Виртуальная библиотека. Русская и зарубежная фантастика, фэнтези, детективы, триллеры, драма, историческая и  приключенческая литература, философия и психология, сказки, любовные романы!!!
главная | новости библиотеки | карта библиотеки | ссылки
РАЗДЕЛЫ
Детектив
Детская литература
Драма
Женский роман
Зарубежная фантастика
История
Классика
Приключения
Проза
Русская фантастика
Триллеры
Философия

КНИГИ ПО АЛФАВИТУ
... А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я

АВТОРЫ ПО АЛФАВИТУ
А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я

ПАРТНЕРЫ



ПОИСК
Введите фамилию автора:
Поиск от Google:



скачать книгу I на страницу автора
- Да.
- Дает ли она вам силы жить?
- Дает, государь.
- Как вы относитесь к другим конфессиям?
- С максимальной доброжелательностью. Мы полагаем, что без веры в
какую-то высшую по отношению к собственной персоне ценность человек еще не
заслуживает имени человека, он всего лишь чрезвычайно хитрое и очень
прожорливое животное. Более того, чем многочисленнее веры - тем
разнообразнее и богаче творческая палитра Человечества. Другое дело - как
эта высшая ценность влияет на их поведение. Если вера в своего бога, в
свой народ, в свой коммунизм или во что-либо еще возвышает тебя, дает силы
от души дарить и прощать - да будет славен твой бог, твой народ, твой
коммунизм. Если же вера так унижает тебя, что заставляет насиловать и
отнимать - грош цена твоему богу, твоему народу, твоему коммунизму.
- Что ж, достойно. Не затруднит ли вас в двух словах рассказать мне,
в чем, собственно, состоит ваше учение?
Вот уж к этому я никак не был готов. Пришлось всерьез присосаться к
сигарете, потом неторопливо стряхнуть в пепельницу белоснежный пепел.
- Государь, я не теоретик, не схоласт...
- Вы отменный работник и безусловно преданный России человек - этого
довольно. Разглагольствования богословов меня всегда очень мало
интересовали, вне зависимости от их конфессиальной принадлежности.
Теоретизировать можно долго, если теория - твой удел; но в каждодневном
биении сердца любая вера сводится к нескольким простым и самым главным
словам. Я слушаю, князь.
Я еще помедлил, подбирая слова. Он смотрел ободряюще.
- У всех стадных животных, государь, существуют определенные нормы
поведения, направленные на непричинение неоправданного вреда друг другу и
на элементарное объединение усилий в совместных действиях. Нормы эти
возникают вполне стихийно - так срабатывает в коллективе инстинкт
самосохранения. Человеческая этика, в любой из ее разновидностей, является
не более чем очередной стадией усложнения этих норм ровно в той мере, в
какой человек является очередной стадией усложнения животного мира. Однако
индивидуалистический, амбициозный рассудок, возникший у человека волею
природы, встал у этих норм на пути. Оттого-то и потребовалось подпирать их
разнообразными выдуманными сакральными авторитетами, лежащими как бы вне
вида Хомо Сапиенс, как бы выше его. И тем не менее, сколь бы ни был
авторитетен тот или иной божественный источник призывов к добру и
состраданию, всегда находились люди, для которых призывы эти были пустым
звуком, ритуальной игрой. С другой стороны, всегда находились люди,
которым не требовалась ни сакрализация ни ритуализация этики; в простоте
своей они вообще не могут вести себя неэтично, им органически мерзок
обман, отвратительно и чуждо насилие... И то, и другое - игра генов. Один
человек талантлив в скрипичной игре, другой - в раскрывании тайн атомных
ядер, третий - в обмане, четвертый - в творении добра. Но только через
четвертых в полной мере проявляется генетически запрограммированное
стремление вида сберечь себя. Мы убеждены, что все создатели этических
религий, в том числе и мировых - буддизма, христианства, ислама -
принадлежали к этим четвертым. Ведь, в сущности, их требования сводятся к
одному интегральному постулату: благо ближнего превыше моего. Ибо "я",
"мой" обозначает индивидуальные, эгоистические амбиции, а "ближний",
любой, все равно какой, персонифицирует вид Хомо. Расхождения начинаются
уже на ритуальном уровне, там, где этот основной биологический догмат
приходится вписывать в контекст конкретной цивилизации, конкретной
социальной структуры. Но беда этических религий была в том, что они, дабы
утвердиться и завоевать массы, должны были тем или иным способом
срастаться с аппаратом насилия - государством, и, начиная включать в себя
заповеди требования насилия, в той или иной степени превращались в в свою
противоположность. Всякая религия стремилась стать государственной, потому
что в этой ситуации все ее враги оказывались врагами государства с его
мощным аппаратом подавления, армией и сыском. Но в этой же ситуации всех
врагов государства религии приходилось объявлять своими врагами - и
происходил непоправимый этический надлом. Это хорошо подтверждается тем,
что, чем позже возникала религия, то есть чем более развитые, жесткие и
сильные государственные структуры существовали в мире к моменту ее
возникновения - тем большую огосударственность религия демонстрирует. От
довольно-таки отстраненного буддизма через христианство, претендовавшее на
главенство над светскими государями, к создавшему целый ряд прямых
теократий исламу.
- Очень логично, - сказал император. Он слушал внимательно, чуть
подавшись вперед и не сводя пристальных глаз с моего лица. Вяло дымились
забытые сигареты.
- Мы полностью отказались от какого бы то ни было ритуала. Мы
совершенно не стремимся к организованному взаимодействию со светской
властью. Мы апеллируем, по сути, лишь к тем, кого я назвал четвертыми - к



людям с этической доминантой в поведении. Им во все времена жилось не
легко, нелегко и теперь. Они совершенно непроизвольно принимают на себя
первый удар при любых социальных встрясках, до последнего пытаясь стоять
между теми, кто рвется резать друг друга - и потому, зачастую, их режут и
те и другие. Они часто выглядят и оказываются слабее и беспомощнее в
бытовых дрязгах... Мы собираем их, вооружаем знаниями, объясняем им их
роль в жизни вида, закаляем способность проявлять абстрактную доброту
чувств в конкретной доброте поведения. Мы стараемся также облегчить и
сделать почетным уподобление этим людям для тех, кто не обладает ярко
выраженной этической доминантой, но по тем или иным причинам склоняется к
ней. Это немало.
- Чем же заняты ваши... уж не знаю, как и сказать... теоретики?
- О, у них хватает дел. Ну, например. Сказать: благо ближнего важнее
- это просто. Просто и претворить эти слова в жизнь, когда с ближним вы на
необитаемом острове. Но в суетном нашем мире, где ближних у нас уж всяко
больше одного, ежечасно перед человеком встают проблемы куда сложнее тех,
что решают математики в задачах о многих телах.
- Неужели и здесь вы считаете возможным выработать некие правила?
- Правила - никоим образом, государь. Но психологические рекомендации
- безусловно. Определенные тренинги, медитативные практики... но я не
силен в этом, государь, прошу простить.
- Хорошо, - он наконец стряхнул в пепельницу длинный белый хвостик
пепла, уже изогнувшийся под собственной тяжестью. - Я как-то упустил...
Ведь коммунизм начинался как экономическая теория.
- О! - я пренебрежительно махнул рукой. - Ополоумевшая от барахла
Европа! Похоже, Марксу поначалу и в голову ничего не шло, кроме чужих
паровых котлов и миллионных состояний! "Бьет час капиталистической
собственности. Экспроприаторов экспроприируют"! В том, что коммунисты
отказались от вульгарной идеи обобществления собственности и поднялись к
идее обобществления интересов - львиная заслуга коммунистов вашей державы,
государь.
- Ленин... - осторожно, будто пробуя слово на вкус, произнес
император.
- Да.
- Обобществление интересов - это звучит как-то... настораживающе
двусмысленно.
- Простите, государь, но даже слово "архангел" становится бранным,
когда его произносит сатана. Речь идет, разумеется, не о том, чтобы всем
навязать один общий интерес, а о том, чтобы всякий индивидуальный интерес
учитывал интересы окружающих и, с другой стороны, чтобы всякий
индивидуальный интерес, весь их спектр, был равно важным и уважаемым для
всех. Это - идеал, конечно... как и всякий религиозный идеал.
- В молодости я читал какие-то работы Ленина, но признаюсь, князь,
они не заинтересовали меня, не увлекли.
Я помедлил.
- Рискну предположить, государь, что в ту пору вы были молоды и
самоуверенны. Жизнь представлялась веселой, азартной игрой, в которой все
козыри у вас в руках.
- Возможно, - император улыбнулся уголками губ. - При иных
обстоятельствах я с удовольствием побеседовал бы с вами об этом, вы
изрядный собеседник. Но сперва покончим с тем, что начали. В изложенном
вами я не вижу религиозного элемента. Вполне здравое, вполне
материалистическое, чрезвычайно гуманистическое этическое учение, и
только. Через несколько минут вы поймете, почему я так этим интересуюсь.
Скажите мне вот что. Возможен ли религиозный фанатизм в коммунизме, и
какие формы он может принять, коль скоро сам коммунизм религиозного
элемента, как мне кажется, не имеет?
- Ваше величество, чем отличается этическая религия от этического
учения? Лишь тем, что ее догматы опираются на некий священный авторитет,
некую недосказанную истину, каковая, в сущности, и является предметом веры
- а все остальные предписания уже вполне материалистично вытекают из нее.
Священным авторитетом для нас является вид Хомо. Недоказуемой истиной, в
которую нужно поверить всем сердцем - то, что вид этот заслуживает
существования. Ведь это не из чего не следует логически. Никто не писал
этого кометами на небесах. Люди вели и ведут себя зачастую так, словно бы
им все равно, родится ли следующее поколение или нет. Презрение к людям
лежит в основе такого поведения - подсознательно укоренившееся, в
частности, еще и оттого, что все религии рассматривают наше бытие лишь как
предварительный и греховный этап бытия вечного. Уверовать в то, что сей
греховный муравейник есть высшая ценность - нелегко, а иным и
отвратительно. То, что я рассказывал прежде, было от ума - а вот то
короткое и главное из сердца, что вы просили, государь, своего рода символ
веры. Род людской нуждается в существовании, значит, всякое мое
осмысленное действие должно приносить кому-то пользу. И речь идет не
только о благотворительности или тупом жертвовании собой. Коль скоро наш


скачать книгу I на страницу автора

Страницы: 1 2 3 4 5 6 7 [ 8 ] 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52
ВХОД
Логин:
Пароль:
регистрация
забыли пароль?
РЕКЛАМА

Апраксина Татьяна - Мир не меч
Апраксина Татьяна
Мир не меч


Шилова Юлия - Девушка из службы «907»
Шилова Юлия
Девушка из службы «907»


Контровский Владимир - Последний оргазм эльфийского короля
Контровский Владимир
Последний оргазм эльфийского короля


   
ВЫБОР ПОЛЬЗОВАТЕЛЯ

Copyright © 2006-2015 г.
Виртуальная библиотека. При использовании материалов - ссылка на сайт обязательна .....

LitRu - Электронная библиотека