Виртуальная библиотека. Русская и зарубежная фантастика, фэнтези, детективы, триллеры, драма, историческая и  приключенческая литература, философия и психология, сказки, любовные романы!!!
главная | новости библиотеки | карта библиотеки | ссылки
РАЗДЕЛЫ
Детектив
Детская литература
Драма
Женский роман
Зарубежная фантастика
История
Классика
Приключения
Проза
Русская фантастика
Триллеры
Философия

КНИГИ ПО АЛФАВИТУ
... А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я

АВТОРЫ ПО АЛФАВИТУ
А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я

ПАРТНЕРЫ



ПОИСК
Введите фамилию автора:
Поиск от Google:



скачать книгу I на страницу автора
- Разыгрываешь?
Я промолчал. Потом спросил:
- У тебя мать была в Сопротивлении. Где?
- МИД запрашивал французских товарищей. Они точно не знают. Вся ее
группа погибла. Как и где - неизвестно.
- В Сен-Дизье, - сказал я. - Не так далеко от Парижа. Она была
переводчицей в офицерском казино. Там ее и взяли.
- Откуда ты знаешь?
- Она сама рассказала.
- Кому?
- Мне.
Ирина медленно сняла очки и сложила дужки.
- Этим не шутят.
- Я и не шучу. Мы с Мартином видели ее в ту ночь в Сен-Дизье. Нас
приняли за английских летчиков: их самолет в ту ночь был сбит на окраине
города.
Губы у Ирины дрожали. Она так и не могла задать своего вопроса.
Тогда я рассказал ей все по порядку - об Этьене и Ланге, об автоматной
очереди Мартина на лестнице в казино, о взрыве, который мы услышали уже в
затемненном городе.
Она молчала. Я злился, сознавая всю беспомощность слов, бессильных
воспроизвести даже не жизнь, а модель жизни.
- Какая она? - вдруг спросила Ирина.
- Кто?
- Ты знаешь.
- Она все время чуть-чуть менялась в зависимости от того, кто вспоминал
о ней - Этьен или Ланге. Молодая. Твоих лет. Они оба восхищались ею, хотя
один предал, а другой убил.
Она проговорила чуть слышно:
- Теперь я понимаю Мартина.
- Слишком мало для возмездия.
- Я понимаю. - Она задумалась, потом спросила: - Я очень похожа на нее?
- Копия. Вспомни удивление Этьена в отеле. Пристальное внимание Ланге.
Спроси у Зернова, наконец.
- А что было потом?
- Потом я шагнул на лестницу в отеле "Омон".
- И все исчезло?
- Для меня - да.
- А для нее?
Я беспомощно развел руками: попробуй ответь!
- Не могу понять, - сказала она. - Есть настоящее, есть прошлое. Есть
жизнь. А это что?
- Модель.
- Живая?
- Не знаю. Может быть, записанная каким-то способом. На их пленку. - Я
засмеялся.
- Не смейся. Это страшно. Живая жизнь. Где? В каком пространстве? В
каком времени? И они увозят ее с собой? Зачем?
- Ну знаешь, - сказал я, - у меня просто не хватает воображения.
Но был человек, у которого хватило воображения. И мы встретились с ним
на другой же день.
С утра я выписался из клиники, по-мужски сдержанно простился с
суховатым, как всегда, Пелетье ("Вы спасли мне жизнь, профессор. Я ваш
должник"), обнял на прощание старшую сестру - моего белого ангела с
дьявольским шприцем ("Грустно прощаться с вами, мадемуазель"), услышал в
ответ не монашеское, а мопассановское ("Каналья, ах каналья!") и вышел к
Вольтеровской набережной, где мне назначила свидание Ирина. Она тут же
сообщила мне, что Толька Дьячук и Вано прямо из Копенгагена уже вылетели в
Гренландию, а наши с Зерновым визы еще оформлялись в датском посольстве. Я
мог еще побывать на пленарном заседании конгресса.
На улице от жары таял под ногами асфальт, а на лестницах и в коридорах
Сорбонны, старейшего из университетов Франции, где сейчас во время
студенческих летних вакаций заседал конгресс, было прохладно и тихо, как в
церкви, когда служба давно закончилась. И так же пустынно. Не проходили
мимо опаздывающие или просто любители покурить и посплетничать в кулуарах,
не собирались группами спорщики, опустели курительные и буфеты. Все
собрались в аудитории, где даже в часы любимейших студентами лекций не
бывало так тесно, как сейчас. Сидели не только на скамьях, но и в проходах
на полу, на ступеньках подымающегося амфитеатром зала, где уселись и мы, с
трудом найдя себе место.
С трибуны говорил по-английски американец, а не англичанин, я сразу
узнал это по тому, как он проглатывал отдельные буквы или пережимал "о" в
"а", точь-в-точь как моя институтская "англичанка", стажировавшаяся не то
в Принстоне, не то в Гарварде. Я, как и весь читающий мир, знал его по
имени, но это был не политический деятель и даже не ученый, что вполне



соответствовало бы составу ассамблеи и обычному списку ее ораторов. То был
писатель, и даже не то чтобы очень модный или специализировавшийся, как у
нас говорят, на конфликтах из жизни научных работников, а просто
писатель-фантаст, добившийся, как в свое время Уэллс, мировой известности.
Он, в сущности, и не очень заботился о научном обосновании своих
удивительных вымыслов и даже здесь перед "звездами" современной науки
осмелился заявить, что его лично интересует не научная информация о
пришельцах, которую по крупинкам, кряхтя, собирает конгресс (он так и
сказал "по крупинкам" и "кряхтя"), а самый факт встречи двух совершенно
непохожих друг на друга миров, двух, по сути дела, несоизмеримых
цивилизаций.
Это заявление и последовавший за ним не то одобрительный, не то
протестующий гул зала мы и услышали, усаживаясь на ступеньках в проходе.
- Не обижайтесь на "крупинки", господа, - продолжал он не без ухмылочки
в голосе, - вы соберете тонны полезнейшей информации в комиссиях
гляциологов и климатологов, в специальных экспедициях,
научно-исследовательских станциях, институтах и отдельных научных трудах,
которые займутся вопросами новых ледяных образований, климатических
изменений и метеорологических последствий феномена розовых "облаков". Но
тайна его так и осталась тайной. Мы так и не узнали ни природы силового
поля, парализовавшего все наши попытки к сближению, ни характера
столкнувшейся с нами жизни, ни местопребывания ее во Вселенной.
Интересны выводы Бориса Зернова об эксперименте пришельцев в поисках
контакта с землянами. Но это их эксперимент, а не наш. Теперь я могу
предложить встречный, если представится случай. Рассматривать сотворенный
ими мир как прямой канал к их сознанию, к их мышлению. Разговаривать с
ними через "двойников" и "духов". Любую модель, любую материализованную
ими субстанцию использовать как микрофон для прямой или косвенной связи с
пришельцами. Нечто вроде элементарного телефонного разговора без
математики, химии и других кодов. На простом человеческом языке
по-английски или по-русски, не важно - они поймут. Скажете, фантастика?
Да, фантастика. Но конгресс уже поднялся - обратите внимание: я говорю
"поднялся", а не "опустился" - до уровня подлинно научной фантастики,
причем я не особенно настаиваю на слове "научной", я просто подчеркиваю:
фан-тас-тики, той крылатой фантастики, когда воображение становится
предвидением. (Шум в зале.) Вежливый народ ученые! Скажите громче:
кощунство в храме науки! (Крики на скамьях: "Конечно, кощунство!") Чуточку
справедливости, господа. Разве ученые предсказали телевидение, видеофон,
лазеры, опыты Петруччи и космические полеты? Все это предсказали фантасты.
Я не пропустил ни одного заседания комиссии предположений и порой
поистине восторгался услышанным: то была фантастика чистой воды. Взрывы
воображения. Разве не воображением была гипотеза о голограмме - зрительном
восприятии пришельцами любого предмета с помощью отраженных световых волн?
Такая фотозапись воспринимается как трехмерная и обладает всеми
зрительными особенностями, присущими естественному ландшафту. Вчерашнее
сообщение о покрашенных айсбергах в заливе Мелвилла у берегов Гренландии
подтвердило гипотезу. Айсберги пометило краской датское экспедиционное
судно "Королева Христина" на виду у скачущих по небу "всадников". Они шли
на высоте нескольких километров, а с борта судна уже за сотню метров
невооруженный глаз не мог обнаружить ни малейшего следа краски, тем не
менее "всадники", спикировав, прежде всего смыли краску, а потом уже
выловили из воды чистенький голубой лед. Так предположение о сверхзрении
пришельцев стало научным фактом.
Не всякое воображение - предвидение, и не всякая гипотеза разумна. Мне
хочется, например, отвести гипотезу католической церкви о том, что
пришельцы якобы не живые существа, наделенные разумом, а искусственные
создания наших братьев "по образу и подобию Божию". По существу, это та же
религиозная формула о Боге, земле и человеке, в которой понятие "земля"
расширяется до масштабов Вселенной. Философски это дань наивному
антропоцентризму, которую легко опровергнуть даже на основании тех крупиц
знаний, которые мы собрали о розовых "облаках". Если бы их создателями
были гуманоиды, то, посылая в космическую разведку свои кибернетические
создания, они, без сомнения, учли бы возможность встречи если не с
братьями по разуму, то с братьями по облику. Соответственно
запрограммированные, эти биороботы легко бы нашли с человечеством общий
язык, и жизнь человеческая не оказалась бы для них такой загадкой. Нет,
что бы ни утверждали теологи и антропоцентристы, мы столкнулись с другой
формой жизни, нам неизвестной и пока еще непонятной. Вероятно, взаимно, но
нам от этого не легче. Попробуйте ответьте, например, как живут у себя
наши инопланетные гости, бессмертны ли они или только долгоживущи, и как
долго и как далеко от нас? Как размножаются, как создают себе подобных,
как организуют жизнь биологически и социально, в какой среде развиваются -
жидкой или газообразной - или вообще не нуждаются в ней, а живут сгустками
энергии, огражденными от внешней среды силовыми полями. Я обращаюсь к
вашему воображению, господа: попробуйте ответить! (Шум в зале,


скачать книгу I на страницу автора

Страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 [ 37 ] 38 39 40 41 42 43 44 45 46
ВХОД
Логин:
Пароль:
регистрация
забыли пароль?
РЕКЛАМА

Шилова Юлия - Запасная жена
Шилова Юлия
Запасная жена


Шилова Юлия - Чувство вины, или Без тебя холодно
Шилова Юлия
Чувство вины, или Без тебя холодно


Володихин Дмитрий - Убить миротворца
Володихин Дмитрий
Убить миротворца


   
ВЫБОР ПОЛЬЗОВАТЕЛЯ

Copyright © 2006-2015 г.
Виртуальная библиотека. При использовании материалов - ссылка на сайт обязательна .....

LitRu - Электронная библиотека