Виртуальная библиотека. Русская и зарубежная фантастика, фэнтези, детективы, триллеры, драма, историческая и  приключенческая литература, философия и психология, сказки, любовные романы!!!
главная | новости библиотеки | карта библиотеки | ссылки
РАЗДЕЛЫ
Детектив
Детская литература
Драма
Женский роман
Зарубежная фантастика
История
Классика
Приключения
Проза
Русская фантастика
Триллеры
Философия

КНИГИ ПО АЛФАВИТУ
... А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я

АВТОРЫ ПО АЛФАВИТУ
А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я

ПАРТНЕРЫ



ПОИСК
Введите фамилию автора:
Поиск от Google:



скачать книгу I на страницу автора

прекрасно зная, что она ответит, если будет честна: - А если бы не
разрешил, что-нибудь бы изменилось?
Она помедлила и чуть улыбнулась:
- Нет.
Я молчал. У нее исказилось лицо, она даже ногой притопнула:
- Мне тридцать шесть лет! Через месяц - тридцать семь! Имею я право
родить ребенка от того, кого наконец-то люблю?!
- Имеешь. Но я-то теперь как? В петлю лезть от невозможности
раздвоиться? Ведь что я ни делай - все равно предатель!
- До сегодняшнего дня ты прекрасно раздваивался. Теперь - хвостик
задрожал? Тогда гони меня сразу.
Мы помолчали. Задушевная получилась встреча.
- А я шла сюда, - вдруг тихо сказала она, - и думала: удастся ли мне
когда-нибудь затащить тебя в постель, или уже все?
Меня сразу обдало жаром.
- А хочется? - так же тихо спросил я.
- Вопрос, достойный тебя. Да я тут ссохлась вся от тоски!
- Зачем же ты так далеко сидишь? - я старался говорить как можно
мягче, и только боялся, что после недавней перепалки это может не удаться
или, хуже того, прозвучать фальшиво.
- Здесь? - с отвращением выкрикнула она.
Я опять перевел дух. Как тяжело... Язык не поворачивался, но надо же
ей растолковать.
- Стасенька, по моему... Лиза уверена, что у нас с тобой это будет.
- Это ее проблемы.
- Не надо так. Даже если ты сейчас не... - не знал, как назвать. И не
назвал. - Все равно ты плохо сказала. Ведь мы с тобою можем опять очень
долго не увидеться, и она это понимает.
- Не хватало еще, чтобы твоя жена тебя мне подкладывала.
Я почувствовал, что у меня дернулись желваки.
Ну, самоутверждайся, - сдержавшись, сказал я глухо.
- Сашенька, я уже лет пятнадцать этим не занимаюсь. Но в ваше
супружеское ложе не лягу ни за что.
- Ложе, ложе! - я уже терял терпение. Единственное, на что мня еще
хватало - это на то, чтобы не повышать голос. - Стася, при чем тут ложе! -
и, уже откровенно глумясь, добавил: - Вот, можно на коврике!
Она поднялась.
- Какой тяжелый ты человек, - сказала она и пошла к двери. - Не
провожай. А то ведь кругом враги.
Все мое раздражение отлетело сразу. Остались только страх за Стасю и
тоска. Что же она делает? Она же доламывает все! Она этого хочет?
- Стася, а обед?! - нелепо крикнул я ей в спину, и дверь резко
закрылась.
Я с яростью потряс головой. Дьявол, ничего не успел даже спросить.
Как у нее с деньгами? Как со здоровьем? Как с публикациями, сдержал ли
Квятковский слово? По телефону вроде говорили о какой-то подборке...
Дьявол, дьявол, дьявол! Бред!
С чего же начали цапаться-то?
Когда я прикуривал четвертую сигарету от третьей, в дверь осторожно
поскреблись. Я обернулся, как ужаленный. Неужели вернулась? Господи, хоть
бы вернулась!
- Да! - громко сказал я, уже поняв, что это Лиза.
Она правильно рассчитала: если бы мы были в спальне, то просто не
услышали бы.
И она бы снова ушла. Все зная наверняка.
Она явно не ожидала, что я отвечу. Только через несколько секунд
после моего "да!" оживленно влетела в комнату, и задорная, гостеприимная
улыбка на ее лице сразу сменилась растерянной.
- А где Станислава? Ой, дыму-то!.. - она почти подбежала ко мне.
Глянула на розетку для варенья которую я превратил в пепельницу. - Святые
угодники, четвертая! Да что случилось, Саша? На тебе лица нет!
- Все, Лизка, - сказал я, снова впихивая себе сигаретку в губы. Руки
все еще дрожали. - Пляши. Одной козы - как не бывало.
- Вы что, поссорились? - с ужасом спросила она.
Я неловко размолотил окурок в розетке, среди вонючей трухи
предыдущих, и кивнул. Лиза, прижав кулачок к подбородку, потрясенно
замотала головой.
- У нее на шестой уже перевалило... тебе, может, опять под пули
лезть... Ой, дураки, дураки, дураки...
И тут же, схватив меня за локоть, энергично заговорила:
- Саша, ты только не расстраивайся, не бери в голову. Это у нее
просто период такой. Я, когда Поленьку ждала, тоже на тебя все время
обижалась, из-за любого пустяка. Только виду не подавала. А она - другой
человек, что ж тут сделаешь. Привыкла к свободе, к независимости. Она
родит, и все постепенно уляжется, она ведь очень тебя любит, я-то знаю!


- Задурила она тебе голову, Лизка, - почти со злостью проговорил я. -
Не верь ей. Просто с возрастом приперло. Решила родить абы от кого - ну, а
тут как раз дурак попался. Никого она, кроме себя, не любит, и никогда не
любила... Ну, так что у нас с обедом? Ты вкусный обед обещала!
Она испуганно всматривалась мне в лиц. Будто не узнавала. Будто у
меня выросли рога и чертов пятак вместо носа.
- Вот теперь я совсем поняла, о чем ты ночью говорил...
- Да я много глупостей наговорил.
- Не надо так! - болезненно выкрикнула она. - Эта ночь - одна из
самых счастливых в жизни у меня! Никогда может мы с тобой не были так
близко... А говорил ты, что нельзя крушить живое. Потому что тогда
ожесточаются и высыхают. Ты не становись таким, Саша, - она подняла руку и
погладила меня по щеке. - До нее мне, в конце концов, извини, дела нет, но
ты... лучше уж изменяй мне хоть каждый день, но таким не становись, потому
что я тебя такого очень быстро разлюблю. И что я и Поля тогда станем
делать?


СТОКГОЛЬМ

1
Теплоход крался по фьорду.
В желтом свете предосеннего северного заката тянулись назад лежащие в
воде цвета неба острова. Крупные, покрытые лесом, или помельче, скалистые,
украшенные одним-двумя деревьями и какой-нибудь почти обязательной
избушкой под ними, или совсем лысые, или совсем небольшие, не крупнее
Лягушек в Коктебельской бухте - просто валуны, высунувшие на воздух
покатые, как шляпки грибов, розово-коричневые спины. На каждом из них
хотелось посидеть - свесить ноги к воде и, коротко глядя на остывающий
мир, в рассеянности размышлять обо всем и ни о чем. Глухо рокотали на
малых оборотах дизеля; корабль мягко проминал зеркало поверхности, и за
ним далеко-далеко тянулись по ясной, холодной глади медленно расходящиеся
морщины. Красота была неописуемая, первозданная, хотя громадный город уже
надвинулся - из-за леса на правом берегу тянулась в небо окольцованная
игла телебашни; светились в настильном сиянии почти негреющего солнца
разбросанные в темной зелени прибрежные виллы и особняки Лилла-Бартан, но
все равно современное мощное судно казалось неуместным здесь, нужен был
драккар. Пятнадцать лет назад один мой друг, писатель - с ним-то мы и
попали впервые в эти края, он и познакомил нас со Стасей позапрошлым летом
- сказал: "Теперь я понимаю Пер Гюнта. Здесь можно взять меч и молча выйти
на двадцать лет. Здесь можно ждать двадцать лет". Я не очень понял тогда,
что он имел ввиду, не понимаю и теперь, но сказано было красиво, и вокруг
все было красиво - а между двумя красотами всегда можно найти связь, дин
найдет одну, другой - другую. Смертельно, до тоски хотелось показать все
это Поле, Лизе и Стасе. Одну красоту - другой красоте. Вот и еще одна
связь между красотами, уже моя; кроме меня, ее никто не поймет.
На нижних палубах суетились туристы, перебегая от борта к борту через
широкую, как площадь, кормовую площадку; беззвучно для меня орудовали
фотоаппаратами и видеокамерами, толкались в поисках свей идеальной точки
зрения. Я стоял наверху, неподалеку от труб - они туго вибрировали и
сдержано рычали. На шее у меня болтался полагающийся по легенде "Канон",
но я про него забыл. Не хотелось дергаться. Кто смотрит через видоискатель
- тот видит только фокус да ракурс, а мне хотелось видеть Стокгольм. Я
люблю этот город.
Совсем уже неторопливо мы проползли мимо островка Каскель-Хольмен,
где на тонкой мачте над краснокирпичным замком чуть полоскал давно уже
навечно поднятый флаг - исторически его полагалось спускать, когда Швеция
ведет войну; потом слегка взяли вправо. По левому борту открылся близкий,
и продолжающий мерно наплывать изящный лепесток моста, разграничивающего
залив Сальтшен и озеро Меларен - со стороны Старого города у въезда на
мост высился строгий и гордый каменный Бергандотт; а дальше, за строениями
рыцарского острова, похожими все, как одно, на дворцы, вывернув из-за
высоких палубных надстроек судна, четко прорисовалась в напряженной
желтизне небес ажурная башня Рыцарской кирки. Все это напоминало Петербург
- но еще причудливее и плотнее, потому что мельче и чаще были накиданы в
залив острова; а берега кое-где были низкими и плоскими, как у нас, но
кое-где вспучивались вверх каменными горбами - и здания взлетали в небо.
Подумать только. Чтобы построить город, так похожий на этот, мы
воевали с ними едва ли не четверть века. А они с нами - чтобы мы не
построили. Средневековье...
Ошвартовались в самом центре, у набережной Скеппсбрен, почти что под
окнами королевского дворца. Толпа на палубах медленно всосалась в недра


скачать книгу I на страницу автора

Страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 [ 37 ] 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52
ВХОД
Логин:
Пароль:
регистрация
забыли пароль?
РЕКЛАМА

Круз Андрей - За круги своя
Круз Андрей
За круги своя


Шилова Юлия - Меняющая мир, или Меня зовут Леди Стерва
Шилова Юлия
Меняющая мир, или Меня зовут Леди Стерва


Посняков Андрей - Московский упырь
Посняков Андрей
Московский упырь


   
ВЫБОР ПОЛЬЗОВАТЕЛЯ

Copyright © 2006-2015 г.
Виртуальная библиотека. При использовании материалов - ссылка на сайт обязательна .....

LitRu - Электронная библиотека