Виртуальная библиотека. Русская и зарубежная фантастика, фэнтези, детективы, триллеры, драма, историческая и  приключенческая литература, философия и психология, сказки, любовные романы!!!
главная | новости библиотеки | карта библиотеки | ссылки
РАЗДЕЛЫ
Детектив
Детская литература
Драма
Женский роман
Зарубежная фантастика
История
Классика
Приключения
Проза
Русская фантастика
Триллеры
Философия

КНИГИ ПО АЛФАВИТУ
... А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я

АВТОРЫ ПО АЛФАВИТУ
А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я

ПАРТНЕРЫ



ПОИСК
Введите фамилию автора:
Поиск от Google:



скачать книгу I на страницу автора

батареи, либо выполняет следующий параграф инструкции: хочет вызывать катера
на подмогу.
Ну нет! В нашем споре третий лишний!
Маньков доложил: пеленг резко меняется. Ага! Выдержка у фашиста послабее
нашей. Уходит от боя!
Объявляю по "переговорке" торпедную атаку. Все подобрались вокруг,
повеселели. Гора с плеч!
На курсовом двадцать, с правого борта, дистанция шесть кабельтовых3,
подвернув на боевой курс, даю залп! И потом ка-ак тряханет! Взрыв!
- Как - взрыв? - Ластиков даже подскочил в кресле. - Был разве и взрыв?
Он умоляюще взглянул на Грибова. Тот встал из-за стола и подошел к карте.
Почти у самого ее верхнего края, между Финмаркеном и полуостровом Рыбачий,
голубел широкий ковш Варангер-фьорда.
- Маневрировали в остовых четвертях?
- Да.
- Значит, немецкая лодка находилась между вами и берегом. - Профессор
многозначительно взглянул на курсанта.
- Берег-то и беспокоил, Николай Дмитриевич, - подхватил Донченко. -
Понимаю: посты наблюдения засекли взрыв. Сейчас выбегут из Киркенеса
"морские охотники" и дадут мне "сдачи", Я и получил ее потом - в крупных и
мелких купюрах: до тридцати глубинных бомб. Но, как видите, сижу перед вами:
цел, ушел!
- Перископ уже не поднимали?
- Каюсь, Николай Дмитриевич, не утерпел, поднял. Сразу же подошел к месту
потопления и осмотрелся в перископ. Даже в глазах зарябило. Радужные пятна
соляра на воде! Пустила моя подлодка сок! Мало того. Взрывом подняло на
поверхность всякую требуху: клинья, пробки, обломки обшивки, аварийные
брусья, крашенные суриком, в общем - полный комплект!
- Не слишком ли полный? - вскользь заметил Грибов и опять посмотрел на
курсанта.
2
- Слишком? - Донченко откинулся назад, будто неожиданно наткнулся на
невидимую преграду. Ордена и медали на его широкой груди обиженно звякнули.
- Иначе говоря, не верите? Да что вы, Николай Дмитриевич! Это даже странно.
Немцы сами признали факт потопления!
- И очень поспешно. Еще пятнадцатого мая. Д ваш поединок состоялся
девятого. Фашистское командование обычно не проявляло такой оперативности,
извещая о своих неудачах.
Из пачки газет, лежавших перед ним, Грибов вытащил "Дейче Цейтунг" от 15
мая 1942 года.
- Здесь некролог. Сообщается, что в неравном - конечно, неравном! - бою с
русскими и погиб кавалер рыцарского железного креста Гергардт фон Цвишен,
командир субмарины... Указан ее номер. Цитирую: "Величественной могилой
отныне служит ей обширный и пустынный Варангер-фьорд. Над капитаном второго
ранга фон Цвишеном и его доблестной командой склоняются в траурной скорби
торжественные складки северного сияния..." Ну, и далее в том же роде.
- Вот видите! Даже некролог!
- И очень пышный некролог, учтите. За этими "складками северного сияния"
я усматриваю кое-что. Чрезвычайно заботились о том, чтобы сообщить для
всеобщего сведения адрес могилы: Варангер-фьорд. Почему? Опасались, что
субмарину Цвишена спутают с какой-либо другой субмариной? А быть может,
могила была пуста?.. Да, кстати, каким вы представляете себе этого Цвишена?
- Каким? То есть наружность?
- Да.
Сохраняя обиженный вид, Донченко выпятил нижнюю губу и в раздумье поднял
глаза к потолку.
- Наружность, конечно, стандартная. - Он принялся загибать пальцы: -
Оловянный взгляд - это наверняка. Поджатые тонкие губы. Расчесанные на
пробор волосы. Убегающий назад подбородок. Что еще? В общем, стандартный,
описанный уже много раз пруссак, я бы так сказал. Того и жди - раскроет свои
бескровные губы и произнесет: "Ди эрсте колонне..." - Он захохотал, но
как-то не очень уверенно.
- Вы прямо портретист, товарищ Донченко, - холодно сказал Грибов. - Вот,
прошу взглянуть, снимок из той же немецкой газеты, но более ранней. Номер
датирован вторым июля тысяча девятьсот сорокового года. - Грибов положил
газету перед Донченко. - Похож?
Подводник долго рассматривал газету, пожалуй, слишком долго. Ластиков не
выдержал и, привстав, с любопытством заглянул через его плечо.
На снимке Гитлер, осклабясь, вручал орден рыцарского креста коренастому
подводнику в полной парадной форме. Подводник был совсем не похож на только
что описанного "стандартного пруссака". Лицо его, казалось, состояло из
одних углов. Высокий, с залысинами, лоб был скошен, остроконечные уши
по-звериному прижаты к черепу. Один глаз был чуть выше другого, а быть
может, из-за какого-то повреждения шеи подводник держал голову несколько
набок. Вероятно, это и придавало лицу то выражение хитрости, жестокости и



вероломства, которое являлось как бы его "особой приметой".
Скажет ли такой: "Ди эрсте колонне"?
Подводник молчал.
- Вот вам пример дезинформации на войне. - Грибов повернулся к курсанту:
- Некролог появился, вероятно, сразу же после того, как Цвишен вернулся на
базу.
- Вернулся? Невероятно! А пятна соляра на воде? А крашенные суриком
брусья? - Донченко сидел, подавшись вперед, упершись кулаками в колени,
взъерошенный, сердитый,красный.
- Установлено, - произнес Грибов профессорски бесстрастным тоном (и
тотчас же Донченко по привычке выпрямился в кресле), - установлено, что
немцы часто применяли средства тактической маскировки.
- Но я, Николай Дмитриевич...
- Иногда продували соляром гальюн4, - продолжал профессор, обращаясь к
Ластикову. - Использовали также трубу, через которую выстреливался
имитационный патрон длиной до полуметра. Из него выходило газовое облако, и
корабли противолодочной обороны, работавшие гидролокатором, отвлекались на
это облако. В других случаях выбрасывали патрон, где находились предметы,
которые создавали иллюзию потопления: пилотки, брусья, пустые консервные
банки.
- Ну, Николай Дмитриевич! Знаю я о тактической маскировке! Честное слово,
проходил. Но в данном случае...
- Кроме того, выпускались снаряды или резервуары, из которых выходил
соляр. - Пусть резервуары, согласен. А как же взрыв?
Ластиков с беспокойством посмотрел на Грибова. Да, а взрыв?
Грибов оставался спокоен. Он ответил вопросом на вопрос:
- Секундомер был исправен?
Пауза. Донченко смущенно кашлянул. Ластикову вспомнилась шутка гвардии
капитан-лейтенанта. Если часы у офицера были неисправны, Шубин спрашивал
вскользь: "А на скольких они камнях?" - "На пятнадцати". - "Маловато". -
"Почему?" - "Надо бы еще два. Ща один положить, другим прихлопнуть!" Но
оказалось, что Донченко вообще не пустил секундомер.
- Не успел, Николай Дмитриевич, - виновато сказал он. - Как-то в горячке
боя, понимаете ли... И потом столько с этим Цвишеном возился, - руки даже
дрожали, честное слово! Грибов кивнул:
- Я так и думал. Ваша торпеда взорвалась на несколько секунд позже, чем
было ей положено.
- О! Считаете, ударилась в берег?
- Вы же .сами сказали, что Цвишен находился между вами и берегом. Вот и
взрыв! А затем Цвишен оторвался от вас. Ему очень хотелось оторваться от_
вас. Почему? Этого не знаю.
- Стало быть, прикинулся мертвым?
- По-видимому. Я думаю, ему это было не впервой. Донченко расслабил тугой
воротничок, потом, оттопырив губы, сделал огорченное "фук". Ластикову даже
стало жаль его.
- Цвишен, конечно, не мог предвидеть, - продолжал Грибов, - что его
оставят на положении мертвого. Но командование воспользовалось случаем и
увело подводную лодку поглубже в тень. Погрузило на время в небытие. Именно
тогда она, вероятно, и получила свое прозвище - "Летучий Голландец". Я
думаю, впрочем, что это было не столько прозвище, сколько условное
наименование. Ведь подводная лодка уже не имела номера. Цвишен был, так
сказать, "списан за гибелью в Варангер-фьорде". Между тем после встречи с
вами начался наиболее бурный период его деятельности. На это имеются
указания - не прямые, а косвенные - вот здесь! - Он провел ладонью по
лежавшей перед ним кипе газет. - Но главное не в этом.
- В чем же? - буркнул Донченко. Зная своего профессора, он понимал, что
тот готовит сюрприз, какой-то решающий убийственный аргумент. Это была
слабость Грибова: поражать решающим аргументом под конец.
- Главное, видите ли, в том, - сказал Грибов с деликатной осторожностью,
с какой врач сообщает больному неутешительный диагноз, - что, если бы вы
потопили подводную лодку Цвишена в тысяча девятьсот сорок втором году, то в
тысяча девятьсот сорок четвертом, то есть спустя два года, с нею не
встретился бы присутствующий здесь курсант Ластиков.
Донченко ошеломленно молчал. Час от часу не легче! Теперь курсант этот
появился!
- Он служил на катере Шубина, - пояснил Грибов. - Знали Шубина?
Донченко угнетенно кивнул. Кто же на флоте не знал Шубина!
- Затем Шубин, - продолжал Грибов, - после встречи в шхерах побывал на
борту мнимо потопленной вами подводной лодки и беседовал с ее командиром, а
также с офицерами.
Даже беседовал? Подводник вздохнул. Грибов был для него непререкаемым
авторитетом. Да и с Шубиным постоянно случались такие необычайные
приключения!
Расправив плечи, он сделал попытку небрежно усмехнуться. Полагалось
сохранять хорошую мину при плохой игре. Этому учил сам Грибов.


скачать книгу I на страницу автора

Страницы: 1 2 3 4 5 [ 6 ] 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70 71 72 73 74 75 76 77 78 79 80 81 82 83 84 85 86 87 88 89 90 91 92 93 94 95 96 97 98 99 100 101 102
ВХОД
Логин:
Пароль:
регистрация
забыли пароль?
РЕКЛАМА

Херберт Фрэнк - Муравейник Хеллстрома
Херберт Фрэнк
Муравейник Хеллстрома


Шилова Юлия - Во имя денег
Шилова Юлия
Во имя денег


Белов Вольф - Бельфеддор
Белов Вольф
Бельфеддор


   
ВЫБОР ПОЛЬЗОВАТЕЛЯ

Copyright © 2006-2015 г.
Виртуальная библиотека. При использовании материалов - ссылка на сайт обязательна .....

LitRu - Электронная библиотека