Виртуальная библиотека. Русская и зарубежная фантастика, фэнтези, детективы, триллеры, драма, историческая и  приключенческая литература, философия и психология, сказки, любовные романы!!!
главная | новости библиотеки | карта библиотеки | ссылки
РАЗДЕЛЫ
Детектив
Детская литература
Драма
Женский роман
Зарубежная фантастика
История
Классика
Приключения
Проза
Русская фантастика
Триллеры
Философия

КНИГИ ПО АЛФАВИТУ
... А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я

АВТОРЫ ПО АЛФАВИТУ
А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я

ПАРТНЕРЫ



ПОИСК
Введите фамилию автора:
Поиск от Google:



скачать книгу I на страницу автора

Матвей с интересом глянул на сосредоточенно-хмурое лицо друга.
- Ну-ка что ты там насчет Ульяны намекал?
Балуев сжато пересказал свою встречу с девушкой, удивив Соболева чрезвычайно.
- Выходит, Ульяна Посвященная?! - медленно проговорил Матвей, не сомневаясь, что Василий говорит правду. - Как же я сам-то не догадался?
Они посмотрели друг на друга, оценивая чувства, с какими каждый говорил о новостях. Василий мрачно улыбнулся.
- Что будем делать, ганфайтер?
- Прежде всего думать! - быстро пришел в себя Матвей. - Не хандрить, не ходить с такой кислой рожей, как у тебя. Угнетенная мысль, направленная на несчастье, этому несчастью способствует. Пусть доступ на уровень Великого мне закрыт, но это не причина поднимать руки вверх и сдаваться в плен обстоятельствам. Предлагаю найти Парамонова и Самандара и вместе отразить "волны выключения". А еще лучше - разобраться с теми, кто заказывает музыку, то есть отдает приказы на включение "волн". Первый - это Рыков, не так ли? Кстати, он знает, где ты обитаешь, потому надо убираться отсюда.
- Да я давно готов! - Василий кивнул на две большие черные сумки. - Кое-какое снаряжение да одежда.
- Тогда пошли.
- Куда?
- В одно безопасное место. - Матвей вспомнил о Марии и со вздохом признался сам себе в душе, что зря не взял ключи от ее квартиры в прошлый раз.
Но они не успели даже закрыть за собой дверь, как зазвонил телефон. Остановились, прислушиваясь к его тихому сигналу. Потом Василий сделал движение к двери.
- Не ходи, - посоветовал Матвей. - Это может быть звонок проверки.
- А если звонит кто-нибудь из наших друзей?
Матвей пожал плечами, и Балуев вернулся обратно в квартиру. Через минуту позвал приглушенно:
- Зайди-ка. - Передал трубку. - Тебя.
Матвей поднес трубку к уху и услышал торопливый голос Ульяны Митиной:
- Матвей, у вас всего несколько минут, чтобы уйти из квартиры Василия подобру-поздорову, поэтому буду говорить коротко. Ельшин собрался в поход за оружием Инсектов...
- Какой Ельшин? - не сразу дошло до Соболева.
- Не перебивайте, наш лучший враг Генрих Герхардович Ельшин. И он очень близок к успеху, потому что ему помогает маршал "СС" Лобанов.
- Где он собирается искать оружие?
- Под своей дачей, где побывали и вы. Если сможете, остановите его. И еще... вашу девушку, Кристину...
- Что с ней?! - выдохнул Матвей.
- За ней отправилась команда полковника Юргена из Минобороны. Может быть, вы еще успеете... прощай...
- Подожди!
- Прощай, ганфайтер, извини за мою неискренность при первых наших встречах, но я не знала, как себя вести... Привет Васе! - И трубка замолчала, словно на другом ее конце оборвали провод.
- Что случилось? - требовательно спросил Василий.
"...Есть ли в твоей системе мира место для меня?" - вспомнил Матвей шепот Кристины. Жаркая волна крови ударила в голову, глаза застлала красная пелена. Голос Василия отдалился и пропал, потом возник снова.
- Да что ты стоишь словно истукан?!
Матвей заставил себя собраться, передал содержание разговора с Ульяной.
- Тогда круто меняем план, - быстро проговорил Балуев. - На самолет - и в Тамбов. К вечеру будем там.
Матвей покачал головой.
- Я полечу один.
- Ты из себя героя не строй!
- Я полечу один! А ты подстрахуй Ульяну, она теперь нуждается в защите больше, чем мы с тобой.
Василий открыл рот и тут же закрыл, так и не произнеся готовые было вырваться возражения, лицо его вдруг стало по-детски смущенным, нерешительным, растерянным.
- Соболь, а ты с ней... ну, она тебе не...
Матвей понял, едва заметно улыбнулся.
- Я люблю Кристину, Баловень, и этим сказано все. Ульяна очень красивая, очень, и безумно похожа на Светлену, проводницу моих снов, но... но моя Кристина - это жизнь!
- Извини, что спросил, мне показалось, что она к тебе неравнодушна... В общем, все понятно! - Василий заметно воспрянул духом, снова обретя уверенность и решительность. - Пора, друг, сматывать удочки. Посажу тебя в самолет во избежание всяких недоразумений и разыщу Ульяну. Вместе мы что-нибудь придумаем. Если в Тамбове все будет в норме, дашь телеграмму, мы встретим. Если нет...
Матвей хлопнул ладонью по ладони друга.

НАЙТИ И УНИЧТОЖИТЬ

Между "сессиями" Союза Девяти их деятельность координировал заместитель директора Международного института стратегических исследований Головань, но в зонах ответственности каждого из членов Союза он не имел права решающего голоса. Поэтому, когда Рыков доложил ему о возникших в реализации решений последней "сессии" затруднениях, Головань лишь посоветовал подключить к проблеме других Неизвестных - Юрьева и Носового. Что Рыков и сделал.
Встреча Трех из Девяти состоялась на одной из конспиративных квартир, принадлежащих Союзу, в доме на Новом Арбате. Обстановка квартиры была спартанской и не располагала к отдыху. Каждый имел свой ключ и пришел один, поэтому ни о каких напитках, кроме чая, мечтать не приходилось. Сурового вида джентльмены, одевающиеся в костюмы французских и итальянских модельеров, молча уселись вокруг столика в низкие кресла. Рыков помыл на кухне купленные им лично фрукты: киви, ананасы и бананы, принес чай; по обыкновению сел так, чтобы лицо его было скрыто в тени.
- Незрелый ананас для человека справедливого, - сказал с усмешкой Носовой, беря в руки фрукт и демонстрируя знание классика75, - всегда хуже спелой смородины.
- Не хочешь - не ешь, - ответил советник президента, - а критиковать фрукт не надо. Я, например, смородину не люблю. Знаете, что мне предложил Коржаков не далее как вчера вечером в приватной беседе? Взял меня за пуговицу и сказал: почему бы нам не обложить данью все мафиозные структуры в стране? Создать специальную рэкет-бригаду на государственном уровне, назвать ее как-нибудь похитрей, скажем, Комиссией по контролю за финансовым состоянием, и вперед! Пусть платят или распускаются. В противном случае...
- И что ты ему ответил? - спросил Носовой. Юрьев очистил ананас, отрезал ломтик, съел.
- Нет, ничего, свежий... Я ему ответил в стиле русской пословицы: на чужой каравай рот не разевай. Но к делу, господа.
- Они отказались, - проговорил Рыков своим специфическим, тихим, ничего не выражающим голосом. - Соболев и Балуев отказались послужить "карающей десницей правосудия" в отношении известных нам деятелей. Естественно, я принял решение "погасить" или "выключить" их как опасных свидетелей, несмотря на всю мою симпатию к ним. Однако первая "волна выключения" не сработала. Соболев ушел из-под опеки ФСБ, Балуев сумел обезвредить киллер-команду, вооруженную "глушаком". Что лишний раз подтверждает высокую кондицию каждого.
- Подготовь вторую "волну выключения" с должной тщательностью, - сказал Юрьев. - В крайнем случае воспользуйся командой внедрения иерархов ПАН с подключением ПРОПАЛ76.
- Я не исчерпал всех своих возможностей по тихому регулированию, но потребуется ваша помощь. Идея заключается в следующем: надо сделать так, чтобы наши фигуранты Соболев и Балуев все равно выполнили задачу, как бы непреднамеренно, то есть надо спровоцировать их на ликвидацию фигур дестабилизации: директора ФСБ, министра обороны, координатора "Чистилища" и других.
- Идея хорошая, - оценил Носовой. - Я так понимаю, что моя личная задача состоит в том, чтобы настроить соответствующим образом лидера Сверхсистемы и дать знать об этом фигурантам.
- Хейно Яанович, вы, как всегда, блестяще вникаете в глубины замысла, - сказал Рыков без тени иронии. - Я уже предпринял кое-какие шаги в этом направлении, указав команде Юргена адрес деда Соболева, где остановились его девушка и мальчишка, которого они как бы усыновили. Но этого мало. Владимир Владимирович, вам необходимо привлечь свои потенциалы, чтобы фигуранты вышли на Гусева.
- Понял, - кивнул Юрьев. - Это сделать несложно. Но у нас есть еще отступники - Посвященные. Сможем ли найти способ сами наказать их, не привлекая иерархов?
- Вряд ли, - мотнул головой Хейно Яанович. - На уровне нашей зоны их возможности защиты достаточны для паритета.
- Тогда давайте привлечем зоны остальных Девяти, включая Бабуу-Сэнгэ.
- Он не станет заниматься рутинными делами "выключения". Другое дело - ограничение деятельности "вселенных" копий Монарха или, как их называют наши фигуранты, авешей Монарха. Эта задача потрудней и поинтересней. Вот список. - Рыков положил на стол листок бумаги. - Давайте думать, с кого начнем и что предпримем.

Директору ФСБ позвонил начальник бюро анализа Управления "И" и попросил аудиенции. Коваль не возражал, хотя и удивился. Рыков очень редко напоминал о себе, как и положено классному профессионалу.
Сергей Вениаминович принял его перед обедом и беседовал всего четверть часа. О чем они говорили, осталось тайной, но после этого директор вызвал Хватова и Первухина, не обращая внимания на то, что начался обеденный перерыв.
После бегства Соболева начальник Управления спецопераций не то чтобы попал в опалу, но уже не имел того влияния на директора, каким обладал прежде, хотя Сергей Вениаминович внешне прореагировал на происшествие равнодушно, вяло.
Но, появившись в кабинете, генерал и майор увидели другого директора, переполненного мрачной злобой и раздражением.
- Вы знаете, что Соболев работает на "Чистилище"? - начал он, оставив подчиненных стоять. - Я только что получил сведения, что у него задание ликвидировать меня и кое-кого из начальников Управлений! Что вы там делаете, в своих кабинетах? Когда наконец Соболев будет пойман и доставлен сюда?
Первухин и Хватов переглянулись.
- Но, товарищ генерал...
- Молчи, Федор Ильич! Ты его упустил, ты теперь и лови! Майор в твоем распоряжении... до решения задачи. По моим сведениям, у Соболева есть девушка и приемный сын. Найти их и использовать в качестве приманки! Адреса родственников здесь. - Коваль щелкнул ногтем по конверту у себя на столе. - И ускорьте поиск руководителя трех "К" через организации, которые мы наметили потрясти.
- Это пока не дает результата...
- Вот именно - пока. Вы пошерстили всего три конторы, копайте дальше. В первую очередь пощупайте Московский казачий уряд, Центр нетрадиционных технологий, РНОФ и ветеранов Афгана. Уверен, результат будет. Идите.
В приемной генерал и майор снова обменялись взглядами, хорошо понимая чувства друг друга.
- Да, Федор Ильич, - сказал Хватов, - задачка не из легких.
- Пара пустяков, - отозвался Первухин хмуро, разворачивая конверт.
Рыков позвонил координатору "ККК", когда тот отдыхал после обеда, играя с компьютером в преферанс.
- По самым последним данным, Балуев работает на "федепасов" на пару с Соболевым.



Громов помолчал, разглядывая экран компьютера: мизер машина ловила на четвертом ходу. Он выключил комп.
- Данные проверены?
- Я бы не позвонил. У них задание... - Рыков тоже помолчал немного. - Убрать лидера "ККК", а по возможности и всех комиссаров.
Громов хмыкнул.
- Не слишком ли возросли аппетиты у директора ФСБ? Не пора ли и нам заняться им лично?
- Он стал опасен... непредсказуем... будто ему кто-то основательно помогает.
- Соболев, кто же еще. Плюс его дружок.
- Нет, речь идет об информации стратегического плана. Это может быть суперагент, о котором я ничего не знаю.
Громов знал одного такого "суперагента", но до сих пор не верил, что тот работает и на ФСБ. После же слов комиссара-два его сомнения окончательно рассеялись, в смысле - подтвердились.
- Я выявил родственников Соболева и Балуева, - продолжал Рыков. - Следовало бы пройтись по их адресам. Оба достаточно сильно привязаны к родным и друзьям, можно взять кого-нибудь в качестве живца.
- Хорошо, приносите списки. - Громов сжал руку в кулак, глядя на побелевшие пальцы. - Что-нибудь новое по комиссару-три появилось?
- Пока нет. На него готовят покушение ликвидаторы маршала "СС" на базе киллер-центра в Тропареве. Как только они подготовятся, мы нанесем встречный удар.
- Встречный - это хорошо, - пробормотал Громов, положив трубку, но думал он в этот момент не о Бородкине, которому грозила опасность, а о Конкере.
Министр обороны вызвал Юргена, как обычно, поздним вечером, вырвав его из объятий очередной герл. Это уже переходит все границы, решил полковник и собрался теперь же раз и навсегда прекратить порочную практику. Явившись в кабинет Гусева и оставив у дверей в приемную министра своих "зомби"-телохранителей, он прямо с порога заявил, что отныне ночь для подобных вызовов - табу! Для любых срочных дел существует день, и единственное, ради чего стоит мчаться по ночной Москве, это угроза жизни самого министра. Поскольку же таковой не существует...
- Сядь! - коротко прервал его Гусев, и с Юргена вмиг слетели вся его спесь и апломб: перед ним сидел не просто министр обороны, никчемный, серенький человечишка, внезапно вознесшийся на вершину государственной пирамиды, но человек власти. Сильный, безжалостный и жестокий, способный не моргнув глазом уничтожить любого, и Юрген сел, робея, тут же забыв о своих претензиях и не боящихся смерти "зомби"-солдатах, готовых по его команде броситься в огонь и в воду.
Гусев еще некоторое время разглядывал полковника умными и злыми глазами из-под кустистых бровей, потом отвернулся к экрану компьютера.
- Мне стало известно, что знакомый тебе ганфайтер Соболев получил задание на мой перехват. Что ты сделал, чтобы помешать этому?
- У нас его девчонка и приемный сын. На трупе его деда мы оставили записку, которая заставит его самого прибежать к нам.
Гусев снова глянул на полковника.
- Вы убили его деда? Зачем?
- Это вышло... случайно, дед полез защищать своих постояльцев, и один из моих оперов... толкнул его... да разве это принципиально?
- Вы допустили грубую ошибку, полковник. Есть пословица: голодный волк опаснее стаи сытых собак. Боюсь, после этого Соболев найдет тебя раньше, чем ты его.
- Пусть ищет, - беспечно отмахнулся начальник бюро ликвидации. - Я готов.
- Ну-ну, будь готов, пионер. Кийк тоже был готов. Ну а теперь о главном. Подойди сюда, взгляни на эту картинку.
Юрген обошел стол. На дисплее компьютера светились голубым светом контуры каких-то катакомб и подземных галерей.
- Что это, планы коммуникаций?
- В некотором роде. Это подземные ходы под Кремлем. Надо отыскать самый глубокий из них, который приведет нас в самый древний из храмов... Бери своих "зомби"-мальчиков, и за три дня отыщите этот ход. Пакет документов я тебе подготовил. Но сначала проверь два сооружения: надвратную церковь Спаса и хоромы думного дьяка Аверкия. Справишься - повышу в звании.
Юрген уловил косой, усмешливо-угрожающий, тяжелый взгляд министра и демонстративно щелкнул каблуками.

"ВОЛНА ВЫКЛЮЧЕНИЯ"-ДВА

До Тамбова Матвей, как сотрудник ФСБ, летел на ЯК-42. Билетов не было, но ему удалось найти командира корабля, предъявить удостоверение и пройти в самолет вместе с летчиками.
К дому деда по улице Солдатской Славы он добрался к вечеру на машине частника. И сразу понял, что опоздал. Возле дома плотно друг к другу стояли милицейский "уазик", серая "волга" и старенький "москвич" с злым крестом на дверцах - машина "Скорой помощи". Возле ограды толпилась небольшая группка людей, обсуждавшая случившееся - скорее всего соседи. Двое молодых людей, выделявшиеся осанкой и особой сторожкой манерой поведения, молча прислушивались к разговорам, засунув руки в карманы одинаковых серых курток. Матвей сразу определил их принадлежность к спецслужбам, но тоскливое предчувствие беды заставило его действовать без обиняков. Подойдя к милиционеру, охранявшему вход в дом, он тихо проговорил:
- Я Соболев, это дом моего деда Кузьмы Федоровича. Что случилось?
- Документы есть? - спросил страж порядка, делая ударение на втором слоге.
Матвей молча протянул удостоверение офицера федеральной контрразведки. У милиционера-сержанта средних лет, плохо побритого, с недовольным выражением лица, вытянулась физиономия.
- Проходите.
Матвей шагнул в сени, отмечая полнейший разгром на полках с глиняной посудой и садовым инвентарем, вошел на кухню с русской печью и сразу увидел деда, лежавшего на лавке. На его изуродованном гримасой боли лице в широко раскрытых глазах застыло выражение ужаса и муки, пальцы рук были сведены судорогой, и Матвей сразу понял, что Кузьма Федорович умер от выстрела из "болевика".
Сердце Матвея остановилось... рванулось в груди до боли, загнав жаркую волну крови в лицо и уши. Он шагнул в горницу, ожидая увидеть еще два тела, но его остановил худой подполковник милиции:
- Вы куда, молодой человек? Кто вас пропустил?
Только теперь Матвей обратил внимание на то, что на кухне и в горнице полно народу.
Трое в штатском возились у тела деда, что-то измеряли, фотографировали, записывали. Подполковник милиции беседовал с другим офицером - старшим лейтенантом. Какой-то старик в плаще ходил по комнатам, осматривая вещи, заглядывая в сервант, шкафы с книгами. Еще двое парней, поглядывая вокруг, стояли поодаль с рациями в руках. И наконец, третий офицер милиции - майор - беседовал с сухонькой старушкой, по щекам которой непрерывно текли слезы.
- Я его племянник... - Голос сел, и Матвей кивнул на тело Кузьмы Федоровича - Это мой дед. А больше тут никого... не было?..
Подполковник окинул Соболева взглядом, но документы требовать не стал.
- Кто тут должен был быть?
Матвей сжал зубы, подошел к телу деда, опустился возле него на колени, взял холодную руку в свои ладони, который раз вспоминая слова Конкере о том, что он приносит несчастье всем, с кем дружен и кого любит. Попытался выйти в меоз, чтобы посмотреть на следы, оставленные убийцами, но молния ментального разряда не пронзила его с головы до пят, как обычно, лишь на мгновение вернулся абсолютный слух и ощущение остановленного времени. Зато последствия попытки были не слишком приятными: по нервным узлам тела прокатилась волна колющей боли, и, чтобы выдержать ее, потребовалось все его хладнокровие.
- Соболев? - раздался голос за спиной, и на плечо Матвея опустилась чья-то тяжелая рука. Он поднял голову, не сразу разглядев сквозь пелену слез одного из специалистов в штатском.
- Слушаю.
- Идемте с нами.
Матвей отвернулся, пристроил руку деда на груди, прошептал беззвучно:
- Прости, дед! Я не хотел...
- Пройдемте с нами, - настойчиво повторил шкафообразный молодой человек, до боли сжимая плечо Соболева, Матвей взял его за слоновье запястье, поднялся с колен, сжимая определенные точки, сказал негромко в исказившееся лицо:
- После похорон я в вашем распоряжении. А теперь вон отсюда!
Потирая руку, оперативник (явно из "федепасов", но не из "Грозы", какое-то другое подразделение) отошел к своему товарищу, и, посоветовавшись, оба вышли.
- Они ждали вас, - подошел к Матвею подполковник милиции. - Показали удостоверение офицеров спецназа.
- Я сам оттуда, - сказал Матвей, не сводя глаз с лица деда. - Все в порядке, подполковник, делайте свое дело. Дайте знать, если обнаружите какие-нибудь следы.
Подполковник помялся немного, потом протянул Соболеву листок бумаги с надписью: "Ищите анальгин во всех аптеках!"
- Эту записку, пришпиленную ножом, мы нашли на столе. Не уверен, что это след.
"Здесь был "Анальгин"... то есть зондеркоманда Минобороны! - понял Матвей. - Кристина и Стас у них! Значит, живы!.."
Он вернул листок милиционеру.
- Спасибо, вряд ли записка имеет отношение к этому делу. Когда закончите, помогите с похоронами, буду признателен.
Ночь Матвей провел без сна, помогая соседям и той самой плачущей старушке обмывать Кузьму Федоровича, переодевать и готовить для похорон. В девять утра приехал катафалк, привез гроб. Потом подъехали двое ребят-стажеров, согласившихся сопровождать катафалк на кладбище.
Все это время парни в куртках, принадлежащие какой-то из спецслужб, не выпускали Матвея из поля зрения, но близко не подходили и не мешали, Матвей же не обращал на них никакого внимания, воскрешая в памяти свои встречи с дедом, его ненавязчивые наставления и бесконечное терпение, неизменно доброжелательное отношение ко всем, с кем когда-либо встречался в жизни. Единственно, о чем Соболев сожалел больше всего, так это о том, что не смог навестить старика до его смерти, понимая, что видится со своими ближайшими родственниками непозволительно редко. Остро захотелось увидеться с отцом, побывать на могиле мамы, поговорить с тетками в деревне, и Матвей дал себе слово, что сделает это непременно в самое ближайшее время.
На похоронах Кузьмы Федоровича неожиданно собралось много народу. Приехали сослуживцы-ветераны, предупрежденные военкомом, пенсионеры, с которыми Соболев работал на местном заводе "Металлоштамп", пришли соседи не только со всей улицы, но даже с других, где давно знали Кузьму Федоровича. Команда музыкантов сыграла марш Мендельсона, и колонна тронулась в путь мимо училища механизации, бывшего скотного двора, оплывшего противотанкового рва, санэпидемстанции, углубилась в сосновую рощу, на окраине которой притулилось кладбище.
Панихида была короткой, речей не прозвучало, лишь местный священник прочитал заупокойную молитву. Гроб опустили в могилу, забросали землей, выровняли холмик, установили четырехгранный металлический обелиск со звездой и табличкой с указанием фамилии, имени, отчества, даты рождения и смерти. Через месяц Кузьме Федоровичу исполнилось бы восемьдесят семь лет.
Толпа разошлась, машины с музыкантами, милиционерами и военными уехали, на кладбище у могилы остался Матвей, старушка - соседка Кузьмы Федоровича, помогавшая на похоронах, подсказывавшая очередность церемонии, да отделение спецназа, не решившееся принять участие в похоронах и ожидающее Матвея за оградой кладбища в тридцати шагах.
Сидя на скамеечке у могилы, Матвей снова попытался выйти в меоз, и снова у него это не получилось. Утешало лишь одно: отключение его от ментала, всеобщего информационного поля мира, означало только существенное сужение чувственной сферы, возможности глобальной оценки ситуации, но оно не ограничивало природных возможностей Матвея, его способности жить в ускоренном режиме. Справившись с реакцией организма на попытку выхода в меоз, он поклонился свежей могилке деда, потом старушке, смотревшей на него слезящимися глазами, и пошел ко второму выходу с кладбища, выходящему в сосняк. Четверка оперов направилась следом, не отставая, вдоль забора, но и не делая попыток догнать, из чего Матвей сделал вывод, что кладбище перекрыто как минимум еще двумя группами. Усмехнулся про себя, подумав: зауважал меня, однако, Первухин.
Подождав за оградой кладбища, пока четверка крепких молодых людей подойдет ближе, Матвей внезапно шагнул к ним и спросил, окидывая взглядом всех и определяя, кто из них опаснее:
- Кто старший группы?
Парни переглянулись. Самый крупный, в берете на бритой голове, круглолицый, налитой крутой силой, покачал головой:
- Вы, наверное, приняли нас не за тех, кто мы есть.
- А кто вы? - простодушно осведомился Матвей, готовясь к режиму ускорения.
- Мы из подразделений ПАН и ПРОПАЛ. И ничего смешного в этом я не вижу, - добавил круглолицый, видя, что Соболев улыбнулся. - ПАН - это подразделение активного наведения, ПРОПАЛ - подразделение разовой оперативно-агентурной ликвидации.
- Почему разовой? - с тем же простодушным видом полюбопытствовал Матвей, заставляя сердце начать разгон.
- Потому что после операции подразделение, как правило, подлежит уничтожению, - любезно ответил круглолицый. - Все мы - вселенные в тела людей психоматрицы иерархов и после необходимой коррекции покидаем тело-носитель, которое получает приказ на самоликвидацию.


скачать книгу I на страницу автора

Страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 [ 35 ] 36 37 38 39 40
ВХОД
Логин:
Пароль:
регистрация
забыли пароль?
РЕКЛАМА

Сертаков Виталий - Рудимент
Сертаков Виталий
Рудимент


Шилова Юлия - Встреча с мечтой, или Осторожно: разочарованная женщина!
Шилова Юлия
Встреча с мечтой, или Осторожно: разочарованная женщина!


Афанасьев Роман - Там, где радуга встречается с землей
Афанасьев Роман
Там, где радуга встречается с землей


   
ВЫБОР ПОЛЬЗОВАТЕЛЯ

Copyright © 2006-2015 г.
Виртуальная библиотека. При использовании материалов - ссылка на сайт обязательна .....

LitRu - Электронная библиотека