Виртуальная библиотека. Русская и зарубежная фантастика, фэнтези, детективы, триллеры, драма, историческая и  приключенческая литература, философия и психология, сказки, любовные романы!!!
главная | новости библиотеки | карта библиотеки | ссылки
РАЗДЕЛЫ
Детектив
Детская литература
Драма
Женский роман
Зарубежная фантастика
История
Классика
Приключения
Проза
Русская фантастика
Триллеры
Философия

КНИГИ ПО АЛФАВИТУ
... А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я

АВТОРЫ ПО АЛФАВИТУ
А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я

ПАРТНЕРЫ



ПОИСК
Введите фамилию автора:
Поиск от Google:



скачать книгу I на страницу автора

хотела, чтобы лодка освободилась, хотела как можно скорее выйти из этого
затруднительного положения, прежде чем лодка прочно осядет на мели, так,
что никакое колдовство не поможет сдвинуть ее с места.
Но рядом был ее отец, который прошептал:
- Все хорошо, все хорошо, дочка. Как раз сюда лодка и должна была
прийти.
- Куда? - Она не видела ничего, кроме очертаний деревьев, ивовых
кустов, склонившихся над водой и запутанного переплетения густых веток, в
которые лодка врезалась так основательно, что у нее не было надежд
высвободить ее. Она очень хотела, чтобы Петр оказался сейчас рядом с ней,
и еще, с отчаянной безнадежностью, она хотела, чтобы здесь оказался и
Саша, потому что у нее было ужасное ощущение, что она может больше никогда
не увидеть их вновь. В эту ночь, на этом странном берегу, ей казалось, что
она все глубже и глубже погружалась во что-то бесконечно протяженное и не
имевшее законченной формы, и если в первый момент она с готовностью пошла
на этот риск ради спасения Петра, то сейчас она потеряла уверенность в
том, что у нее вообще был хоть какой-то выбор. - Куда мы идем? - спросила
она. - Папа?
Она вновь была маленьким ребенком, сердитым и обманутым.
- Не сомневайся, - прошептал отец-призрак. - Разве я не учил тебя,
как поступают в подобных случаях?
Ночью он выглядел почти как в жизни, его тень, будто обретшая
реальность, выделялась на темном фоне ивовых веток. Лодка почти не
двигалась, ее нос оказался в ловушке.
В следующий момент ей показалось, что тень отца как-то изменилась,
начала опускаться в воду и отдаляться от нее.
- Папа? - позвала она и в тот же момент обнаружила, что стоит совсем
одна на палубе лодки, окутанной со всех сторон, будто саваном, ветками
ивы.
- Я так никогда и не смог дать тебе совет, - прошептал призрак
откуда-то издалека. - Очень опасно, дочка, становиться взрослой и вести
себя таким образом: ты всегда предполагала, что можешь сама найти верный
путь, и не слушала моих советов. Ты называла это свободой, хотя ты еще до
сих пор следуешь чужим путем, сама не осознавая этого. А есть ли у тебя
хотя бы представление о своем собственном пути?
- Ты никогда не давал мне возможности понять, чего же я хочу на самом
деле!
- Но ты никогда не могла отличить моих желаний от своих. Поэтому ты
отвергала все, даже собственный здравый смысл. Теперь-то ты понимаешь?
- Папа, то, что ты говоришь, не имеет вообще никакого смысла!
- Я не могу задерживаться здесь. Я не могу сказать тебе... самое
главное... Что за чертовщина!
- Папа?
Она смогла услышать лишь треск и скрип лодки, шелест листьев, да
плеск воды о борта.
И ничего больше.
- Папа, почему ты привел меня сюда? Ради Бога, скажи, что ты хотел,
чтобы я сделала?.. Черт побери, папа, вернись назад!
Только ивы вздыхали, склоняясь друг к другу. Наконец она
почувствовала, что здесь было что-то еще, что указывало ей направление и
являло собой некий зловещий смысл происходящего, скрытый в темной лесной
глуши.
Это было волшебство. Она знала, как можно было почувствовать его:
почти неуловимое, неслышное и опасное желание, заставляющее ее покинуть
лодку и пойти вперед. Оно уверяло ее в полной безопасности, оно предлагало
ей...
Господи, да ведь она покинула дом с чувством опасности, ей казалось,
что она отправляется в лес, чтобы проверить леших, и вот с тех пор все
пошло не так. Прежде всего, перед ней предстал отец, который завел ее
именно сюда, он сказал ей, что у нее будет ребенок, о котором она до того
и не подозревала. Она никогда не задумывалась о детях: ведь она всегда
считала себя такой молодой, что даже не строила таких планов. Но теперь,
кажется, это случилось, и ее жизнь изменилась, на этот раз по чьему-то
принуждению, почти так же, как когда-то отец принуждал ее изменить свою
жизнь, пытаясь заставить и ее, и Кави делать все только так, как нравилось
ему. Этот незапланированный ребенок был чертовски глупой ошибкой. Ведь она
не задумывалась над такой возможностью, и поэтому едва ли желала
воспротивиться этому. А теперь это случилось.
Она оказалась в ужасной ситуации, вынужденная теперь задумываться о
том, чего, по ее убеждению, не должно было никогда произойти... а папа...
Папа привел ее лодку в это страшное место, прочитал ей нотацию о том,
что пора браться за ум, и куда-то исчез. Папа хотел этого, папа хотел
того, и вся ее жизнь, казалось, состояла сплошь из одних его желаний, а
затем... он предложил ей сделать выбор.
Но она не хотела иметь никаких дел и с Черневогом. Папа хотел этого



ребенка. Папа всегда чего-то хотел, а было это хорошо или плохо, узнать у
него было нельзя...
Но ребенок, рожденный от колдуньи, сущее бедствие для нее и ужасная
опасность для Петра. Это был конец их намерениям устроить свою жизнь так,
как они намеревались.
Нет же, черт побери, кто-то еще хотел этого ребенка. Этого не должно
было случиться, это не должно было разбить всю ее жизнь именно таким
образом, если только кто-то не захотел этого против ее желаний.
- Папа, - сказала она, а ивы, перешептывались над лодкой, и из ее
глаз текли слезы. - Папа, будь ты проклят, что же ты делаешь со мной?

Достаточно часто за всю свою жизнь Петр просыпался пристыженный, и
много раз при этом испытывал слабое удивление от того, что до сих пор был
жив, глубоко осознавая, что не заслуживал этого. Обычно, оба этих чувства
охватывали его перед самым рассветом. По мере того, как замешательство от
внезапного пробуждения улетучилось, он обнаружил, что так и держит кувшин
с водкой в руках, а бедный верный их страж, Саша, спит сидя, так и не
выпустив из рук ни перо, ни книгу. И совсем рядом с ними, завернувшись в
их парусину, спал Черневог.
Петр прикрыл чернильницу и чуть тронул Сашу за плечо, приговаривая:
- Это я, приятель, можешь продолжать спать. - Затем он убрал книгу в
сторону и уложил Сашу на груду одеял, чтобы тот смог еще немного
отдохнуть.
Он не спускал настороженных глаз с Черневога все то время, пока
вздувал огонь, грел воду для бритья и готовил завтрак, с осторожностью
притрагиваясь ко всему в сумраке надвигающегося рассвета. Ему не хотелось
рано будить малого, несмотря на то, что он чувствовал жар, а живот сводило
холодной судорогой, которую не мог заглушить даже горячий завтрак - во
всяком случае, он действовал не больше, чем выпитая ночью водка. И не
важно, что он беспокоился об Ивешке, попавшей в какую-то ужасную беду:
ведь если они имели дело с Ууламетсом, то в этом случае Ивешка сама по
себе была вне опасности, а если опасность и была, то она поджидала только
их, как поджидала их все эти годы. Но если это было что-то гораздо
большее, то отдых в такое утро был самым мудрым решением: было весьма
безрассудно, да и бесполезно, вникать в происходящее с уставшей головой.
Торопиться следует тогда, когда все уже вычислено и обдумано. Но он
при этом очень испугался, что может потерять свое преимущество, забыв об
уроках зря растраченной юности...
Сейчас он привык в значительной мере полагаться на колдовство, а не
на собственные мозги, что само по себе было опасно. Саша сам не раз
говорил, что колдуны наиболее восприимчивы к колдовству и волшебству
(которые, как оказалось, Бог знает почему, на взгляд Черневога, а позднее
и Саши, являют собой две, прямо противоположные вещи). Они, разумеется,
были склонны заблуждаться, и поэтому в их компании должен быть кто-то,
пользующийся собственным умом.
Природа и волшебство. Саша сравнивал это с катящейся галькой. Но,
ей-богу, этот камень не был так прост и легок.
Чай закипел, переливаясь через край, и тут же начали потрескивать и
шипеть угли. Петр даже порезал подбородок, бросившись к нему.
- Проклятье!
Он обжег руку и выронил горшок. Саша привстал на одеялах и спросил:
- Петр?
- Это всего лишь проклятый чай закипел и пролился на угли. -
Подбородок щипало, а палец дергался от ожога. Он взял прут и вытащил
горшок из углей. - Жаль, чай пропал, остались лишь одни колбаски.
Саша встал на ноги и взглянул на кучу парусины, под которой спал
Черневог.
Можно было лишь надеяться, что он спит. Петр взглянул в том же
направлении, почувствовав внезапные опасения и не забывая про ошпаренный
палец.
- Хорошо, если это его лучшая проделка, то и он кое-что потеряет, во
всяком случае, останется без чая. - Он лизнул ожог и помахал рукой. - Черт
возьми, малый, ведь может быть это просто случайностью?
- Случайности исключены, - сказал Саша.
Петр с интересом взглянул на него.
- Во всяком случае, что касается меня, - добавил тот.
Петр кивнул на Черневога.
- Думаешь, это он? И ты полагаешь, что мы должны вскипятить новую
порцию чая?
- Честно говоря, я даже не знаю.
- Тогда получай свои колбаски. А он пусть потерпит. Мы погрузим его
вместе с багажом.
- Это не имеет ко мне никакого отношения, - донесся до них через
костер голос Черневога из-под парусины. - Я мог бы попросить, чтобы меня


скачать книгу I на страницу автора

Страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 [ 50 ] 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70 71 72 73 74 75 76 77 78 79 80 81 82 83 84
ВХОД
Логин:
Пароль:
регистрация
забыли пароль?
РЕКЛАМА

Шилова Юлия - Хочу замуж, или Русских не предлагать!
Шилова Юлия
Хочу замуж, или Русских не предлагать!


Орлов Алекс - Сила главного калибра
Орлов Алекс
Сила главного калибра


Орлов Алекс - Одиночный выстрел
Орлов Алекс
Одиночный выстрел


   
ВЫБОР ПОЛЬЗОВАТЕЛЯ

Copyright © 2006-2015 г.
Виртуальная библиотека. При использовании материалов - ссылка на сайт обязательна .....

LitRu - Электронная библиотека