Виртуальная библиотека. Русская и зарубежная фантастика, фэнтези, детективы, триллеры, драма, историческая и  приключенческая литература, философия и психология, сказки, любовные романы!!!
главная | новости библиотеки | карта библиотеки | ссылки
РАЗДЕЛЫ
Детектив
Детская литература
Драма
Женский роман
Зарубежная фантастика
История
Классика
Приключения
Проза
Русская фантастика
Триллеры
Философия

КНИГИ ПО АЛФАВИТУ
... А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я

АВТОРЫ ПО АЛФАВИТУ
А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я

ПАРТНЕРЫ



ПОИСК
Введите фамилию автора:
Поиск от Google:



скачать книгу I на страницу автора

писи, но тут вернулся из школы Шурка, по обыкновению запоздав часа на
два - на три.
- Па, ты здесь? - жизнерадостно взывает он. - Привет!
Привет, привет... Сабуров вышел полюбоваться, как Шурка пыхтит, стас-
кивая ботинки, - он готов корячиться хоть полчаса, чтобы только не раз-
вязывать шнурки. Сабуров в своих неспешных раздумьях над поведением че-
ловека в коллективе прочел книжку о поведении обезьян и узнал, что они
делают только такие усилия, которые хотя бы чуть-чуть да приближают к
цели: даже самая умная обезьяна подтаскивает стул к висящему банану лишь
на такое расстояние, чтоб можно было еле-еле допрыгнуть, из ящика выкла-
дывает ровно столько камней, чтобы еле-еле дотащить.
Шурка принялся стаскивать брюки, извиваясь в каком-то сладострастном
восточном танце, - это чтобы не расстегивать нижнюю пуговицу. Волосы
фонтаном бьют из его буйной головы. Но затылок с недавних пор коротко
острижен - мода.
Сабурову не наскучит хоть два часа рассматривать Шурку, хоть сутки
напролет следить, как у него складно шевелятся губы и вращаются ярчайшие
глаза. Только верхняя губа у него как-то необычно потолстела, и глаза
слишком разного размера, и веко на том, что поменьше, совсем фиолетовое.
- Ты что, опять дрался?
Стоит ли вспоминать о таких пустяках! Он ехал в автобусе, а какой-то
пацан с тротуара показал ему кулак. Пришлось вылезать из автобуса и бе-
жать обратно, а их оказалось даже двое. О том, как он кого-то побил и
как его побили, он рассказывает с одинаковым удовольствием: он мне как
даст, - я - дзыннь! - об столб затылком, а тут сбоку другой рраз... А
прогрессивная интеллигенция еще не верит, что человек способен на беско-
рыстные поступки, - да мир переполнен бескорыстием!
Когда Шурка раздевается, особенно заметно, что детская упитанность
уже оставила его - проступили ребра, мослы. Сабуров еще ни разу не сумел
дождаться, чтобы ему наскучило наблюдать за удивительно ладными линиями
Шуркиного еще небольшого тела, за легкостью и точностью его движений.
Вот он, будто на лыжах, проскользил на кухню (ему невыносимо терять вре-
мя на такую глупость, как ходьба), гремит кастрюлями, хватает куски хо-
лодных кушаний - обезьяны еду не разогревают. А Аркаша, если его спро-
сить, хочет ли он есть, непременно ответит: "Не хочу", а через пять ми-
нут, усладив душу отказом, принимается за еду и ест едва ли не брезгли-
во, как будто потихоньку принюхивается.
Телефонный звонок. Шурка молнией ухватывает трубку, беседует на свой
обычный лад - молча слушает, а потом произносит единственное слово:
"Угу". Пьет из-под крана и мчится в комнату, тут же вылетает обратно (у
Сабурова зарябило в глазах), барахтаясь в своем любимом "стебовом" сви-
тере почти до колен (вымолил, чтобы Наталья связала), отыскал, наконец,
выходное отверстие для головы, подпоясался, чтобы походить на средневе-
кового рыцаря, - таково требование местной молодежной субкультуры. Со
стоном непомерного усилия натянул нерасшнурованные ботинки, вдруг вспом-
нил:
- Да, если чувак такой с бородой придет за пластом, скажи: пусть тре-
ху гонит, тогда будет пласт!
- А с лестницы спустить никого не надо?
- А у нас в сухофруктах завелись жучки. Я вчера взял одну сухофрукти-
ну, а оттуда как из муравейника - фрр...
Перед зеркалом послюнил волосы на висках и закрутил их в две ост-
ренькие висюльки - это тоже из молодежной субкультуры - и кубарем пока-
тился по лестнице, - обезьяны не ждут лифта, потому что в ожидании нет
ощутимого движения к цели.
Во дворе, завидев Аркашу с компанией, мгновенно перешел с бега на
пресыщенную развалочку. С каждым поздоровался за руку - лениво, глядя
куда-то мимо, и они суют ему полудохлую руку точно так же, - в этом
бесстрастии особый шик. Как у китайских мандаринов. Отошел вразвалочку в
своей кольчуге, но продолжительной вальяжности не выдержал и ударился
рысью. А Аркаша остался с предметами своей любви. Странно - а иногда и
жутко даже - видеть среди этих уродов такое тепличное растеньице.
Михеев Степан в прошлом хулиган настолько знаменитый, что слава его
давно достигла даже чуждающихся всяческой суеты ушей Сабурова: то школа
взяла его на поруки, то отдала обратно, то выдвинула для него обществен-
ного защитника, то, наоборот, обвинителя, пока он, наконец, не сел
по-настоящему за хищение государственного имущества, отличающееся особой
дерзостью и цинизмом.
В школе Михеев носил непритязательную кличку Михеич, вполне сгодившу-
юся бы для старичка-сторожа, и, вернувшись к мирной жизни, Михеич
действительно обратился именно к этому роду деятельности, однако кличка
его - наконец-то сделавшаяся уместной - почему-то переменилась на более
шикарную, как все западное: Стив. Что ж, будем надеяться, что Стив ста-
нет охранять казенное имущество с той же дерзостью и цинизмом, с какими
он когда-то на него покушался.


По выдвинутой челюсти Стива и надменно вскинутой голове видно было,
что он полностью сохранил свой горделивый нрав. Ветер шевелил его густые
светлые волосы, тяжело, как портьера, ниспадающие на плечи, - ни дать ни
взять викинг на носу корабля. Сабуров ни за что не рискнул бы покуситься
на народное добро, на страже которого стоит такой боец.
А вот вообразить Кристмаса на страже чьего бы то ни было имущества
немногим легче, чем самого Иисуса Христа. Его экстерьер просто вопиет о
безразличии ко всему земному (собирайте сокровища на небесах!): лата-
ные-перелатаные - но все же фирмовые - джинсы, стоптанные облезлые крос-
совки, - но впечатление усилится десятикратно, если знать, что этот же
наряд составляет и зимнюю амуницию Кристмаса. Длиннейшие волосы его -
"хаер" по-ихнему - сами собой разбиваются на полтора десятка жиденьких
рыженьких прядок, завивающихся, как серпантин на новогодней елке. Крист-
мас и весь какой-то обвисший, как будто он и вправду не стоит, а свисает
с чего-то (не с креста ли воображаемого?). Когда на его робкий звоночек
открываешь дверь, всегда обнаруживаешь его не сразу же за дверью, а мет-
рах в трех-четырех, у лифта: если папы-мамы обругают - он сразу же и ис-
чезнет.
Однако и он ночами стоит на страже народного достояния и ни о какой
иной карьере не помышляет. Зато третий собеседник Аркаши, Гном, мечтает
именно о духовной карьере, которая, на первый взгляд, гораздо больше по-
дошла бы Кристмасу, а не смехотворному, склонному к шутовству коротышке
с окладистой бородищей и востренькими глазками, перекатывающимися, как
шарики (которые по инерции продолжают перекатываться, когда он на мгно-
вение перестает вертеть головой). Сабуров однажды наблюдал, как трлллей-
бусный контролер требовал у Гнома проездной билет - за три секунды Гном
исполнил целую пантомиму: ужас (хватается за голову) сменяется надеждой
(отчаянно хлопает себя по карманам) и завершается лучезарнейшим счастьем
(билет предъявлен).
Этот болотный попик уже дважды проваливался на экзаменах в духовную
семинарию, а пока, в ожидании епитрахили, щеголяет в облегающих хромовых
сапогах, галифе и кожанке (нечто из времен гражданской войны), а поверх
всего - фуражка с желтым швейцарским околышем. В миру он занимает более
высокое положение на социальной лестнице по сравнению со Стивом и Крист-
масом - он оператор котлотурбинной установки, проще говоря - кочегар.
Взлетит когда-нибудь эта кочегарка на воздух с таким оператором, а с
нею вознесется и болотный попик, - хорошо бы, и прочие исчадия Научго-
родка оказались в тот миг у него в гостях. Ой, грех, ой, грех про такое
придумывать, но... кто из смертных не пожелал бы осушить болото, которое
засасывает его дите, - пусть даже и пострадает болотная нечисть.
Когда смотришь на них, такое заурядное, мещанское негодование подни-
мается в груди: "молодые парни, а работают на стариковских должностях,
шутов гороховых из себя изображают" - и все остальное, - а в ненавистной
посредственности начинаешь видеть надежду и опору. Да, да, в пристрастии
людей ко всему общепринятому, в ненависти к каждому, кто на них непохож,
начинаешь видеть материк, на котором только и может покоиться цивилиза-
ция, - материк этот есть норма, стандарт, благодаря которому люди имеют
сходные мнения и вкусы, а потому могут служить взаимозаменяемыми деталя-
ми общественных механизмов. Нельзя было бы построить ни одно здание, ес-
ли бы каждый кирпич лепился как кому вздумается, - иной раз даже треу-
гольным или круглым.
Так воспоем же гимн посредственности - золотой посредственности, хра-
нительнице НОРМЫ! И пусть она в своем неприятии всякой оригинальности
способна отторгнуть от себя не только Стива и Гнома, но также и Пушкина,
и Сабурова, - что делать: лес рубят - щепки летят, поддержание стандарта
требует выбраковки отклонившихся от нормы изделий. Бриллиантовая пос-
редственность, выпалывая из своих рядов всевозможные аномалии, в своем
санитарном усердии не имеет возможности распознать среди уродцев норму
завтрашнего дня, - вот завтра она и станет ее оберегать, если сегодня не
сумела уничтожить. "Я с вами, с вами, золотые и бриллиантовые мои сослу-
живцы! Когда я вижу истинно инородные, истинно нестандартные детали в
нашем с вами общественном механизме, я начинаю понимать, что и я точно
такой же, как вы, на девяносто девять и девятьсот девяносто девять ты-
сячных процента и лишь на ничтожную, ничего не стоящую крупицу ориги-
нальности отличаюсь от вас. Выберите среди вас самого тупого и добропо-
рядочного, и я облобызаю его, как некий святой лобызал гнойные язвы про-
каженного, а потом, подобно блудному сыну, припаду к стопам Колдунова -
отца народа и хранителя равенства, то есть Нормы - главнейшей из свя-
тынь. Пусть разнообразие - источник прогресса, зато Норма - источник
стабильности и взаимопонимания. Источник Покоя, то есть счастья".
Сабуров без всякого юродства сейчас предпочел бы, чтобы Аркаша был
заурядным, но нормальным человеком. Но не из-за его ли, Сабурова, всег-
дашнего презрения к посредственности Аркашу совсем не интересуют нор-
мальные люди, а тянет все к каким-то диковинкам?
И откуда только наплодилось этих уродцев на их с Натальей голову! Как


скачать книгу I на страницу автора

Страницы: 1 2 3 4 [ 5 ] 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70 71 72 73 74 75 76 77
ВХОД
Логин:
Пароль:
регистрация
забыли пароль?
РЕКЛАМА

Ильин Андрей - Мастер сыскного дела
Ильин Андрей
Мастер сыскного дела


Посняков Андрей - Секутор
Посняков Андрей
Секутор


Афанасьев Роман - Оборотень
Афанасьев Роман
Оборотень


   
ВЫБОР ПОЛЬЗОВАТЕЛЯ

Copyright © 2006-2015 г.
Виртуальная библиотека. При использовании материалов - ссылка на сайт обязательна .....

LitRu - Электронная библиотека