Виртуальная библиотека. Русская и зарубежная фантастика, фэнтези, детективы, триллеры, драма, историческая и  приключенческая литература, философия и психология, сказки, любовные романы!!!
главная | новости библиотеки | карта библиотеки | ссылки
РАЗДЕЛЫ
Детектив
Детская литература
Драма
Женский роман
Зарубежная фантастика
История
Классика
Приключения
Проза
Русская фантастика
Триллеры
Философия

КНИГИ ПО АЛФАВИТУ
... А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я

АВТОРЫ ПО АЛФАВИТУ
А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я

ПАРТНЕРЫ



ПОИСК
Введите фамилию автора:
Поиск от Google:



скачать книгу I на страницу автора
...Снова, вперемежку, дикой, раздирающей глаза каруселью, несутся:
пойма, Марфушка с косой, кровь, рассыпанные ягоды, мухи, Сенька. Пашка
тужится и преодолевает бредовую карусель. Звук шага совсем близок, за-
молкает рядом.
- Что ты хочешь с ним делать? - слышен Пашке тревожный вопрос Петра.
Старик, не отвечая и сопя, ищет щелку в кофте. Пашка ворочается, но
холодная, огрубелая рука Быхалова протискивается к самой голове и, при-
норовясь, хватает за ухо. Петр меняется в лице, глаза его расширены
страхом за Пашку. Собственный язык раздражает его, как тошный кляп.
В то же мгновенье Зосим Васильич вскрикивает, более от испуга неожи-
данностью, чем от боли. Он растерянно трясет рукой, а на конце его ми-
зинца повисает темная капелька крови.
Сам Пашка уже стоит ногами на койке, готовый броситься, прижавшись к
стене. Его влажные блестящие зубы, только что прокусившие хозяйский па-
лец, ждут еще кусать... Лицо его смутно и серо, но румянец бьет дико,
как осенний закат.
- А, вот как! - мычит Зосим Васильич и жует губами, обсасывая палец.
- Ну, слезай. Стоять тебе там нечего. - Он идет к кровати, достает
из-под подушки клеенчатый бумажник, - в нем Пашкина метрика. Кстати
обертывает палец в красный носовой платок. - Собирайсь, - решительно ко-
мандует он.
- Куда?.. Куда ты его гонишь? - вступает в разговор Петр. Лицо у Пет-
ра смятое, почти умоляющее, но Быхалову не до Петра.
Пашка набивает в линялую, застиранную до дыр наволоку свой убогий,
проштопанный пожиток. При каждом движеньи его перебинтованных рук, тело
его неуловимо содрогается.
- Да ведь ночь же!.. - в отчаяньи за Пашку говорит Петр и делает не-
определенное движенье рукой, поясняющее, как темна и неприютна весенняя
ночь.
- Не мешай, - властно говорит старый Быхалов. - Тут не игрушки те-
бе... Тут жизнь!
Одновременно Пашка выступает вперед:
- Вы засуньте пачпорт-то в карман мне, - просит он сипло. - У меня
руки... не действуют... - и выставляется боком, где карман.
- Вот что, братец, - не сразу начинает Быхалов, меняя оттенок голоса.
По губам Пашки бежит тонкая струйка насмешки, Зосим Васильич как-то
меркнет лицом. - Ведь ты, братец, этак-то и убивать возможешь. - Слова
Быхалова нетверды. - А в том, что поучить тебя хотел, особой обиды нет.
И сам вот так же учен был. Чем больше, братец, по горбу бьют, тем больше
горб и стоит... Причащался ведь я нынче, - прибавляет он через минуту
совсем упавшим голосом.
- Прощенья проси! - заплетаясь языком от волненья, шепчет Петр. -
Мальчик, проси прощенья... и все кончено, ну!
- Сам проси, коли охота напала, - весь дрожа говорит Пашка и в изне-
моженьи закрывает глаза.
- Ах, ты вот как!! - Быхалов-отец хватает себя за горло, как в при-
падке удушья. - Вон пошел, злыдень... чорт! Вон...
Мерно покачиваясь на хромую ногу, Пашка идет к двери. Узел свой он
прижимает к груди как-то локтями. С порога оборачивается:
- Там за вами еще полтора рубля оставалось... Сеньке отдайте.
- Постой, постой... Я тебе сразу выдам, - спешит Зосим Васильич.
Но Пашка уже ушел. Дверь притворена не плотно. К ногам бежит морозный
холодок. За окном полная ночь.
...Попозже, через час, Петр перед тем, как ложиться спать, заходит к
отцу и садится в ногах. Тот лежит по-прежнему, одетый, немигающий. В го-
ловах у него как-то особенно подмигивающе и нравоучительно тикают часы.
- Пришел?.. - жестко спрашивает отец. - Ну, посиди, посиди у меня.
Вот так мы и живем, Петруша. Варимся, и поблагодарить некому. Ишь проно-
сились штиблеты-то твои, песок в них и то не удержится! - замечает он,
глядя на свесившиеся, худые и длинные ноги Петра. - Отнеси завтра к са-
пожнику, походи в моих пока...
- Папаша, - мягко прерывает его Петр, обводя пальцем каждый квадратик
лоскутного отцовского одеяла. - Я вам сказать хотел, времени вот только
все не выходило... Меня не совсем еще выпустили. Через две недели второе
дело будет слушаться...
- А-а, - холодно внимает отец. - Тянет тебя в тюрьму, Петруша. Жрать,
что ли, тебе на свободе нечего?
- Мне-то есть что, - с мягкой настойчивостью отвечает Петр. - Хотим,
чтоб все, папаша, жрали...
Они сидят, не глядя друг на друга. Вдруг Петру кажется, что он сказал
грубость. Длинноносое лицо его бледно краснеет.
- Папаша... я и позабыл вас этово, ну вот... с ангелом-то поздравить.
С ангелом, папаша!
- Нашел время, Емеля! - тоскующе усмехается отец и легонько толкает
сына в плечо. В голосе Быхаловском - и жалоба на свое нехорошее одино-



чество, и грустная насмешка над суетой Петра. Петр уходит спать.
Еще через час - уже сон. Газ потушен. Вверху, на полатях, с остерве-
нением и вывертом, словно напилком стекло режет, храпит Карасьев.
Внизу, рядом с пустой койкой, ворочается без сна Сеня. Ему и холодно,
и чего-то страшно. Будто - поле, огромное, ровное, ночное. И в поле этом
разошлись пути братьев на две разных стороны...
VII. Девушка в гераневом окне.
Каждому цвету свой черед. Пришла пора и Сенина. К тому времени, как
речь, Семеном стал звать Сеню Быхалов. С Успенья тронулся Сене восемнад-
цатый год. Время Сенино к убыли не спешило. Но когда восемнадцатого по-
бежали первые дни, стал вдруг виться Сенин волос. Раньше все в скобку
стригся, маслом утихомиривая непокорный затылочный вихор. А тут взыграли
щеки Сенины румянцем, а голова - кольчиками: никакого с ними сладу нет.
Не всех в могилу гнало Зарядье. Иного взращивало в холе и с любовью: и
цвел снаружи буйный цветок, а внизу черствели и удлинялись злые чертопо-
лошьи корни. У Сени, покуда, глаза серые, а брови, свидетельствуя о силе
и воле, вкрутую сбежались к переносью. Жизни в него в обрез налито. Она
переливается могучими желваками на его спине, под рубашкой, она играет
на алых Сениных губах. Вырос и поширел. Скоро тесна станет Сене неглубо-
кая, невысокая Зарядская скудость.
За все то время пяти лет житья в бакалейных молодцах, не уставал Сеня
бегать к Катушину, в его подчердачную высоту. К лету восемнадцатого сво-
его года, почти все книжки Катушинские перечел Сеня, не ускользнула ни
одна. Все обтертые, скользкие ступеньки Катушинской лестницы имели свое
обличье и место в Сениной памяти. Взбегал, быстро проходил темный кори-
дор с бесчисленным количеством дверей и рывком распахивал одну из них.
Так случилось и в наше воскресенье, после запора лавки. В окна мас-
терской, где работал и жил Степан Леонтьич, сильным снопом западало
солнце, ярко и оранжево располагаясь и на войлочной двери, и на полу,
сорном от обрезков сукна, марли, ваты и картона. Когда растворилась
дверь и в солнечном пятне явилась белая Сенина рубашка, даже зажмурился
Степан Леонтьич: уже не выносили света слепнущие его глаза.
- Что-й-то ты горячий какой нынче? Словно из печки только что вылез,
выпекли...
- Книжку вот принес, - говорит Сеня. Улыбка Сенина широка и свободна.
- Всю прочел? - жмурится Катушин.
- Всю-то, всю. Сочиненье хорошее, слов нет. Только вот уж больно про
любовь много. Словно у них и дела другого нет: влюбляются да расходятся.
Катушин улыбался: поздняя старость наблюдала раннюю младость.
- Все к тому и течет, Сенюшка. И нет другого дела, правда твоя. Кото-
ры любят, те и счастливы. Ты знай: весь мир приобретешь, и он тебя обма-
нет, а любовь...
- ...спасет, - докончил за Катушина Сеня. - Это ты вон из той книжки,
Степан Леонтьич, говоришь... я чита-ал... - протянул Сеня. - Там дальше
так сказано: но если обманет тебя любовь, то больней ее обман, чем обман
цельного мира. Только, по-моему, все это враки, - со смеющейся недовер-
чивостью Сеня садится возле старика.
- Что ж, обманывать, что ль, я тебя буду! - хитровато посмеивается
Катушин. - И я ведь не всегда этаким сморчком по свету вихлял. Я тебе из
правды жизни сказал, а не по книге...
Уже через три минуты Катушинской веселости нет и следа. Он грустно
молчит, погружаясь в свои воспоминанья. Выпуклые очки снова дрожат на
его крохотном носу, брови по-детски подняты.
- ...очень мне хотелось грамоту вот тоже осилить, - сутулясь еще
больше, рассказывает Катушин. - Меня тогда дьячок и приютил один из со-
седнего села. Я к нему и бегал тайком, чуть не замерз раз, во вьюгу по-
бежал. Я у дядьки жил, дядька и не пускал. "Мы без грамоты прожили, и
тебе пачкаться не след!" А дьячок меня и учил... Вот как кончилось обу-
ченье, он и говорит мне на последях, дьячок мой: ну, говорит, Степан,
все я тебе, что имел, передал. Ничего у меня, Степан, боле нету. Лапти
вот еще умею плесть, хочешь - обучу... А дальше уж ступай, как сам зна-
ешь!
Сеня смотрит в окно. Ветерок прохладный задувает к нему в лицо и на
колени, и перебирает кольчики Сениных волос, нежно, как женская рука.
Грудь дышит тяжким запахом накаленного железа и камня. Обычные зарядские
запахи боятся солнца, бегут глубже - в провалы проходных ворот, в купе-
ческие укладки, во мраки костоломных лестниц, в гнилые рты. Сеня любит
глядеть из Катушинского окна: видно много.
Каменные невысокие этажи с суровой простотой возносились кверху. Ныне
над крышами их свирепствовало предвечернее солнце, парило воздух, мягчи-
ло асфальт, как воск, дожелта накаляло тонкую Зарядскую пыль. А внизу
крались кривые переулки, и в них стоял небудничный гам. Ремесленное За-
рядье погуливало, лущило семячки, скрипело гармоньями, изливалось в уны-


скачать книгу I на страницу автора

Страницы: 1 2 3 4 5 6 7 [ 8 ] 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70 71 72
ВХОД
Логин:
Пароль:
регистрация
забыли пароль?
РЕКЛАМА

Курылев Олег - Руна смерти
Курылев Олег
Руна смерти


Шилова Юлия - Мадам одиночка, или Укротительница мужчин
Шилова Юлия
Мадам одиночка, или Укротительница мужчин


Круз Андрей - Я еду домой!
Круз Андрей
Я еду домой!


   
ВЫБОР ПОЛЬЗОВАТЕЛЯ

Copyright © 2006-2015 г.
Виртуальная библиотека. При использовании материалов - ссылка на сайт обязательна .....

LitRu - Электронная библиотека