Виртуальная библиотека. Русская и зарубежная фантастика, фэнтези, детективы, триллеры, драма, историческая и  приключенческая литература, философия и психология, сказки, любовные романы!!!
главная | новости библиотеки | карта библиотеки | ссылки
РАЗДЕЛЫ
Детектив
Детская литература
Драма
Женский роман
Зарубежная фантастика
История
Классика
Приключения
Проза
Русская фантастика
Триллеры
Философия

КНИГИ ПО АЛФАВИТУ
... А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я

АВТОРЫ ПО АЛФАВИТУ
А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я

ПАРТНЕРЫ



ПОИСК
Введите фамилию автора:
Поиск от Google:



скачать книгу I на страницу автора
Ляд усмехнулся едко, краем губ, приобнажив желтые клыки.
- Молодчи погинули, - сказал Гридя Крень, - никто и помнит теперь! -
И словно овеял холодом погребным. Да тут и тучка нашла, и в окошке
небольшом, отокрытом в сад, к Волхову, затуманилось.
Александр Обакумович первый нарушил нужное молчание, начал
выспрашивать. Ляд отвечал на диво толково. Гридя приговаривал изредка,
выплескивая годами копившуюся злобу. И зачванившиеся было слегка бояре
скоро почуяли неложное уважение к предложенному Онцифором поводырю.
Василий Федорыч на прощании вынул две серебряные гривны в задаток.
Ляд опять усмехнулся натужною, недоброй усмешкою, но серебро забрал не
чинясь. Столковавшись, молодцов отпустили, и когда те ушли, вздохнули с
облегчением. В путях, в дорогах, в лодье, в напуске ратном - незаменимые
будут мужики, но зреть их в тереме рядом с собою как-то и неловко словно!
- А с Васильем Данилычем сговоритя, сговоритя, господа! -
напутствовал старый Онцифор троих бояринов. - Он пущай степенному глаза
закроет, без новогороцка слова идете, дак!
На улице всех троих вновь обняла пронзительная свежесть и тот неясный
томительный восторг, который охватывает человека самой ранней порою, когда
еще снег, еще крепки утренники и все еще может переменить на снег и на
холод, но уже идет, журчит подспудно, наливает красниной ветви тальника и
зеленью голые стволы осин, уже кричит победным птичьим заливистым граем,
уже сияет неодолимо промытыми небесами и бредущими из дали дальней
барашковыми стадами бело-сиреневых облаков, уже шумит гудом крови в жилах,
вспыхивает очами красавиц, вскипает хмелевою удалью в сердцах разгульной
новогородской вольницы, звенит капелью, стукочит денно и нощно молотками
лодейников на Волхове, зовет и манит неодолимо в земли незнаемые шальная
торжествующая весна. И бояре, затеявшие поход на Волгу без <слова
новогороцкова> (то есть как там еще повернет, а Новый Город нам не защита,
не оборона - сами пошли, дак!), все одно были счастливы и полны веры в
себя и молодых, жаждущих растратить себя сил.
Спустясь к неревским вымолам, они тут же кликнули перевоз и,
запрыгнув вместе с холопами в долгоносую лодью, поплыли наискосок к тому
берегу. Онцифор был прав. С Василием Данилычем стоило переговорить еще раз
и не стряпая, а боярин, как они вызнали, был ныне за Онтоном Святым, где
под его доглядом готовили лодьи к дальнему пути на Двину. Потому и не
возвращались к Великому мосту. Перевозчик, отпихнув шестом пару льдин,
вывел лодку на стремнину чистой воды и сильно гребя, погнал ее наискось и
вниз к тому берегу.
В сильные зимы неревляна пешком ходили через лед прямо отсюдова в
Плотницкий конец, но нынче Волхов не замерзнул даже к Крещенью, а теперь и
вовсе разошелся широкою стремительной промоиной в серо-голубых заберегах
припайного льда.
Лодочник скользил вплоть с наледью, и величавая груда Святого Онтона
проплывала мимо них, близкая и все еще недоступная: лед у воды был тонок.
Но вот показалась пробитая пешнями протока. Лодочник, мало черпнув,
заворотил туда, и скоро бояре, кинув гребцу несколько зеленых бусин,
гуськом подымались в угор на близящий сплошной перестук
мастеров-конопатчиков.
Василия Данилыча нашли скоро. Боярин стоял, расставя ноги в узорных
сапогах, в распахнутой куньей шубе до полу и, хмурясь и сопя, строжил
дворского, которому велено было заготовить смолу и дрова еще с вечера, а
он и доселе не доставил ни того ни другого. Оборотя гневный лик - лезут
тут иные! - узрел бояр и, забыв про дворского, улыбаясь пошел встречь. Тот
в сердцах пихнул в шею молодшего, свирепо прошипев:
- Мигом! - И, пользуясь ослабою, побежал торопить возчиков: ворочали
бы побыстрей, пока сызнова не влетело!
Все четверо постояли еще немного, глядя на уже готовые, заново
проконопаченные, кое-где в белых полосах замененной свежей обшивки,
вытянутые из воды и оттого необычно высокие, с резными драконьими мордами,
лишенные оснастки и потому похожие на каких-то сказочных животных лодьи.
- На едаком солнце токо и смоли! Токо и смоли! Снег сойдет, дожди
пойдут, уже смола таково льнуть не будет! - разорялся еще, отходя, Василий
Данилыч. Вокруг лодей кипела деловитая толковая суета. Мастера, поглядывая
на боярина, вершили свое. И когда бояре пошли, разговаривая, посторонь,
мастер с вершины корабля прикрикнул, словно своему подручному, деловито и
строго:
- Смолы вези, боярин! Не то работа станет, а протор твой!
И Василий Данилыч, покивав и не огорчаясь, крикнул в ответ:
- Мигом! Сам впрягусь, коли! - И только уже оборотясь к спутникам,
негромко, но яро договорил про холопа-дворского:
- Шкуру спущу с подлеца, умедлит ежели!
Он царственно шел, топча расшитыми сапогами мокрый, перемешанный с
сором снег, волоча по земи подол дорогой шубы. На вопрос, пошлет ли на
Двину одного Ивана с Прокопием, отмолвил твердо:
- Сам с има иду!


Только тут, поглядев боярина в деле, понял Александр Обакумович,
почему Василий Данилыч не рвется посадничать, предоставив власть братьям,
а себе взявши то, без чего и власть не стоит, - дело. Уж и в матерых годах
боярин, и сын взросл, а вот - сам едет на Двину с хозяйским доглядом,
поведет дружину, нагонит страху на непокорных двинян, заглянет на Вагу, на
Кокшенгу, на Уфтюгу... Будет пробираться переволоками, страдать от
комарья, с шестопером или саблей в руке вести молодцов на приступ
какого-нибудь чудского острожка, вязать и ковать в железа ростовских и
прочих данщиков, забравшихся не в свои угодья, спать по лесным охотничьим
берлогам, есть обугленное над костром мясо и грызть черствые сухари, пить
воду из ручьев, строжить холопов, дабы не промочили дорогой меховой
рухляди, собирать ясак с самояди да дикой лопи и с прибытком, с набитыми
до верхних набоев лодьями, везя лопоть, скору, сало морского зверя, рыбий
зуб и серебро, отправив и отослав в Новгород лодьи с хлебом со своих
кокшенгских росчистей, воротит поздней осенью к Господину Великому
Новгороду и будет вновь в дорогой шубе бобровой высить тут, строжить слуг,
гонять дворских, а к старости, воспомня о душе, затеет каменный храм у
себя на Ильиной улице...
Боярина ждал возок, достаточно просторный и для четверых. Кони
поволокли его по протаявшей бревенчатой мостовой и скоро, пересекши
Никитину улицу и Федоровский ручей, выкатили к вздымавшемуся нагромождению
хором и теремов, тут, на горе, казавшихся богаче и сановитее окраинных,
посадских, и уже в виду усадеб и храмов Славенского конца заворотили в
Ильину улицу.
Въехали во двор. К возку кинулись слуги. Коротко осведомясь, повезли
ли уже бочки со смолою к вымолам, и покивав согласно, Василий Данилыч
тяжко и твердо начал восходить по ступеням. В сенях, расстегнув резной,
рыбьего зуба запон, бросил, не оглядываясь, шубу в руки прислуге. Поведя
широко рукою в парчовом наруче с массивным золотым перстнем на безымянном
пальце, пригласил бояр в хоромы. Все вослед хозяину скинули верхнее и
посажались за стол.
- Слыхал, слыхал! Ладите ушкуи! Молодчов не с три ли тысячи набрали?
Али поболе того?! - возгласил трубно, раздвинувши улыбкою могучую бороду.
- У Онцифора были? Живет старик! - Усмехнулся, покачал головою, подумал. -
А и прав! Я вон тоже не лезу... Как ноне стало по-новому, дак и лады.
Бою-драки меньше, ето Онцифор на добро обустроил! Ето он прав! Совет
посаднич и степенной, и свои дела теперь, плотницьки, при нас, ето все
так! И цто на Волгу собрались, так! Ведаю! - Он не ударил, уложил кулаки
на стол, подумал, сощурясь. - Велик Новый Город, а тесен стал! -
Примолвил, утупил чело. Подумал, сказал: - Серебра дам. И струги дам. И
молодчов подошлю. А <слова новогороцкова> не достану вам, господа! На стол
не выложу! И не прошайте! Ноне опеть с великим князем, с московським
теперь, розмирье не розмирье, а неведомо цьто! И тут мое слово последнее:
степенному рот замажу, а уж какой быть беды дорожной - сами берегитесь,
бояре! Воротите здравы - тута Новгород вам помога опеть!
- Колготы б не было... - нерешительно проговорил Осиф Варфоломеич.
Василий Данилыч покосился на него, отмотнул, будто муху отогнал:
- Не будет! <Слова> не будет, а так, чтоб... Ни приставов, ни
позовниц на вас не пошлю, ни городецьким не дадим никоторой вести... Так
вот! - решительно изрек, приканчивая разговор. - Довольны ли?
Все трое кивнули согласно. Большего и не ждали от <Господина Великого
Новагорода>. С ханом в открытую и доселева спорить не приходилось, а и
великому князю владимирскому Великий Новгород - не указ!
- Ну а довольны - прошу не побрезговать, отведать нашего сига
разварного! - изрек Василий Данилыч и хлопнул в ладоши. Двери отокрылись,
вбежала прислуга. Начали накрывать на столы.

ГЛАВА 48
Всю зиму на Москву из Мячкова возили белый камень. Мужики, согнанные
из деревень на городовое дело, ругались:
- Добро бы лес! Там всего и знатья - топор да руки. А тут эко: не
знай, как и подступить к ему!
Плиту ломали железными клиньями, загоняя их в сырой известняк. В
сильные морозы долбили дыры, наливали водой. К утру породу разламывало
льдом. Грубо отесанные тут же четвероугольные глыбы вздымали на массивные,
из цельного дерева, короткие волокуши и в два, а то и в три коня - ежели
большой камень - волокли к городу. По всей дороге на Москву тянулись и
тянулись друг за другом эти волокуши, и возчики шли рядом, похлопывая
рукавицами и погоняя бредуших шагом коней, не дозволяя себе вставать на
задок волокуши даже на спусках. Камень был нов. Бревно, оно бревно и есь!
Его известно и как везти, и сколь потянет, и как вязать вервием. А эти
неподъемные отломы порою не ведали, как и укреплять. В ином месте хозяин
стоял, почесывая в затылке, а камень, сорвавшись с перевернутой волокуши и


скачать книгу I на страницу автора

Страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 [ 46 ] 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70 71 72 73 74 75 76 77 78 79 80 81 82 83 84 85 86 87 88 89 90 91 92 93 94 95 96 97 98 99 100 101 102 103 104 105 106 107 108 109 110 111 112 113 114 115 116 117 118 119 120 121 122 123 124 125 126 127 128 129 130 131 132 133 134 135 136 137 138 139 140 141 142 143 144 145 146 147 148 149 150 151 152 153
ВХОД
Логин:
Пароль:
регистрация
забыли пароль?
РЕКЛАМА

Шилова Юлия - Во имя денег
Шилова Юлия
Во имя денег


Роллинс Джеймс - Айсберг
Роллинс Джеймс
Айсберг


Шилова Юлия - Мадам одиночка, или Укротительница мужчин
Шилова Юлия
Мадам одиночка, или Укротительница мужчин


   
ВЫБОР ПОЛЬЗОВАТЕЛЯ

Copyright © 2006-2015 г.
Виртуальная библиотека. При использовании материалов - ссылка на сайт обязательна .....

LitRu - Электронная библиотека