Виртуальная библиотека. Русская и зарубежная фантастика, фэнтези, детективы, триллеры, драма, историческая и  приключенческая литература, философия и психология, сказки, любовные романы!!!
главная | новости библиотеки | карта библиотеки | ссылки
РАЗДЕЛЫ
Детектив
Детская литература
Драма
Женский роман
Зарубежная фантастика
История
Классика
Приключения
Проза
Русская фантастика
Триллеры
Философия

КНИГИ ПО АЛФАВИТУ
... А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я

АВТОРЫ ПО АЛФАВИТУ
А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я

ПАРТНЕРЫ



ПОИСК
Введите фамилию автора:
Поиск от Google:



скачать книгу I на страницу автора
- Не убежден, они могли смоделировать психику многих нью-йоркцев. В том
числе и вашу. Есть такая игра джиг-со - знаете?
Мартин кивнул.
- Из множества кусочков разноцветной пластмассы собирают ту или иную
картину, портрет, пейзаж, натюрморт, - пояснил нам Зернов. - Так и они: из
тысячи зрительных образов монтируется нечто, существующее в
действительности, но виденное и запечатленное разными людьми по-разному. Я
думаю, что Манхэттен, воссозданный в голубой лаборатории пришельцев, не
совсем настоящий Манхэттен. Он в чем-то отличается от реального. В
каких-то деталях, в каких-то ракурсах. Зрительная память редко повторяет
что-либо буквально, она творит. А коллективная память - это, в свою
очередь, материал для сотворчества. Джиг-со.
- Я не ученый, сэр, - сказал Мартин, - но ведь это невозможно. Наука не
объяснит.
- Наука... - усмехнулся Зернов. - Наша земная наука еще не допускает
возможности повторного сотворения мира. Но она все-таки предвидит эту
возможность в далеком, может быть, очень далеком будущем.
После рассказа Мартина все уже показалось мне пресным, пока я не увидел
и не запечатлел на пленке голубые протуберанцы и фиолетовое "пятно". Новое
чудо пришельцев было так же необычайно и так же малообъяснимо, как и все
их прежние чудеса. С такими мыслями я возвращался в лагерь.
А навстречу уже бежала чем-то встревоженная Ирина.
- К Томпсону, Юрка! Адмирал созывает всех участников экспедиции.
Военный совет.



29. ДЖИГ-СО
Мы оказались последними из явившихся и сразу почувствовали атмосферу
любопытства и настороженности. Экстренный, даже чрезвычайный характер
заседания, назначенного сейчас же вслед за экспериментом, свидетельствовал
о колебаниях Томпсона. Обычно склонный к единоличным решениям, он не
слишком заботился о коллегиальности. Теперь он, по-видимому, решил
прибегнуть к консультации большинства.
Говорили по-английски. Непонимавшие подсаживались для перевода к
соседям.
- Эксперимент удался, - начал без предисловий Томпсон. - Они уже
перешли к обороне. Фиолетовый вход передвинут на верхние грани купола. В
связи с этим я попробую применить кое-что новое. Сверху, с воздуха.
- Бомбу? - спросил кто-то.
- А если бомбу?
- Ядерной у вас нет, - холодно заметил Зернов, - фугасной тоже. В
лучшем случае пластикатовая, годная подорвать сейф или автомашину. Кого вы
думаете испугать хлопушками?
Адмирал метнул на него быстрый взгляд и отпарировал:
- Я думаю не о бомбах.
- Советую вам рассказать, Мартин, - сказал Зернов.
- Знаю, - перебил адмирал. - Направленная галлюцинация. Гипномираж.
Попробуем кого-нибудь другого - не Мартина.
- У нас один пилот, сэр.
- Я и не собираюсь рисковать вертолетом. Мне нужны парашютисты. И не
просто парашютисты, а... - он пожевал губами в поисках подходящего слова,
- скажем, уже встречавшиеся с пришельцами.
Мы переглянулись. Зернов, как человек неспортивный, полностью
исключался. Вано повредил руку во время последней поездки. Я прыгал два
раза в жизни, но без особого удовольствия.
- Мне хотелось бы знать, сумеет ли это сделать Анохин? - прибавил
Томпсон.
Я разозлился:
- Дело не в умении, а в желании, господин адмирал.
- Вы хотите сказать, что у вас этого желания нет?
- Вы угадали, сэр.
- Сколько вы хотите, Анохин? Сто? Двести?
- Ни цента. Я не получаю жалованья в экспедиции, господин адмирал.
- Все равно. Вы подчиняетесь приказам начальника.
- В распорядке дня, господин адмирал. Я снимаю, что считаю нужным, и
предоставляю вам копию позитива. Кстати, в обязанности кинооператора не
входит умение прыгать с парашютом.
Томпсон снова пожевал губами и спросил:
- Может, кто-нибудь другой?
- Я прыгал только в Парке культуры и отдыха, - сказал по-русски Дьячук,
укоризненно взглянув на меня, - но могу рискнуть.
- Я тоже, - присоединилась Ирина.
- Не лезь поперек батьки в пекло, - оборвал я ее. - Операция не для



девушек.
- И не для трусов.
- О чем разговор? - поинтересовался терпеливо пережидавший нашу
перепалку адмирал Томпсон.
Я предупредил ответ Ирины:
- О формировании специального отряда, господин адмирал. Будут прыгать
двое - Дьячук и Анохин. Командир отряда Анохин. Все.
- Я не ошибся в вас, - улыбнулся адмирал. - Человек с характером -
именно то, что нужно. О'кей. Самолет поведет Мартин. - Он оглядел
присутствовавших. - Вы свободны, господа.
Ирина поднялась и, уже выходя, обернулась:
- Ты не только трус, но и провокатор.
- Спасибо.
Я не хотел ссориться, но не уступать же ей, может быть, новое
Сен-Дизье.
Перед полетом нас проинструктировали:
- Самолет подымется до двух тысяч метров, зайдет с северо-востока и
снизится к цели до двухсот метров над выходом. Опасности никакой: под
ногами только воздушная пробка. Пробьете ее - и готово. Мартин не мерз и
дышал свободно. Ну а там как Бог даст.
Адмирал оглядел каждого из нас и, словно в чем-то усомнившись,
прибавил:
- А боитесь - можете отказаться. Я не настаиваю.
Я взглянул на Тольку. Тот на меня.
- Психует, - сказал по-русски Толька, - уже снимает с себя
ответственность. Ты как?
- А ты?
- Железно.
Адмирал молча ждал, вслушиваясь в звучание незнакомого языка.
- Обменялись впечатлениями, - сухо пояснил я. - К полету готовы.
Самолет взмыл с ледяного плато, набрал высоту и пошел на восток, огибая
пульсирующие протуберанцы. Потом, развернувшись, круто рванул назад, все
время снижаясь. Внизу опасливо голубело море бушующего, но не греющего
огня. Фиолетовый "вход" был уже отлично виден - лиловая заплата на голубой
парче - и казался плоским и твердым, как земля. На минутку стало чуточку
страшновато: уж очень низко приходится прыгать - костей не соберешь.
- Не робейте, - посочувствовал Мартин. - Не расшибетесь. Что-то вроде
пивной пены, чем-то подкрашенной.
Мы прыгнули. Первым Толька, за ним я. Оба парашюта раскрылись в полном
порядке, Толькин - разноцветной бабочкой подо мной. Я видел, как он вошел
в фиолетовый кратер и словно провалился в болото - сначала Толька, потом
его цветной зонт. На мгновение опять стало страшно. А что там, за мутной
газовой заслонкой, - лед, тьма, смерть от удара или удушья? Я не успел
угадать, с головой погрузившись во что-то темное, не очень ощутимое, не
имеющее ни температуры, ни запаха. Только лиловый цвет стал знакомо
красным. С неощутимостью среды утратились и ощущения тела, я уже не видел
его, словно растворившись в этом текучем газе. Казалось, не тело, а только
сознание, мысль плавали в этой непонятной багровой пене. Ни парашюта, ни
строп, ни тела - ничего не было, и меня не было.
И вдруг, как удар в глаза, голубое небо и город внизу, сначала неясный,
едва различимый в туманной сетке, потом она разошлась, и город
приблизился, видимый все более отчетливо. Почему Мартин назвал его
Нью-Йорком? Я не был там, не видел его с самолета, но по некоторым
признакам представлял себе, как он выглядит. Этот выглядел иначе: не было
тех знакомых по фотографиям примет - ни статуи Свободы, ни Эмпайр-Билдинг,
ни ущелий с обрывами небоскребов, куда, как в бездну, проваливались улицы
с разноцветными бусинами автомобилей. Нет, это был не
Багдад-над-Подземкой, воспетый О'Генри, и не Город Желтого Дьявола,
проклятый Горьким, и не есенинский Железный Миргород, а совсем другой
город, гораздо более знакомый и близкий мне, и я, еще не узнавая его, уже
знал, что вот-вот узнаю, сию минуту, сейчас!
И узнал. Подо мной, как гигантская буква "А", построенная в трехмерном
пространстве, подымалась ажурная башня Эйфеля. Мимо нее вправо и влево
загибалась кривой дугой зеленоватая лента Сены - смесь искристого серебра
с зеленью подстриженного газона на солнце. Впрочем, зеленый прямоугольник
Тюильрийского парка тут же показал мне, что такое настоящая, а не
иллюзорная зелень. Для многих с высоты птичьего полета все реки выглядят
голубыми, даже синими, для меня - зелеными. И эта зеленая Сена загибалась
вправо к Иври и влево к Булони. Взгляд сразу нащупал Лувр и вилку реки,
зажавшую остров Ситэ. Дворец юстиции и Нотр-Дам показались мне сверху
двумя каменными кубиками с темным кружевом контуров, но я узнал их. Узнал
и Триумфальную арку на знаменитой площади, от которой тоненькими лучиками
расходился добрый десяток улиц.
"Почему так ошибся Мартин?" - спрашивал я себя. Я не знаток Парижа,
видел его только раз с высоты самолета, но всматривался долго, пока мы


скачать книгу I на страницу автора

Страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 [ 40 ] 41 42 43 44 45 46
ВХОД
Логин:
Пароль:
регистрация
забыли пароль?
РЕКЛАМА

Шилова Юлия - Раба любви, или Мне к лицу даже смерть
Шилова Юлия
Раба любви, или Мне к лицу даже смерть


Корнев Павел - Горючка
Корнев Павел
Горючка


Русанов Владислав - Ворлок из Гардарики
Русанов Владислав
Ворлок из Гардарики


   
ВЫБОР ПОЛЬЗОВАТЕЛЯ

Copyright © 2006-2015 г.
Виртуальная библиотека. При использовании материалов - ссылка на сайт обязательна .....

LitRu - Электронная библиотека