Виртуальная библиотека. Русская и зарубежная фантастика, фэнтези, детективы, триллеры, драма, историческая и  приключенческая литература, философия и психология, сказки, любовные романы!!!
главная | новости библиотеки | карта библиотеки | ссылки
РАЗДЕЛЫ
Детектив
Детская литература
Драма
Женский роман
Зарубежная фантастика
История
Классика
Приключения
Проза
Русская фантастика
Триллеры
Философия

КНИГИ ПО АЛФАВИТУ
... А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я

АВТОРЫ ПО АЛФАВИТУ
А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я

ПАРТНЕРЫ



ПОИСК
Введите фамилию автора:
Поиск от Google:



скачать книгу I на страницу автора

вашего крыльца":
...У вашего дворца
Я вспомнил о марксизме,
У вашего дворца
Я спел "Интернцанал".
У вашего дворца
Мечта о коммунизме
Вновь вспыхнула во мне -
Дворец ее э-эба-а-ал!
Я пошел дальше. Репетировать еще и репетировать.
Сегодня мой восьмой "а" состоял из пяти человек. Три девочки и два
мальчика.
Маша Мякишева, красавица, национальная гордость Вырицы. Последние
месяцы она щеголяла в совершенно умопомрачительной паре - брючки полная
ф_и_р_м_а_, курточка всегда застегнута в обтяжечку; все знали, что она не
потратила ни копейки. На игривые вопросы о происхождении пары Маша,
скромно улыбаясь, отвечала: "Нашла". Действительно, она нашла ее в августе
на пляже - какая-то дура-питерчанка, из последних полоумных дачников, не
знающих, какой год на дворе, решила искупаться в романтическом
одиночестве, понимаете ли, в рассветной дымке... Маша стала примерять
штанцы, а дуру, когда та чересчур развонялась, в сердцах утопила; томик
Чейза, лежавший под курточкой, махнула в Павловске на пару гигиенических
тампонов, а шмотки взяла себе.
Таня Коковцева, самый веселый человек в классе. Я подсмотрел не так
давно, на последней контрольной по алгебре она выведывала у соседей,
сколько будет пятью семь, и никак не верила, что целых тридцать пять.
Только осведомившись у третьего - вернее, у четвертого, потому что третий
сам засомневался и, проявив редкую в наше время порядочность, не взял на
себя ответственность подсказывать - она, покачивая головой с удивлением,
записала в тетрадку результат. Но зато три аборта перенесла, похоже, безо
всякого вреда для здоровья. Очень надежный товарищ.
Стелла Ешко - ничего не могу о ней сказать, просто ничего. Я не
слышал от нее ни единого слова. По-моему, она дебилка, дитя алкогольного
зачатия. Из класса в класс ее переводят, выставляя в ведомостях ровную,
гомогенную, так сказать, вереницу троек. Не двойки же ставить; куда ее
потом с двойками девать? Как, впрочем, и с тройками? Какая разница?
Ну, и братья Гусевы. Серьезные бойцы. Один из них - не помню уже,
который - в прошлом году на урок пришел с "макаровым".
Я открыл было рот, но Веня Гусев, развалившийся за первым столом
левой колонки - руки локтями на стол позади, ноги, одна над другой,
выставлены в проход между столами, куртка расстегнута и расперта мощной
грудью - лениво опередил меня.
- Мы, Альсан Петрович, пришли сказать, что больше не намеренны
посещать ваши уроки.
Я помедлил. Потом сел за учительский свой стол и сказал:
- Хорошо, ребята. Давайте мне тогда дневники, я сразу выставлю
четвертные тройки, и покончим с этим.
- Какой вы персик, - сказала Таня. - Можно, я вас поцелую?
- Чуть позже, - ответил я. - Делу минута, потехе час - но минута
будет первой.
Судя по всему, они были приятно удивлены моей сговорчивостью. Похоже,
они готовились к серьезной баталии.
Я выставил тройки, перенес их в классный журнал. Таня, честная
девочка, забирая у меня дневник, наклонилась, дружелюбно прижалась
бюстиком к моему плечу и с оттягом чмокнула в щеку.
- Только помаду сотрите потом, - сказала она, возвращаясь на свое
место.
- Пусть пока живет, - ответил я. - Мне так больше нравится.
Они стали не спеша собираться. Котя Гусев закинул на плечо ремень
своей потертой цилиндрической "Пумы".
- Погодите минутку, ребята, - сказал я. - Теперь, когда все
формальности улажены, и вы не можете ожидать никакого подвоха с моей
стороны, я просто хочу спросить: почему?
- Ой, да на кой ляд нам... - начал было Котя, но Веня оборвал брата.
- Погоди, Котька, жопа ты или мужик, - проговорил он. - Человеческий
же разговор шкраб предлагает.
- Он снова сел. Тогда сели и остальные.
- Кто-то из великих, кто именно, вам лучше знать, сказал: история
учит лишь тому, что ничему не учит. Мы склонны полагать это утверждение
истинным. Особенно для этой сраной страны, в которой учителя истории и
прочих научных коммунизмов из поколения в поколение получали зарплату
исключительно за то, что ничего не знали, ничего не умели и только
насиловали детям мозги ахинеей.


- Закосили извилину! - подтвердил Котя.
- Единственную? - спросил я.
Маша, самая умная, поняла и хихикнула.
Я обвел их взглядом. Что оставалось отвечать? Он был прав и не прав.
Я мог бы сказать, что история учит многим верным вещам тех, кто способен
учиться; например, что происходящего сейчас любой ценой нельзя было
допускать, ведь это происходило и прежде, и всегда кончалось одинаково -
именно вопиющая неграмотность политиков, сопоставимая, пожалуй, лишь с их
самомнением "Я-то умнее тех, кто был прежде", развязывает им их шкодливые
руки. Но для пятнадцатилетних происходящее последние пять-семь лет было
единственной известной формой бытия, плохо-бедно они приспособились к ней;
разрушь эту приспособленность, и они, молоденькие, погибнут. Я мог бы
написать на доске самые элементарные формулы, описывающие динамику
социальной энтропии, и они доказали бы, как дважды два: чем малочисленнее
социум, тем меньше у него вариантов развития и тем, следовательно, меньше
шансов выжить - но ребята плохо помнят, сколько будет дважды два. И я
спросил только:
- Чему вы хотите учиться?
- Рукопашному бою, - тут же начал загибать пальцы Веня. - Это мы
делаем, но нужно больше. Вот, недавно афганца одного припитомили, он нас
дрессирует...
Ты сказал. Не "учит", не "натаскивает", не "тренирует" -
"дрессирует". Ох, история. Кто сказал "Ты сказал"?
- Стрельбе, - загнул второй палец Веня, - это тоже пытаемся, но
катастрофически боеприпасов не хватает.
- Взрывное дело надо поднимать, - подал голос Котя.
- Оральный секс освоить как следует, - озабоченно сказала Коковцева.
Котя усмехнулся и со снисходительным превосходством проговорил:
- Тебе бы, Татка, все ебаться.
Она коротко обернувшись к нему, сверкнула победоносной улыбкой.
- Алгебра нужна, к сожалению, - сказала Мякишева, а то в духанах
любая тварь обсчитает - пернуть не успеешь.
- Да, пожалуй, - задумчиво согласился Веня.
- И ты думаешь, этого достаточно для жизни? - спросил я.
- Для жизни вот как раз это и нужно.
- Этого достаточно для смерти, Веня, - сказал я. - Только для смерти.
Сначала, возможно, не твоей. Потом, все равно, раньше или позже, - твоей.
Этого достаточно только для кратковременного выживания.
- Научный коммунизм это все, Альсан Петрович, - ответил Веня. - На
самом деле все просто. Кто выживет - тот и живет. Другого способа жить еще
никто не придумал.
Он встал, и сразу, с грохотом отодвигая стулья, поднялись все. Как
настоящий лидер, он пропустил всех остальных вперед, а когда кое-как
приспособленная под класс комната опустела, снова глянул на меня и
ободряюще улыбнулся.
- Вы не огорчайтесь, Альсан Петрович, - сказал он. - Мы лично вас
даже уважаем. Но от предмета вашего блевать охота. Раньше хоть раз в
генсека установки менялись, а теперь вообще - каждый свое долбит. И ведь
всем ясно давно, что других несет по кочкам, потому что для себя,
любимого, место чистит. Вон, при Мишке Сталина как несли. Сказали народу
долгожданную правду! И чего вышло? Опять за того же Сталина люди мрут.
Батя мой летом пошел на демонстрацию за этот сраный СССР - так приложили
ему демократизатором по шее неловко, тут же откинул копыта, только и успел
сказать: дескать, флаг наш красный подними повыше, пусть видят... А кто
видит, зачем видит - хрен его знает. Может, богу на небесах расскажет, да
и то вряд ли.
Он еще потоптался у двери - поразительно, но он мне сочувствовал!
Замечательный мальчик все-таки растет.
- До свидания, - сказал он.
- До свидания, Веня, - с симпатией сказал я. - Если в будущей
четверти передумаете - я, как юный пионер, всегда готов.
- Да что вы, Льсан Петрович! Зимой тут такое начнется! - и вышел.
Это, судя по всему, была правда. Заломив руки за спину, я неторопливо
подошел к окну. В сером свете хмурого позднего утра сквозь голые ветви
берез со второго этажа отчетливо просматривалась свинцовая полоса Ореджа и
работающие люди на нашем берегу. Картина отчетливо напоминала знакомые по
хроникальным фильмам кадры самоотверженного труда советских тыловых женщин
в сорок первом году. Рвы, надолбы, огневые точки...
В течение лета железные когорты совхоза "Ленсоветовский", усиленные
двумя десятками чеченских киллеров-профессионалов, которых директор
колхоза снял в так называемом Санкт-Петербурге, пообещав отдать
подконтрольным Чечне перекупщикам весь урожай совхозной капусты, теснили и
теснили наших гвардейцев, пока те не откатились до реки. Велика Россия, а
отступать дальше некуда - вот он, поселок, родные дома за спиной. Но ясно
было, что, как только Оредж покроется льдом, ленсоветовцы попытаются


скачать книгу I на страницу автора

Страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 [ 50 ] 51 52
ВХОД
Логин:
Пароль:
регистрация
забыли пароль?
РЕКЛАМА

Шилова Юлия - Откровения содержанки, или На новых русских не обижаюсь!
Шилова Юлия
Откровения содержанки, или На новых русских не обижаюсь!


Шилова Юлия - Исповедь грешницы, или Двое на краю бездны
Шилова Юлия
Исповедь грешницы, или Двое на краю бездны


Шилова Юлия - Я убью тебя, милый
Шилова Юлия
Я убью тебя, милый


   
ВЫБОР ПОЛЬЗОВАТЕЛЯ

Copyright © 2006-2015 г.
Виртуальная библиотека. При использовании материалов - ссылка на сайт обязательна .....

LitRu - Электронная библиотека