Виртуальная библиотека. Русская и зарубежная фантастика, фэнтези, детективы, триллеры, драма, историческая и  приключенческая литература, философия и психология, сказки, любовные романы!!!
главная | новости библиотеки | карта библиотеки | ссылки
РАЗДЕЛЫ
Детектив
Детская литература
Драма
Женский роман
Зарубежная фантастика
История
Классика
Приключения
Проза
Русская фантастика
Триллеры
Философия

КНИГИ ПО АЛФАВИТУ
... А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я

АВТОРЫ ПО АЛФАВИТУ
А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я

ПАРТНЕРЫ



ПОИСК
Введите фамилию автора:
Поиск от Google:



скачать книгу I на страницу автора

нужно пройти милю от Порт-де-Креси, повернуть направо по тропинке, которая
вскоре переходит в широкую дорогу, ведущую, через луг и рощицу, прямо к
нашей двери. Дом наш построен не в современном духе, а в старом
архитектурном стиле Нижнего города. Это скорее вилла, чем замок, и называют
ее "Терраса", потому что ее фасад возвышается на выстланной дерном площадке,
откуда по поросшему травой склону спускаются ступеньки до аллеи, ведущей к
воротам. Глядите! Меж стволов деревьев видно, как прекрасна восходящая луна.
А где же луна не выглядит прекрасной? Разве бывает такой пейзаж,
раскинувшийся рядом с вами или уходящий вдаль, который не благословляло бы
своим появлением это светило? Огненно-красная вставала сейчас луна над
видневшимся невдалеке берегом, стремительно поднимаясь вверх, она на наших
глазах превратилась в золотой диск и вскоре, сверкая чистотой, появилась в
безоблачном небе. Что же произошло - умилил лунный свет доктора Бреттона или
опечалил? Растрогал его своей романтичностью? Думаю, что да. Казалось бы, он
не был грустен, а тут, глядя на луну, вдруг тихо вздохнул. Причина вздоха не
вызвала у меня сомнений: красота ночи пробудила в нем думы о Джиневре. Поняв
это, я рассудила, что мне следует произнести имя той, о ком он сейчас
грезит. Я чувствовала, что он ждет этого; у него на лице я прочла
неудержимое желание засыпать меня вопросами о ней; слова и чувства буквально
душили его, но он был, видела я, в затруднении, как начать разговор. Только
я могла помочь ему избавиться от ощущения неловкости, для этого мне нужно
было лишь упомянуть имя его богини, и молитва любви вырвется из его уст. Мне
пришла в голову подобающая случаю фраза, и я собралась было произнести: "Вы
знаете, что мисс Фэншо отправилась в путешествие с супругами Чамли?" - как
он расстроил мои планы, неожиданно заговорив на другую тему.
- Сегодня утром, - сказал он и, спрятав свои чувства поглубже,
отвернулся от луны и уселся на стул, - я прежде всего отправился на улицу
Фоссет и сообщил кухарке, что вы живы и находитесь в надежных руках. Как ни
странно, она ни о чем не подозревала и пребывала в уверенности, что вы все
еще в дортуаре. Представляю себе, как там за вами ухаживали!
- Ну почему же, все совершенно понятно - Готоп ничего не могла для меня
сделать, кроме как принести немного ячменного отвара и корочку хлеба, но
последнее время я только часто отказывалась и от того и от другого, что
доброй женщине незачем было по нескольку раз в день совершать утомительные
переходы из кухни в дортуар, ведь они в разных помещениях, и она стала
приходить каждое утро, чтобы перестелить мне постель. Однако я убеждена, что
она очень сердечная женщина и с радостью готовила бы мне бараньи отбивные,
если бы я могла их есть.
- Как же мадам Бек оставила вас совсем одну?
- Она не могла предвидеть, что я заболею.
- Ваша нервная система, видимо, сильно пострадала?
- Не знаю, но настроение у меня было ужасное.
- Тогда я не смогу помочь вам пилюлями или микстурой. Медицина не в
силах улучшать расположение духа, она не в состоянии вторгнуться в мир
ипохондрии, а может лишь заглянуть туда и увидеть там обитель страданий, но
не способна оказать помощь ни словом, ни делом. Вам следует пореже
оставаться в одиночестве, общаться с жизнерадостными людьми и много гулять.
Я не откликнулась на его советы, ибо, при всей своей разумности, они
показались мне шаблонными и старомодными.
- Мисс Сноу, - доктор Джон прервал паузу, завершившую, к моей радости,
разговор о моем здоровье и нервной системе, - дозволено ли мне будет
спросить у вас, какую религию вы исповедуете? Вы католичка?
Я взглянула на него с удивлением:
- Католичка? Отнюдь. Почему вы так решили?
- Меня натолкнули на эту мысль обстоятельства, при которых я нашел вас
позавчера вечером.
- Какие обстоятельства? Совсем забыла, ведь мне еще нужно разузнать,
как я попала к вам.
- Обстоятельства, которые поразили меня. Позавчера я весь день
занимался чрезвычайно интересным, хотя и тяжелым случаем. Заболевание очень
редкое, и способы его лечения еще мало изучены. Подобный, но, пожалуй, еще
более примечательный случай я видел в одной из парижских больниц, но едва ли
вам это интересно. Когда у моего пациента несколько утихли боли (а они -
непременный симптом болезни), я счел возможным отправиться домой. Кратчайший
путь к дому проходит через Нижний город, ночь же была ужасно темная,
ветренная и дождливая, и я выбрал именно его. Проезжая мимо старинной
церкви, принадлежащей общине бегинок{193}, я увидел при свете висевшей над
входом лампы, что какой-то священник держит что-то на вытянутых руках. Свет
лампы был настолько ярок, что я узнал священника в лицо - мне доводилось
нередко встречать его у постели больных, как богатых, так и бедных, причем
чаще у последних. Полагаю, он добросердечный человек, гораздо более
отзывчивый, чем прочие духовные пастыри в Лабаскуре, он стоит выше них во
всех отношениях - много образованнее и преданнее своему долгу. Наши взгляды
встретились, и он позвал меня, на руках у него лежала не то потерявшая
сознание, не то умирающая женщина. Я вышел из экипажа.


- Это ваша соотечественница, - сказал он, - спасите ее, если она еще
жива.
Моей соотечественницей оказалась учительница английского языка из
пансиона мадам Бек. Она была в глубоком обмороке, страшно бледная и почти
холодная.
- Что здесь произошло? - спросил я.
Он поведал мне странную историю: вы пришли в тот вечер к нему в
исповедальню, ваш истощенный и измученный вид в сочетании с тем, что вы ему
рассказали...
- С тем, что я ему рассказала? Что же это могло быть?!
- Разумеется, кошмарные преступления, но он не открыл мне, какие
именно, ибо тайна исповеди не допускала словоохотливости с его стороны и
любопытства с моей. Однако ваша откровенность не породила в милосердном
святом отце неприязни к вам, он, по-видимому, был так потрясен случившимся и
встревожен тем, почему вам пришлось в одиночестве покинуть дом в грозовую
ночь, что счел своим христианским долгом следовать за вами, пока вы не
вернетесь к себе домой. Возможно, достойный старец, не сознавая того, вложил
в свои действия некоторую долю хитрости, присущей его профессии, то есть
решил проведать, где вы живете; кстати, вы что-нибудь сказали об этом,
исповедуясь?
- Нет, наоборот, я тщательно избегала даже намека на подобные сведения.
Что же касается исповеди, доктор Джон, то вы, верно, считаете этот поступок
безумием, но я ничего не могла с собой поделать - вероятно, причина кроется
в том, что вы называете моей "нервной системой". Мне трудно выразить
словами, в каком я была состоянии, но жизнь становилась все более
невыносимой: безысходное отчаяние терзало мне душу, оно должно было либо
вырваться наружу, либо убить меня, подобно (и это вы поймете лучше других,
доктор Джон) потоку крови, который, если ему мешает пройти через сердце
аневризма или другое препятствие, ищет иного, противоестественного, выхода.
Я нуждалась в общении с людьми, в дружбе и совете, но не могла обрести их в
чулане или пустой комнате, и поэтому отправилась за ними в церковь, в
исповедальню. То, что я говорила, не было ни исповедью, ни подробным
рассказом о себе. Я никогда никому не причинила зла; в моей жизни не было
места для дурных мыслей или поступков. Перед священником я излила свои
горькие жалобы, свое отчаяние.
- Люси, вам необходимо отправиться в путешествие месяцев на шесть: вы
теряете присущее вам самообладание! Ах, мадам Бек! Как же безжалостна эта
пышная вдовушка, если смогла приговорить свою лучшую учительницу к
одиночному заключению!
- Мадам Бек ни в чем не виновата, и вообще никто не виноват, даже и
говорить об этом не следует.
- Тогда чья же здесь вина? Ваша?
- Само собой, доктор Джон, только моя. Я возлагаю всю тяжесть
ответственности за случившееся на себя самое и на Судьбу, если можно
воспользоваться столь отвлеченным понятием.
- "Само собой", - заметил доктор Джон с улыбкой, посмеиваясь, видно,
над моим стилем, - вы должны впредь быть к себе повнимательнее. Путешествие,
перемена обстановки - вот мои врачебные назначения, - продолжал настойчивый
доктор, - однако не будем отвлекаться от главной темы нашей беседы, Люси.
Отец Силас, несмотря на всю его сметливость (говорят, он иезуит), проявил не
больше предусмотрительности, чем вам хотелось бы, ведь вместо того чтобы
вернуться в пансион, вы в своих лихорадочных скитаниях, а у вас несомненно
была высокая температура...
- Вы ошибаетесь, доктор Джон, лихорадка началась у меня позже, ночью; и
не пытайтесь доказать, что я бредила, я-то знаю, что этого не было.
- Ладно, согласен! Вы в тот момент были не менее спокойны и
хладнокровны, чем я. В своих странствиях вы почему-то пошли в сторону,
противоположную пансиону. Около приюта бегинок, одолеваемая яростными
порывами ветра, проливным дождем и кромешной тьмой, вы потеряли сознание и
упали. Вам на помощь пришел священник, а потом, как известно, и врач. Мы
наняли фиакр и доставили вас сюда. Отец Силас, невзирая на свой возраст, сам
отнес вас наверх и уложил вот на эту кушетку. Он несомненно оставался бы
около вас до тех пор, пока вы оживете, и я сделал бы то же самое, то тут
прибыл срочный гонец от умирающего больного, от которого я только что
приехал, и долгом врача было нанести последний визит, а долгом священника -
совершить последний обряд: нельзя же откладывать соборование. Мы с отцом
Силасом уехали, матушки моей в тот вечер не было дома, и вы остались на
попечении Марты, которая, как видно, точно выполнила оставленные ей
распоряжения. Ну, а теперь скажите, вы католичка?
- Пока нет, - ответила я улыбаясь. - И ни в коем случае нельзя
допустить, чтобы отец Силас узнал, где я живу, иначе он непременно обратит
меня в свою веру. Однако когда увидите его, передайте мою самую искреннюю
благодарность, и если я когда-нибудь разбогатею, то непременно буду посылать
ему деньги на благотворительные цели. Глядите, доктор Джон, ваша матушка
просыпается; звоните, чтобы подали чай.


скачать книгу I на страницу автора

Страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 [ 50 ] 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70 71 72 73 74 75 76 77 78 79 80 81 82 83 84 85 86 87 88 89 90 91 92 93 94 95 96 97 98 99 100 101 102 103 104 105 106 107 108 109 110 111 112 113 114 115 116 117 118 119 120 121 122
ВХОД
Логин:
Пароль:
регистрация
забыли пароль?
РЕКЛАМА

Круз Андрей - Начало
Круз Андрей
Начало


Шилова Юлия - Неслучайная связь, или Мужчин заводят сильные женщины
Шилова Юлия
Неслучайная связь, или Мужчин заводят сильные женщины


Пехов Алексей - Пожиратель душ
Пехов Алексей
Пожиратель душ


   
ВЫБОР ПОЛЬЗОВАТЕЛЯ

Copyright © 2006-2015 г.
Виртуальная библиотека. При использовании материалов - ссылка на сайт обязательна .....

LitRu - Электронная библиотека