Виртуальная библиотека. Русская и зарубежная фантастика, фэнтези, детективы, триллеры, драма, историческая и  приключенческая литература, философия и психология, сказки, любовные романы!!!
главная | новости библиотеки | карта библиотеки | ссылки
РАЗДЕЛЫ
Детектив
Детская литература
Драма
Женский роман
Зарубежная фантастика
История
Классика
Приключения
Проза
Русская фантастика
Триллеры
Философия

КНИГИ ПО АЛФАВИТУ
... А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я

АВТОРЫ ПО АЛФАВИТУ
А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я

ПАРТНЕРЫ



ПОИСК
Введите фамилию автора:
Поиск от Google:



скачать книгу I на страницу автора

вам за советом пришел, а вы все что-то делите...
- За советом, как правитель фарр-ла-Кабир, или за советом, как мой
вечный соперник в рубке, ятаган Шешез?
Нет, Гвениль положительно не умел соблюдать никаких приличий! Ему
хорошо, он в Кабире в гостях, а не в вассальной зависимости... правда,
зависимость моя больше на словах, а Гвен сидит в столице лет на сорок
дольше меня, и домом своим давным-давно обзавелся, и семьей обзавестись
заодно хотел, да отказали ему, грубияну двуручному...
- Как тот и другой сразу, - помрачнев, ответил ятаган.
- А в каком важном деле совет требуется? - Махайра слегка шевельнулся
и концом клинка успокаивающе тронул Гвениля за массивную крестовину.
- Турнир хочу отменить.
- Что? - хором вскрикнули мы втроем. - Почему?!
- Потому что боюсь, - оборвал нас Шешез.
Признание его прозвучало сухо и веско, заставив поверить в
невозможное: ятаган фарр-ла-Кабир, племянник Фархада иль-Рахша, чего-то
боится!
- Знаете, небось, что ночью на улице Сом-Рукха произошло? Мне утром
донесли; только слухи - они моих гонцов быстрее...
- Знаем, - проворчал Гвениль.
- Слышали, - отозвался Махайра.
- Кто это был? - вместо ответа спросил я, не уточняя, кого имею в
виду: убитого или убийцу.
- Шамшер Бурхан ан-Имр, из сабель квартала Патайя. А убийца... ну, в
общем, под подозрением...
Он все не мог договорить, и когда наконец решился, то вид у Шешеза
был такой, словно он сам себе удивлялся.
- Под подозрением - Тусклые.
Это было равносильно тому, что сказать: "Под подозрением ночной
ветер." Или: "Подозревается призрак Майского Ножа". Или еще что-нибудь в
этом же духе...
По позе Гвениля было хорошо видно, как относится прямолинейный
эспадон к такому, мягко говоря, странному заявлению. А вот Махайра
внезапно оживился и с интересом ожидал продолжения.
А я понимал, что не зря Шешез вчера приходил ко мне в гости, и не зря
сейчас он перестал ломать комедию и заговорил всерьез.
Поросший лесом Лоулез - родина Гвениля и его братьев - где на редких
холмах возвышаются сумрачные замки с пятью сторожевыми башнями, или
масличные рощи Кимены, где жили родичи Махайры - в Мэйлане уже успели
забыть, забыть и снова вспомнить то, о чем Лоулез и Кимена только сейчас
начинали узнавать. Да и сам Кабир был все-таки поближе к Мэйланю - я имел
в виду близость скорее духовную, чем простое количество верблюжьих
перегонов - и поэтому Шешез сумел решиться, а я сумел задуматься над его
словами...
- Что ты знаешь о Тусклых, Высший Мэйланя Дан Гьен? - тут же спросил
Шешез, подметивший мое состояние.
И уже другим звоном:
- Расскажи, Единорог... пожалуйста.
И я заговорил.
- Никто достоверно не знает, как рождается Тусклый клинок, или как
родившийся Блистающим становится Тусклым. Иные говорят, что когда ломается
и погибает Блистающий, то перековывают его в тайных кузницах и закаливают
в крови зверя дикого, зверя домашнего и в крови Придатка, не достигшего
совершеннолетия. И тогда возрождается Блистающий, но дик нрав его, а
клинок тускл и горяч. А еще говорят, что Блистающий, вкусивший плоти
Придатка по третьему разу - будь то умысел или недомыслие - тускнеет в
течение полугода, но если примет он участие в пяти честных Беседах и двух
турнирах с сильнейшими себя, то вновь заблестит он и отвыкнет от вкуса
запретного. Разное говорят и о разном молчат... Слышал я, что даже
новорожденный Блистающий прямо при закалке потускнеть может, если в смесь
глины, речного песка и угольной пыли подмешать пепел от сожженного
Придатка, умершего до того не своей смертью...
Я остановился и некоторое время молчал, глядя в огонь очага. Редкие
язычки пламени выстреливали вверх горячими жадными клинками...
- Ничего я не знаю о Тусклых, - глухо прозвенел я. - Ничего. Я ведь
из Мэйланя совсем молодым уехал... а молодые - они глупых стариков слушать
не любят. Вот и я - слушался, а не слушал.
- Как это ничего?! - возмутился Махайра. - А это?..
От волнения он стал несколько косноязычным.
- Единорог прав, - отозвался со стены Шешез. - Это не знание. В это
можно лишь верить. Или не верить.
Гвениль слегка шелохнулся, срезав клок шерсти с барсовой шкуры, на
которой лежал, и вновь замер.
- Я не верю, - холодно заявил он. - Глупости все это! Тусклые,
теплые... Ни один Блистающий не станет умышленно портить Придатков! Ни



разу не слышал о таком и сейчас тоже не намерен!..
- Стали, - коротко лязгнул Шешез Абу-Салим. - В Хаффе стали, и в
Дурбане стали... И в Кабире. Так что я - верю.
- А я не знаю, - честно сказал Махайра. - Не знаю, и все тут. А ты,
Единорог?
- Я не верю, - ответил я и, после долгой паузы, закончил. - Я уверен.

- ...Шешез Абу-Салим фарр-ла-Кабир... - Махайра словно пробовал на
изгиб прочность этого имени. - А почему ваше величество пришли за советом
именно к нам троим? Или все-таки только...
По-моему, Кресс и меня хотел сперва назвать полным именем. Но нет,
напускная церемонность слетела с него, и Жнец просто закончил:
- Или все-таки только к Единорогу?
Шешез ответил не сразу. А когда ответил...
- Махайра Кресс Паллантид из Высших левой ветви Омелы Кименской, по
прозвищу Бронзовый Жнец - я пришел за советом к вам троим. К тебе, к
Высшему эспадону Гвенилю Лоулезскому, известному в Кабире как Рушащяся
Скала, и к Высшему Мэйланя прямому Дан Гьену, более прославившемуся под
прозвищем Мэйланьский Единорог. В Кабире погиб Блистающий. Вы хорошо
расслышали то, что я сказал?
Ятаган умолк, давая нам осознать всю никчемность наших титулов перед
случившимся, и спокойно продолжил:
- У остальных Высших, с которыми я разговаривал сегодня до вас,
мнения разделились поровну. Тридцать шесть за то, чтобы проводить турнир
согласно традиции и не обращать внимания на досадные случайности; тридцать
шесть - против. И без вашего совета нам не выйти с дороги раздумий на
обочину решения. Вы - не самые мудрые, не самые старшие, но вы -
последние.
Я стоял вроде бы и не особенно близко к очагу, но мне остро
захотелось вызвать Придатка Чэна, чтобы тот вынес меня за пределы
алоу-хона или переставил как можно дальше от тепла, такого неприятного в
этот миг...
- Отказаться от турнира из-за мэйланьских сказок? Чушь! - отрезал
Гвениль. - Мы за традиции! Правда, Жнец?
- Неправда, - неожиданно для меня возразил Махайра. - Никогда еще
Блистающие не убивали друг друга и не шли на умышленную порчу Придатков.
Пока не выяснится, случайно происходящее или нет, турнир проводить нельзя.
Я считаю так.
Шешез задумчиво покачался на крючьях.
- Никогда, - пробормотал он, - это сказано слишком неумолимо. Честнее
будет сказать, что на нашей памяти Блистающие не убивали друг друга и не
портили Придатков. На нашей, пусть долгой, но все же ограниченной
памяти... Тем не менее, голоса вновь разделились. Тебе решать, Единорог.
Я вспомнил прошлый турнир. Зелень поля, на котором велось
одновременно до двух дюжин Бесед, упоение праздником и разрезаемый пополам
ветер, подбадривающие возгласы с трибун и солнечные зайчики,
уворачивающиеся от Блистающих... и потом, долго - память о турнире, споры
о турнире, нетерпеливое ожидание следующего турнира...
И сломанный труп Шамшера Бурхан ан-Имра из сабель квартала Патайя,
что в десяти минутах езды от моего дома... совсем рядом. Одинокий шарик с
треснувшей гарды у глинобитного дувала; и бурая запекшаяся пыль, в которую
ложились суровые копья Чиань...
Я взвешивал звенящую радость и гулкий страх. Пустоту смерти и вспышку
жизни. Моя гарда похожа на чашу, донышком к рукояти; на одинокую чашу
весов...
Я взвешивал.
- Если из страха перед незнакомой смертью мы откажемся от привычной
жизни, - наконец произнес я, и огонь в очаге притих, словно вслушиваясь, -
мы, возможно, избегнем многих неприятностей. Но тогда тень разумной
осторожности ляжет на всех Блистающих, и мы начнем понемногу тускнеть. Мы
станем коситься друг на друга, в наши Беседы вползет недоверие, и наступит
день, когда мой выпад перестанет восхищать Гвениля, а Махайра позавидует
Шешезу. Я - Высший Мэйланя прямой Дан Гьен - выйду на турнирное поле в
положенный срок, даже если окажусь на поле один. Или если буду знать, что
могу не вернуться. Я сказал.
- Ты не будешь на поле один, - тихо отозвался Гвениль. - Ты не будешь
один, Единорог. Это я тебе обещаю.
Махайра весело заблестел, подмигивая непривычно серьезному и
немногословному эспадону.
- Герои, - сообщил он. - Глупые герои. Или героические глупцы.
Придется мне, бедному умнику, тоже явиться на турнир. В случае чего я
всегда смогу заявить, что предупреждал вас. Слабое утешение, но другого вы
мне не оставили.
- Вот и они так сказали... - прошептал Шешез. - Странно...


скачать книгу I на страницу автора

Страницы: 1 2 3 4 5 6 [ 7 ] 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70 71 72 73 74 75 76 77 78 79 80 81 82 83 84 85 86 87 88 89 90 91 92 93 94 95 96 97 98 99 100 101 102 103 104 105 106 107 108 109 110 111 112 113 114 115
ВХОД
Логин:
Пароль:
регистрация
забыли пароль?
РЕКЛАМА

Панов Вадим - Ручной привод
Панов Вадим
Ручной привод


Володихин Дмитрий - Дети Барса
Володихин Дмитрий
Дети Барса


Круз Андрей - Битва
Круз Андрей
Битва


   
ВЫБОР ПОЛЬЗОВАТЕЛЯ

Copyright © 2006-2015 г.
Виртуальная библиотека. При использовании материалов - ссылка на сайт обязательна .....

LitRu - Электронная библиотека