Виртуальная библиотека. Русская и зарубежная фантастика, фэнтези, детективы, триллеры, драма, историческая и  приключенческая литература, философия и психология, сказки, любовные романы!!!
главная | новости библиотеки | карта библиотеки | ссылки
РАЗДЕЛЫ
Детектив
Детская литература
Драма
Женский роман
Зарубежная фантастика
История
Классика
Приключения
Проза
Русская фантастика
Триллеры
Философия

КНИГИ ПО АЛФАВИТУ
... А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я

АВТОРЫ ПО АЛФАВИТУ
А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я

ПАРТНЕРЫ



ПОИСК
Введите фамилию автора:
Поиск от Google:



скачать книгу I на страницу автора

омлет, глава экспедиции первым рассказал о том, что произошло
непосредственно после катастрофы на плато.
Когда снегоход провалился в трещину, пробив предательскую корочку
смерзшегося снега, и застрял сравнительно неглубоко, зажатый уступами
ледяного ущелья, то, несмотря на силу удара, пострадало лишь наружное
стекло иллюминатора. В кабине даже не погас свет. Без сознания лежали
только я и Дьячук. Зернов и Чохели удержались на своих местах, счастливо
отделавшись "парой царапин", и прежде всего попытались привести в чувство
меня и Тольку. Дьячук сразу пришел в себя, только голова кружилась и ноги
были как ватные. "Сотрясеньице небольшое, - сказал он, - пройдет.
Поглядим-ка лучше, что с Анохиным". Он уже входил в роль медика. Его
подтащили ко мне, и все трое принялись приводить меня в чувство. Но ни
нашатырный спирт, ни искусственное дыхание не помогали. "По-моему, у него
шок", - сказал Толька. Вано, уже успевший через верхний люк пробраться на
крышу снегохода, сообщил, что из щели можно благополучно выбраться. Однако
предложение вынести меня из кабины Толька отверг: "Сейчас его надо
оберегать от охлаждения. По-моему, шок переходит в сон, а сон создаст
охранительное торможение". Тут Толька чуть снова не свалился без чувств, и
эвакуацию экипажа решили начать с него, а меня пока оставить в кабине.
Взяли лыжи, санки, палатку, переносную печь и брикеты для топки, фонари и
часть продуктов. Хотя снегоход застрял очень прочно и опасность
дальнейшего его падения не угрожала, все же оставаться над пропастью не
хотелось. Зернов запомнил выемку в ледяной стене, похожую на естественный
грот, неподалеку от места аварии. Туда и задумали перебросить сначала
Тольку, поставить палатку, печку и вернуться за мной. Буквально за полчаса
добрались до грота. Зернов вместе с окончательно оправившимся Толькой
остался крепить палатку, а Вано с пустыми санками вернулся за мной. Тут и
произошло то, что они сочли у него временным помутнением разума. Не прошло
и часу, как он прибежал назад с безумными глазами, в состоянии странной
лихорадочной возбужденности. Снегоход, по его словам, оказался не в щели,
а на ледяном поле, при этом рядом с ним стоял точно такой же, с одинаково
раздавленным передним стеклом. И в каждой из двух кабин он нашел меня,
лежавшего на полу без сознания. Тут он взвыл от ужаса, решив, что сошел с
ума, и побежал назад, а вернувшись, выпил с ходу полный стакан спирта и
категорически отказался идти за мной, объявив, что привык иметь, дело с
советскими людьми, а не со снежными королевами. Тогда в экспедицию за мной
пошли Зернов и Толька.
В ответ я рассказал им свою историю, более удивительную, чем бред Вано.
Слушали они меня доверчиво и жадно, как дети сказку, ни одной скептической
ухмылочки не промелькнуло на лицах, только Дьячук то и дело нетерпеливо
подскакивал, бормоча: "Дальше, дальше...", а глаза у обоих блестели так,
что, по-моему, им самим следовало повторить опыт Вано со стаканом спирта.
Но когда я кончил, оба долго-долго молчали, предпочитая, видимо, услышать
объяснение от меня.
Но я тоже молчал.
- Не сердись. Юрка, - проговорил наконец Дьячук и начал мямлить: -
Дневники Скотта читал или еще что-то такое, не помню. В общем, самогипноз.
Снеговые галлюцинации. Белые сны.
- И у Вано? - спросил Зернов.
- Конечно. Я как медик...
- Медик вы липовый, - перебил Зернов, - так что не будем. Слишком много
неизвестных, чтобы так, с кондачка, решить уравнение. Начнем с первого.
Кто вытащил снегоход? Из трехметрового колодца, да еще зажатый в такие
тиски, каких на заводе не сделаешь. А весит он, между прочим, тридцать
пять тонн. У санно-тракторного поезда, пожалуй, силенок не хватит. И с
помощью чего вытащили? Канатами? Чушь! Стальные канаты обязательно
оставили бы следы на кузове. А где они, эти следы?
Он молча встал и прошел к себе в рубку штурмана.
- Да ведь это же бред, Борис Аркадьевич! - крикнул вслед Толька.
Зернов оглянулся:
- Вы что имеете в виду?
- Как - что? Похождения Анохина. Новый Мюнхгаузен. Двойники, облака,
цветок-вампир, таинственное исчезновение...
- Мне кажется, Анохин, когда мы подошли, у вас в руках была камера, -
вспомнил Зернов. - Вы что-нибудь снимали?
- Все, - сказал я. - Облако, спаренных "Харьковчанок", двойника. Минут
десять крутил.
Толька поморгал глазами, все еще готовый к спору. Сдаваться он не
собирался.
- Еще неизвестно, что мы увидим, когда он ее проявит.
- Вы сейчас это увидите, - услышали мы голос Зернова из его рубки. -
Посмотрите в иллюминатор.
Навстречу нам на полукилометровой высоте плыл натянутый малиновый блин.
Небо уже затянули белые перистые нити, и на фоне их он еще меньше казался
облаком. Как и раньше, он походил на цветной парус или огромный бумажный



змей. Дьячук вскрикнул и бросился к двери, мы за ним. "Облако" прошло над
нами, не меняя курса, куда-то на север, к повороту ледяной стены.
- К нашей палатке, - прошептал Толька. - Прости, Юрка, - сказал он,
протягивая руку, - я дурак недобитый.
Торжествовать мне не хотелось.
- Это вообще не облако, - продолжал он в раздумье, подытоживая какие-то
встревожившие его мысли. - Я имею в виду обычную конденсацию водяного
пара. Это не капельки и не кристаллы. По крайней мере, на первый взгляд. И
почему оно так низко держится над землей и так странно окрашено? Газ? Едва
ли. И не пыль. Будь у нас самолет, я бы взял пробу.
- Так бы тебя оно и подпустило, - заметил я, вспомнив невидимую
преграду и мои попытки пройти сквозь нее с кинокамерой. - К земле жмет,
как на крутых виражах, даже похлеще. Я думал, у меня подошвы магнитные.
- Живое оно, по-твоему?
- Может, и живое.
- Существо?
- Кто его знает. Может, и вещество. - Я вспомнил свой разговор с
двойником и прибавил: - Управляемое, наверно.
- Чем?
- Тебе лучше знать. Ты метеоролог.
- А ты уверен, что оно имеет отношение к метеорологии?
Я не ответил. А когда вернулись в кабину, Толька вдруг высказал нечто
совсем несусветное:
- А вдруг это какие-нибудь неизвестные науке обитатели ледяных пустынь?
- Гениально, - сказал я, - и в духе Конан Дойла. Отважные
путешественники открывают затерянный мир на антарктическом плато. Кто же
лорд Рокстон? Ты?
- Неумно. Предложи свою гипотезу, если есть.
Задетый, я высказал первое, что пришло в голову:
- Скорее всего, это какие-нибудь кибернетические устройства.
- Откуда?
- Из Европы, конечно. Или из Америки. Кто-то их придумал и здесь
испытывает.
- А с какой целью?
- Скажем, сначала как экскаватор для выемки и подъема тяжелых грузов.
Попалась для эксперимента "Харьковчанка" - вытащили.
- Зачем же ее удваивать?
- Возможно, что это неизвестные нам механизмы для воспроизведения любых
атомных структур - белковых и кристаллических.
- А цель... цель? Не понимаю...
- Способность понимать у людей с недоразвитым мозжечком, по данным
Бодуэна, снижена от четырнадцати до двадцати трех процентов. Сопоставь и
подумай, а я подожду. Есть еще один существенный элемент гипотезы.
Тольке так хотелось понять поскорее, что он безропотно проглотил и
Бодуэна и проценты.
- Сдаюсь, - сказал он. - Какой элемент?
- Двойники, - подчеркнул я. - Ты был на пути к истине, когда говорил о
самогипнозе. Но только на пути. Истина в другом направлении и на другой
магистрали. Не самогипноз, а вмешательство в обработку информации. Никаких
двойников фактически не было. Ни второй "Харьковчанки", ни второго
Анохина, ни двойничков-бытовичков, вроде моей куртки или съемочной камеры.
"Облако" перестроило мою психику, создало раздвоенное восприятие мира. В
итоге раздвоение личности, сумеречное состояние души.
- И все же в твоей гипотезе нет главного: она не объясняет ни
физико-химической природы этих устройств, ни их технической базы, ни
целей, для каких они созданы и применяются.
Назвать мою околесицу гипотезой можно было только в порядке бреда. Я
придумал ее наспех, как розыгрыш, и развивал уже из упрямства. Мне и
самому было ясно, что она ничего не объясняла, а главное, никак не
отвечала на вопрос, почему требовалось физически уничтожать двойников,
существовавших только в моем воображении, да еще не подпускать меня к
таинственной лаборатории. К тому же придумка полностью зависела от
проявленной пленки. Если киноглаз зафиксировал то же самое, что видел я,
моя так называемая гипотеза не годилась даже Для анекдота.
- Борис Аркадьевич, вмешайтесь, - взмолился Толька.
- Зачем? - ответил, казалось не слушавший нас, Зернов. - У Анохина
очень развитое воображение. Прекрасное качество и для художника и для
ученого.
- У него уже есть гипотеза.
- Любая гипотеза требует проверки.
- Но у любой гипотезы есть предел вероятности.
- Предел анохинской, - согласился Зернов, - в состоянии льда в этом
районе. Она не может объяснить, кому и зачем понадобились десятки, а может
быть, и сотни кубических километров льда.
Смысл сказанного до нас не дошел, и, должно быть поняв это, Зернов


скачать книгу I на страницу автора

Страницы: 1 2 3 4 [ 5 ] 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46
ВХОД
Логин:
Пароль:
регистрация
забыли пароль?
РЕКЛАМА

Самойлова Елена - Паутина Судеб
Самойлова Елена
Паутина Судеб


Шилова Юлия - Хочу богатого, или Кто не спрятался я не виновата!
Шилова Юлия
Хочу богатого, или Кто не спрятался я не виновата!


Шилова Юлия - Не такая, как все, или Ты узнаешь меня из тысячи
Шилова Юлия
Не такая, как все, или Ты узнаешь меня из тысячи


   
ВЫБОР ПОЛЬЗОВАТЕЛЯ

Copyright © 2006-2015 г.
Виртуальная библиотека. При использовании материалов - ссылка на сайт обязательна .....

LitRu - Электронная библиотека