Виртуальная библиотека. Русская и зарубежная фантастика, фэнтези, детективы, триллеры, драма, историческая и  приключенческая литература, философия и психология, сказки, любовные романы!!!
главная | новости библиотеки | карта библиотеки | ссылки
РАЗДЕЛЫ
Детектив
Детская литература
Драма
Женский роман
Зарубежная фантастика
История
Классика
Приключения
Проза
Русская фантастика
Триллеры
Философия

КНИГИ ПО АЛФАВИТУ
... А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я

АВТОРЫ ПО АЛФАВИТУ
А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я

ПАРТНЕРЫ



ПОИСК
Введите фамилию автора:
Поиск от Google:



скачать книгу I на страницу автора

памятуя только, что ему надобно еще идти и идти и донести мед - без
гостинца, считал он, являться к дяде Никите было непристойно, - и ночью,
засыпая, думал, как будет угощать медом дядину малышню и сказывать дяде и
тете Наталье про то, как убили отца...
Старуха встала раньше него и унесла, вытащила из мешка туесок с
медом, оставив ему полхлеба и две рыбины. Поплакав и поругав старую,
мальчик погрыз рыбы, заел снегом и побрел опять один, затерянный в толпе
странников, ни с кем не заговаривая и ни о чем не спрашивая, и брел, пока
вдали не показалась каменная Москва.
Он еще и представить себе не мог, что ожидает его в дядиной деревне,
куда добрался только через неделю, трижды ограбленный, голодный, тощий,
без мешка и даже без зипуна, замотанный в какую-то подобранную в пустой
клети, потерявшую вид и цвет полусгнившую рвань.

ГЛАВА 65
Наталье весть об Ольгердовом набеге принесли воротившие из Москвы
мужики. Они толпились во дворе, со страхом и надеждою взирая на госпожу,
не ведая, что делать. Бежать ли загодя али сожидать вестей?
Наталья выслушала их сурово, кутая лицо в плат. Из сбивчивых
многоречивых объяснений уведала в конце концов истину. Поняла, что не
собраны рати, что великого князя Ольгерд с Михаилом захватили врасплох и
теперь неведомо, когда Никита воротит домой и воротит ли вообще... И что
сказать этим людям, которые ждут от нее правдивого, верного слова и
надеются, и верят, а она? Сказать им, что князь великий разобьет и отгонит
литву, что нечего страшить и надобно оставаться дома?
- Раменские где? - спросила.
- Дак они-то, они... Они ходом, бают - в лес надоть, отсидетьси!
- Ну вот, мужики! - сказала. - Скотину отгоняйте зараз в лес и сами
уходите от греха!
Повеселевшие мужики засуетились, начали заворачивать коней.
- Хлеб-то, хлебушко-от как?
- И хлеб увозите али зарывайте в землю! - напутствовала Наталья.
- Дак ты-то как же тута? Без хозяина свово? - спохватился на выезде
один из мужиков. - Давай с нами в Проклятой бор! Туды никакая литва не
сунетси!
- Коров моих захватите! - возразила Наталья. - А сама ждать буду!
Коли што - кони у меня есть!
Холопу, проводя мужиков, Наталья велела рыть яму в клети, обкладывать
берестою и хоронить мешки с рожью. Зарыли тяжелый ларь с лопотью. Укладку
с серебром и Никитину бронь Наталья спрятала сама. Назавтра, подумавши,
созвала старосту и уговорила его послать трех-четырех парней верхами в
сторожу, дабы упредили, когда покажется враг...
А в душе все не верилось. В голове не умещалось: как это? Ждала - вот
появится Никита, грязный, в крови, ведя в поводу чужого полоненного коня.
Спрыгнет, шатнувшись от устали, скажет: <Баню топи!>. Мальчишки повиснут у
отца на руках, и станет спокойно и ей и дитяти, что шевелится тамо,
внутри... Но пуста была дорога, пугающе пуста! Не ехал Никита, и никто не
ехал по ней. Только снег шел, густой, закрывающий все своею мутною,
мертвой пеленой...
Литовская конница появилась нежданно, хоть и стереглись, как ни
стереглись... Ночью парень-сторожевой постучал кнутовищем в окно,
прокричал:
- Бяда! Скачут!
Едва успели запрячь лошадей, одеть и покидать в сани детей. По
темному полю уже скакали трудно различимые во мраке всадники. Холоп Сенька
то ли с умыслом, то ли так в первые сани бросил узел с барахлом и мешок
хлеба, покидал своих сорванцов и посадил жонку, Натальину рабу, вторые же
сани остались самой Наталье Никитишне с детьми, которых она второпях
закинула всех трех Никитиным тулупом.
Теперь Сенька, стоя, полосовал жеребца, уходя все дальше и дальше во
мрак, а Наталья сама схватившая вожжи, отстранив сына, чуяла, сцепив зубы,
что вот-вот произойдет непоправимое: их настигнут, и тогда - всему конец!
Конь с хрустом ворвался в кусты, проминовал стог сена, и тут Наталья,
по счастью, надоумилась круто свернуть на зимник, перескочив реку по едва
застывшему, тонкому льду. Назади, как вымчали на тот берег, отокрылась
широкая полынья, и скачущий всугон литвин вспятил коня. И уже теряя
сознание от подступившей изнутри боли и все же не бросая вожжей, Наталья
ворвалась наконец во мрак леса, в узкую щель зимника, только тут
почувствовав, что ушла, спасла детей и себя, потерявши, впрочем, и добро и
холопа...
Боль снова подступила к самому сердцу и вновь отошла. И тут Наталья
ужаснулась и поняла, что рожает. Она остановила коня, передохнула, дождав,
когда отпустит схватка, прошептала хрипло:


- Вези, Ванюшка!
Они плутали по зимнему лесу, переходя с зимника на зимник, съезжая в
сугробы и поворачивая, пока не показалась из-за зубчатого края леса
желтая, объеденная по краю луна. Испуганные дети, Федя с Любавой, молчали,
сжавшись под тулупом. Иван, необычно серьезный, бледный в свете луны,
погонял и погонял измученного коня. Приступы шли все чаще и чаще, почти
беспрерывно уже, и Наталья начала понимать, что не доедет уже никуда.
- Ваня, Ванята, Ванюшка! Хоть стог сена найди, что ж это... О-о-о!
Федя заплакал тоненько. Наталья, нашарив потной рукою головенку сына,
сама корчась от боли, стала его утешать.
Стог сена явился во тьме, как спасение. Стог и огромная ель на краю
поляны. Ваня, сопя, разгреб снег у нижних, опущенных долу ветвей ели,
натаскал туда сена, помог матери доковылять и заползти под мороженый навес
ветвей. И сразу же, как только она оказалась в этой берлоге, ребенок,
будто ждавший того, пошел. Ивану, заглядывавшему к ней, со страху
стучавшему зубами, велела:
- Любаву позови!
Дочерь, хоть и маленькая, обыкшая видеть роды у овец и коров,
пробралась к матери, приняла склизкий от крови и слизи комочек. Не было
чем обтереть дитятю, живого, несмотря на преждевременные роды (послышался
тоненький писк). Наталья зубами отгрызла пуповину, вырвав шерстинку от
платка, перевязала кое-как, ничего не видя в темноте и каждую минуту
ожидая, что малыш умрет: голый на снегу, на морозе! Нечем было обтереть,
завернуть. Наталья растопила снегу во рту, кое-как обтерла родильную
слизь. Оторвав широкую ленту от подола рубахи, завернула маленькое, уже
словно бы и неживое тельце, засунула подо все одежды ко грудям, остро
чувствуя, что ежели Никита погиб, то этот малыш, сын, - последний у нее и
потерять его то же почти теперь, что потерять Никиту... Слава Богу,
угревшись, ребенок зачмокал, и молоко было у нее... Она стала есть снег,
кое-как обтерла себе ноги...
Ванюша все продолжал и продолжал таскать сено. Заложил весь верх,
устроил почти теплую глухую берлогу, перенес Федю из саней, тулуп.
Припустил коня к стогу, освободив его от удил. Наконец, окончив все, залез
и сам под кров елового шатра, заложив дыру сеном.
Натянув кое-как на себя тулуп, угревшись, семья задремала. Дети
сопели, вздрагивая во сне, а Наталья то проваливала в дрему, то слушала -
не подошли ли волки? На месте ли конь? Но конь хрупал сеном, потом подошел
к норе, нюхнул, сунув морду в сено, унюхал своих и замер, прожевывая,
опустив морду к теплой дыре, откудова шло человечье тепло и знакомый запах
хозяйки, смешанный с тревожащим запахом крови...
Младший к утру сомлел, то сосал, но как-то несильно - не сосал, мял
губами сосок, - то вовсе замирал, и тогда на Наталью наваливало глухое
отчаяние. Когда рассвело, они выбрались, издрогшие, - все тело ломило,
болела поясница и голова, - и, набив сани сеном сколь только можно,
поехали искать своих. Оставаться тут было нельзя: могли подойти волки, и у
них не было ни крошки хлеба.
Когда на третий, четвертый ли день голодные и полумертвые, на
измученном коне добрались они до Проклятого бора, до первой засыпанной
снегом, кое-как слепленной из едва окоренных бревен охотничьей избушки,
крытой жердями и корьем, Наталья держала на руках уже охладелый, давно
потерявший всякую искру жизни трупик, в безумной, уже полубредовой
надежде, что, добравшись до какого ни есть жилья, младенец еще оживет.
Выбежавшие бабы силою отняли у нее труп дитяти, затащили в дымную,
темную нору, где ползали и пищали малыши, сомлевших, полумертвых детей,
завели под руки ее саму и занесли Ивана, который все время правил конем, а
тут, завидя наконец людей, посунулся носом вперед и потерял сознание. Им
влили в рот горячей воды, дали пожевать хлеба...
Наталья назавтра была в жару и не узнавала никого. У нее началась
горячка. К счастью, нашлась старуха-травница, которая, осмотрев боярыню,
сказала твердо: <Жить будет!>. И начала ее растирать и поить какими-то
вонючими отварами. Жар, действительно, спал, и на четвертый или пятый день
Наталья очнулась и сразу спросила о детях. За эти четыре дня умер, сгорел,
истаяв на глазах, Федя, но ей не сказали того. Иван с Любавой были живы и
испуганные сидели молча близ матери. Только еще через ночь, когда Наталья
уже начала привставать, ей повестили про Федора.
<Что я Никите скажу?> - думала она, раскачиваясь в забытьи на
жердяной постели своей, где все спали вповал, вплоть друг к другу, не
думая уже ни о чистоте, ни о вшах, ни о чем ином, кроме самой жизни...
Жить ей совсем не хотелось и было незачем. Но Любава с Ваней жались к ней
со сторон, и ради них, таких еще слабых и маленьких, надо было продолжать
эту жизнь, надо было встретить Никиту и смочь поглядеть ему в глаза, если
он только жив и придет, а не уведен в полон и не убит (но об этом думать
было неможно, нельзя). Надо было жить, и она жила. Встала, начала в
очередь топить, стряпать и таскать воду от ручья.
Мужики стерегли дорогу и однажды прикатили веселые: <Уходит литва!>.


скачать книгу I на страницу автора

Страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 [ 67 ] 68 69 70 71 72 73 74 75 76 77 78 79 80 81 82 83 84 85 86 87 88 89 90 91 92 93 94 95 96 97 98 99 100 101 102 103 104 105 106 107 108 109 110 111 112 113 114 115 116 117 118 119 120 121 122 123 124 125 126 127 128 129 130 131 132 133 134 135 136 137 138 139 140 141 142 143 144 145 146 147 148 149 150 151 152 153
ВХОД
Логин:
Пароль:
регистрация
забыли пароль?
РЕКЛАМА

Глуховский Дмитрий - Сумерки
Глуховский Дмитрий
Сумерки


Андреев Николай - Четвертый уровень. Предательство
Андреев Николай
Четвертый уровень. Предательство


Свержин Владимир - Сын погибели
Свержин Владимир
Сын погибели


   
ВЫБОР ПОЛЬЗОВАТЕЛЯ

Copyright © 2006-2015 г.
Виртуальная библиотека. При использовании материалов - ссылка на сайт обязательна .....

LitRu - Электронная библиотека