Виртуальная библиотека. Русская и зарубежная фантастика, фэнтези, детективы, триллеры, драма, историческая и  приключенческая литература, философия и психология, сказки, любовные романы!!!
главная | новости библиотеки | карта библиотеки | ссылки
РАЗДЕЛЫ
Детектив
Детская литература
Драма
Женский роман
Зарубежная фантастика
История
Классика
Приключения
Проза
Русская фантастика
Триллеры
Философия

КНИГИ ПО АЛФАВИТУ
... А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я

АВТОРЫ ПО АЛФАВИТУ
А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я

ПАРТНЕРЫ



ПОИСК
Введите фамилию автора:
Поиск от Google:



скачать книгу I на страницу автора

- Женат?
- Нет.
- Дикий ты какой-то, непохож на остальных. Я видела, как ты двигаешься. Рукопашкой у кого занимался?
Вася хотел отшутиться, но в это время послышался гул вертолетных винтов, и тотчас же из-за ближайшего холма вывернулась пятнистая "вертушка", мастерски прижалась к земле, села в распадке с первого захода.
Через минуту они уже летели низко над землей - в антирадарном режиме, - огибая холмы и скалы, ныряя в лощины и ущелья, на северо-восток, в сторону Грозного. Вертолет должен был высадить группу в тридцати километрах от столицы Чечни, где их ждала спецмашина.
Вася понимал, что нажил себе серьезных: врагов, но думал об этом мало. Пока они шли в общей связке, отряду был нужен каждый человек. Ну а потом, после выполнения задания, можно будет и поговорить с обоими по-мужски. Главное в нынешнем положении - беречь спину.

ЗИГЗАГ ВЫСОКОЙ ПОЛИТИКИ

Премьер-министр вызвал Панова в "Белый дом"-неожиданно, к тому же он прежде никогда не разговаривал с ним в раздраженном тоне, поэтому Иван Сергеевич ничего хорошего от аудиенции не ждал. Однако пока он собирался, решал неотложные дела, ехал в дом правительства, произошли некие события, которые повлекли за собой весьма важные последствия.
Во-первых, премьера не оказалось на месте, а его секретарь, вышколенный молодой человек в очках, о причине отсутствия сказал только два слова, подняв очи горе:
- У Хозяина.
Это означало, что Краснорыжин срочно убыл в Кремль по вызову президента.
Размышляя об этом, Панов вышел из приемной руководителя правительства и нос к носу столкнулся с вице-премьером Сосковым, которого знал плохо и с которым прежде никогда не контактировал.
- А я за вами, Иван Сергеевич, - сказал, поздоровавшись, Сосков, плотный, большеголовый, смотрящий всегда исподлобья, почти никогда не улыбающийся, с ежиком коротких светлых волос. - Узнал, что вы здесь, и решил поговорить. Есть повод. Пойдемте в мои апартаменты.
- Но меня вызвал Михаил Сергеевич...
- Ему будет не до вас. - Сосков пропустил директора ФСБ вперед, дружески взял под локоть и повел по коридору, мягко ступая по ковровой дорожке. Открыл свой кабинет, усадил гостя в кресле напротив диванчика в "гостевом" углу огромной роскошной комнаты со множеством стеклянных шкафов, набитых призами и кубками всех размеров и цветов. Достал из бара бутылочку армянского коньяка, налил в стопочки по глотку, поднял свою стопку.
- Ваше здоровье, Иван Сергеевич.
Хмыкнув, Панов проглотил коньяк, сунул в рот по
примеру хозяина дольку ананаса, и они некоторое время сосредоточенно жевали, поглядывая друг на друга, словно оценивая то, что должны были услышать. Наконец Панов сдался первым:
- Итак, я вас слушаю, Юрий Степанович. Что тут у вас происходит?
- Да ничего особенного, Иван Сергеевич. Под Краснорыжиным зашаталось кресло, так что в ближайшее время следует ждать перемен.
- А вы, надо полагать, его сменщик? - догадался Панов.
- Ну не на сто процентов, - скромно потупился Сосков, - однако вероятность большая. Все будет зависеть даже не от президента, а от Думы. В связи с чем дружески советую прекратить все спецопераций на территории Чечни. Краем уха я слышал, там сейчас работает ваша опергруппа?
Панов похолодел, стараясь тем не менее выглядеть достойно. О засылке группы перехвата в Чечню должны были знать всего четыре человека: сам Иван Сергеевич, Ельшин Первухин и Краснорыжин. Однако если и Сосков осведомлен, значит, где-то произошла серьезная утечка информации.
- Исламский терроризм шагнул на территорию... - начал директор ФСБ.
- Да какой, к черту, исламский терроризм! - криво улыбаясь, проговорил Сосков, налил еще по глотку коньяка. - Хорошо делают братья-армяне, не правда ли? Нам до исламских террористов нет никакого дела. А вот предстоящая встреча президента Ичкерии с нашим президентом имеет громадное значение. Через два дня состоится визит их премьера, а потом и сам: Шароев пожалует, что весьма и весьма важно для развития отношений в... гм-гм, нужном для нас направлении. И если вдруг в этот момент случится что-то с его сыном... вы понимаете?
Панов понимал. Задумчиво повертел в пальцах
хрустальную стопку с выпуклым двуглавым орлом на боку.
- Но команда Безумного... э-э, Амирбека Шароева, уничтожила несколько офицеров, героев чеченской войны, а также писателя Кожемякина. Это доказано...
- Да забудьте вы о них, - поморщился Сосков. - Есть дела поважнее. Щенок перестарался... Пусть расчетами с чеченцами занимается "чистилище", что нам только на руку. В общем, я надеюсь, вы хорошо представляете последствия. Необходимо обойти все острые углы перед визитом Шароева в Москву, а это означает, что его сын...
- Известный бандит и террорист...
- ... его сын должен находиться в полном здравии. Панов поставил стопку с коньяком на столик, выдержал тяжелый взгляд вице-премьера, встал.
- Я все понял, Юрий Степанович. Попытаюсь сделать все, что в моих силах.
- Вот и ладненько, Иван Сергеевич. А я со со своей стороны обещаю вам всестороннюю поддержку.
Они раскланялись, не подавая друг другу руки, и Панов вышел из кабинета. Вскоре он входил в свои служебные апартаменты, привычно не замечая смены телохранителей, сопровождавших его повсюду, кроме разве что территории "Белого дома". Постояв в глубокой прострации несколько минут у окна с видом на Лубянскую площадь, Иван Сергеевич вызвал Ельшина и Первухина и сел за компьютер. Ему захотелось поднять досье на вице-премьера Соскова, имеющего, по данным ФСБ, прямые связи с миром бизнеса и криминальным миром.
Начальники Управлений "Т" и УСО явились акку-рат через десять минут, словно ждали вызова. Сесть их Иван Сергеевич не пригласил, проговорил, не поднимая головы от дисплея:
- Во-первых, кто-то из вас проговорился о проводимой нами операции "Перехват"
Генералы в замешательстве переглянулись.
- Не может быть! - твердо заявил Первухин.
- Тогда откуда о ней известно Соскову?
Начальники управлений снова обменялись взглядами. Первухин был озадачен, Ельшин же догадывался, в чем дело, но молчал. Сосков был связан с "Куполом", значит, в его руководстве кто-то проговорился о засылке группы в Чечню.
- Второе, - произнес Панов, не повышая голоса, все еще читая довольно объемное досье Соскова, выведенное на экран. - Вы предложили этот вариант - "месть" исламским экстремистам, вы и расхлебывайте. Связь с группой есть? Где они там?
- Они уже ликвидировали шестерых, - сказал Первухин, - остался Безумный... э-э, Шароев. Он будет уничтожен сегодня ночью.
- Немедленно отмените операцию! - Иван Сергеевич наконец глянул на стоящих посреди кабинета генералов. - Обстоятельства изменились. Шароев должен остаться живым. Ясно?
- Но ведь мы учитывали... - начал было Первухин.
- Исполняйте. - Панов отвернулся, давая понять, что аудиенция закончена.
Начальники управлений поглядели друг на друга в третий раз и вышли. В приемной они закурили.
- Смена курса, - сказал авторитетно Ельшин. - Дует свежий ветер перемен. Краснорыжин, очевидно, полетит в скором времени, а его место займет или Сосков, или Лобанов.
- Да хрен с ними обоими, - затянулся Первухин. - Меня это мало волнует. А вот то, как мы теперь будем вытаскивать группу...
- Вытащим, - беззаботно махнул рукой Ельшин.
- Вот и вытаскивай. Ты предложил вариант "мести"... с дезой на "чистилище", ты и хлопочи.
- Не переживай, - хлопнул начальника УСО по плечу Генрих Герхардович. - Все будет тип-топ, гарантирую.

ОТСТУПНИК

На сей раз сознание Матвея вселилось не в тело разведчика-первопредка, путешествующего по запретной территории Инсектов, а в тело более древнего представителя рода - получеловека-полульва-полуна-секомого, и этот человекообразный монстр (две ноги, четыре руки, вполне человеческая голова, хотя и с фасетчатыми глазами и без ушей, хитиновые наросты на лопатках, похожие на зачатки крыльев, и такие же пластины на груди и на животе, органично сочетающиеся с кожей) оказался тем самым родоначальником системы боя - смертельного касания, которую получил Матвей в дар от иерархов с помощью Тараса Горшина.
В принципе ничего особенного в этом трансовом сне-воспоминании Матвей не увидел. Мастер тренировался один., записывал свои мысли острым когтем на тонких, как бумага, металлических листах (металл напоминал серебро, а вязь букв походила на арабскую письменность), затем отрабатывал приемы на учениках, а может быть, на рабах - трупы уносили молчаливые женщины-львицы в своеобразных балахонах, и снова записывал соображения, изредка стирая проступающий на металле текст куском пемзы.
Матвей попытался воздействовать на сознание мастера и даже вывел его из дома, похожего на термитник, но кроме десятка таких же трех - четырехъярусных термитников, коричнево-красных, отблескивающих глазурью, геометрически безупречных, да леса за ними, над которым висел зоэрекс, ничего больше не увидел. Зоэрекс, летающий город Веспидов, показался ему необычным, однако времени на рассмотрение предок Матвею не дал, сердито вышвыривая сознание потомка из своего.
Проснувшись, Матвей проанализировал сон, понял, почему воздушный замок Веспидов показался ему необычным: он был совсем новенький, красивый,
изящный, как игрушка, - и пришел к выводц что прапредки человека вполне могли уживаться мирно в пережившими Изменение Инсектами.
Сон не показался Матвею интересным, и все же он остался доволен. В этот раз ему удалось опуститься по мировой линии своих предков гораздо глубже в прошлое, чем в предыдущих трансовых путешествиях-снах, а это вселяло надежду, что когда-нибудь ему удастся подобраться к Изменению вплотную, а может быть, и перешагнуть этот временной барьер, чтобы пересечь эпоху царствования Инсектов, пообщаться с Аморфами и встретиться с Безусловно Первым, Творцом "розы реальностей".
Встав, как обычно, в половине шестого, Матвей проделал комплекс обязательных упражнений и медитации, не выходя в астрал, затем начал тренировать свои растущие возможности. Летать он еще не научился, как и ходить по воде, но вес тела был способен уменьшить в три-четыре раза. Мог излечивать раны, нанесенные холодным или огнестрельным оружием, у себя или у других людей, чем пользовался не однажды, развил обоняние до такой степени, что мог конкурировать с любым животным, остротой зрения - с орлами, а слухом - с дельфинами и летучими мышами. Теперь его интересовали более высокие материи: способность создавать видимые копии, так называемые "астральные тела", или, по-научному, - динамические голографические призраки, возможность ощущать панорамы и перспективы других реальностей и весьма необходимая способность проникать сквозь стены, не говоря уже о способе мгновенного преодоления огромных расстояний, которым владели иерархи и Хранитель Матфей. Но тот был Посвященным III ступени Внутреннего Круга, а Соболев принадлежал к касте II ступени, что и кардиналы Союза Девяти, поэтому мог только мечтать о возможностях Хранителей, хотя в будущем рассчитывал на новое Посвящение.
Конечно, он не ждал милостей от природы, он тре"
нировался упорно и настойчиво, и кое-что у него начало получаться.
Однажды Кристина застала его, упиравшегося в стену рукой (рука излучала нежное розоватое свечение), и даже засмеялась от неожиданности:
- Что это ты, Соболев, стену подпираешь?
- Пытаюсь пройти насквозь, - сказал истинную правду Матвей, что было воспринято сначала как шутка. Потом девушка заметила светящийся ореол вокруг руки и перестала улыбаться.
- Ты... серьезно?!!
- Что ни на есть, - кивнул Матвей. - Понимаешь, всего-то и надо подогнать частоту вибраций тела под частоту вибраций стены, но у меня пока не получается.
Он убрал руку, и Кристина увидела на бетонной, покрытой обоями стене отпечаток ладони...
Вспомнив этот эпизод, Матвей улыбнулся. С тех пор он пытался тренироваться в одиночестве, ночью или когда Кристина отсутствовала, чтобы не травмировать ее психику.
Он заперся в ванной, коснулся двумя ладонями перегородки между ванной и туалетом, сосредоточился, и руки, засияв, как раскаленные бруски металла, вошли в перегородку на сантиметр.
Боль ударила по нервам кнутом. Матвей выдернул руки, подул на них, потряс, сунул под воду. Утихомирив боль, покачал головой. Чего-то он не учитывал при экспериментировании, и проникновению в материал стен мешала реакция нервной системы, вызывающая сильнейшую боль-ожог в нервных окончаниях погружаемых в твердые тела рук.
После душа с непременной сменой холодной и горячей воды Матвей вскипятил чайник и привычно обозрел "окрестности" астрала, входя в меоз без всякого усилия.



1 Состояние ментального озарения.
Как всегда, мерный "космический" шум первого информационного слоя Земли подействовал на него завораживающе, и он даже пропустил тихое прикосновение чьего-то мысленного потока. Опомнился, уплотняя пси-блок и одновременно расширяя диапазон гипервидения. Мыслепоток был незнакомым, и от контакта с ним у Матвея родилось ощущение прикосновения к холодной и скользкой шкуре болотной змеи. Кто-то пытался лоцировать его в астрале, ожидая появления, кто-то незнакомый, чужой, равнодушно-внимательный и оттого непредсказуемо опасный.
Стряхнув с себя щупальца чужой воли, Матвей побрел было дальше, настраиваясь на прием нужной информации, но вынужден был прервать сеанс - на кухню выпорхнула Кристина, босоногая, как всегда, в наспех наброшенной мужской рубашке, розовая со сна, соблазнительная и милая.
- Я его ищу по всей квартире, а он здесь медитирует в одиночестве. О чем задумался, детина? - Она взобралась к нему на колени, шутливо потянула за нос, лизнула в ухо.
Матвей поцеловал ее в шею, потом не удержался и расцеловал обе груди, прижал к себе.
- О чем может думать молодой мужик в семь утра? О тебе, конечно. А еще о несовершенстве человека. Кристина белозубо засмеялась.
- Еще твой любимый Омарчик Хайям задавался этим вопросом. Помнишь?
Отчего всемогущий творец нашшх тел Даровать нам бессмертия не захотел? Если мы совершенны - зачем умираем? Если несовершенны, то кто бракодел?
- Помню, - улыбнулся Матвей. - Хотя в принципе, знаю, кто бракодел.
- Кто же?
- Аморф Конкере, Монарх Тьмы.
- Это еще кто такой, почему не знаю? Разве не Господь нас создал?
Матвей покачал головой, сказал серьезно:
- Разве мог Господь создать таких злобных, трусливых, агрессивных, лживых и порочных существ, как люди?
- Конечно, мог, - пожала плечиками Кристина. - В противовес кому-то, например, или для ассортимента, так сказать, или вообще шутки ради. Ведь недаром говорят, что весь наш мир - майя, иллюзия... Его иллюзия, понимаешь? Мы всего-навсего мыслеформы Бога.
Матвей внимательно всмотрелся в лицо подруги. На миг ему показалось, что сквозь черты Кристины на нем проступили черты лица Светлены. Но он отогнал от себя это наваждение.
- Как я понял, ты уже кое-что прочитала из того, что я тебе давал. Интересно?
- Торчу и балдею. - Кристина освободилась из объятий, побежала в ванную, выглянула оттуда. - Даже на лекциях читаю. И вообще, ты действуешь нечестно.
- Это почему же? - вытаращил глаза Матвей.
- Я и так с тебя тащусь, как говорят подружки, минуту не могу прожить одна, а ты еще эту гипнотизирующую эзотерику подсунул, чтобы крепче меня к себе привязать.
Дверь закрылась, зашипела в кране веда.
Матвей улыбнулся, потом рассмеялся, по ассоциации вдруг припомнив рассказ Васи Балуева.
Два года назад... или вперед? Ведь те события как бы еще не происходили... и все же хранится в памяти история двух "волкодавов"-перехватчиков и трех Посвященных, и никуда от этого не деться! Все это было... или все-таки еще только будет?
"Не рефлексируй! - строго приказал сам себе Матвей. - Все будет так, как должно быть, даже если будет иначе".
История же, поведанная Балуевым, была в самом деле уморительна. Вася тогда жил во Владимире с девушкой Наташей, перезнакомился с ее друзьями, ходил к ним в гости, вместе отдыхал. А однажды, отпраздновав чей-то день рождения, поздно ночью компания пошла прогуляться и, выйдя на берег Клязьмы, решила искупаться. Но так как все заранее не побеспокоились о купальных костюмах, один из самых юморных приятелей Наташи - Алексей, Леха - предложил купаться голыми, но лагерями: женщины отдельно, мужчины отдельно. Провел черту на песке до реки, скомандовал: бабы налево, мужики направо. Разделись, залезли в теплую воду, а через минуту раздался вопль и визг на "левой" половине - Лёха заплыл на женскую территорию. Оправдывался он потом тем, что "черту смыло водой"...
Матвей еще раз улыбнулся, потом внезапно сбросил с себя одежду и ворвался в ванную. Кристина, правда, визг поднимать не стала...
Потом они завтракали: рис, овощная поджарка, кофе. Кристина была настроена весело, болтала о том о сем, изредка бросая на Соболева странноватые взгляды, и Матвею снова показалось, что из нее выглядывает Светлена, спутница инфарха, его светлый ангел. Рассердился на себя, отодвинул чашку.
- Сколько тебе экзаменов осталось сдать?
- Два, - остановила свой рассказ Кристина. - А что?
- Прикидываю, когда и куда мы поедем потом.
- Куда захочешь. Можно ко мне в Рязань, можно к родственникам в деревню, они в Красноярском крае живут, в тайге, на берегу горной речушки. А куда ты ездил вчера?
- За кудыкины горы, - не моргнул глазом Матвей.
- Меня не мог взять с собой?
- Не мог, к сожалению.
- Не ври. Не захотел.
Матвей подумал, кивнул, соглашаясь, поднял вверх палец и назидательно проговорил:
- Если мужчина никогда не лжет женщине, значит, ему наплевать на ее чувства.
Кристина засмеялась, поперхнулась чаем, и Матвей легонько постучал ее по спине.
- В следующий раз обещаю взять тебя с собой. Но только после того, как сдашь экзамены, и только в том случае, если будешь слушаться.
- Слушаю и повинуюсь, мой господин. - Кристина вдруг ойкнула, бросив взгляд на висевшие на стене в кухне часы. - Заговорил ты меня, перехватчик, я же на консультацию опоздаю! - Она подхватилась и бросилась из кухни в спальню, откуда раздался ее голос: - Посуду не забудь помыть.
- Это называется статус-кво, - глубокомысленно пробормотал Матвей, вспомнил старый анекдот, добавил: - "А вот этого не надо, - сказал граф и пошел мыть посуду..." - Зашел в спальню, оценивающе разглядывая переодевающуюся Кристину, - Я тебя подвезу, успеешь.
- Выйди, нахал! - возмущенно отмахнулась блузкой Кристина.
В начале десятого он высадил ее на Манежной площади и направил машину по Охотному ряду мимо Театральной и Лубянской площадей в сторону Новой Басманной. Тарас Горшин, отступник Внутреннего Круга, ныне - комиссар "чистилища", жил в собственном доме на окраине Москвы, в зеленой зоне Щелкова и, судя по "шевелению" астрала, находился в данный момент дома.
Дом Тараса был окружен сосновым лесом, а обрабатываемый участок с плодовыми деревьями: две яблони, несколько вишен, слива и груша, - и огородом не превышал шести соток. Зато участок был тщательно ухожен и содержался в идеальном порядке, что говорило о привязанности хозяина к земле. Дом недавней постройки, по сути, представлял собой финский коттедж
с остроугольной крышей, под которой располагалась мансарда. Насколько помнил Матвей, в доме было пять комнат и кухня. В большой гостиной, выполненной в готическом стиле и представлявшей собой каминный зал с коллекцией старинного холодного и огнестрельного оружия и лат, Соболев уже бывал однажды.
Оставив машину за два квартала до "поместья" Горшина, наглухо заблокировав себя в пси-диапазоне, он прошелся по улице, присматриваясь к дому, никого в саду не увидел и ловко перепрыгнул через полутораметровой высоты забор, памятуя, что калитка Тарасова двора снабжена хитроумной системой контроля и опознавания гостей.
Открыть входную дверь не составило бы особого труда, но тогда сработала бы сигнализация, и Матвей решил проникнуть в дом через окно, несмотря на то, что все они были заперты изнутри. Он зашел со стороны леса, все время лоцируя, вернее, пассивно контролируя передвижения хозяина по дому, прислушался к своим ощущениям, тревоги не почуял и положил руку на стекло. Через несколько минут в стекле образовалось отверстие по форме ладони, сквозь которое можно было просунуть руку. Матвей отодвинул шпингалет форточки, открыл ее, гибким, змеиным движением, с прыжка, втиснул в нее плечи и быстро пролез, буквально "стёк" на пол струей воды.
Горшина он обнаружил в гостиной с камином. Бывший Посвященный II ступени, отвергнутый адептами Внутреннего Круга за упорную реализацию идеи мести (слуги Конкере убили его жену с неродившимся ребенком), рисовал на листе белого картона китайский иероглиф "цюань" - кулак внутри кулака, символизирующий тайный, скрытый от посторонних смысл какого-нибудь явления.
Он мгновенно повернулся к двери, почуяв чужое присутствие, и несколько секунд Посвященные смотрели друг на друга: один - с изумлением и недоверием, второй - с любопытством. Потом Горшин сорвался с
места и оказался рядом - он владел темпом, то есть знал секрет сверхскоростного сокращения мышц. Но и Матвей мог работать в темпе, поэтому встретил хозяина адекватно.
Специалист, владеющий системой построения движения, своеобразной силовой паутиной возможных траекторий рук, ног, головы, других частей тела, способен, ничуть об этом ^е задумываясь, показать тысячи разнообразных приемов, не привязываясь к какой-то определенной схеме боя или комбинации базовых техник. Он просто действует, исходя из принципа: хочешь быть непобедимым - не создавай ситуацию, в которой есть возможность тебя победить. И Матвей давно научился пользоваться этим принципом. К тому же он в совершенстве владел техникой смертельного и усыпляющего касания. Поэтому ни одно движение Горшина не поставило его в тупик, ни один удар мастера, коим, безусловно, был Тарас, не достиг цели. В любой момент Матвей мог остановить схватку, обладая дацзешу - искусством пресечения боя, к которому можно было отнести и японское ниндзюцу, и монгольское бандзо, китайский дуаньда, маньчжурский чаньтун, индонезийский пенчак-силат и отечественный русбой; всеми этими стилями Матвей занимался в свое время, и все они вошли в его техническую базу.
Горшин отскочил, озадаченный, но не побежденный, не растерявшийся и по-прежнему опасный. Снова начал атаку, меняя стили и ритм проведения приемов, ломая траектории движений спонтанно и неожиданно. Матвею пришлось ответить, чтобы ослабить нажим, потому что он перестал сновать между ударами и уклоняться, противник ему все-таки достался высшей категории, с которым вряд ли мог справиться даже мэйдзин - мастер ниндзюцу.
Затем Горшин применил "ядовитую руку" - искусство смертельного касания, культивируемое некоторыми японскими школами тайдзюцу, и хотя это был всего лишь отголосок "настоящей" космек (комбинаторики смертельного касания - по терминологии Васи Балуева), созданной перволюдьми миллжшы лет назад, Матвею пришлось изрядно потрудиться, чтобы не получить серьезный энергетический укол самому и не покалечить противника.
Кончилась атака Горшина тем, что он получил "щелчок по паутине" - укол в стиле русбоя в середину лба и некоторое время "выплывал" из полубессознательного состояния, присев на корточки. Выпрямился, опуская руки, показывая, что не собирается продолжать, но сдаваться явно не хотел.
- Мо сецумен ва аримасэн ка?1 - спросил Матвей по-японски.
- Кто тебя послал? - Голос Горшина был тихий, хрипловатый, обманчиво надломленный: он готовился к новой атаке.
- Не Конкере, - усмехнулся Матвей. - Я работаю на военную контрразведку, хотя пришел к тебе по собственной инициативе.
- Кто ты? Один из нас? Судя по тому, как ты вошел...
- Я Матвей Соболев, с одной стороны - Посвященный, с другой - нет. Если ты способен выслушать меня спокойно, без демонстрации вибхути2, давай сядем и поговорим.
- А ты можешь?
Матвей прыгнул.
До стола было метров пять, и он пролетел над ним - уменьшив вес втрое, - точным движением снял с поверхности стола лежащий на нем нож и полоснул им по левой ладони. Брызнула кровь, тут же сворачиваясь, а через несколько мгновений, когда Матвей уже
Больше вопросов нет?
2 Вибхути - манифестация сверхобычной силы, состоящей из выдающихся способностей, в которые входит превращение в сверхмалые, сверхвеликие объемы, утрата веса, достижение любых сверхудаленных предметов и тому подобное (буддизм).
стоял у стены с оружием по ту сторону стола, шрам затянулся на глазах, побледнел, исчез совсем.
- Нормально, - хмыкнул Горшин. - Почему я вас не знаю? Такое способен проделывать только Посвященный II ступени Круга.
- Вы меня знаете, - сказал Матвей дружелюбно. - Точнее, знали. Но об этом мы поговорим чуть позже. - Он снял со стены висящий обоюдоострый меч, по желобку которого вилась вязь старинных русских букв: "Не обнажаша напрасе". - Тринадцатый век. Меч русского князя Болеслава, не так ли?
- Откуда вы знаете?
- Ты мне сам сказал два года назад. Не хочешь попробовать? Ты ведь мастер кэндо? Однажды ты демонстрировал мне свое искусство.
Горшин без слов прыгнул через стол, красиво приземлился по другую сторону и снял другой меч - рыцарский, классического европейского типа, длиной около метра и шириной в пять сантиметров, с гардой, дужки которой слегка загибались вверх. Эфес его не был особенно удобным, но и витой эфес русского меча не слишком хорошо лежал в ладони.
Во время памятной Матвею встречи с Горшиным тот показал ему такое виртуозное владение мечом, что не восхититься и не позавидовать было нельзя. Но с тех пор прошло достаточно времени, чтобы Матвей приобрел мастерство воина, оттачивая владение мечом и другими видами холодного оружия, поэтому сегодня он дрался с Тарасом на равных.
О нет, этот бой не походил на всемирно известные киношные сражения горца, Дункана Маклауда, со своими многочисленными врагами. Каждый удар в этом бою мог оказаться смертельным, последним, ибо наносился не в одной плоскости, а по сложным кривым - "лопастями поражения", и не знающие защиты от таких ударов давно потеряли бы жизнь.
Горшин действительно был прекрасным кэндоистом,
знающим все тактики и приемы боя на мечах, и том числе такие сложные, как японская "боэй-когэй-хеки" и русская "сеча Радогора".
Противостоять ему было чрезвычайно трудно, особенно в моменты смены ритма, однако Матвей выдержал бой, лишь однажды получив царапину на плече и


скачать книгу I на страницу автора

Страницы: 1 2 3 4 5 6 [ 7 ] 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31
ВХОД
Логин:
Пароль:
регистрация
забыли пароль?
РЕКЛАМА

Березин Федор - Встречный катаклизм
Березин Федор
Встречный катаклизм


Распопов Дмитрий - Начало пути
Распопов Дмитрий
Начало пути


Афанасьев Роман - Там, где радуга встречается с землей
Афанасьев Роман
Там, где радуга встречается с землей


   
ВЫБОР ПОЛЬЗОВАТЕЛЯ

Copyright © 2006-2015 г.
Виртуальная библиотека. При использовании материалов - ссылка на сайт обязательна .....

LitRu - Электронная библиотека