Виртуальная библиотека. Русская и зарубежная фантастика, фэнтези, детективы, триллеры, драма, историческая и  приключенческая литература, философия и психология, сказки, любовные романы!!!
главная | новости библиотеки | карта библиотеки | ссылки
РАЗДЕЛЫ
Детектив
Детская литература
Драма
Женский роман
Зарубежная фантастика
История
Классика
Приключения
Проза
Русская фантастика
Триллеры
Философия

КНИГИ ПО АЛФАВИТУ
... А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я

АВТОРЫ ПО АЛФАВИТУ
А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я

ПАРТНЕРЫ



ПОИСК
Введите фамилию автора:
Поиск от Google:



скачать книгу I на страницу автора
* Простужена (фр.).
** В фиакре по делам (фр.).

Глава XIV
"ПРАЗДНИК"
Как только Жоржетта выздоровела, мадам отослала ее в деревню. Мне стало
грустно - я любила эту девочку, и разлука с ней усугубила мое одиночество.
Но мне не следовало бы жаловаться. Я жила в доме, где кипела жизнь, и могла
бы завести приятелей, если б сама не предпочла уединения. Все учительницы по
очереди делали попытки завязать со мной самые близкие отношения, я всех их
испробовала. Одна из них оказалась достойной женщиной, но ограниченной,
нечуткой и себялюбивой. Вторая, парижанка, при благородной внешности, в душе
была растленной особой без убеждений, без правил, без привязанностей; под
внешней благопристойностью вы обнаруживали низкую душу. Она отличалась
поразительной страстью к подаркам, и в этом от ношении третья учительница,
вообще-то особа бесхарактерная и незаметная, была весьма на нее похожа, с
той лишь разницей, что ей была свойственна алчность. Ею владела страсть к
деньгам как таковым. При виде золотой монеты ее зеленые глаза загорались -
такое редко приходится наблюдать. Однажды она, в знак глубокого ко мне
расположения, повела меня наверх и, открыв потайную дверцу, показала свой
клад - кучу шероховатых больших пятифранковых монет общей суммой примерно в
пятнадцать гиней. К этому кладу она относилась с такой же любовью, с какой
птица относится к снесенным ею яйцам. Это были ее сбережения. Она часто
говорила мне о них с таким безумным и неослабным обожанием, которое странно
наблюдать в человеке, не достигшем еще двадцатипятилетнего возраста.
Парижанка же, напротив, была расточительной (во всяком случае, по
склонностям, а на деле - не знаю) и злобной. Змеиная головка ее злобы
мелькнула предо мною на мгновение лишь однажды. Я успела уловить, что это
весьма диковинная гадина, и необычность этого создания разожгла мое
любопытство - если бы она выползла смело, я, возможно, сохранила бы
философское спокойствие, не отступила бы и хладнокровно рассмотрела всю
длинную тварь от раздвоенного языка до покрытого чешуей кончика хвоста, но
она лишь зашуршала в листках скверного бульварного романа и, натолкнувшись
на опрометчивое и неразумное изъявление гнева, юркнула меж страниц и
скрылась. С тех пор парижанка меня возненавидела.
Она постоянно была в долгах, так как еще до получения жалованья
приобретала на всю сумму не только туалеты, но и духи, косметические
снадобья, сласти и разные пряности. Как равнодушна и бессердечна была эта
женщина ко всему, кроме наслаждений! Вот она словно стоит передо мною:
худощавая, тонкое бледное лицо с правильными чертами, прекрасные зубы, узкие
губы, крупный выступающий вперед подбородок, большие, но совершенно ледяные
глаза, выражавшие одновременно мольбу и неблагодарность. Она смертельно
ненавидела всякую работу и обожала нелепо, бездушно, бессмысленно расточать
время, что в ее понимании и было истинным наслаждением.
Мадам Бек отлично понимала ее характер. Как-то она заговорила со мной о
ней, и в ее словах я ощутила своеобразное смешение проницательности,
равнодушия и неприязни. Я спросила, почему она не увольняет эту особу. Она
ответила откровенно: "Потому, что мне так выгоднее", - и отметила уже
известное мне обстоятельство - мадемуазель Сен-Пьер обладала исключительной
способностью держать в повиновении обычно непокорных школьниц. От нее
исходила парализующая сила - спокойно, без шума и принуждения она сковывала
их, как безветренный мороз сковывает бурный поток. В приобщении детей к
наукам от нее было мало проку, но зато никто не мог превзойти ее в умении
держать учениц в строгости и добиваться выполнения всех правил приличия. "Je
sais bien qu'elle n'a pas de principes, ni, peut-etre, de moeurs"*, - честно
признавалась мадам, но всегда с философским видом присовокупляла: "son
maintien en classe est toujours convenable et rempli meme d'une certaine
dignite; c'est tout ce qu'il faut. Ni les eleves ni les parents ne regardent
plus loin; ni, par consequent, moi non plus"**.
______________
* Я прекрасно знаю, что она беспринципна и, возможно безнравственна
(фр.).
** Но в классе она держит себя всегда надлежащим образом и, может быть,
даже с некоторым достоинством, а это все, что требуется. Ученицы и их
родители большего и не желают, следовательно, и я тоже (фр.).
Пансион наш представлял собой странный, взбудораженный и шумный мирок.
Прилагались огромные усилия, чтобы скрыть цепи под гирляндами цветов, тонкий
аромат католицизма пропитал всю жизнь школы: снисходительное отношение к,
так сказать, земным радостям уравновешивалось строгими запретами в духовной
сфере. Юный разум складывался под давлением законов рабства, но дабы дети не
слишком много размышляли на эту тему, использовался любой предлог для игр и



телесных упражнений. В нашей школе, как и повсюду в Лабаскуре, церковь
стремилась воспитать детей сильных телом, но слабых духом - полными,
румяными, здоровыми, веселыми, невежественными, бездумными,
нелюбознательными. "Ешь, пей, живи! - внушает церковь. - Заботься о своем
теле, а о душе позабочусь я. Я исцеляю ее и руковожу ею. Я обеспечиваю ей
спасение". Эту сделку каждый истинный католик считает для себя выгодной. А
ведь подобные же условия предлагает и Люцифер: "Тебе дам власть над всеми
сими царствами и славу их, ибо она предана мне, и я, кому хочу, даю ее,
итак, если ты поклонишься мне, то все будет твое".
В это время года, т.е. в разгар лета, в доме мадам Бек начиналось такое
веселье, какое только можно допустить в учебном заведении. По целым дням
широкие двери и двустворчатые окна стояли открытыми настежь, солнечный свет,
казалось, навечно слился с воздухом, облака уплыли далеко за море и,
наверное, отдыхали где-нибудь подле островов, таких, например, как Англия
(милая страна туманов), навсегда покинув засушливый континент. Мы проводили
в саду больше времени, чем в доме, - вели занятия и ели в "grand berceau"*.
Кроме того, уже чувствовалась подготовка к празднику, что давало право почти
на полную свободу. До осенних каникул оставалось всего два месяца, но еще
раньше предстояло празднование великого дня - именин мадам, которые
отмечались очень торжественно.
______________
* Большой беседке (фр.).
Подготовкой к этому дню руководила главным образом мадемуазель
Сен-Пьер. Мадам же держалась от всего в стороне, якобы не ведая, что
готовится в ее честь. Ей-де не известно, она и не подозревает, что ежегодно
со всей школы по подписке собирают деньги на достойный ее подарок.
Тонкий и тактичный читатель предпочтет, вероятно, опустить в
последующем повествовании описание краткого тайного совещания по упомянутому
вопросу, происходившего в комнате мадам.
- Что вы хотите получить в этом году? - спросила приближенная к мадам
парижанка.
- Ах, совершенно все равно! Не стоит об этом говорить! Пусть у бедных
детей останутся их франки. - И мадам приняла кроткий и скромный вид.
Тут Сен-Пьер обычно выдвигала вперед подбородок; она знала мадам как
свои пять пальцев и всегда называла мину "bonte"* у нее на лице "des
grimaces"**.
______________
* Кротости, доброты (фр.).
** Гримасой (фр.).
- Vite!* - изрекла она ледяным тоном. - Назовите нужный предмет. Что вы
хотите - драгоценности, фарфор, гребешки-ленты или серебро?
______________
* Побыстрее! (фр.).
- Eh bien! Deux ou trois cuillers, et autant de four-chettes en
argent*.
______________
* Ну ладно! Столовое серебро - две или три ложки и столько же вилок
(фр.).
В результате переговоров появлялась нарядная коробка со столовым
серебром стоимостью в 300 франков.
Программа праздничной церемонии состояла из вручения подарка, легкой
закуски в саду, спектакля (в исполнении учениц и учителей), танцев и ужина.
Помнится, все это производило великолепное впечатление. Зели Сен-Пьер
понимала толк в таких вещах и искусно устраивала подобные развлечения.
Главным пунктом программы был спектакль, к которому начинали готовиться
за целый месяц. Умения и осторожности требовал прежде всего отбор актеров;
затем приступали к урокам декламации, балетных движений, после чего
следовали бесконечные утомительные репетиции. Не трудно догадаться, что для
этого Сен-Пьер уже не годилась, так как возникала необходимость в знаниях и
способностях иного рода. Ими обладал преподаватель литературы - мосье Поль
Эманюель. Мне никогда не приходилось бывать на его занятиях по актерскому
мастерству, но я нередко видела, как он проходит по квадратному вестибюлю,
соединяющему жилое помещение с учебным, а в теплые вечера мне доводилось
слышать через открытые двери, как он ведет уроки; и вообще о нем без конца
рассказывали всякие истории, в том числе и смешные. Особенно любила
упоминать о его изречениях и рассказывать о его поступках наша старая
знакомая, мисс Джиневра Фэншо, - ей была поручена важная роль в этом
спектакле, - которая удостаивала меня чести проводить значительную долю
своего свободного времени в моем обществе. Она считала мосье Поля страшным
уродом и изображала ужасный испуг, чуть ли не истерический припадок, когда
слышала его голос или шаги. Он и вправду был смуглым и низкорослым,


скачать книгу I на страницу автора

Страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 [ 35 ] 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70 71 72 73 74 75 76 77 78 79 80 81 82 83 84 85 86 87 88 89 90 91 92 93 94 95 96 97 98 99 100 101 102 103 104 105 106 107 108 109 110 111 112 113 114 115 116 117 118 119 120 121 122
ВХОД
Логин:
Пароль:
регистрация
забыли пароль?
РЕКЛАМА

Шилова Юлия - Откровения содержанки, или На новых русских не обижаюсь!
Шилова Юлия
Откровения содержанки, или На новых русских не обижаюсь!


Зыков Виталий - Конклав бессмертных. В краю далеком
Зыков Виталий
Конклав бессмертных. В краю далеком


Головачев Василий - Мечи мира
Головачев Василий
Мечи мира


   
ВЫБОР ПОЛЬЗОВАТЕЛЯ

Copyright © 2006-2015 г.
Виртуальная библиотека. При использовании материалов - ссылка на сайт обязательна .....

LitRu - Электронная библиотека