Виртуальная библиотека. Русская и зарубежная фантастика, фэнтези, детективы, триллеры, драма, историческая и  приключенческая литература, философия и психология, сказки, любовные романы!!!
главная | новости библиотеки | карта библиотеки | ссылки
РАЗДЕЛЫ
Детектив
Детская литература
Драма
Женский роман
Зарубежная фантастика
История
Классика
Приключения
Проза
Русская фантастика
Триллеры
Философия

КНИГИ ПО АЛФАВИТУ
... А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я

АВТОРЫ ПО АЛФАВИТУ
А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я

ПАРТНЕРЫ



ПОИСК
Введите фамилию автора:
Поиск от Google:



скачать книгу I на страницу автора

изображений массой подробностей.
"Получилось, значит", - подумал он. И тут же осознал себя не только
Алексеем Берестиным, но и Сергеем Марковым тоже. Вернее, не осознал, а
вспомнил все, что составляло личность Маркова, все, что с ним было, вплоть
до последних слов Сталина, которые были акустической формулой включения
психоматрицы.
- Ну здравствуй, товарищ Сталин... - произнес он, прислушиваясь к
звучанию чужого голоса. - Как ты тут обжился?
- Нормально, - улыбнулся Сталин, и это выглядело довольно странно,
если не сказать - дико: новиковская улыбка на совсем не приспособленном
для нее лице. - Хоть и тоскливо, черт знает как... В город тянет выйти, по
улицам походить, а нельзя.
- Да, тебе не позавидуешь. Зато - положение? Но дай я посмотрю, как
мой Марков выглядит. У тебя тут зеркало есть?
- Пройди вон туда, - Новиков показал незаметную дверь за портьерой.
То, что увидел Берестин в зеркале, ему понравилось. Молодой еще
человек с правильными и мужественными чертами лица. Скупы, конечно,
чересчур выдаются, обтянутые сухой шелушащейся кожей со следами морозных
ожогов. Глаза запавшие, настороженные - видно, что досталось ему крепко,
но ли страха, ни забитости не чувствуется, скорее непреклонность и жесткая
воля. Неординарный мужчина. Да и по внутренним ощущениям ничего. А если
что в организме не в порядке после лагеря, так с новой матрицей тело
Маркова регенерирует до генетического оптимума за два-три дня.
Новиков подтвердил, что, попав в тело Сталина, вначале чувствовал
себя отвратительно, а теперь готов кроссы бегать.
- Да вот смотри. - Андрей присел и левой рукой, которая у Сталина
была полупарализована, поднял тяжелый стул за переднюю ножку, подкинул
вверх, поймал и снова поставил. - Видал? Вот то-то... Одно плохо: рост. До
сих пор кажется, что хожу, присев на корточки. Знаешь, командарм, сейчас
мы поедем ко мне на дачу, там я тебя подробно введу в курс. Заодно и
поужинаем.
В салоне длинного ЗИС-101, за поднятой стеклянной стенкой, в
полутьме, озаряемой вспышками папирос и уличными фонарями, Новиков
короткими штрихами изображал общую ситуацию. Он провел в сорок первом году
больше недели и кое-что успел.
Если не смотреть на собеседника, а в окно, на мелькающие по сторонам
картинки ночных улиц, было полное впечатление, что говорит настоящий
Новиков: его манера, интонация, лексика, даже акцент исчез, но если
повернуться... Сцена из самодеятельного спектакля, где актер не в силах
справиться с образом. Берестин предпочел снова отвернуться к окну. Машина
сворачивала с улицы Горького на Садовое. Только вчера его везли здесь в
черном вороне, а теперь вон как. Да нет, впрочем, не его, а только
Маркова.
Сталин никогда не ездил этой дорогой, и шофера, наверное, удивляла
внезапно прорезавшаяся страсть вождя к ночным автопрогулкам. Она же
приводила в отчаяние управление охраны. Каждую ночь Сталин по пути на
ближайшую дачу час-полтора приказывал крутить по улицам и неотрывно
смотрел в окно. Андрею невыносимо хотелось как-нибудь и самому сесть за
руль мощной машины в стиле ретро, но... Это Брежнев себе такое мог
позволить.
Берестин смотрел на Москву, и в нем переплетались и путались четыре
ощущения: он помнил эти места своей памятью восемьдесят четвертого года, и
шестьдесят шестого, когда провел здесь день по поручению Ирины, а Марков,
наоборот, вспоминал эти же места с позиций тридцать восьмого года, и оба
жадно впитывали майскую ночь сорок первого.
- Как только немного пришел в себя, - продолжал рассказывать Новиков,
- вызвал я к себе Берию. "Лаврентий, - говорю, - прикажи там, чтобы
доставили мне списки на всех из старшего комсостава, кто еще жив, и
полностью дела на всех комкоров и выше". - "Зачем тебе это, Коба?" -
спрашивает он по-грузински. Мы с ним, оказывается, на такие темы всегда
по-грузински разговаривали. - "Есть у меня сомнение, - отвечаю. - Вдруг
ошибка вышла. Не тех посадили и не с теми остались". - "Ну и что? -
отвечает мой друг Лаврентий. - Если даже и ошиблись кое-где, это ерунда.
Люди в принципе все одинаковые, и если бы сейчас Блюхер был здесь, а
Тимошенко там, никто бы и не заметил". Начинаю я раздражаться. Внутренне.
Потому что раньше я про этого Лаврентия анекдоты рассказывал из известного
цикла, да вот еще в пятьдесят третьем, помню, в пионерлагере ребята
портрет со стены содрали и весь день над ним измывались, пока вечером не
сожгли. Такие вот у нас с ним до этого отношения были, а тут он мне
возражать вздумал. Хозяин же, напротив, знает его вдоль и поперек, и
получается у нас некоторая равнодействующая в мыслях. Словно бы я начинаю
понимать, что Лаврентий парень ничего. Хам, конечно, сволочь местами, но
фигура вполне нужная и для нашего дела незаменимая. Я делаю над собой
усилие, загоняю Иосифа Виссарионовича в подсознание к нему же и говорю:
"Не прав ты, Лаврентий. Вот сидел бы передо мной сейчас, скажем,



Фриновский или Берзинь, а ты - лес пилил. Как, по-твоему?" "Не нравится
мне такой разговор", - отвечает Берия. Я заканчиваю беседу, еще раз
напоминаю, чтоб списки и дела были, и уже у порога задерживаю его. Не смог
удержаться. "Послушай, - говорю, - Лаврентий, а мне Вячеслав говорил, что
ты еврей..." - и дальше все по анекдоту. Цирк, одним словом.
Берестин представил эту сцену и рассмеялся.
- Знаешь, командарм, я, наверное, все анекдоты постепенно в дело
введу, пусть потом разбираются, где причина и где следствие... - отвлекся
на мгновение от повествования Новиков. Машина проезжала мимо Курского
вокзала, по тускло освещенной площади, и был он совсем не похож на тот,
что стоит здесь в конце века, но до боли знаком по временам ранней юности.
Андрей впервые уезжал с этого вокзала на юг с родителями в шестьдесят
первом году, году ХХII съезда, когда Сталин лежал еще в мавзолее, и он
видел его там, а сейчас - носит ту самую оболочку, что лежала под
хрустальным колпаком... Было в этом нечто настолько запредельное, что
Новиков передернул плечами.
- Послушай, вождь, - прервал его мысли Берестин, - может, выпишешь,
пока не поздно, контейнер сигарет из Штатов? А то война начнется, так и
будем до начала ленд-лиза на папиросах сидеть, а у меня от них язык
щиплет...
Видели бы товарищи по лагерю, с кем комкор Марков катается по Москве
в одной машине и что при этом говорит.
И настолько сильным был всплеск эмоций Маркова, что и Берестин
почувствовал острое желание, чтобы все, с кем он вместе сидел, и все
другие во всех лагерях, сколько их есть, как мощно быстрее вернулись
обратно - не только потому, что они нужны, а просто из пронзительного
сочувствия к ним.
- Андрей, нужно завтра же подписать указ об исключении из кодекса
пятьдесят восьмой статьи и полной амнистии всем, кто по ней сидит.
- Думал я уже... Сразу вряд ли выйдет. Надо поэтапно. Сначала высший
комсостав, через пару недель остальных военных, потом гражданских... Иначе
у нас дороги захлебнутся. А по ним войска возить. Так слушай дальше...
Машина завершила круг по кольцу и рванула по прямой в сторону
кунцевской дачи.
- Просмотрел я дела, - продолжал Новиков, - и решил, что лучше
Маркова не найти. Из тех, кто остался. Сталин на него тогда еще виды имел,
отчего и в звании повысил, когда других к стенке ставил. Но передумал.
Даше не передумал, как мне сейчас кажется, а тень сомнения высказал.
Ежовской братии того оказалось достаточно, и сомнения подкрепили, и
материальчик наскребли. И поехал Сергей Петрович совсем в другие места.
- Вот так и делалось? - поразился Берестин. - Я все же считал, что
какая-то логика во всем этом была...
- Поначалу - да. Первые заходы мой И._В. действительно долго
обдумывал, просчитывал... К Тухачевскому у него "претензии" еще с польской
кампании были. Другие тоже мешали спокойно жить и править, претендовали на
право "свое суждение иметь". А уж дальше понеслось... Как бог на душу
положит. Иногда по принципу "нам умные не надобны", иногда вообще черт
знает. Старался я разобраться в его побуждениях, но получается слабо.
Новиков замолчал, по-сталински пыхнул трубкой, раз, другой, однако
дым проходил через мундштук слабо, и был неприятно резок. Он раздраженно
бросил ее в пепельницу.
- Нет, но объясни, что все это было? Переворот? - Берестину отчего-то
важнее всего казалось сейчас услышать из сталинских уст правду, или,
вернее, его собственную трактовку того, что он совершил со страной, с
народом, да и со всем миром...
- Да, переворот. Как же иначе? Уничтожение системы государственной
власти, разгром партии, физическое уничтожение ЦК, Верховного Совета,
аппарата управления... Пиночет какой-нибудь в тысячи раз меньше людей и
структур ликвидировал, а сомнения ни у кого его акция не вызвала. А
всего-то делов, что Сталин старую фразеологию оставил. А детали... Я
кое-что набрасываю сейчас для памяти, однако многого еще не понимаю.
Столько крови и грязи, что просто оторопь берет... Боюсь, и в наше время
этого не расскажешь.
Андрей замолчал, а Берестин подумал, что не к месту завел разговор,
который тяжело дается Новикову, несмотря на его всегдашнее хладнокровие и
легкость характера. А может, это сталинское подсознание бунтует, не хочет
тайнами делиться?
- Однако я тебе про Берию недосказал... Значит, после обеда все
разъехались, он остался. Мы еще поговорили, на разные практические темы. Я
еще решение окончательного не принял, а Сталин мне уже подсказывает, как
такие вещи делаются. Личности-то у него нет, а навыки остались, и раз я
задачу себе задаю, его подкорка мне тут же автоматический ответ... Вышел я
в кабинет, позвонил куда следует. А мы с ним в столовой сидели. "Давай, -
говорю, - Лаврентий, выпьем еще понемногу. Хванчкара больно удачная
попалась. Кто знает, когда еще попробовать придется". Чутье у него,


скачать книгу I на страницу автора

Страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70 71 72 73 [ 74 ] 75 76 77 78 79 80 81 82 83 84 85 86 87 88 89 90 91 92 93 94 95 96 97 98 99 100 101 102 103 104 105 106 107 108 109 110 111
ВХОД
Логин:
Пароль:
регистрация
забыли пароль?
РЕКЛАМА

Распопов Дмитрий - Начало пути
Распопов Дмитрий
Начало пути


Панов Вадим - Ребус Галла
Панов Вадим
Ребус Галла


Посняков Андрей - Грамота самозванца
Посняков Андрей
Грамота самозванца


   
ВЫБОР ПОЛЬЗОВАТЕЛЯ

Copyright © 2006-2015 г.
Виртуальная библиотека. При использовании материалов - ссылка на сайт обязательна .....

LitRu - Электронная библиотека