Виртуальная библиотека. Русская и зарубежная фантастика, фэнтези, детективы, триллеры, драма, историческая и  приключенческая литература, философия и психология, сказки, любовные романы!!!
главная | новости библиотеки | карта библиотеки | ссылки
РАЗДЕЛЫ
Детектив
Детская литература
Драма
Женский роман
Зарубежная фантастика
История
Классика
Приключения
Проза
Русская фантастика
Триллеры
Философия

КНИГИ ПО АЛФАВИТУ
... А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я

АВТОРЫ ПО АЛФАВИТУ
А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я

ПАРТНЕРЫ



ПОИСК
Введите фамилию автора:
Поиск от Google:



скачать книгу I на страницу автора

деле ничего не существует, ни материи, ни эксперимента над нею, ни его
самого. Итак, наука не заинтересована в реальности своего объекта; и "закон
природы" ничего не говорит ни о реальности его самого, ни тем более о
реальности вещей и явлений, подчиняющихся этому "закону". Нечего и говорить,
что миф в этом отношении совершенно противоположен научной формуле. Миф
начисто и всецело реален и объективен; и даже в нем никогда не может быть
поставлено и вопроса о том, реальны или нет соответствующие мифические
явления. Мифическое сознание оперирует только с реальными объектами, с
максимально конкретными и сущими явлениями. Правда, в мифической
предметности можно констатировать наличие разных степеней реальности, но это
не имеет ничего общего с отсутствием всякого момента реальности в чистой
научной формуле. В мифическом мире мы находим, например, явления
оборотничества, факты, связанные с действием Шапки-Невидимки, смерти и
воскресения людей и богов и т.д. и т.д. Все это - факты разной напряженности
бытия, факты различных степеней реальности. Но тут именно не
внебытийственность, а судьба самой бытийственности, игра разных степеней
реальности самого бытия. Ничего подобного нет в науке. Даже если она и
начинает говорить о разных напряжениях пространства (как, например, в
современной теории относительности), то все же ее интересует не самое это
напряжение и не самое бытие, но теория этого бытия, формулы и законы такого
неоднородного пространства. Миф же есть само бытие, сама реальность, сама
конкретность бытия.
ни абсолютная данность субъекта,
b) Далее, нужен ли науке субъект исследователя? Мы сказали, что
содержание любого "закона природы" есть нечто, совершенно ничего не
говорящее об объектах. Теперь мы должны категорически заявить, что оно также
ровно ничего не говорит и о субъекте исследования. Лица, привыкшие к
бессознательной метафизике и дурной мифологии, сейчас же нападут на меня и в
миллионный раз повторят скучную истину, от которой уже давно у меня
ощущается чувство легкой тошноты: да как же могла бы появиться и развиваться
наука, если бы не было ни объектов для исследования, ни тех, кто именно
производит исследование? От этих возражений меня только тошнит и болит
затылок. Я не буду тут дискутировать эти вопросы. Скажу только, что ни в
каком "законе природы" я не могу вычитать тех или других особенностей его
ученого создателя. Вот - закон падения тел. Кто его придумал и вывел? Когда,
где и как жил его автор? Какой характер и какова личность этого автора?
Совершенно ничего не знаю. Если из других источников я этого не узнал, то
самый этот "закон" ничего мне об этом не скажет. "Закон природы" и есть
"закон природы". В его смысловом содержании не находится ровно никаких
указаний ни на какие-нибудь субъекты, ни на какие-нибудь объекты. Дважды два
есть четыре: попробуйте мне указать автора этого арифметического положения!
Миф и в этом отношении, конечно, совершенно противоположен научной формуле,
или "закону". Всякий миф если не указывает на автора, то он сам есть всегда
некий субъект. Миф всегда есть живая и действующая личность. Он и
объективен, и этот объект есть живая личность. А чистое научное положение и
внеобъективно, и внесубъективно. Оно есть просто то или иное логическое
оформление, некая смысловая форма. И надо быть очень узким и специфическим
метафизиком, чтобы думать, что чистая наука - вещественна или, наоборот,
субъективно-психична. Это, конечно, не значит, что для своего реального
осуществления она не нуждается в вещах или не нуждается в творящих ее
субъектах. Но мало ли в чем нуждается наука для своего реального
осуществления?
ни завершенная истинность
c) Но если мы будем всматриваться дальше в существо чистой науки, то мы
найдем, что ее чистое смысловое содержащие, собственно говоря, не нуждается
даже в законченной и завершенной истине. Чтобы наука была наукой, нужна
только гипотеза и более ничего. Сущность чистой науки заключается только в
том, чтобы поставить гипотезу и заменить ее другой, более совершенной, если
на то есть основания. Разумеется, мы все время говорим тут о науке как
таковой, о чистой науке, о науке как сумме определенных смысловых
закономерностей, а не о реальной науке, которая, конечно, всегда несет на
себе многочисленные свойства, зависящие от данной исторической эпохи, от
лиц, реально ее создающих, от всей фактической обстановки, без которой наука
есть только отвлеченное, вневременное и внепространственное построение.
Реально действующий и творящий ученый всегда сложнее, чем его чистые
абстрактно-научные положения. И вот, метафизика Нового времени почти всегда
приводила к тому, что, например, понятие материи гипостазировалось и
проецировалось во вне в виде какой-то реальной вещи, понятие силы понималось
почти всегда реально-натуралистически, т.е. по существу ничем не отличалось
от демонических сил природы (как это мы находим в разных религиях и т.д.),
но только с явными признаками рационалистического вырожденства. Нужно ли все
это науке как таковой? Совершенно не нужно. Дело физика показать, что между
такими-то явлениями существует такая-то зависимость. А существует ли реально
такая зависимость и даже само явление, будет ли или не будет существовать
всегда и вечно эта зависимость, истинна ли она или не истинна в абсолютном



смысле, - ничего этого физик как физик не может и не должен говорить. Все
эти бесконечные физики, химики, механики и астрономы имеют совершенно
богословские представления о своих "силах", "законах", "материи",
"электронах", "газах", "жидкостях", "телах", "теплоте", "электричестве" и
т.д. Если бы они были чистыми физиками, химиками и т.д., они ограничились бы
выводом только самих законов и больше ничего, да и всякие "законы", даже
самые основные и непоколебимые, толковались бы у них исключительно лишь как
гипотезы. Это было бы чистой наукой. Тут бесконечно право неокантианство,
разрушающее богословские предрассудки современной псевдонаучной
проблематики. Но, конечно, надо помнить, что тут речь идет исключительно о
чистой науке и что реально никогда такой чистой науки не существует, что это
есть анализ не реально-исторической науки, но лишь ее теоретически-смысловых
основ и структур. С этой стороны видным делается как мифологическое засилие
в современной науке у наивных ее "практиков", у всяких экспериментаторов и
философски не мыслящих ее работников, так и полное несходство существа науки
с существам мифологии.
Миф никогда не есть только гипотеза, только простая возможность истины.
Для чего ученому нужна абсолютная истина или хотя бы даже абсолютное бытие?
Вот я придумал то или другое улучшение в телефонном аппарате, ввел некоторые
важные поправки в теорию движения планеты или, наконец, как филолог,
проследил историю какого-нибудь термина или части речи, синтаксической формы
в данном языке, - при чем тут абсолютное бытие? А миф всегда имеет упор в
факты, существующие как именно факты. Их бытие - абсолютное бытие. Я вывел
закон расширения газов от нагревания. Для каких надобностей я буду считать
свой закон непререкаемой реальностью и неподвижной истиной? Он - только
гипотеза, даже если бы все его признали и он просуществовал бы несколько
веков. Конечно, вы можете верить в его "соответствие подлинной реальности".
Но эта ваша вера ничего нового к самому "закону" не прибавит, и потому для
него она не необходима. Гипотетизм науки не мешает ей строить мосты,
дредноуты или летать на аэропланах. Подлинно научный, чисто научный реализм
заключается в этом гипотетизме и функционализме, в этом панметодизме. Не то
реальная наука, не то реальная жизнь и не то, стало быть, мифология. Миф -
не гипотетическая, но фактическая реальность, не функция, но результат,
вещь, не возможность, но действительность, и притом жизненно и конкретно
ощущаемая, творимая и существующая.
6. Существует особая мифологическая истинность
Еще одно очень важное разъяснение, и - мы можем считать вопрос об
отграничении мифологии от науки принципиально разъясненным. Именно, нельзя
противоположность мифологии и науки доводить до такого абсурда, что
мифологии не свойственна ровно никакая истинность или по крайней мере
закономерность. До такого абсурда доводит свое учение о мифе Э.Кассирер. По
его учению, объект мифического сознания есть полная и принципиальная
неразличимость "истинного" и "кажущегося", полное отсутствие степеней
достоверности, где нет "основания" и "обоснованного". Далее, по Кассиреру, в
мифе нет различия между "представляемым" и "действительным", между
"существенным" и "несущественным". В этом его полная противоположность с
наукой. Кассирер прав, если иметь в виду "научное" противоположение
"истинного" и "кажущегося", "представляемого" и "действительного",
"существенного" и "несущественного". В мифе нет "научного"
противопоставления этих категорий, потому что миф есть непосредственная
действительность, в отношении которой не строится тут никаких отвлеченных
гипотез. Но Кассирер глубочайшим образом искажает мифическую
действительность, когда отрицает в ней всякую возможность указанных только
что противоположений. В мифе есть своя мифическая истинность, мифическая
достоверность. Миф различает или может различать истинное от кажущегося и
представляемое от действительного. Но все это происходит не научным, но
чисто мифическим же путем. Кассирер очень увлекся своей антитезой мифологии
и науки и довел ее до полного абсурдаxviii. Когда христианство боролось с
язычеством, - неужели в сознании христиан не было оценки языческих мифов,
неужели тут мифическое сознание не отделяло одни мифы от других именно с
точки зрения истины? В чем же тогда состояла эта борьба? Христианское
мифическое сознание боролось с языческим мифическим сознанием ради
определенной мифической истины. Конечно, тут не было борьбы за научную
истину; в особенности если науку понимать так принципиально и отвлеченно,
как это делаем мы и как в этом Кассирер прав. Но в мифе есть своя,
мифическая же истинность, свои, мифические же критерии истинности и
достоверности, мифические закономерности и планомерности3. Взявши любую
мифологию, мы, после достаточного изучения, можем найти общий принцип ее
построения, принцип взаимоотношения ее отдельных образов. Греческая
мифология содержит в себе определенную структуру, определенный метод
появления и образования отдельных мифов и мифических образов. Это значит,
что данная мифология выравнивается с точки зрения одного критерия, который
для нее и специфичен, и истинен. Им она отличается от всякой другой, как
например, языческая мифология от христианской, хотя бы в отдельности мы и
находили некоторое сходство и даже тождество в законах мифообразования.


скачать книгу I на страницу автора

Страницы: 1 2 3 4 [ 5 ] 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50
ВХОД
Логин:
Пароль:
регистрация
забыли пароль?
РЕКЛАМА

Шилова Юлия - Охота на мужа-3, или Терапия для одиноких сердец
Шилова Юлия
Охота на мужа-3, или Терапия для одиноких сердец


Сертаков Виталий - Коготь берсерка
Сертаков Виталий
Коготь берсерка


Прозоров Александр - Смертельный удар
Прозоров Александр
Смертельный удар


   
ВЫБОР ПОЛЬЗОВАТЕЛЯ

Copyright © 2006-2015 г.
Виртуальная библиотека. При использовании материалов - ссылка на сайт обязательна .....

LitRu - Электронная библиотека