Виртуальная библиотека. Русская и зарубежная фантастика, фэнтези, детективы, триллеры, драма, историческая и  приключенческая литература, философия и психология, сказки, любовные романы!!!
главная | новости библиотеки | карта библиотеки | ссылки
РАЗДЕЛЫ
Детектив
Детская литература
Драма
Женский роман
Зарубежная фантастика
История
Классика
Приключения
Проза
Русская фантастика
Триллеры
Философия

КНИГИ ПО АЛФАВИТУ
... А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я

АВТОРЫ ПО АЛФАВИТУ
А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я

ПАРТНЕРЫ



ПОИСК
Введите фамилию автора:
Поиск от Google:



скачать книгу I на страницу автора

Директор УАСС Кий-Коронат:
- Почему вы считаете, что Конструктор обязательно что-то начнет перестраивать? Он еще не "вылупился" из своего странного коридора... если это вообще он.
Боянова:
- Вот именно, пока не вылупился. Второй раз мы подходим к одному и тому же пределу, за которым начинается область жестокого милосердия. Век назад по совету Сеятелей - "серых призраков" - мы могли уничтожить конструктора после его рождения, но из убеждений ложного гуманизма предпочли оставить его в живых и едва не поплатились . Системой, домом человечества. . И снова мы подходим к этому же пределу, разве что масштабы изменились, на сей раз появление Конструктора чревато всегалактической катастрофой. Эксперты СЭКОНа, присутствующие на заседании, провели математический эксперимент и пришли к выводу, что при "вылуплении" Конструктора из туннеля БВ может произойти фазовая перестройка вакуума. Понимаете, о чем речь?
Снова общее оживление с ярким "свечением" пси-фона.
Председатель ВКС Хакан Рооб:
- Не понимаю, вас. Забава. К чему вы клоните, вы - председатель комиссии морали и Этики?
Боянова:
- Я призываю не повторять ошибок прошлого. Второе пришествие Конструктора - это гибель цивилизации: гибель всего сущего в Системе, и я не могу спокойно обсуждать ее детали. СЭКОН и призван стоять на страже человечества и отвечает за жизнь общества в целом и за жизнь каждого индивидуума в частности. И решать тут нечего, я голосую только за жизнь, пусть и ценой жизни существа, далекого от всего, что волнует нас. Если ученые найдут способ остановки Конструктора без его уничтожения, я проголосую за него обеими руками. А пока что до встречи Солнца с БВ остается три месяца. Три месяца до роковой черты, преодолеть которую можно, только решив альтернативу: мы, люди, или Конструктор! Решайте.
Член Совета Мэтьюри:
- А почему все выступавшие считают, что стоит нам связаться с Конструктором, как он тут же поймет нас, откликнется и отвернет в сторону? Уж если между нами и чужанами существует коммуникабельный барьер, то о каком положительном контакте может идти речь в отношении Конструктора, уже отвергшего однажды все наши предложения сотрудничества?
Боянова:
- Это одна из главных проблем ксенопсихологии - контакт с негуманоидным разумом, и до сих пор она не решена и вряд ли будет решена в ближайшее время. Даже математика и музыка, два универсальных языка человечества, не подействовали на Конструктора.
Вакула:
- Идея воздействовать на Прожорливого Младенца музыкой была никудышной. Субъективные критерии различия музыки и шума присущи только человеку. Физически явно музыкальные и явно шумовые звуки, конечно, различны, музыкальные звуки представляются чистыми...
Шум, чьи-то сердитые пси-возгласы:
- Совету эти пояснения ни к чему...
- Давайте по существу.
- Не отвлекайтесь...
Вакула невозмутимо:
- ...синусоидными тонами, но для Конструктора закономерности музыкальных рядов ни о чем не говорят, то есть не несут смысловой нагрузки. Так что предыдущий оратор прав.
"Тихий", без "вскриков", пси-фон общения, означающий молчание.
Председатель Совета безопасности Ярополк Баренц:
- Как член Совета я обязан принять решение в пользу человечества, и все же вседозволенность человека, возведенная в ранг закона, беспокоит меня в той же степени, что и проблема Конструктора. Недаром отделу социальной безопасности приходится до сих пор сражаться с рецидивами этой вседозволенности как в сфере управления, так и в сфере социально-психологических отношений. Я считаю, что никто не имеет права называть весь Космос только своим домом, он - обиталище для многих и многих существ, равно претендующих на звание хозяина: чужан, "серых призраков", орилоунов, нас с вами и так далее. Конкретная ситуация с БВ снова вскрывает недостатки нашей человеческой психологии, не пора ли начать с себя: не Космос перекраивать по своим меркам, а себя по меркам Космоса? Выношу на голосование предложение: научный потенциал Земли огромен, надобно подключить его на решение проблемы БВ полностью, от попытки связи с Конструктором до его остановки, и если за две недели не будет найден способ предупредить Конструктора или остановить его - созвать Совет снова и решить судьбу пресапиенса в соответствии с законом о пределе допустимой обороны.
Вспышка "зеленого", плюсового пси-фона, означающая общее согласие.
Баренц:
- Космосектор отдела безопасности назначил по этому делу оператора в режиме "полундра" кобру-один Ратибора Берестова, однако теперь, я считаю, необходим переход формы тревоги от "полундры" к "Шторму". Считает ли комиссариат отдела безопасности, что оператор Берестов сможет справиться с работой отдела в режиме "Шторм"?
Комиссар-два Аристарх Железовский:
- Безусловно.
Баренц:
- Отводы, самоотвод?
Член Совета Равалкананг Сингх:
- Оператор "Шторма" должен быть специалистом по обобщениям.
Железовский:
- Предвидя подобные вопросы, я подготовил личное дело кобры Берестова.
В голове Ратибора (как и у других участников заседания) промелькнули выведенные компьютером данные личного дела Берестова.
Боянова:
- Пусть попробует. Сменить оператора мы успеем. Тишина.
- В таком случае оператором "Шторма" назначается Ратибор Берестов. Конец общей связи. Процедурные формальности соблюдены. Спасибо за работу.
Голос компьютера:
- Отбой пси, длительность девять минут двадцать секунд. Ратибор снял эмкан, пригладил волосы и обнаружил, что он весь мокрый от пота, как мышь.


* * *

Дома он принял душ, без аппетита поужинал, прикидывая, что скажет Анастасии, и не успел переодеться, как в гостиной прозвонил вызов.
- Включи, - скомандовал Ратибор "домовому", появляясь в зале с рубашкой в руках; натянул, глядя на белое облако развернутого виома - абонент не включил обратку - обратную видеопередачу.
- Берестов? - Голос незнакомый, с горловыми интонациями; судя по произношению (земной интерлект, европейская языковая группа) абонент или голландец, или австриец.
- Включите обратку, - сказал Ратибор, - вас не видно.
- Это входит в условия связи. Откажись от опера, парень, пока не произошли непредвиденные никем и необратимые события. Ты не выплывешь.
- Пол, это ты? - Ратибор не выдержал и засмеялся. - Твой шутки не отличаются многообразием. Так и быть, если хочешь, возьму тебя с- обоймой в аварийную команду.
- Это не Пол. - Невидимый собеседник хмыкнул. - А звоню я тебе, юноша, потому что уважаю за один случай, ты его помнишь.
Ратибор подобрался: - Кто вы?
Смешок, странный дребезжащий звук, словно от колокола с трещиной.
- Считай, что звонил "дельфийский оракул". Подумай над предложением, это дело ты не потянешь. Ауфвидерзеен, мастер. Еще убедишься, что я желаю тебе добра.
Тишина.
- Зачем ты делаешь мне зло, ведь я не делал тебе добра, - пробормотал Ратибор, встрепенулся. - Откуда он звонил?
- Такла-Макан, территория ксенозаповедника "Чернава", - ответил "домовой" через полминуты.
Озадаченный Ратибор пожал плечами, но времени заниматься таинственным "оракулом" у него не было, да и всерьез, принимать предупреждения доброжелателя не имело смысла, хотя в голосе и застряло занозой: "оракул" звонил из "Чернавы". Слишком многое связывало безопасника с Такла-Маканским ксенозаповедником, в том числе и последние события, чтобы проигнорировать факт звонка.
Поразмышляв над феноменом совпадений и ничего особого не придумав, Ратибор переключил внимание на предстоящие дела, зная, что, когда придет время, подсознание само вытолкнет в голову мелькнувшую догадку. Он дал задание инку отдела подготовить к развертке императив "Шторм" (два часа десять минут) и напомнить всем физическим институтам Земли о переключении работ на решение проблемы Большого Выстрела. Лидером научного поиска он назначил Вакулу.
После этого Ратибор прикрепил над ухом усик "спрута" - многодиапазонной рации компьютерной связи, позволяющей работать со всеми службами из любой точки Солнечной системы, и отметил время: до окончания развертки "Шторма" у него оставалась два часа "свободного" времени. С введением императива всеобщей тревоги время оператора, ответственного за координацию всех защитных сил человечества, принадлежало не ему.
Анастасия ждала его у Жуковского метро Брянска, одетая по моде последнего полугодия в летний "одуванчик": платье то становилось прозрачным, то полупрозрачным, то начинало светиться и звучать, причем волны и пятна прозрачности зависели от настроения, отчего платье подчеркивало то, что надо подчёркивать, и скрывало то, что надо скрывать. Девушка была поразительно красива и, зная это, вела себя тем не менее без тени кокетства... что всегда привлекает мужчин, подумал Ратибор, добавляя про себя: умных.
- Куда идем? - спросила девушка.
Ратибор огляделся с притворным недоумением.
- А где же ваша тень - Грехов?
Анастасия нахмурилась, глаза ее похолодели.
- Вы только затем и пришли, чтобы сказать банальность?
Берестов посерьезнел, быстро поднял ладони вверх.
- Сдаюсь, перестарался. Что поделаешь, иногда из-за сильного желания понравиться срабатывает почему-то не добродетель, а внутренний порок, и тут же наблюдается обратный эффект. Правда, я со своими пороками борюсь успешно, и мне ничего не надо повторять дважды.
- Не обольщайтесь, сумма пороков постоянна, - смягчилась Анастасия. - Исчезает один, появляется другой.
Ратибор засмеялся, и они пошли по аллее парка, окружавшего метро, на шпиле которого горела видимая издалека фиолетово-красная буква "М".
- Итак, вы опер "Шторма". Не страшно? Все же это жуткая ответственность!. .
Ратибор вспомнил звонок "дельфийского оракула".
- Честно говоря, страшновато. Но что делать? Доверили...
- Даже Боянова?



Ратибор внимательно посмотрел на Анастасию.
- Я все больше убеждаюсь, что вы не просто эфаналитик ИВКа. Откуда вы знаете о мнении Забавы?
Профиль идущей рядом девушки был загадочен и тонок.
- Неужели это важно?
- Важно, потому что касается моей персоны. Вы не интрасенс, случаем?
Анастасия повернула голову, глаза ее стали темными и глубокими, и на дне их мерцала грусть.
- Интрасенс, - сказала она просто. - Как сейчас говорят - "инкубаторский". У меня были задатки, и папа помог мне их развить. Хотите, я помогу и вам?
- Сядем. - Ратибор кивнул на скамейку в подкове кустов. Вечерело, воздух был напоен ароматом луговых трав и цветов - рядом, за стеной деревьев, начиналась пойма Десны. По аллеям бродили влюбленные пары, быстро пробегали стайки ребят или проходили группы молодых людей, спешащих в сенсотеки или на танцверанды.
- Вы считаете, что мне можно помочь? - голос почему-то стал хриплым, и Ратибор вынужденно откашлялся.
- Габриэль сказал, что вы интуитив с потенциями интрасенса и вам можно помочь. Если хотите, я поговорю с ним.
- Я подумаю. - Настроение у Ратибора упало; к помощи Грехова прибегать не хотелось, к тому же оставалась невыясненной связь этого патриарха, знавшего Конструктора "в лицо", с Настей. - Вот что, Анастасия...
- Зовите меня Стасей, хорошо?
Вспомнилось: "Друзья и близкие называют меня Стасей или Таей". "Интересно, как прикажете вас понимать? Близким я стану не скоро... если вообще это возможно, но тогда значит ли это, что меня приняли в круг ваших друзей?"
- Благодарю, Стася. Хочу предложить вам участвовать...
- Согласна, - кивнула девушка. - Если не будет возражать ваш "роденовский мыслитель".
Ратибор был ошеломлен, но постарался не терять лица.
- Я убедился, что вы много знаете о Конструкторе, да и Грехов - ваш друг, и в качестве эксперта...
- Сказала же - согласна, не теряйте времени на уговоры, у вас его нет. - Она кивнула на выглядывавший из-за уха собеседника золотой усик антенны.
- В таком случае Железовский не возражает.
Взгляд Анастасии стал задумчивым.
- Да, Аристарх ваш все-таки молодец. Давно известно, что деятельность коллектива творческих работников должна координироваться людьми такого же класса, но специалистами в области управления и организации, и Аристарх в качестве комиссара космосектора вписался в отдел безопасности идеально, несмотря на плохое знание научных дисциплин и полное отсутствие, технических знаний. А ведь отдел безопасности - на самом деле "банк интеллектов", как его прозвали в народе.
- Уж слишком он спокоен, - произнес Ратибор, - непоколебим. Иногда это раздражает... не меня, некоторых.
- Но это же чепуха! Чем выше творческие способности - в любой области, - тем выше эмоциональная устойчивость и душевное здоровье.
- Тогда мне еще далеко до потолка.
- Слава богу, еще далеко, - сказала серьезно Анастасия. - У вас еще есть вопросы по существу?
- Вы торопитесь?
- Не я - вы.
- У меня еще почти полтора часа времени.
- Тогда пойдемте потанцуем.
Они выбрали танцверанду на берегу Десны и поплыли в танце под музыку, включенную психоадаптером: в зоне танца каждый мог танцевать соответственно настроению то, что хотел. Прижавшись друг к другу, они протанцевали целый час, делая трехминутные передышки за столиком с напитками, разговаривая обо всем, что интересовало обоих: об искусстве антиабстрактов и школе живописи Шилова, о музыке классицизма и психоделитиках, о балете "супер" и сенсоклипах Роберта Иван-да-Марьи Джойс-Павленко, о литературе неореализма и о спорте, и судьба на этот час была благосклонна к Ратибору, - по рации никто его так и не потревожил.
А прощаясь у входа в метро, Анастасия вдруг прочитала стихи старинной поэтессы Анны Ахматовой, прозвучавшие как тонкий намек:

И странный спутник был мне послан адом.
Гость из невероятной пустоты,
Казалось, под его недвижным взглядом
Замолкли птицы, умерли цветы.
В нем смерть цвела какой-то жизнью черной.
Безумие и мудрость были в нем тлетворны...

- Безумие и мудрость, - повторила Анастасия, в глазах которой задумчивость вдруг сменилась тревожным блеском. - Берегись, мастер, тебе предстоит схватка, равной которой не приходилось пережить никому. Будь осторожен.
- Я постараюсь, Стася, - ответил Ратибор.
Девушка покачала головой, быстро поцеловала его и скрылась в толпе заходящих в зал метро людей. А у Ратибора остался на губах привкус земляники.


* * *

Две недели оператор тревоги по режиму "Шторм" Ратибор Берестов мотался по Земле, планетам Системы, поселениям людей на планетах других звезд и погранпостам в космосе на дальних подступах к Солнцу, координируя работу секторов и отделов Управления аварийно-спасательной службы, погрануправления и технических служб человечества, участвуя в оперативных совещаниях Совета безопасности, СЭКОНа и научного комитета, соединившего в одну творческую лабораторию все физические институты Земли, подготавливая линию технического обеспечения будущим строителям "ловушки для Конструктора", как стали называть конечную цель поиска ученых.
За это время ни в жизни отдела, ни в жизни всего человечества ничего существенного не произошло, не считая того, что "пуля" Большого Выстрела преодолела почти одну пятую расстояния, оставшегося до встречи с Солнечной системой. "Дельфийский оракул" звонил дважды, но Ратибор не разговаривал с ним лично, ему просто передавали слова неизвестного доброжелателя. В конце концов ему это надоело, и он дал было задание своей обойме отыскать "оракула", но потом решил сделать это сам, вспомнив, что дребезжащий звук "расколотого колокола", сопровождавший голос "оракула", похож на крик скалогрыза с планеты Эниф. Отыскать в Такла-Маканском заповеднике вольеру, со скалогрызами не составляло труда.
С Анастасией Демидовой Ратибор встречался каждый день, она теперь работала в его оперативной группе, сообщив немало интересных подробностей из столетней давности истории охоты на сверхоборотня, спору Конструктора, и попыток людей приручить ее или отыскать пути взаимопонимания. Грехова Ратибор видел лишь однажды, но чувствовал, что тот где-то поблизости и не выпускает его из поля зрения.
Железовский почти не вмешивался в деятельность оператора "Шторма", у него хватало своих забот по разворачиванию сил человечества для отражения грядущей опасности, а сам Ратибор потревожил его только раз, спросив, зачем ему список людей, похищенных когда-то сверхоборотнем.
- Я думал, ты уже сам разобрался. - Встретились они на базе УАСС "Оймякон-3" случайно, и комиссар-два смотрел на Берестова хмуро и с неудовольствием. - Есть данные, что эти люди на Земле.
- То есть как?!
- Конструктор выпустил их... хотя, скорее, не их, а так называемые информационные копии, идентичные оригиналам во всем, кроме одной вещи: у копий отсутствует механизм старения.
- Лабовиц, - вспомнил Ратибор.
Железовский хмыкнул, с новым интересом скользнул взглядом по лицу безопасника.
- Герман Лабовиц, экзобиолог из Такла-Маканского ксенопарка, один из них. Остальных надо искать. Но не преследовать. Во всем остальном, кроме происхождения, они люди.
- Как же они оказались в Системе?
- В те времена случилась темная история с пограничным коггом "Клондайк": он исчез примерно в том же районе, где маневрировал Конструктор, а потом вдруг появился в Системе, за орбитой Нептуна, цел и невредим, с экипажем, ни один член которого потом не мог сказать, что произошло, почему "Клондайк" оказался дома за сотни световых верст от района патрулирования. Подозревают, что Конструктор высадил похищенных на когг и отправил домой, подвергнув экипаж шлюпа чему-то вроде гипноатаки.
- Зачем это ему?
- Не знаю. - Взгляд Железовского снова стал тяжелым. - Ничего хорошего я не предвижу, а тебе придется предусмотреть неприятные сюрпризы.
- Мне, кажется, звонил Лабовиц.
"Роденовский мыслитель" смотрел вопросительно, и Ратибор рассказал ему о предупреждениях "дельфийского оракула".
- Странно. - Комиссар нахмурился. - Похоже на розыгрыш, но уж больно безыскусный. Что за этим кроется?
- Я проверю. Освобожусь и проверю.
- Тяни, коли взялся. Главное, правильно распределить силы на дистанции, как физические, так и моральные. Основная работа впереди.
Они разошлись, а Ратибор вспомнил свой дебют прохождения полигона УАСС Ад-2. Он был молод, неопытен, полон сил и энергии, и пройти полигон казалось ему плевым делом, ибо он умел все: быстро бегать, высоко прыгать, подниматься по скалам на одних руках, прекрасно стрелять, водить все виды транспорта (драйвер-прима, как-никак, работать на всех компьютерных системах и так далее. Но Ад-2 - это не "лужок с сюрпризами", как прозвали Ад-1 - полигон стажеров погранслужбы, это зона экстремальной проверки человека на выживание, и одной силой, даже помноженной на интеллект и творческий потенциал, одолеть ее было невозможно, для этого требовалось еще и железное терпение, и стайерская выносливость, и умение распределить силы по дистанции.
Проходили полигон тройками. В группу вместе с Ратибором и застенчивым и добродушным венгром Гонзой Данешем, способным унести на себе шесть человек, попал невысокий, скуластый, хрупкий на вид парнишка Иван Савич, не отличавшийся ни особой силой, ни выдающимися умственными способностями. Но у этого человека оказался такой запас выносливости, умения точно дозировать усилия на преодоление препятствий и распределять резервы организма, что группа прошла полигон только благодаря ему. Ратибор выдохся на четвертом этапе полосы препятствий, с трудом преодолел "зону ужасов", стрессовую "кастрюлю", едва оклемался от встряски неформального эф-моделирования (проверка на интуицию в условиях фантомного преобразования реальных ландшафтов), хотел уже сдаться, но потом у него взыграло самолюбие, и он дошел-таки до конца - на одних нервах, стиснув зубы, теряя сознание от дикого перенапряжения и приступов слабости, после которых он обнаруживал себя на плечах Савича. Этот урок запомнился ему надолго, и с тех пор он всегда рассчитывал путь, научившись делать то, что умел Савич.
С базы Ратибор отправился в планово-экономический отдел ВКС, где его ждал Герберт Робсон, эксперт СЭКОНа по планированию и снабжению, а оттуда на спейсер погранслужбы "Перун", координирующий работу поисково-исследовательских групп, аварийно-спасательных обойм и погранпостов в зоне Большого Выстрела: позвонил Демин и сообщил, что в районе передовой погранзаставы снова появились чужанские корабли, производящие рискованные эволюции возле канала БВ.
В действия команды Демина Ратибор вмешиваться не стал, дал себе часовую передышку, наблюдая через ультраоптику за странными объектами: один напоминал панцирь черепахи с рогами, второй - оплывшую стеариновую свечу, третий - колоссальную раковину моллюска. Чужане делали вид, что не замечают предупреждающих сигналов земных машин пространства, не отвечали на вызовы и продолжали таинственную возню у самой границы БВ, так что иногда казалось - они уже влезли в канал и претерпели необратимые изменения.
Однако с аппаратами чужан ничего не случилось, словно они были заговорены, и у молодых пограничников даже возникли сомнения в способности БВ преобразовывать материальные тела. Но первый же зонд, запущенный с "Перуна" и достигший чужанской "черепахи", тут же сгорел, а второй превратился в "запятую" из плавленого металла. И тем не менее с чужанскими кораблями ничего подобного не происходило, что вызвало оживленную дискуссию среди исследователей всего отряда.
Убедившись в том, что БВ мчится к Солнцу с прежней скоростью, Ратибор вернулся в отдел как раз к тому времени, когда Совет безопасности собрался на второе заседание. Как и первое, оно состоялось в Берне по той же самой формуле с применением компьютерной связи, но проходило в острой полемике, в результате которой Совет принял решение начать строительство приемного тахис-конуса для того, чтобы загнать в него БВ и вывести по "струне" за пределы Галактики. Строительство поручалось Главмонтаж-спецстрою Земли, трем его филиалам одновременно: Американскому, Европейскому и Восточно-Азиатскому, и требовало оно от землян огромных энергетических затрат и материальных ресурсов, а также точнейших расчетов стыковки конуса и "пули" БВ, но главное, оно требовало времени, - около полутора месяцев с предельным напряжением всех сил, и у Совета оставалась надежда, что за это время ученые все же отыщут способ контакта с "головой" Конструктора и остановят его "без крови". Правда, Ратибор эту надежду не разделял, как и Забава Боянова.
- Прав был Гете, - сказала она, закрывая заседание. - Решением всякой проблемы служит новая проблема. Если мы остановим Конструктора, и он "вылупится" в нашем пространстве неподалеку от Системы, снова возникнет проблема, как сохранить свой дом. Нынешнее наше решение единственно правильное.
- И все же мы соберемся еще раз, - заметил председатель Совета Ярополк Баренц, - перед тем, как включить тахис-конус, и окончательно утвердимся в правильности подготовленного решения.
Решение было принято большинством всего в три голоса, хотя никто из членов Совета и не воспользовался правом вето.
Поздно вечером третьего августа Ратибор пригласил Анастасию еще раз прогуляться с ним в Такла-Маканский ксенозаповедник и ничего ей не объясняя, повел в сектор с вольерами энифских скалогрызов; на этой долготе уже наступило утро.


скачать книгу I на страницу автора

Страницы: 1 2 3 4 5 6 [ 7 ] 8 9 10 11 12 13 14 15 16
ВХОД
Логин:
Пароль:
регистрация
забыли пароль?
РЕКЛАМА

Лукин Евгений - Портрет кудесника в юности
Лукин Евгений
Портрет кудесника в юности


Самойлова Елена - Путешественница
Самойлова Елена
Путешественница


Трубников Александр - Рыцарский долг
Трубников Александр
Рыцарский долг


   
ВЫБОР ПОЛЬЗОВАТЕЛЯ

Copyright © 2006-2015 г.
Виртуальная библиотека. При использовании материалов - ссылка на сайт обязательна .....

LitRu - Электронная библиотека