Виртуальная библиотека. Русская и зарубежная фантастика, фэнтези, детективы, триллеры, драма, историческая и  приключенческая литература, философия и психология, сказки, любовные романы!!!
главная | новости библиотеки | карта библиотеки | ссылки
РАЗДЕЛЫ
Детектив
Детская литература
Драма
Женский роман
Зарубежная фантастика
История
Классика
Приключения
Проза
Русская фантастика
Триллеры
Философия

КНИГИ ПО АЛФАВИТУ
... А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я

АВТОРЫ ПО АЛФАВИТУ
А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я

ПАРТНЕРЫ



ПОИСК
Введите фамилию автора:
Поиск от Google:



скачать книгу I на страницу автора

Уж не говорю про бывший совхоз, а ныне акционерное общество, не говорю о
школьных друзьях, не вспоминаю вообще о глухоманцах, которых было, как
никогда прежде. Кроме них оказалось множество официальных, общественных и
всяческих иных организаций не только из области, но даже из Москвы. И когда
я увидел это необычайное для глухоманских похорон многолюдство со скорбными
лицами и венками, я подумал, что прощаются не просто с подло взорванным в
машине хорошим, смелым и добрым парнем, но в большинстве своем исполняют
чье-то указание, играют спектакль все того же неизвестного мне, но весьма
даже расчетливого режиссера.
Впрочем, подумать-то подумал, но мне было не до размышлений. Лидия
Филипповна еле держалась на ногах, медсестра из "скорой помощи" капала ей
какие-то капли, а я поддерживал ее, потому что самостоятельно она бы не
устояла.
Не устояла просто потому, что неизвестный мне режиссер расписал речи для
представителей чуть ли не всех делегаций, не говоря уже о комитете
воинов-афганцев и местной власти во всех ее звеньях. И это было не просто
фальшиво, это было жестоко, потому что удлиняло и без того процесс
мучительный. И несчастная Лидия Филипповна прилагала все силы, чтобы не
потерять сознание хотя бы до того, пока не опустят гроб в яму.
Но, слава богу, сил у нее хватило. Отговорили, отплакали, попрощались -
что, кстати, тоже вылилось в длинную очередь, - и могильщики наконец-то
опустили гроб, наконец-то засыпали его и сформировали холмик. И опять
началось долгое прощание, так сказать, прощание номер два. Люди шли и шли,
чтобы возложить венки или хотя бы свой собственный скромный букетик. И это
длилось мучительно, потому что очередь желающих двигалась медленно и мы не
могли уйти. Многие глухоманцы уже начали покидать кладбище, я окончательно
потерял из виду Танечку, а люди все еще шли с венками и букетиками...
Вот тогда я и расслышал дикий женский крик. Я никогда в жизни и
представить себе не мог, что женщина способна так кричать, а потому не
испугался, а насторожился, подумав, что в толпе, валом валившей с кладбища,
кто-то наступил или упал на уже упавшую женщину, что образовалась куча мала,
что со страху закричала какая-то особенно истеричная. Так я подумал, а если
бы и не подумал, то все равно не двинулся бы с места, потому что Лидия
Филипповна окончательно обессилела и я практически держал ее на весу. От
этого женского вопля, полного боли и ужаса, у нее подкосились ноги, и я
сказал медсестре, чтобы та бежала за врачом. Она и побежала, криков больше
слышно не было - или мне тогда казалось, что их уже не было. Медсестра стала
продираться к машине, очередь с цветами начала двигаться быстрее, и люди
спешили к выходу куда энергичнее, чем до этого, а я все равно вынужден был
оставаться на месте, поддерживая Лидию Филипповну вместе с Володей и
Катюшей.
Наконец "скорая" прорвалась на нашу аллею, мы с Володькой кое-как
дотащили до нее уже теряющую сознание Лидию Филипповну, и все трое - то есть
я, Катюша и Володька - забрались в машину и поехали в больницу не через
выход, по которому большинство покидали кладбище, а через официальные
ворота.
Лидию Филипповну уложили с сердечным приступом, я поговорил с врачами,
узнал, какие требуются лекарства, отвез домой осиротевших детей и только
после этого вернулся домой. И очень удивился, увидев, что Танечка дома еще
не появлялась.
Такое у нас случалось: Танечка всегда спешила сначала туда, где
чувствовала себя особенно нужной, а уж потом, когда оказывала какую-то
помощь, успокаивалась и бегом бежала домой. На похоронах подобное вполне
могло случиться хотя бы потому, что много девушек были тайно влюблены в
Андрея, и поэтому я не волновался. Принял душ, переоделся, приготовил ужин.
А Танечки все не было и не было.
Тогда я сел на телефон и стал обзванивать всех ее подружек и знакомых.
Нет, никто о ней ничего не знал. Да, ее видели на кладбище, а потом потеряли
точно так же, как потерял и я. И лишь одна с каким-то странным недоверием
спросила:
- Как?.. Вы ничего не знаете?..
- Ничего, - с вдруг вздрогнувшим сердцем сказал я. - А что, собственно,
случилось?
А там бросили трубку. Я стал набирать снова и снова, но трубка отвечала
короткими гудками, и я сообразил, что, дав отбой, ее просто не положили на
рычаг. Девица эта не принадлежала к числу подружек - просто когда-то была ее
одноклассницей, и я позвонил ей только потому, что номер ее телефона
оказался в нашей телефонной книжке. Но разговаривать там со мной явно не
желали, вопросы меня скорее насторожили, чем испугали, поэтому я перестал ей
дозваниваться. Положил трубку, побродил по комнате, но, как говорится,
посеянное всходит, и я стал ощущать всевозрастающее беспокойство. Я уже
метался по квартире, решая, куда пойти, когда телефон зазвонил. Звонок был
длинным, междугородным, я бросился к телефону, поднял трубку.
- Крестный? - Голос Валерки звучал очень напряженно. - Я отвез Танечку в
область и устроил в хорошую больницу, так что не беспокойся. Жить будет.


- Что?!
Я не сел - я рухнул на стул.
- Жить будет, я тут с врачами консультацию провел...
- Что случилось, Валерий? Что с Танечкой?
- Ты что, не знаешь?
- Нет. Да говори же, говори! Я ничего не знаю!
Возникла длинная пауза, но я слышал, как трудно дышит Валерий, и поэтому
молчал.
- Я шел впереди, там - узкий проход, я ей дорогу прокладывал. Вдруг -
дикий крик за спиной. Оглядываюсь: наша Танечка, согнувшись, двумя руками
закрывает глаза. И ни слова на все мои вопросы, только стонет. Я хватаю
первую же машину, сажаю Танечку и - в областную больницу. Там обследовали и
сказали, что в нее то ли плеснули чем-то, то ли в лицо ударила струя газа из
газового баллончика. Сказали, что она - в шоке, чтобы я с ней не
разговаривал, а сразу же позвонил тебе. Но она уже вне опасности, крестный.
Жди, сейчас выезжаю. Как только поймаю машину. Все , жди, подробности - по
приезде.
И трубка загудела короткими гудками.
И - ПОСЛЕДНЯЯ
1
Я метался по квартире, и мысли мои с еще большей бестолковостью метались
в голове. Кто прыснул Танечке в лицо из газового баллона? Кому, зачем и для
чего это было нужно? Случайность?.. А почему такой, словно передавленный
голос у Валерия? Почему он дважды сказал "жить будет", явно повторяя слова
врачей? Почему? Почему? Почему?
Зазвонил телефон. Я бросился к нему, схватил трубку.
- Да!..
И в ответ - бархатный голос:
- Не потревожил? Тогда добрый вечер. Это Юрий Денисович рискнул вас
побеспокоить.
- Побеспокоили. Какие проблемы?
- Проблемы у вас, уважаемый друг. У вас. Трефы с пиками сбросили в прикуп
на станции Ростов. Это вам известно?
- По техническим причинам. Узнавал.
- Один вагон действительно с треснутым ободом. А почему задержан с ним
вместе второй? Узнавали?
- Одна накладная на оба вагона.
- Допустим. Однако вам, уважаемый друг, придется отправиться в Ростов и
протолкнуть оба вагона до станции назначения. Иначе известный вам документ
внезапно появится в ФСБ.
- Слушайте, Юрий Денисович, у меня с женой несча-стье. Она в больнице...
- Это не несчастье. Это - предупреждение.
И - короткие гудки.
Предупреждение?.. Это в корне меняло дело. Это была уже не случайность, а
сознательный и очень расчетливый удар по моему самому больному месту. И
самому незащищенному. Противник знал, куда и как бить, чтобы его пики с
трефами принесли ему баснословные барыши.
Спать я так и не ложился, понимая, что все равно не усну, только намаюсь.
В семь утра наконец-таки позвонили в дверь, я открыл и увидел Валерия с
лицом странным, измятым и каким-то потерянным, что ли. Он молча прошел в
квартиру, молча снял плащ.
- Ну, что там?
- Там - плохо, крестный, - тихо сказал он. - У тебя водка есть? Давай
врежем по стакану, а то, боюсь, не все ты выдержишь.
- Она жива?
- Она жива. Не в этом дело. Наливай водку, остальное - после доброго
стакана.
Спорить с Валеркой было бессмысленно: он был упрям и стоял на своем до
конца. Поэтому я покорно достал бутылку, два стакана, разлил их под обрез, и
мы выпили.
- Ну? Рассказывай.
Валерий долго молчал, крутя стакан в руке. Потом сказал, не поднимая
глаз:
- В нее плеснули серной кислотой, крестный. Плеснули на голову, но одна
струйка стекла на лицо по прядке. Она ведь носила прядку над левым глазом.
Так глаза нет больше. Выжгло его. И по всей левой щеке...
Он вдруг замолчал, протянул стакан.
- Наливай.
Я налил просто потому, что у меня не было ни слов, ни сил. Я отупел и
одеревенел настолько, что требовалось время, чтобы я снова стал человеком
разумным.
Валера залпом выпил второй стакан, аккуратно, без стука поставил его на
стол.
- Но она будет жить, крестный. Будет. Это я тебе говорю. И это - самое
главное.


скачать книгу I на страницу автора

Страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 [ 62 ] 63 64 65 66 67
ВХОД
Логин:
Пароль:
регистрация
забыли пароль?
РЕКЛАМА

Глуховский Дмитрий - Сумерки
Глуховский Дмитрий
Сумерки


Лукин Евгений - Чичероне
Лукин Евгений
Чичероне


Шилова Юлия - Замуж за египтянина, или Арабское сердце в лохмотьях
Шилова Юлия
Замуж за египтянина, или Арабское сердце в лохмотьях


   
ВЫБОР ПОЛЬЗОВАТЕЛЯ

Copyright © 2006-2015 г.
Виртуальная библиотека. При использовании материалов - ссылка на сайт обязательна .....

LitRu - Электронная библиотека