Виртуальная библиотека. Русская и зарубежная фантастика, фэнтези, детективы, триллеры, драма, историческая и  приключенческая литература, философия и психология, сказки, любовные романы!!!
главная | новости библиотеки | карта библиотеки | ссылки
РАЗДЕЛЫ
Детектив
Детская литература
Драма
Женский роман
Зарубежная фантастика
История
Классика
Приключения
Проза
Русская фантастика
Триллеры
Философия

КНИГИ ПО АЛФАВИТУ
... А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я

АВТОРЫ ПО АЛФАВИТУ
А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я

ПАРТНЕРЫ



ПОИСК
Введите фамилию автора:
Поиск от Google:



скачать книгу I на страницу автора

думал о чем-то, хорошенько не отдавая себе отчета в своих мыслях. Где-то
жужжали мухи, но так громко, что он, хотя и не видел их, отгонял от себя.
Наконец, этот шум показался ему совсем не похожим на жужжание мух и
шел он, как будто со стороны двора. Это не был шелест листьев, колеблемых
ветром, или спокойный шум весеннего дождя. Подкоморию показалось, что он
слышит чьи-то шаги и тихие голоса под окном. Но так как слуг в доме было
мало, а сторожа бродили поодиночке, то он решил, что это ему послышалось.
Не имея ни малейшей причины тревожиться, Кунасевич все же стал
прислушиваться, обеспокоенный странным звуком, смутившим ночную тишину
Божишек.
Что это могло быть? Вставать или не вставать? Он еще раздумывал,
когда во дворе послышался страшный шум, и раздались жалкие крики.
Прозвучало несколько выстрелов.
Подкоморий, не отличавшийся излишней смелостью и не без основания
полагавший, что люди могут мстить ему, сорвался с места и первым его
побуждением было бежать к дверям, не прихватив с собой даже сабли.
Но двери были заперты снаружи!
Он подбежал к окну, но окно было заперто снаружи ставней. Между тем
шум и крики, сопровождавшиеся выстрелами, не умолкали... Кунасевич узнал
голоса своих слуг и домашних.
На дворе раздавался топот коней, а из сеней доносились звуки борьбы и
крики:
- Хватай, бери, вяжи!
А над всем этим звучали громкие приказания начальников, голоса
которых были незнакомы Кунасевичу.
Однако он сообразил, что за его наезд на Божишки ему отплачивали той
же монетой; но откуда могли взять Паклевские людей? Кто оказал им
поддержку, кто внушил им эту смелую затею? И для чего его так тщательно
заперли, как узника в тюрьме? Этого он не мог понять. Перекрестившись
дрожащей рукой, он призвал Бога на помощь, так как хорошо знал, что
неприятель, не встречая сопротивления, конечно, одержит победу...
Теперь все его заботы сводились к тому, чтобы спасать самого себя,
так как было ясно, что по отношению к нему у врагов имелись какие-то
особые намерения - не даром же они его заперли в одиночестве и, наверное,
приставили хорошую стражу.
Не было никакой возможности выскочить из канцелярии через дверь или
окно: о трубе в камине нечего было и думать при толщине подкомория;
оставалось только одно: погасить свечи и забиться куда-нибудь в угол, а
когда неприятель ворвется - постараться каким-нибудь способом
выскользнуть. Решив это, подкоморий торопливо подбежал к свечам и
необдуманно задул их, так что в комнате распространился предательский
запах, указывавший на то, что они были только что погашены.
Сам он в темноте прокрался к дверям, рассчитывая на то, что когда
люди войдут в темную комнату, он успеет выскользнуть в сени, а потом и в
сад.
Между тем шум значительно ослабел; можно было думать, что пришли к
какому-то соглашению. Люди бегали взад и вперед, выстрелов не было больше
слышно.
Приближалась решительная минута...
Голоса раздавались уже около самых дверей - приказывали подать ключ.
Перепробовали несколько ключей, пока, наконец, дверь открыли, и в нее
просунулось сразу столько голов, что нечего было и думать о бегстве.
Подкоморий прижался всем телом к стене.
Впереди всех шел огромный мужчина с шапкой набекрень, вооруженный
пистолетом и саблей.
За ним несли свет. Это и был ротмистр Шустак.
Входя, он бросил взгляд в глубину комнаты и, не видя там Кунасевича,
крикнул:
- Да его здесь нет!
Но в это время другие, шедшие за ним следом, заметили прижавшегося к
стене подкомория и громко сказали:
- Здесь! Здесь! Сидит заяц у опушки... Ха, ха!
Шустак тотчас же повернулся к нему.
- Бьем вам челом, подкоморий! - сказал он. - Мы, сударь, пришли
отдать вам немножко запоздалый визит, но в другое время нам было
неудобно...
Он обернулся к слуге, несшему фонарь:
- Зажги свечи, и прошу оставить нас вдвоем, нам нужно о многом
переговорить. Пусть для безопасности поставят стражу у дверей. Экипаж и
лошади для подкомория должны быть наготове, так как, покончив переговоры,
он, наверное, захочет ехать домой.
Волей-неволей, пришлось подкоморию сесть в кресло. Между тем шляхта
отступила к дверям, посмеиваясь, поглядывая на осужденного и шумно
затворяя за собой двери.
- Ну, что же? Нашла коса на камень? Вы, сударь, взяли Божишки



захватным правом, и мы таким же манером отобрали их у вас для Паклевских,
с той только разницей, что у вас, сударь, не было никаких прав, а мы
захватили их по праву.
- Это мы еще посмотрим! - пробурчал подкоморий. - Арестовывать и
секвестировать шляхтича никто не имеет права, и мы будем иметь с вами дело
за сегодняшнюю расправу.
- А я полагаю, - помолчав, сказал ротмистр, - что мы здесь потолкуем
и все уладим...
Кунасевич, не отвечая, покачал головой.
- А как вы думаете, пан подкоморий? - прибавил Шустак.
- Я? Я что думаю? Да я думаю, что это не наезд, а просто разбой, за
который вы все, сколько вас тут есть, будете в ответе in fundo и гривной.
- Ну, чтобы посадить нас всех, не хватило бы тюрем, - возразил
Шустак, - нас здесь очень много, чуть не полокруга. Сосчитай-ка всех
людей, которых ты в продолжение нескольких десятков лет обижал, стараясь с
каждого содрать хоть понемногу! Сегодня все явились сюда для реванша...
Рано или поздно эта история повторяется со всеми, кто перетягивает струну
- в конце концов, она может лопнуть.
Подкоморий бросил на говорившего сердитый взгляд и надулся - но
молчал.
- Я хочу сделать вам одно предложение, - сказал Шустак. - Все здесь
присутствующие просили позволения - в виде возмездия дать вашей милости по
одному удару кнутом...
Кунасевич вскочил с громким криком.
- Садись, сударь, и не производи шума раньше времени, - сказал
ротмистр, - это ничему не поможет, и может только раззадорить тех, которые
поджидают там моего сигнала...
- И вы, сударь, называете это наездом, - закричал подкоморий, гневно
сверкая глазами, - да это нападение, разбой, это криминальное дело! Как
это? Меня, одного из первых людей в округе, вы посмели бы...
- Бывали примеры, известные и в судебной практике, что и подкомориев
tempore opportuno клали на ковер, особенно в тех случаях, когда cum
contemptu legum эти великие люди учиняли безнравие, глумились над
справедливостью, обижали невинных, обирали сирот; это не будет ни новым,
ни экстраординарным, если мы воздадим privatim, что следует...
Кунасевич не мог даже говорить; он метался по комнате в диком гневе.
- Послушай, пан подкоморий, - сказал Шустак, - я, которому выпала
честь руководить этой компанией, не стремлюсь вовсе к наказанию грешника
плетью, но к его раскаянию и исправлению.
Для меня ясно и очевидно, что вы совершенно правильно и официально
подтвержденное, одним словом, настоящее завещание, старались объявить
недействительным, вы старались обидеть сестру своей жены и противились
воле покойного, завладев ее частью наследства. Мы этого допустить не
можем. Мы откажемся от вполне заслуженных вами ударов плетью только под
тем условием, что вы сейчас же, в присутствии нотариуса и при свидетелях,
признаете завещание действительным и написанным в полной памяти и здравом
рассудке, - сознаетесь в соей вине и вернете убытки.
- Ах, так! - вскричал Кунасевич. - Ни за что на свете!
- Подумайте еще, - сказал Шустак, - вы можете выбрать. Божишки мы уже
заняли и больше вам не отдадим - за это я ручаюсь; если будет процесс, мы
найдем протекцию; мы вас отпустим на свободу, и что вам не уйти от плетей
- в этом уж можете быть уверены...
Сказав это, он встал и хотел ударить в ладоши; подкоморий соскочил с
кресла и схватил его за руки.
- Послушайте, пан ротмистр, - сказал он, - предположим, что я подпишу
вам, что вы хотите. На что это вам пригодиться? Прямо отсюда я поеду в
город и подаю жалобу - о насилии. Это уголовное дело!
- Ну, что же? Значит, остаются плети! - вздохнул Шустак. - Ничего не
поделаешь! Мы должны получить какое-нибудь удовлетворение, и мы его
получим на ковре...
Он снова встал.
- Послушай, сударь! Так же невозможно! Боже милосердный! - простонал
подкоморий.
Ему хотелось плакать, в отчаянии он ломал руки.
- Вы должны отказаться от Божишек и несправедливых притязаний на них,
- прибавил ротмистр.
- Этого не может быть!
- Это должно так быть! - подтвердил Шустак. - Aut-aut, решение
зависит от вас.
- У меня четверо детей! - простонал Кунасевич.
Кунасевич плакал потихоньку, бормотал молитвы, надеялся на чудесное
избавление, и был почти без чувств! А время шло.
Между тем ротмистр подошел к дверям, открыл их и громко произнес:
- Призываем нотариуса Богаловича и шестерых приглашенных свидетелей.
Пан подкоморий, побуждаемый сочувствием к судьбе вдовы, пани Паклевской,


скачать книгу I на страницу автора

Страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 [ 60 ] 61 62 63 64
ВХОД
Логин:
Пароль:
регистрация
забыли пароль?
РЕКЛАМА

Суворов Виктор - Ледокол
Суворов Виктор
Ледокол


Шилова Юлия - Королева отморозков, или Я женщина, и этим я сильна!
Шилова Юлия
Королева отморозков, или Я женщина, и этим я сильна!


Посняков Андрей - Воевода заморских земель
Посняков Андрей
Воевода заморских земель


   
ВЫБОР ПОЛЬЗОВАТЕЛЯ

Copyright © 2006-2015 г.
Виртуальная библиотека. При использовании материалов - ссылка на сайт обязательна .....

LitRu - Электронная библиотека