Виртуальная библиотека. Русская и зарубежная фантастика, фэнтези, детективы, триллеры, драма, историческая и  приключенческая литература, философия и психология, сказки, любовные романы!!!
главная | новости библиотеки | карта библиотеки | ссылки
РАЗДЕЛЫ
Детектив
Детская литература
Драма
Женский роман
Зарубежная фантастика
История
Классика
Приключения
Проза
Русская фантастика
Триллеры
Философия

КНИГИ ПО АЛФАВИТУ
... А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я

АВТОРЫ ПО АЛФАВИТУ
А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я

ПАРТНЕРЫ



ПОИСК
Введите фамилию автора:
Поиск от Google:



скачать книгу I на страницу автора
Он снова повернулся к стеклу и подрисовал еще немного в своей карте.
- Лемодвейл напоминает змею, он очень длинный и узкий. Мы вступили в
него вот здесь, на восточном конце. Лемод - столица - вот здесь, в
западной части. Никто и не подумал поинтересоваться, есть ли там
поблизости проходимые перевалы. Была осень. - Он хмуро посмотрел на
нарисованную им карту, а может быть, на мелькавший за окном пейзаж.
Поезд начал сбавлять ход перед очередной станцией, но ей показалось,
что он не смотрит, а просто колеблется, рассказывать ли ему дальше.
- Ты думаешь, Каммамену стоило лучше изучать географию, ведь так? -
буркнул он. - Скорее уж историю. Он стал не первым джоалийским генералом,
который погиб в Лемодвейле.
Мимо окна проплывали дома, медленнее и медленнее.
- К тому же он не стал и первым джоалийским генералом, которого убили
собственные подчиненные. И когда Палата поняла, что я нахожусь в армии,
нам пришлось сражаться уже с богами.



26
Через четыре дня после того, как войско спустилось в Лемодфлэт,
Злабориб приобрел свой первый боевой опыт. Впрочем, сам бой оказался не
так страшен, как его ожидание.
Он ненавидел Лемодвейл. Все нагианцы ненавидели Лемодвейл. Их земля
была плоской, сухой, и редок был тот день, когда, глянув в любую сторону,
ты не мог разглядеть вдалеке Нагволл. По ночам звезды и луны сияли над
головой бесчисленным множеством светлячков в бездонном небе.
В Лемодвейле все было по-другому. Небо и горы исчезли; от всего мира
остались только деревья, такие частые, что между ними с трудом находилось
место для шатра, и ни единого ровного клочка земли. Лемодфлэт нельзя было
назвать и настоящими джунглями, ибо деревья были высажены рядами,
изгибавшимися вдоль склонов. Обыкновенно подлесок отсутствовал, но нижние
ветви росли на уровне плеч, и люди, то и дело наклоняясь, превращались в
горбунов. Открытых полей здесь не было вовсе, да и полян, на которые бы
падало солнце, тоже немного. Изо дня в день видимость не превышала
двадцати ярдов, да и то лишь в одном направлении. Он мог идти часами, и
ничего не менялось. Это было все равно что оказаться взаперти, в лабиринте
колонн, с постоянно протекающей крышей. Некоторые нагианцы едва не сошли с
ума.
Дождь шел каждый день - иногда брызгал ненадолго, иногда моросил с утра
до вечера. Краска на лицах размывалась и окрашивала бороды в цвета радуги.
Следы помета на земле показывали, что какие-то дикие или домашние
животные паслись в этих садах, но самих их не видели ни разу. Да и
лемодианцы тоже как сквозь землю провалились. Все строения, что им удалось
найти, были брошены, многие сожжены. Войско продвигалось, не встречая
сопротивления, если не считать холодной, непрерывной сырости и расстройств
желудка от непривычной пищи.

Наконец-то разведчики обнаружили деревню; название ее осталось
неизвестным. Наконец-то их мог ожидать бой.
Каммамен Полководец решил атаковать на рассвете. Он предоставил
нагианцам честь идти в атаку первыми, поскольку полагал, что они смогут
передвигаться тише, чем джоалийцы в своих доспехах, - так он, во всяком
случае, сказал. Дождь перестал. Светил почти полный Трумб, и его
устрашающий зеленый свет с трудом пробивался сквозь листву. Света хватало
как раз на то, чтобы видеть идущего впереди человека, если держаться
поближе к нему. Передвигаться, не натыкаясь на древесные стволы и ветки,
было невозможно. Днем бойцы прикрывали лицо щитами, пока выдерживали левые
руки, но сейчас щиты производили бы слишком много шума. Поэтому они
перевесили щиты за спину и крались вперед, раздвигая ветки руками.
Злабориб шел за Помуином, а Догтарк шел за Злаборибом, и каждый старался
не отставать и не упускать из вида идущего впереди, рискуя каждую минуту
проткнуть его своим копьем. В темноте легко было не разглядеть острый
кованый наконечник.
Шелест опавшей листвы под ногами, и больше ни звука. Насколько Злабориб
понял, они вполне могли описать круг и вернуться в лагерь. Его спина и шея
болели от постоянного нагибания.
Он дрожал, уверяя себя, что виной тому холодный утренний воздух, хотя
сам-то прекрасно понимал, что занимается самообманом. Его ноги были
ледяными. Ему казалось, он не столько боится смерти, сколько боится
показаться трусом перед этими молодыми крестьянами. Что они подумают о
своем будущем правителе, если он лишится чувств или просто обделается от
страха, когда начнется бой? Возможно, он самый старший нагианец в армии,
поскольку призывались только холостяки, а в деревнях женятся рано.


Они были необразованны и невежественны. Они принимали жизнь такой,
какова она есть, не задумываясь о ее смысле, о божественном замысле или об
этике.
Молодым легче быть храбрыми. Жизнь кажется им вечной. Возможно, все эти
раскрашенные воины до сих пор оставались девственниками. В лагере они
обменивались веселыми шуточками насчет лемодийских женщин, которых возьмут
в плен, насчет развлечений, которые последуют за этим. Злабориб не был
воином. Не был он и девственником. Он знал, что короткое наслаждение не
стоит риска быть раненым или убитым.
Помуин остановился и оглянулся. Злабориб подошел ближе, старательно
отводя острие копья в сторону, потом обернулся сам, чтобы Догтарк не ткнул
в него своим. Они постояли так рядом, прислушиваясь к стихающим позади
шагам. По цепи пробежал легкий шелест - воины садились, повинуясь
неслышной отсюда команде. Двигаться в темноте, когда со всех сторон
деревья, а к запястью примотан кожаной лентой десятифутовый шест, было
нелегко. Но Помуин сел, Злабориб сел, Догтарк сел, и шелест постепенно
стих.
Им строго-настрого запретили говорить. Злабориб сомневался, что во рту
у него осталось достаточно слюны, чтобы шевелить языком. Страх стальной
хваткой сдавливал грудь, внутренности будто жили сами по себе. Что, если
он осрамится прямо здесь, когда с обеих сторон от него сидят люди, и уж
они-то не смогут не заметить этого? Даже в темноте они услышат его... и
унюхают тоже. И сможет ли он заставить себя тыкать копьем в живого
человека? Ему нечего делить с лемодианцами, он не держит на них никакой
обиды. Таргианцы захватили Наршвейл, поэтому джоалийцы напали на
Лемодвейл. Так какое до этого дело нагианцам? Он представил себе, как его
копье пронзает какого-то молодого крестьянина, как хлещет кровь, а
внутренности вываливаются наружу, предсмертный укоризненный взгляд...
Варварство, жуткое варварство!
Он подумал о своих друзьях в Джоале: о поэтах, художниках и музыкантах.
Или этот крестьянин может сам проткнуть его. Почему-то это казалось не
таким страшным, по крайней мере не таким позорным. Все быстро кончится, и
не останется никаких воспоминаний.
Он принюхался. Дым? Вся округа была, как губка, пропитана водой,
значит, дым означает очаг. Должно быть, деревня совсем близко. Чуть ниже
по склону - так говорил им Прат'ан Сотник. Когда раздастся сигнал к атаке,
им надо бежать вниз, и они попадут в деревню, минуя брод. Убить всех
мужчин, даже если те попытаются сдаться. Женщин не трогать, пока офицеры
не дадут разрешения, а потом ждать своей очереди. Полегче с детьми, если
не хочешь прогневить богов.
Злабориб слышал тихий шепот с обеих сторон. Ему показалось, что он
слышит что-то и снизу, но деревья настолько глушили все звуки, что он не
мог утверждать наверняка. Возможно, это просто шум ручья.
Что бы сказала Имма, если бы увидела его сейчас, сидящего на мокрых
листьях в темном лесу, почти раздетого, не знающего, убьет ли он, или
убьют его? Она бы каталась от смеха по кровати, мотая из стороны в сторону
своими большими грудями...
Он подскочил, когда чья-то ледяная рука коснулась его плеча. Он
обернулся и уставился прямо в глаза Догтарка, ярко блестевшие в свете
зеленой луны.
Рука Догтарка дрожала. Он сжал Злаборибу пальцы.
Злабориб пожал в ответ.
- Что случилось? - спросил он.
- Мне страфно!
Догтарк был одним из младших в отряде, но здоров как бык. У него не
хватало почти всех передних зубов, что придавало ему идиотский вид и
искажало речь. Он был известный забияка и бузотер. Злабориб побаивался его
и обычно старался избегать, не желая оказаться вовлеченным в бессмысленную
драку, в которой неминуемо потерпит поражение. Догтарк принадлежал как раз
к тем юным ублюдкам, которым доставило бы удовольствие избить будущего
короля. Он принадлежал именно к тому типу олухов, которым Злабориб
завидовал за их безрассудную храбрость.
- Нам всем страшно! - прошептал он в ответ.
- Не тебе, гофподин!
- И мне тоже.
- Но ффе другие отпуфкают футочки, а ты сидифь молча, спокойно. Знафит,
ты фмелый!
Надо же, как он ошибается!
- У меня от страха язык отнимается, - сказал Злабориб. - Как и у тебя.
Даже хуже. Я еще никогда не бывал в бою. Думай лучше о девках там, внизу.
Сколько девок ты сможешь завалить за одно утро?
Догтарк испустил странный задыхающийся звук, возможно, означавший смех.
- Трех?
- Ну, давай! Такой мужик, как ты, должен управиться с четырьмя, если не
с пятью.


скачать книгу I на страницу автора

Страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 [ 45 ] 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70 71 72 73 74 75 76 77 78 79 80 81 82 83 84 85 86 87 88 89 90 91
ВХОД
Логин:
Пароль:
регистрация
забыли пароль?
РЕКЛАМА

Ильин Андрей - Третья террористическая
Ильин Андрей
Третья террористическая


Посняков Андрей - Крестовый поход
Посняков Андрей
Крестовый поход


Василенко Иван - Весна
Василенко Иван
Весна


   
ВЫБОР ПОЛЬЗОВАТЕЛЯ

Copyright © 2006-2015 г.
Виртуальная библиотека. При использовании материалов - ссылка на сайт обязательна .....

LitRu - Электронная библиотека