Виртуальная библиотека. Русская и зарубежная фантастика, фэнтези, детективы, триллеры, драма, историческая и  приключенческая литература, философия и психология, сказки, любовные романы!!!
главная | новости библиотеки | карта библиотеки | ссылки
РАЗДЕЛЫ
Детектив
Детская литература
Драма
Женский роман
Зарубежная фантастика
История
Классика
Приключения
Проза
Русская фантастика
Триллеры
Философия

КНИГИ ПО АЛФАВИТУ
... А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я

АВТОРЫ ПО АЛФАВИТУ
А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я

ПАРТНЕРЫ



ПОИСК
Введите фамилию автора:
Поиск от Google:



скачать книгу I на страницу автора
Слова молитвы бежали привычной чередой, не тесня дум о наступившем дне.
Прочитав молитву до конца, он еще долго стоял на коленях с опущенной
головой. За его спиной в молчаливом ожидании замерли два молодых
телохранителя. Он пошевелился, и телохранители подхватили под руки,
помогли встать. Шагнул к двери, они распахнули резные золоченые створки,
пошли вперед по узкому проходу. Их ноги в мягких сапогах беззвучно ступали
на серые плиты пола, его сапоги на каблуках, окованных серебром, цокали,
как копыта. Шах был низкоросл, потому носил сапоги на каблуках и высокую
хорезмийскую шапку, обкрученную шелковой чалмой.
Телохранители распахнули следующую дверь, стали по сторонам, пропуская
его вперед. В комнате, выложенной светло-голубыми изразцами, застланной
толстым ковром, его уже ждал везир ' Мухаммед ал-Хереви. Приложив одну
руку ко лбу, другую к сердцу, везир поприветствовал его, стал раскручивать
толстый свиток бумаги. На бумаги шах посмотрел с отвращением, остановил
везира.
[' В е з и р - глава канцелярии, первый <министр> шаха.]
- Погоди. Не вижу своего сына.
- Величайший, я за ним послал...
Слуги разостлали на ковре скатерть-дастархан, взбили широкие подушки,
принесли тарелки с миндальным пирожным, вяленой дыней, запеченными в тесте
орехами. Шах сел на подушку, знаком указал везиру место напротив.
Дородный, туго перетянутый широким шелковым поясом, Мухаммед ал-Хереви
опустился на подушку, сдерживая кряхтение. Его лицо с редкой седеющей
бородой покраснело от натуги. Хорезмшах едва сдержал усмешку. Шахиня-мать,
как он слышал, в сердцах назвала недавно везира <калча>- плешивый. Видимо,
из-за этой вот словно бы вылезшей бороды. В угоду матери теперь многие
называют везира не по имени, а Калча. Но этот Калча стоит многих и
густобородых, и седобородых. Учен, умен, предан. Потому-то доверил ему и
многотрудные дела высокого дивана ', и воспитание наследника - сына Джалал
ад-Дина.
[' Д и в а н - здесь государственная канцелярия, правительство шаха.]
Слуги налили в чаши горячего чая. Шах отпил глоток любимого им напитка.
- Не терзай мой ум, великий везир, цифрами налоговых поступлений.
Вникай в них сам, памятуя: войску жалованье должно быть выплачено без
задержки. За это строго спрошу.
Везир не успел ответить.
- Мир вам и благоденствие!
В комнату с поклоном вошел Джалал ад-Дин. Узколицый, с большим орлиным
носом, поджарый, как скакун арабских кровей, старший сын был любимцем
хорезмшаха. Но сейчас он сказал Джалал ад-Дину с неудовольствием:
- Сын, мы собираемся сюда не для услаждения слуха звоном пустых слов.
Для дел государственных.
Джалал ад-Дин не стал оправдываться - гордый. Сел к дастархану,
отбросив полы узкого чекменя. Слуги, зная его вкус, поставили тарелку с
кебабом. Мясо шипело, распространялся запах пригорелого жира. Сын полил
его соусом из гранатовых зерен, стал торопливо есть.
Везир открыл свои бумаги.
- Величайший, мною получено письмо, не мне предназначенное.
Послушай... Пусть всевышний дарует твоей святой и чистой душе тысячу
успокоений и превратит ее в место восхода солнца милосердия и в место,
куда падают лучи славы!.. Ну, тут все так же... то же.., Вот. Помоги мне,
о благословенный, из мрака мирских дел найти путь к свету повиновения и
разбить оковы забот мечом раскаяния и усердия.
- Чье письмо?
- Его, величайший, написал векиль ' твоего двора, достойный Шихаб
Салих.
[' В е к и л ь - управляющий дворцом, дворцовым хозяйством.]
- И что же тут такого?
- Это письмо должен был получить шейх ' Медж ад-Дин Багдади.
[' Ш е й х - глава мусульманской общины.]
- Дай!- Шах выхватил из рук везира письмо, крикнул:- Позвать сюда
векиля!
Веки шаха над черными глубокими глазами набухли, отяжелели. Векиль,
седой старик, проворный и легкий, увидев гневное лицо шаха, стал на
колени. Мухаммед схватил его за бороду, рванул к себе.
- Служба мне стала для тебя оковами? Ты у меня узнаешь настоящие
оковы! Сгною в подземелье, порождение ада!
- Великий хан... Султан султанов... да я... служба тебе не тягость.
Помилуй! Я не носил одежды корыстолюбия. За что такая немилость?
Шах отпустил бороду, бросил ему в лицо скомканное письмо.
- Читай. Вслух читай!
Векиль дрожащим голосом прочел письмо.
- Твое?
- Мое. Но, величайший среди великих, опора веры, тут нет ни слова...
- Какого слова? Ты перед кем усердствуешь и раскаиваешься, где ищешь



свет повиновения, рабская твоя душа?!
- Я думал только о молитвах и спасении души.
- Ты жалуешься этому шейху. А кто он? Уши багдадского халифа. Кому же
ты служишь? Мне или халифу, сын ослицы?
- Тебе, милостивый. Для тебя усердствую.- Шихаб Салих отполз подальше
от шаха.- Но я не знал, что шейх Медж ад-Дин Багдади... Твоя мать,
несравненная Теркен-хатун -да продлит аллах ее жизнь!- считает его
благочестивейшим из смертных. А халиф ' разве перестал быть эмиром
правоверных?
[' Х а л и ф - духовный глава всех мусульман-суннитов.]
Шах выплеснул чай в лицо Шихаб Салиху.
- Сгинь!
Утираясь ладонью, кланяясь, векиль выскочил за двери. Шах проводил его
ненавидящим взглядом. Матерью заслоняется... Знает, где искать защиту.
- Отец и повелитель, перед тем, как идти сюда, я побывал на базаре,-
сказал Джалал ад-Дин.- В одежде нищего я бродил среди продающих и
покупающих, среди ремесленников и менял.
- Зачем?- Шах все еще смотрел на дверь, за которой скрылся векиль.
- Мой достойный учитель,- Джалал ад-Дин наклонил голову в сторону
Мухаммеда ал-Хереви,- всегда говорил: слушай не эхо, а звук, его
рождающий. Я слушал. Люди говорят, что наместник пророка халиф багдадский
гневается на нас за неумеренную гордость, что он может лишить священного
покровительства правоверных, живущих под твоей властью.
- Это халиф засылает шептунов! Всех хватать и рубить головы! Мне не
нужно его покровительство. Меня называют наследником славы великого
воителя Искандера '. Я раздвинул пределы владений от Хорезмийского моря до
моря персов ''. И все это без помощи и благоволения халифа, хуже -
рассекая узлы его недоброжелательности. Змея зависти давно шевелится в
груди эмира веры!..- Шах сжал кулаки, лицо его побледнело.- Что еще слышал
ты?
[' И с к а н д е р - Александр Македонский.]
['' Хорезмийским морем называли тогда Аральское; море персов - имеется
в виду Персидский залив.]
- Многое, отец и повелитель... Люди недовольны высокими обложениями,
сборщиками податей. Но больше всего - воинами. Они необузданны и
своевольны...- Джалал ад-Дин замолчал, смотрел на отца, будто ожидая, что
он попросит продолжать рассказ.
Но шах ничего не сказал. Воины-опора его могущества. Однако эмиры,
особенно кыпчакских ' племен, горды, своенравны. Почти все они
родственники матери. Она их повелительница и покровительница. И с этим
пока ничего поделать нельзя. Он повелитель своего войска, но и пленник.
Если эмиры покинут его, что останется? И выходит, что ему легче бросить
вызов халифу багдадскому, чем обезглавить векиля своего двора. Сын,
кажется, обо всем догадывается и хочет помочь. Но ему лучше держаться в
стороне - слишком горяч.
[' Военную аристократию составляли туркменские и кыпчакские эмиры,
часто враждовавшие между собой; туркмены поддерживали Мухаммеда, кыпчаки -
его мать; русские называли кыпчаков половцами, западноевропейцы -
команами.]
- Что у тебя еще?- спросил шах у везира.
- Письмо от твоего наместника из Самарканда.
- Читай.
Покашливая, шелестя бумагой, Мухаммед ад-Хереви, прочел:
- <Во имя аллаха милостивого и милосердного! Да будет лучезарным
солнце мира, повелитель вселенной, надежда правоверных, тень бога на земле
Ала ад-Дин Мухаммед!
Население Самарканда склоняется к противлению и непокорности. И раньше
речи самаркандцев были сладки снаружи, а внутри наполнены отравой вражды.
Теперь же светильник их без света, а дом - осиное гнездо. Твоя дочь,
сверкающая, как утренняя звезда,- да осчастливит ее аллах!- укрылась
плащом печали и пребывает на ковре скорби. Султан Осман - да вразумит его
всевышний!- вместо того, чтобы огнем гнева спалить семена вражды и
коварства и плетью строгости изгнать своевольство, внял речам непокорных.
На пирах в честь своего благополучного возвращения он восседает рядом с
первой женой,- дочерью неверного гурхана, а несравненная Хан-Султан, будто
рабыня, прислуживает ей, обиталищу греховности, каждый раз испивая чашу
унижения...>
- Довольно!- гневно оборвал везира шах.- Ах, сын шакала! Я тебя
заставлю мыть ноги Хан-Султан!
- Отец и повелитель, не могу ли сказать я?- спросил Джалал ад-Дин.- Я
был против того, чтобы отпустить Османа. И вот почему. Мы сами отточили
ястребу когти и раскрыли дверцы клетки. Его держали тут почти как
заложника. Моя сестра Хан-Султан помыкала им как хотела. Моя бабушка
сделала его своим посыльным, он подносил ей браслеты и серьги... Будь на
его месте я...


скачать книгу I на страницу автора

Страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70 71 72 73 [ 74 ] 75 76 77 78 79 80 81 82 83 84 85 86 87 88 89 90 91 92 93 94 95 96 97 98 99 100 101 102 103 104 105 106 107 108 109 110 111 112 113 114 115
ВХОД
Логин:
Пароль:
регистрация
забыли пароль?
РЕКЛАМА

Шилова Юлия - Карьеристка, или без слез, без сожаления, без любви
Шилова Юлия
Карьеристка, или без слез, без сожаления, без любви


Лукин Евгений - После нас - хоть потом
Лукин Евгений
После нас - хоть потом


Орлов Алекс - Золотой воин
Орлов Алекс
Золотой воин


   
ВЫБОР ПОЛЬЗОВАТЕЛЯ

Copyright © 2006-2015 г.
Виртуальная библиотека. При использовании материалов - ссылка на сайт обязательна .....

LitRu - Электронная библиотека