Виртуальная библиотека. Русская и зарубежная фантастика, фэнтези, детективы, триллеры, драма, историческая и  приключенческая литература, философия и психология, сказки, любовные романы!!!
главная | новости библиотеки | карта библиотеки | ссылки
РАЗДЕЛЫ
Детектив
Детская литература
Драма
Женский роман
Зарубежная фантастика
История
Классика
Приключения
Проза
Русская фантастика
Триллеры
Философия

КНИГИ ПО АЛФАВИТУ
... А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я

АВТОРЫ ПО АЛФАВИТУ
А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я

ПАРТНЕРЫ



ПОИСК
Введите фамилию автора:
Поиск от Google:



скачать книгу I на страницу автора

- Себастократор уже шевелится во сне,-продолжала она.-Через восемь часов
он проснется, готовый возобновить свое царствование. Он правит ночью-только
ночью. Он уже скоро воссядет на троне и будет царить до окончания года. У
этих Осенних Звезд есть особое свойство: они затеняют друг друга в
чередующихся затмениях, что и создает сей феномен, долгую ночь Майренбурга.
Если отъехать от города миль, скажем, на пятьдесят, даже меньше, то там
опять будет день и ночь, утро, полдень и вечер... все, как мы привыкли. Но
это
-Миттельмарх, где происходит много чего необычного, и всю долгую осень и
зиму Майренбург освещен только сиянием умирающих этих звезд, изливающих
свет свой сквозь миллионы миль пространства.

- Но это же не согласуется ни с какой логикой.

- Тогда радуйся,-проговорила Либусса,-ибо неповиновение Природе, по
крайней мере, ее превращениям и есть то, к чему мы стремимся: и ты, и я.

Золотой свет побледнел и теперь стал серебряным. Либусса встала и зажгла
лампы. Все ее тело блестело капельками пота.
Запрокинув голову, глядел я в небесную твердь, где полыхали звезды.
Древние звезды.

- Сейчас мы примем ванну,-сказала Либусса.-Потом пообедаем. Мы будем
праздновать возвращение тьмы, под сенью которой город этот становится
настоящим. Мрак ночи и исконный Майренбург скоро вновь преисполнятся
истинной жизни.

Чуть позже, вымывшись, надушившись и должным образом одевшись, спустились
мы вниз. Еще с лестницы я расслышал ленивую речь Сент-Одрана, холодное
бормотание Клостергейма, сердечный тон русского князя. Либусса взяла меня
за руку.
Большего я и не чаял. И только когда мы уже спустились, я вдруг
сообразил, что я так и не вызвал у нее ничего существенного. Быть может,
она и стремилась только смутить меня, заморочить... с тем, чтобы ничто не
расстроило ее истинных замыслов?

За непринужденною светской беседою прошел вечер. Когда время пришло
расходиться, я последовал за Либуссою к ее спальне, но она остановила меня
и показала мне комнату, для меня предназначенную.

- С момента сего и до свершения Астрального Соответствия нам надлежит
поберечь эту энергию. Зато потом обретем мы предельное завершение и
полноту!

Смущенный, преисполненный вновь самых противоречивых стремлений, я
подчинился. Я уже не прислушивался к гласу разума. Я отрекся от воли своей,
чтобы стать пешкой в руках ее-марионеткой, покорной малейшему взмаху ее
руки.
Осознание этого изумило меня и слегка позабавило. Разоблачаясь и
укладываясь на свежайшие простыни узкой моей
одинокой постели, я улыбался.

А потом, засыпая, заплакал.

ГЛАВА ДВЕНАДЦАТАЯ

Аудиенция у Себастократора. О Византии и Святом Граале. Договор и
замысел. Посольство к господину Реньярду. Беседа со зверем, который
оплакивает Золотой Век.


То был не сон, ибо действия, каковые свершаем мы в снах, не влияют так на
жизнь нашу наяву; но все-таки очень похоже на сон.

Свет, льющий с неба на этот, другой, Майренбург, был светом тысячи
дряхлых солнц; древний свет, густо золотой и мутно алый, янтарный и цвета
охры-свет Осенних Звезд, рассеянный в мерцающей дымке, бывшей текстурой
некоей ранней вселенной, прогнившей уже и обратившейся пылью. Лучи света
усталых звезд, точно обрывки сверкающих нитей, стекали с небес на город,
черный мрамор под ними вспыхивал проблесками мглистой сепии и вновь
тускнел, сливаясь с темным монолитом ночного неба. При необычном таком
освещении весь город, казалось, движется, точно медленный океан, создавая
причудливое переплетение теней, неожиданную деталь узора, так что не только
здания, но и лица людей обнаруживали то и дело некий скрытый аспект,



выдающий характер, который-из-за этой, может быть, неопределенной
текучести-существовал только в чьем-нибудь воображении. Даже само
человеческой восприятие постоянно менялось под сенью Осенних Звезд.

Тем не менее, пока ехали мы ко дворцу Себастократора в карете князя
Мирослава, я не переставал удивляться тому, что город продолжает жить
обычной своей жизнью: улицы запружены народом, торговцы открывают свои
ларьки, детишки носятся и смеются, собаки заходятся лаем, грузовые повозки
движутся слишком неторопливо для нетерпеливых возниц карет и дилижансов,
завсегдатаи кофеен-купцы, преисполненные осознания собственной важности,
поют свои песни успеха и самодовольства за листами утренних газет.
Подмастерья и гимназисты бредут понуро по улицам, не проявляя стремления к
учению; молодые дамы являют миру результаты своих стараний за два часа
перед зеркалом; майренбургские щеголи прохаживаются по тротуарам с такой
отработанной грацией, словно они-статисты в каком-нибудь грандиозном
балете. Если б не этот свет,-тусклый свет древних звезд,-если б не черный
янтарь и не обсидиан громадных зданий, можно было бы даже подумать, что мы
находимся где-нибудь в Веймаре или Лейпциге. По, похоже, заметил все это
лишь я один. Либусса, прислонившись ко мне, погрузилась в мечтания о
великой судьбе, ей предназначенной. Сент-Одран спросил Клостергейма, знаком
ли наш отставной капитан сатанинского войска с работами Д'Ольбаха.

- Был такой Альбах,-ответил ему Клостергейм.-Из Баварии.-Он попытался
припомнить все, что он знал о нем.-Если я не ошибаюсь, по прозвищу
Нюрембегский Мясник.
Но он жил два-три столетия назад. Это который подвешивал женщин на
крючьях?

- Я говорю о французском философе, сударь. Systeme de la Nature?

Но Клостергейм погрузился уже в воспоминания о днях былой своей славы,
когда этот Альбах его, без сомнения, принят был в адскую рать, и
Сент-Одрану пришлось даже возвысить голос, чтобы вывести собеседника своего
из задумчивости:

- В работах своих Д'Ольбах очень толково и ясно описал явления, подобные
этим необычным звездам. Иные солнца, писал он... и простите великодушно,
если я не слишком блистательно излагаю сие на немецком... иные солнца
гаснут или же разлагаются, и планеты их рассыпаются по просторам небес;
другие, наоборот, зажигаются в темных пространствах, и образуются новые
планеты, дабы свершить становление свое и обозначить новые орбиты, а
Человек-бесконечно малая часть планеты, которая сама есть незаметная точка
среди необъятного целого-полагает, что вся вселенная сотворена для него!
Что вы скажете, сударь?

Госпожа моя дернула плечиком и одарила Сент-Одрана сердитым взглядом.

- Излияний таких можно было бы ожидать от Вольтера! Эти люди пытаются
изобрести некую глобальную космологию, дабы с помощью ее можно было потом
избежать ответственности за моральные свои преступления. Если свести все к
неподвластному человеку движению вселенной, тогда всякий может спокойно
творить злодеяния, самые гнусные, самые несправедливые. Мне иногда даже
кажется, что Галилей придумал Космос, чтобы снять с себя вину за все
страдания своей жены.

- Может быть, это и верно, мадам,-мягко ответил ей Сент-Одран.-Но
замечание Д'Ольбаха, признаюсь, меня впечатлило.

Карета наша теперь проезжала по громадной торжественной площади, где
колонны, увенчанные каменными изваяниями, терялись во тьме. В центре ее
струились черные воды фонтана:
темный каскад ниспадал в бассейн, как будто наполненный взвихренной
ртутью. И в кружении возбужденной сей смеси несовместимых элементов
мелькали какие-то сияющие алые формы, рыбоподобные, вытянутые, зубастые,
некоторые-до пяти ярдов в длину. Мы были единственными, кто проезжал сейчас
в экипаже по черному мрамору мостовой; топот лошадиных копыт разносился в
пространстве далеким эхом. Я выглянул в окно.
Впереди возвышался величественный дворец в три крыла и шесть или семь
этажей, сложенный из белого и черного камня с замысловатой цветною
мозаикой, увенчанный позолоченными куполами и шпилями. Дворец этот напомнил
мне дни, проведенные в Самарканде: в нем было больше восточного, чем
европейского, но все же я не стал бы утверждать, что он выстроен
исключительно в восточном стиле. Дворец окружала ограда из серебра и
темного нефрита. За оградою начинался широкий двор с высокою аркой-входом
во дворец. Ворота охраняли стражники, церемонные и величественные, в шлемах


скачать книгу I на страницу автора

Страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 [ 63 ] 64 65 66 67 68 69 70 71 72 73 74 75 76 77 78 79 80
ВХОД
Логин:
Пароль:
регистрация
забыли пароль?
РЕКЛАМА

Свержин Владимир - Лицо отмщения
Свержин Владимир
Лицо отмщения


Каменистый Артем - Практикантка
Каменистый Артем
Практикантка


Шилова Юлия - Провинциалка, или Я - женщина-скандал
Шилова Юлия
Провинциалка, или Я - женщина-скандал


   
ВЫБОР ПОЛЬЗОВАТЕЛЯ

Copyright © 2006-2015 г.
Виртуальная библиотека. При использовании материалов - ссылка на сайт обязательна .....

LitRu - Электронная библиотека