть объективным он не мог, а придерживаться
логики не хотел. И все же, несмотря на все хитрости и уловки, избавиться
от терзающего его смятения, тягостных, на грани уверенности подозрений и
острой тоски не удалось.
Вдруг ему показалось, что виновник всего - Хлыстунов, вот кто вытес-
няет его из сердца Марии! Но за счет чего? Чем он лучше? Подходящего от-
вета не было. Так внезапно оказавшийся в цивилизованном мире папуас не
смог бы понять, отчего все его огромное богатство - дюжина консервных
банок, десяток разноцветных осколков и даже целая бутылка с яркой эти-
кеткой - ровным счетом ничего не стоит.
Что же делать? Что? Что?!
Нет, надо отвлечься, так недолго и сойти с ума! Он не глядя взял с
полки книгу и усмехнулся подсознательной целенаправленности немотивиро-
ванного внешне движения. Тот самый томик Грина. Принадлежащий ей. Помня-



щий прикосновение Ее рук...
Он перелистнул несколько страниц.
"Черняк слушал, недоумевая, что могло так мучить контрабандиста. Ло-
гика его была совершенно ясна и непоколебима: если что-нибудь отнимают -
нужно бороться, а в крайнем случае - отнять самому.
- Вас это мучает? - спросил он, посмотрев на Шмыгуна немного разоча-
рованно, как будто ожидал от него твердости и инициативы. - А есть ли у
вас револьвер?.."
Это место, да и весь рассказ производили на него сильное впечатление.
Группка нагло обманутых, застывших в беспомощной растерянности людей и
их случайный знакомый, бродяга и авантюрист, мимоходом решивший все их
проблемы. С помощью твердой натуры, крепкой руки и револьвера.
Сюжет не новый, постоянно повторяющийся: герой-одиночка, восстанавли-
вающий справедливость мощным ударом и метким выстрелом. Но гриновский
Черняк вовсе не супермен, у него обычные, а не пудовые кулаки и даже ре-
вольвер - только атрибут, не столько решающий довод, сколько необходимый
довесок к спокойному умению отчетливо видеть цель и с непреклонной реши-
тельностью ее добиваться.
Сам Элефантов, привыкший действовать только в рамках дозволенного, не
представлял, как можно без колебаний и сомнений идти напролом через все
преграды и запреты, и всегда немного завидовал тем, кто на это способен.
Он положил книгу на стол.
А ты, Серега, можешь стремиться к заветному рубежу без оглядки, не
считаясь ни с чем? Ведь ты не трус и если раньше не делал ничего такого,
то только потому, что не было значительной цели. Сейчас она есть...
Он прислушался к себе. Та же тоска, растерянность, горечь. "Если
что-то отнимают, надо бороться, а в крайнем случае отнять самому". Уже
давно он не испытывал душевного покоя, метался, ревновал, переживал...
"Вас это мучает? А есть ли у вас револьвер?"
Сергей открыл платяной шкаф и, пошарив среди изрядно поредевших ве-
щей, вытащил из дальнего угла тяжелый, глухо лязгнувший чехол зеленого
брезента. Пальцы привычно расстегнули два ремешка, присоединили стволы к
ложу, защелкнули цевье. В руках у него был короткий японский штуцер.
Верхний ствол гладкий, двенадцатого калибра, под дробовой патрон, нижний
- нарезной. Из любого он легко попадал с пятидесяти метров в консервную
банку.
Двадцать два тридцать семь. Самое время. Элефантов читал достаточно
детективных романов, чтобы знать, что делают в подобных случаях. Он по-
ложил в карман два - хватит и одного, но всегда должен быть запас - хищ-
но вытянутых остроконечных патрона, связку ключей, накопившихся в хо-
зяйстве за долгие годы, фонарик. В футляр для чертежей поставил разоб-
ранный штуцер, завернутый в старую болонью. Готово. В двадцать два сорок
пять он вышел на улицу, на такси подъехал к нужному месту, последний
квартал прошел пешком. В темном углу двора, надетской площадке, надел
плащ и дождевую кепочку, спрятал в песочницу футляр, накинул на шею ру-
жейный ремень и, придерживая через карманы части оружия, чтобы не звене-
ли, зашел в подъезд и поднялся наверх.
Вопреки опасениям, подобрать ключ к чердачной двери удалось довольно
быстро. Здесь было душно и темно, фонарик пришелся как раз кстати. Осто-
рожно ступая, Элефантов подошел к слуховому окну. Нужные ему окна распо-
лагались как раз напротив и чуть ниже - очень удобно. Лампа под старин-
ным оранжевым абажуром освещала обеденный стол, за которым ужинал Эдик
Хлыстунов.
"Какие-то тридцать пять - сорок метров", - прикинул Элефантов, соби-
рая штуцер. Патрон мягко скользнул в патронник, четко щелкнул замок. От-
личная машина.
В оранжевой комнате появилась мама Эдика со стаканом чая в руках.
Элефантов прицелился. Он охотился на кабана, лося и волка, но в человека
целил впервые. Как всегда, перед выстрелом он сросся с оружием, стал
продолжением непомерно удлинившегося ствола и перенесся в миг, следующий
за спуском курка. Резкий, усиленный замкнутым пространством звуковой
удар, красно-желтая вспышка, слабо тренькнувшее в комнате со старомодным
абажуром стекло, опрокинувшийся навзничь вместе со стулом Хлыстунов, бе-
зумное лицо и истошный, душераздирающий крик его матери...
Отраженное от цели воображение вернулось на захламленный чердак, где
остро пахло бездымным порохом, и убийца лихорадочно разбирал сделавший
свое дело штуцер.
Элефантов вернулся из будущего мгновения, которому так и не суждено
было стать настоящим. Нажать на спуск и хладнокровно влепить пулю в лоб
Хлыстунову он, конечно, не мог.
Собственно, он с самого начала знал, что не выстрелит. Сделанное до
сих пор - только попытка доказать самому себе нечто весьма существенное,
но настолько неуловимое, что точно сформулировать это словами было зат-
руднительно. А приблизительно, огрубленно... Что ж, можно сказать так:
способность бороться за свою возлюбленную методами, свойственными насто-


скачать книгу I на страницу автора

Страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70 71 72 73 74 75 76 [ 77 ] 78 79 80 81 82 83 84 85 86 87 88 89 90 91
ВХОД
Логин:
Пароль:
регистрация
забыли пароль?
РЕКЛАМА

Соломатина Татьяна - Приемный покой
Соломатина Татьяна
Приемный покой


Суворов Виктор - Беру свои слова обратно
Суворов Виктор
Беру свои слова обратно


Сертаков Виталий - По следам большой смерти
Сертаков Виталий
По следам большой смерти


   
ВЫБОР ПОЛЬЗОВАТЕЛЯ

Copyright © 2006-2015 г.
Виртуальная библиотека. При использовании материалов - ссылка на сайт обязательна .....

LitRu - Электронная библиотека