Виртуальная библиотека. Русская и зарубежная фантастика, фэнтези, детективы, триллеры, драма, историческая и  приключенческая литература, философия и психология, сказки, любовные романы!!!
главная | новости библиотеки | карта библиотеки | ссылки
РАЗДЕЛЫ
Детектив
Детская литература
Драма
Женский роман
Зарубежная фантастика
История
Классика
Приключения
Проза
Русская фантастика
Триллеры
Философия

КНИГИ ПО АЛФАВИТУ
... А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я

АВТОРЫ ПО АЛФАВИТУ
А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я

ПАРТНЕРЫ



ПОИСК
Введите фамилию автора:
Поиск от Google:



скачать книгу I на страницу автора

со всей округи, многие по старинному обычаю начинали оплакивать Эрназара еще
издали: "Эрназар, родной ты мне, как печень моя, где увижу тебя?" - и он
помогал им спешиться, успокаивал их... А в тот день вроде вечер выдался
более или менее свободный, и Бостон, раздевшись до пояса, умывался у себя во
дворе, поливая себе из ковша. Арзыгуль была у Гулюмкан: эти дни она почти
все время находилась у соседки.
- Бостон, Бостон, где ты? - вдруг послышался крик Арзыгуль.
- Что случилось?
- Беги скорее, догони Гулюмкан! Она куда-то убежала. Дочки ее плачут, а
я не смогла ее остановить.
Бостон едва успел надеть майку и, как был с полотенцем на шее,
вытираясь на ходу, побежал догонять обезумевшую Гулюмкан.
Догнал он ее не сразу.
Она быстро шла впереди по пологому оврагу, направляясь в сторону гор.
- Гулюмкан, остановись, куда ты? - окликнул ее Бостон.
Она уходила не оглядываясь. Бостон прибавил шагу, он подумал, что
Гулюмкан в таком состоянии может сейчас бросить ему в лицо обвинение,
которого он больше всего боялся, скажет, что это он, Бостон, погубил
Эрназара, и эта мысль как крутым кипятком ожгла его, ведь и сам он казнился,
терзался этим, и не было покоя его душе. И что тогда ответит он ей?
Разве он станет оправдываться? Да и для нее есть ли толк в оправданиях?
Как доказать, что, бывают роковые обстоятельства, над которыми человек не
властен? Но и эти слова не утешали, и не было в природе таких слов, чтобы
душа смирилась с тем, что произошло. И не было слов, чтобы объяснить
Гулюмкан, почему он еще жив после всего, что случилось.
- Гулюмкан, куда ты? - Запыхавшись от бега, Бостон поравнялся с ней. -
Остановись, послушай меня, пойдем домой...
Еще было достаточно светло в тот вечерний час, горы еще просматривались
в тихом сумраке медленно угасающего дня, и когда Гулюмкан обернулась,
Бостону показалось, что от нее, как призрачное излучение, исходило горе,
черты ее лица были искажены, словно она смотрела на него из-под толщи воды.
Ему было невыносимо больно видеть ее страдания, больно за ее жалкий вид -
ведь еще вчера она была цветущей, жизнерадостной женщиной, - больно за то,
что она бежала не помня себя, за то, что помятое шелковое платье, в которое
ее нарядили, разъехалось на груди, за то, что новые черные ичиги казались на
ней траурными сапогами, а коса ее была расплетена в знак траура.
- Ты куда, Гулюмкан? Куда идешь? - сказал Бостон и невольно схватил ее
за руку.
- Я туда, к нему на перевал пойду, - сказала она каким-то отрешенным
голосом.
Вместо того чтобы сказать: "Да ты в уме ли? Когда же ты туда
доберешься? Да ты там околеешь в одночасье в таком тонком платье!" - он стал
просить ее:
- Не надо сейчас. Скоро уже ночь, Гулюмкан. Пойдешь как-нибудь в другой
раз. Я сам покажу тебе это место. А сейчас не надо. Пойдем домой. Там
девочки плачут, Арзыгуль тревожится. Скоро ночь. Пошли, прошу тебя,
Гулюмкан.
Гулюмкан молчала, согнувшись под тяжестью горя
- Как же я буду жить без него? - горестно прошептала она, качая
головой. - Как же он остался один совсем, не похороненный, не оплаканный -
без могилы?
Бостон не знал, как ее утешить. Он стоял перед ней, поникший,
виноватый, в выбившейся, обвисшей на худых плечах майке, с полотенцем на
шее, в кирзовых сапогах, в которых чабан неизменно ходит и зимой и летом.
Несчастный, виноватый, удрученный. Он понимал, что ничем и никак не может
возместить утрату этой женщине. И если бы он мог оживить ее мужа,
поменявшись
с ним местами, он бы, ни минуты не думая, сделал это.
Они молчали, каждый думал о своем.
- Пошли. - Бостон взял Гулюмкан за руку. - Мы должны быть там, куда
люди приходят вспоминать Эрназара. Должны быть дома.
Гулюмкан припала к его плечу и, словно отцу родному изливая горе,
что-то неразборчиво бормотала, захлебываясь рыданиями, содрогаясь. Он
поддержал ее под руку и так, вместе горюя и плача, они вернулись домой.
Угасал тихий летний вечер, полный терпких запахов цветущих горных трав.
Навстречу им, ведя за руки Эрназаровых девочек, шла Арзыгуль. Увидев друг
друга, женщины обнялись и с новой силой заплакали, точно после долгой
разлуки...
Полгода спустя, когда Арзыгуль уже лежала в районной больнице, а
Гулюмкан давно переехала в рыбацкий поселок на Побережье, Бостону вспомнился
тот вечер, и глаза его затуманились от нахлынувших чувств.
Бостон сидел в палате у жены, возле ее кровати, и с болью в душе
смотрел на ее изможденное, обескровленное лицо. День был теплый, осенний,
соседи по палате все больше гуляли во дворе, и потому и состоялся тот



разговор, начала которой сама Арзыгуль.
- Мне хочется тебе о чем-то сказать. - Медленно выговаривая слова,
Арзыгуль с трудом подняла глаза на мужа, и Бостон заметил, что она еще
сильнее пожелтела и исхудала за эту ночь.
- Я тебя слушаю. Что ты хотела сказать, Арзыгуль? - ласково спросил
Бостон.
- Ты доктора видел?
- Видел. Он сказал...
- Постой. Не важно, что он сказал, об этом потом. Пойми, Бостон, мы
должны серьезно поговорить с тобой.
От этих слов у Бостона сжалось сердце. Он достал платок из кармана и
вытер на лбу пот.
- А может, не стоит об этом, выздоровеешь - тогда поговорим. - Бостон
попытался отвести назревающий разговор, но по взгляду жены понял, что
настаивать нельзя.
- Всему свое время, - упрямо шевелила бледными губами больная. - Я тут
все думала - а что еще делать в больнице, если не думать? Думала о том, что
прожила с тобой хорошую жизнь, и судьбой своей я довольна. К чему бога
гневить - детей вырастили, на ноги поставили, теперь они могут жить
самостоятельно. Про детей у меня с тобой отдельный разговор будет. Но тебя,
Бостон, мне жалко. Больше всех мне жалко тебя. Неумелый ты, к людям подхода
у тебя нет, ни перед кем не кланяешься. Да и немолод ты уже. После меня не
сторонись людей. Я к тому, что после меня не ходи в бобылях, Бостон.
Справишь поминки, подумай, что тебе делать дальше, я не хочу, чтобы ты жил
один. У детей ведь своя жизнь.
- Зачем ты все это, - глухо проронил Бостон. - Об этом ли нам говорить?
- Об этом, Бостон, об этом! О чем же еще? Об этом и говорят напоследок.
После смерти ведь не скажешь. Так вот думала я тут и о тебе и о себе. Часто
приходит ко мне Гулюмкан. Сам знаешь, не посторонний она для нас человек.
Так уж обернулась жизнь, что осталась она вдовой с малыми детьми. Достойная
женщина. Мой тебе совет - женись на ней. А уж там сам решай, как тебе
поступить. Каждый волен сам за себя решать. Когда меня не станет, скажи ей
об этом нашем разговоре... А вдруг и выйдет так, как мне хотелось. И у
Эрназаровых детей будет отец...
Приезжие на Иссык-Куль часто подтрунивают над иссыккульцами: живут у
озера, а озера не видят - все некогда им. Вот и Бостон в кои веки вырвался к
берегу, а то все издали да мимоходом любовался иссык-кульской синью.
А в этот раз, выйдя к вечеру из больницы, пошел сразу на берег -
потянуло побыть в одиночестве у синего чуда среди гор. Бостон глядел, как
ветер гонит по озеру белые буруны, вскипающие ровными, будто борозды за
невидимым плугом, рядами. Ему хотелось плакать, хотелось исчезнуть в
Иссык-Куле - хотелось и не хотелось жить... Вот как эти буруны - волна
вскипает, исчезает и снова возрождается сама из себя...

x x x
И все-таки волки доняли Бостона - они так долго, так невыносимо выли
вокруг кошта, что вынудили его встать с постели. Но сначала они разбудили
Кенджеша. Малыш проснулся с плачем, Бостон придвинул сынишку поближе, стал
успокаивать его, обнимая и прижимая к себе:
- Кенджеш, а Кенджеш! Я же здесь. Ну, чего ты, глупыш? И мама здесь -
вот она, видишь? Хочешь кис-кис? Хочешь, чтобы свет зажег? Да ты не бойся.
Это кошки кричат. Это они так воют.
Гулюмкан проснулась и тоже принялась успокаивать малыша, но тот не
унимался. Пришлось зажечь свет.
- Гулюм, - сказал жене Бостон уже от дверей: он пошел включить свет. -
Пойду все же припугну зверей. Так дальше невозможно.
- Сколько времени сейчас?
Бостон глянул на часы.
- Три часа без двадцати.
- Вот видишь, - огорчилась Гулюмкан. - А в шесть тебе вставать. Куда
это годится? Эта проклятая Акбара сведет нас с ума. Что за наказание такое?!
- Ну успокойся. Что ж теперь делать? Я мигом обернусь. Да не бойся
ты-то хоть. Вот наказание, ей-богу. Я снаружи запру дверь на замок. Не
беспокойся. Ложись спать.
И он прошел под окнами, громко стуча кирзачами, надетыми наспех на босу
ногу. Бостону хотелось наконец столкнуться с волками, и потому он нарочито
громко скликал собак, ругал их последними словами. Он был готов на все - так
осточертели ему эти остервеневшие от горя волки.
Помочь им он ничем не мог. Оставалось только надеяться, что ему удастся
пристрелить волков, если он их увидит, благо у него была полуавтоматическая
винтовка.
Однако волков он не встретил. И тогда, проклиная весь свет, вернулся
домой. Но и заснуть он тоже не смог. Долго лежал в темноте, в голове
неотвязно крутились беспокойные, наболевшие мысли.


скачать книгу I на страницу автора

Страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 [ 57 ] 58 59 60 61 62 63 64
ВХОД
Логин:
Пароль:
регистрация
забыли пароль?
РЕКЛАМА

Сертаков Виталий - По следам большой смерти
Сертаков Виталий
По следам большой смерти


Злотников Роман - Вселенная неудачников
Злотников Роман
Вселенная неудачников


Каргалов Вадим - Вторая ошибка Мамая
Каргалов Вадим
Вторая ошибка Мамая


   
ВЫБОР ПОЛЬЗОВАТЕЛЯ

Copyright © 2006-2015 г.
Виртуальная библиотека. При использовании материалов - ссылка на сайт обязательна .....

LitRu - Электронная библиотека