Виртуальная библиотека. Русская и зарубежная фантастика, фэнтези, детективы, триллеры, драма, историческая и  приключенческая литература, философия и психология, сказки, любовные романы!!!
главная | новости библиотеки | карта библиотеки | ссылки
РАЗДЕЛЫ
Детектив
Детская литература
Драма
Женский роман
Зарубежная фантастика
История
Классика
Приключения
Проза
Русская фантастика
Триллеры
Философия

КНИГИ ПО АЛФАВИТУ
... А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я

АВТОРЫ ПО АЛФАВИТУ
А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я

ПАРТНЕРЫ



ПОИСК
Введите фамилию автора:
Поиск от Google:



скачать книгу I на страницу автора

- Сурово! - вымолвил притихший Василий. - Но Матвея не так-то легко взять, вы же знаете его возможности. К тому же он получил недавно пакет наставлений по системе... - Василий прикусил язык, понимая, что проговорился.
- Все-таки Горшин-отступник добился своего, - еще больше погрустнела Ульяна. - Передал Матвею тайную систему касаний смерти.
- Он никогда не станет применять ее без нужды!
- Верю, и все же... - Девушка едва прикоснулась вилкой к кусочку форели в тарелке. - Это не панацея от гнева иерархов. А они тоже настроены против Соболева.
- Они-то почему? Какие их планы он нарушил?
- Пока никакие. Но в будущем...
- Иерархи способны видеть будущее?
- Как и все люди Круга.
- И они боятся, что Матвей вмешается в их дела? Чушь какая-то!
Ульяна неопределенно пожала плечиком, и это движение почему-то убедило Василия в том, что девушка знаете способностях Соболева гораздо больше, чем говорит о них.
- Ну и дела у вас творятся в высших сферах! - фыркнул он. - Какой уж там идеал!
- Идеальное общество невозможно построить в принципе. Во всяком случае, в нашем секторе "розы реальностей", где царствуют Инсекты. Структура власти, как у нас на Земле, так и в других реальных слоях Мироздания, где живут иерархи, перенесена прямо из термитника... или муравейника: вождь или командир с помощью палачей и ликвидаторов, держа в страхе подчиненных, живут в свое удовольствие... а главным для них было и остается одно: иметь власть и не работать; тогда при всей умственной ограниченности и духовно-психической их неполноценности, неумении что-то делать, можно жить лучше тех, кто знает, умеет и делает.
- Вот это да-а! - присвистнул Василий. - Кошмар! И у вас... людей Круга - то же самое?!
- Люди Круга - такие же потомки насекомых, как и остальные люди, разве что мудрее и ответственнее. Они-то как раз и не хотят вмешиваться во властные разборки. У иерархов амбиций больше, в нашей запрещенной реальности они хотят контролировать любые процессы, стоять над законами, сами быть законами.
С минуту они не разговаривали, делая вид, что поглощают остывшую форель. Потом Василий поднял голову.
- Каковы же наши шансы? Что вы предлагаете сделать?
Ульяна поняла Балуева, словом "наши" определившего степень своего личного участия в судьбе Матвея Соболева.
- В принципе надо остановить грядущий "черный передел" власти, войну всех против всех. Союз Девяти решил правильно: для достижения этой цели достаточно устранить сильные политические фигуры, которые вы знаете. Это самый простой способ. Есть еще один - нейтрализация этих фигур, выключение из сферы реальной власти с помощью дискредитации, безболезненного ухода в отставку. Но этот способ не сработал, несмотря на провокационные натравливания спецслужб одна на другую. Союз Девяти начал торопиться. Нам же торопиться надо не спеша. Может быть, стоит обратиться напрямую к президенту, заставить его поверить в сценарий войны. Может, достаточно будет подключить к решению проблемы начальника службы безопасности президента... Я не знаю, что нужно сделать.
- Не думаю, что ключ к решению - в подключении Коржакова, - сказал Василий, удивляясь, с какой легкостью Ульяна оперирует чисто мужскими понятиями и категориями. - Он спит и видит себя вторым лицом в государстве... если не первым.
- Не судите того, кого мало знаете. Коржаков властолюбив, но искренне верит в идеалы справедливости и чести.
"Что не помешает ему стать вторым Дудаевым или диктатором помощней, когда он придет к власти", - подумал Василий.
Помолчали еще некоторое время. Ульяна рассеянно поглядывала по сторонам, оценивая вечерние туалеты дам, Василий больше смотрел на нее и никак не мог настроиться на деловой лад. Чтобы как-то справиться с неловкостью, он пробормотал:
- И все же я не понимаю, чем Соболев может угрожать иерархам?
- Он по рождению - проникающий, то есть обладает способностью черпать из астрала и ментала любую информацию. А после коррекции Горшина Матвей приобрел возможность преодолевать порог взаимодействий реальностей, хотя и не знает, как этим воспользоваться.
- И как же?
- Представьте, что эхо вашего крика отозвалось за тридевять земель и вызвало горную лавину. Соболев может вызвать "лавину" в глубинах Мирозданий.
Василий с недоверием хмыкнул.
- Тогда почему вы беспокоитесь за его жизнь, если он может сам за себя постоять?
- Иерархи поставили эго-блок на его астральной частоте. Иными словами, заблокировали ему выход в поля информации астрала и ментала. Так поступили когда-то и с Горшиным.
Василий не нашелся что сказать и молча пил кофе, пока не задал еще один вопрос:
- Почему все-таки Аморфы сделали Изменение?
- Предтечи человечества - Инсекты - добились слишком большой и опасной власти над природой, чтобы им позволили жить дальше. Но на эту тему поговорите лучше с Матвеем, он знает причину.
- А как выглядели Аморфы?
Ульяна перестала оглядывать зал, с мягкой улыбкой развернула салфетку на столе.
- Карандаш или ручка есть?
Василий достал свой "паркер", и девушка изобразила внешний вид Аморфа:

мыслящее на уровне "сотворения миров",
живое,
мыслящее на уровне человеческого социума,
полуживое,
чувствующее и понимающее
на атомарно-молекулярном уровне,
неживое.

Василий ожидал увидеть жуткое чудовище, кошмарного монстра, поэтому был удивлен и разочарован.
- Так... просто?
Ульяна засмеялась.
- Это лишь схема. Аморф - не существо, а разумная система, живущая во многих измерениях... К сожалению, мне уже пора идти.
- Я провожу... - Но Василий вдруг почувствовал на своей спине острый, прицеливающийся взгляд и увидел, как изменилось лицо Ульяны.
- Сидите спокойно, - посмотрел он на нее.
- Уходите! - тихо и быстро сказала девушка.
- Черта с два!
- Вы мне все равно не поможете, а сами пострадаете.
- Это мы еще посмотрим. Неужели это обещанная вами "волна выключения"? Так скоро?
- Уходите же!..
В следующее мгновение Василий, определивший направление взгляда Ульяны, метнул бокал в щель портьеры, скрывающей выход в подсобные помещения, откуда высунулась рука с пистолетом. Впрочем, это был не обычный пистолет, а "глушак", Василий узнал его мгновением позже, посылая в ту же сторону и авторучку. А затем прыгнул за нею следом сам - мимо остолбеневшего официанта
Бокал с шампанским угодил обладателю "глушака" в грудь, разлетелся на стеклянные брызги, сбив прицел, и луч суггестора накрыл столик рядом с тем, за которым сидела Ульяна. Авторучка же, запущенная Балуевым со знанием дела, вонзилась в руку, которая держала "глушак*. Второго выстрела не последовало. Нападавший с тихим вскриком выпустил его, а в следующий миг рядом с ним появился Василий и послал этого человека (приличный черный костюм, галстук-бабочка, прилизанные волосы, бледное лицо типичного администратора) в глубокий транс прямым сомэн-цуки дзёдан73. Забрал "глушак", выглянул из-за портьеры, молча поманил Ульяну. Прошло всего несколько секунд с момента нападения, и шум в зале еще не возник, официанты все как по команде успели лишь оглянуться в направлении кухни.
Оказавшись за портьерой, они выбрались затем в коридорчик, выходящий во двор клуба, встретив по дороге у раскрытой двери на склад лишь двух курящих девиц в платьях-"перчатках". Василий прошел мимо, поддерживая Ульяну под локоток, делая вид, что они вышли по той же причине - покурить, но обострившаяся интуиция внезапно подсказала ему, что надо делать в следующее мгновение.
Толкнув Ульяну вперед, к выходу, Василий, не оборачиваясь, ударил ногой за спину, попал (изумленно-сдавленный вскрик одной из девиц), нырнул на пол, увертываясь от удара второй девицы, и достал ее ногой, ударив по ногам и сразу определив, что туфли на девице - с металлическими накладками на носах и металлическими каблуками. Такие могли принадлежать только воительницам из батальона "Щит", Василий это хорошо помнил.
Извернувшись, он прыгнул выгибом вперед на ноги, встретил блоком удар первой девицы и без жалости ответил в стиле Джет Кун До74, перебив ей ключицу. Второй "амазонке", владеющей жестким карате на уровне третьего дана, он показал уход с линии атаки и тычковый удар в нервный узел под левой грудью. Не оглядываясь, догнал Ульяну, уже ждущую у выхода, снова переживая потрясение от красоты ее лица (огромные глаза, пунцовые полуоткрытые губы, изящный нос, линия изогнутых бровей). Выглянул во двор и, никого не заметив, первым вышел в холод октябрьского вечера.
Оставив Ульяну на улице в тени деревьев, за толстым стволом акации, он вернулся в клуб за своей курткой и плащом спутницы. Потом поймал такси, уже не опасаясь повторного нападения, и отвез девушку на Самотеку, где она, по ее словам, остановилась у подруги. Прощаясь, сказал, придерживая ее руку в своей:
- Почему бы вам не держаться всем вместе? Самандару, Парамонову и вам? Легче было бы отбиваться.
Ульяна не спешила отнимать руку и только покачала головой.
- Во-первых, мы не можем все время быть вместе. Во-вторых, не имеет смысла постоянно прятаться, убегать. В-третьих, я не уверена, что они приходили за мной. Слишком примитивен... - Она залилась.
- ...Уровень "выключения"? - подсказал слегка оскорбленный Василий, в глубине души понимая, что девушка права.
- Не обижайтесь, - шепнула Ульяна, прижав его руку к своей груди. - Посвященных наказывают иначе. Спасибо вам... за все... и берегите Матвея. - Она исчезла за дверью подъезда (Василий уже обследовал его), но тотчас вернулась. - На всякий случай запишите телефоны Парамонова и Самандара.
- Я запомню, говорите.
Ульяна продиктовала номера, махнула рукотй и исчезла, оставив после себя легкий аромат духов, одной ей присущего запаха и какого-то особого свечения, напоминающего ауру. Василий окунулся в эти запахи, в это свечение, зажмурив глаза, постоял немного, страстно желая, чтобы девушка опять вернулась и позвала его. Так и не дождавшись желаемого, побрел к метро.
По мере того как он удалялся от дома Ульяны, самообладание возвращалось к нему, улучшалось настроение, хотелось работать, восстановилась способность трезво смотреть на вещи. И тут же вспомнились советы Ульяны, касающиеся Соболева. Когда Балуев подъехал к своему дому, главным его ощущением была тревога за друга. Но тем не менее Василий понимал, что образ Ульяны отныне будет неотступно сопровождать его повсюду, маня и притягивая.
Гостя в квартире он почувствовал, едва переступив порог прихожей. Бесшумно открыл шкафчик для обуви, вытащил пистолет, сделал два шага к гостиной и услышал голос:
- Не поднимайте шума, Василий Никифорович.
Он вошел в комнату и увидел сидящего в кресле комиссара-два "Чистилища" Рыкова.
- Извините за вторжение, но я счел этот способ контакта наиболее приемлемым.
- Что вам надо? - Василий демонстративно переложил пистолет из правой руки в левую.



- У нас к вам деловое предложение...
- Наподобие того, что вы сделали Соболеву? - Балуев сказал первое, что пришло в голову, и по реакции гостя понял, что попал в точку. Оживился, честно признался: - Разрази меня гром! Никогда бы не подумал, что вы - член Союза Девяти!
- Откуда вы... знаете? - почти беззвучно выговорил Рыков.
- Собака воет - ветер носит... Меня только что хотели "выключить". Не с вашей ли подачи? Хотя, наверное, еще рано. Однако разговора у нас с вами не получится. Уходите!
Рыков молча встал, прошел в прихожую, обернулся.
- Не знаю, откуда вам стало известно о Союзе Девяти, хотя и догадываюсь. Самандар? Парамонов? Не суть важно. Но вы себя поставили в очень неловкое положение, ганфайтер, поставили в положение дичи. Вам не сказали, что мы всегда добиваемся поставленной цели?
Василий выстрелил. Пистолет был с приставкой глушителя и гильзоуловителя, поэтому звук выстрела походил скорее на хлопок в ладони. Пуля прошла в миллиметре от уха Рыкова, вонзилась в портрет президента на стене.
- Вы тоже сделали ошибку, господин комиссар, - сказал Василий ровным голосом. - В случае чего я буду знать, кого искать.

ПЕНА ПЕРВОЙ "ВОЛНЫ ВЫКЛЮЧЕНИЯ"

Матвей вышел из машины, захлопнул дверцу и, не успев сделать и шага, ощутил всем телом колоссальной силы удар.
Впечатление было такое, будто удар был нанесен по каждой клеточке тела, причем не только по наружному покрову, но и внутри! Боль ощущалось всюду, адская боль...
Очнулся он от тишины.
Стоял, пустой и звонкий, очищенный от шелухи каких бы то ни было мыслей и чувств, онемевший, в непонятном, странном мире, где были разлиты покой и неподвижность. Нет-нет!.. Матвей находился все там же, куда и приехал: это было подмосковное Бутово, справа - бетонный забор воинской части, слева гастроном, почта, пивной бар... Все осталось на своих местах, словно удар, отключивший Соболева на какое-то время от реальной действительности, не подействовал на урбанистический пейзаж. Но стоило повнимательней оглядеться, как становилось понятно, что подействовал.
Здесь не было видно ни единого человека, не было слышно ни звука торопливой человеческой жизни. Застыли коробки троллейбусов и автобусов, пустые, как скорлупа съеденных орехов; обезлюдели тротуары, подъезды домов, дороги. Исчезли пешеходы, пассажиры и водители машин, затихли магазины и рынок невдалеке. А над вымершим городом тускло застыл светящийся лик скорбящей Богородицы...
Озираясь, Матвей сделал шаг назад, к машине, задел что-то ногой - оказалось, огромный арбуз, который откатился к бордюру тротуара, ударился о него и раскололся. Но вместо семечек из сахарно-красного нутра посыпались... тараканы!
Матвея так и передернуло, но прежде, чем проснуться, он пригляделся к насекомым и понял, что это вовсе не тараканы, а крохотные человечки!..
Когда открыл глаза, то не сразу сообразил, что лежит на узкой и жесткой кровати в камере с единственным зарешеченным окном и голыми стенами. За дверью с круглым смотровым глазком слышались голоса, шаги, позвякиванье ключей, гул открываемых дверей. Матвей проснулся как раз перед побудкой.
Все еще размышляя о деталях сна, он внезапно осознал, что этот сон - предупреждение! Причем адресован не ему лично, а всем принимающим, видящим суть вещей, и означает одно: кто-то из глубин реальных слоев Мироздания, иерархи либо Аморфы, чье терпение не беспредельно, передал последнее предупреждение о грядущем Изменении!
Матвей вспомнил свой последний разговор с Парамоновым.
- По сути, мы - единственные оставшиеся представители рода хомо сапиенс во Внутреннем Круге, - сказал Иван Терентьевич. - Наблюдаются все характерные признаки эволюционного тупика - гипертрофия функций, приводящая к прогрессивно растущему нарушению законов и гармонии. Например, то же самое наблюдалось и при Инсектах, и в эпоху мезозоя у ящеров - ничем не оправданное увеличение размеров и массы рогов, панцирей, когтей и зубов, клыков у саблезубых тигров и львов. У человека же рогам и зубам адекватна технология уничтожения: химическое, бактериологическое, ядерное оружие, и самое страшное - психотронное, изменяющее сущность человека, превращающее живых людей в "зомби", готовых выполнить любой приказ. Стоит ли удивляться тому, что в какой-нибудь прекрасный момент Аморфы или кто-то другой сделает другое Изменение?..
- Нас тогда уже не будет, - проговорил Матвей.
- Кто знает? - печально ответил Парамонов. - Может быть, это произойдет завтра?..
- Если это и произойдет, - сказал Матвей, возвращаясь к яви камеры внутренней тюрьмы ФСБ, - то не по моей вине.
Теперь он был абсолютно уверен, что сон, только что увиденный им, на самом деле является предупреждением. Может быть, последним...
Сделав зарядку и сходив на завтрак с десятком других заключенных, сидевших в камерах-одиночках, Матвей вернулся в свою клетку и стал экспериментировать с медитацией. Но ни одна попытка выйти в астрал не прошла! Состояние меоза не наступало. Это означало, что Матвея, как когда-то Тараса Горшина, отключили от всемирного поля информации. Полагаться он теперь мог только на свои природные данные и развитую интуицию.
То, что выход в ментал заблокирован, Соболев понял еще вчера вечером, попытавшись подняться на уровень астрала, позволяющий видеть-чувствовать родственные души, связываться тонкими энергиями с любимым человеком. Но ни Кристина, ни Ульяна, ни Василий со Стасом не отозвались даже в чувственной сфере, и Матвей прекратил попытки, испугавшись мрачной перспективы. Следовало разобраться в этом положении, прикинуть резко сузившиеся возможности и действовать адекватно обстоятельствам. Действовать, а не предаваться унынию.
И все же потеря была велика!
Неясное чувство тревоги заставило Матвея сосредоточиться на своих ощущениях, и в то же мгновение он нырнул с койки на пол.
Странный звук - словно лопнул стеклянный бокал - коснулся его слуха, и над спиной возникла тонкая смертельная струна, протянувшаяся от двери к стене. Матвей увидел ее, потому что готов был увидеть: струна была лучом инфракрасного лазера или еще какого-то излучателя. "Игла Парабрахмы" - тотчас всплыло в памяти название оружия Инсектов. Потом забрезжила и догадка...
Матвей полежал на полу, прислушиваясь к звукам в коридоре, но ничего не услышал и осторожно приблизился к выходу. На высоте полугора метров из двери торчал металлический штырь длиной в сантиметр, направленный чуть наискосок, в сторону койки. Матвей подошел к ней и над подушкой в штукатурке увидел сантиметровое отверстие. Пришла трезвая мысль: если бы он своевременно не свалился с койки, точно такая же дырка появилась бы в его голове с одной стороны, а штырек - с другой.
В него выстрелили не из лазера, а из "дырокола"!
Измерив шагами периметр камеры - шесть шагов в длину, четыре в ширину, - Матвей принял решение. Подошел к двери, несколько раз ударил в нее кулаком. Через минуту с глазка откинулась шторка, сверкнул чей-то глаз.
- Чего шумишь?
- Передай начальству, я должен поговорить с генералом Первухиным. Срочно!
Глазок захлопнулся.
За Соболевым пришли через полчаса. Две гориллы в черных мундирах вошли в камеру, привычно обыскали арестанта и вывели в коридор. Матвей посмотрел налево, встретил взгляд дежурного и подмигнул ему. Во взгляде верзилы отразилось беспокойство, но лицо осталось неподвижным. Вряд ли "дыроколом" воспользовался он - скорее всего, возле камеры останавливался кто-то из начальников изолятора. Узнать бы, кто именно...
Соболева повели во двор, потом - в левое крыло особняка, соседствующего со зданием тюрьмы, передали трем молодым мужчинам в штатских костюмах. Пропетляв по переходам между зданиями, коридорам и лестницам, конвоиры доставили арестованного на третий этаж, в приемную начальника Управления спецопераций. Сами остались в коридоре. В приемной Матвея ждали еще двое крепких парней и адъютант генерала, подтянутый седой подполковник. Кивком он указал на дверь в кабинет Первухина.
- Не задерживайся.
Кабинет генерала был меньше, чем представлял себе Матвей, и казался каким-то неухоженным, неуютным. Видимо, Первухин появлялся здесь редко. Кроме самого хозяина, тут находился его второй заместитель полковник Андреев, симпатичный крепыш с выгоревшими бровями и соломенными усиками.
- Надеюсь, его предложения будут весомыми, - сказал он, обращаясь к Первухину, но глядя на Соболева. - Хотя веры ему все равно нет никакой.
- Именно об этом я и хотел поговорить. О вере, - кивнул Матвей, подойдя к массивному рабочему столу генерала. - Сотрудничать я с вами больше не собираюсь, так как вижу, к чему все это может привести. Убийцей сделать меня вам не удастся, какими бы высокопарными ни были разговоры о важности цели. А поскольку только что в меня стреляли из "дырокола", то финал ясен. Я даже не буду выяснять, кто это сделал и по чьему приказу.
- Ерунда какая-то! - сердито проговорил Андреев.
- Вы серьезно? - поднял брови Первухин. - В вас стреляли?!
- Шучу я редко и только со своими друзьями, - тихо ответил Матвей. - А теперь, генерал, мы с вами пройдемся к выходу и расстанемся. На воле у меня много неотложных дел.
- Как это - пройдемся? - не понял Андреев.
Первухин сделал движение рукой, и в то же мгновение Матвей в режиме ускорения перелетел через стол, парализовал руку генерала и буквально снял ее с кнопки звонка. Затем, почти не меняя позы, над столом нанес удар ногой по подбородку полковника, схватившегося было за кобуру пистолета.
- Прошу прощения, - все так же тихо сказал Матвей упавшему вместе со стулом заму Первухина. - Но третий - лишний. - Повернул голову к генералу. - Надеюсь, вы понимаете, что терять мне нечего?
Первухин посерел от боли, но нашел силы улыбнуться.
- Директор меня уволит к чертовой матери! Нельзя ли как-нибудь вернуть руке чувствительность? Обещаю сделать все, что требуется.
Находя нужные точки, Матвей сдавил локоть генерала, и, судя по заблестевшим глазам пострадавшего, рука стала слушаться.
- Дьявол! Надо признаться, вы все-таки великий мастер, но ни черта не смыслите в политике, живете в придуманном мире, где еще сохранился дух рыцарства... давно сдохший в реальной жизни. Идемте! - Первухин обрел прежний властный вид и пошел к двери. На пороге кивнул на лежащего Андреева. - Он не окочурится?
- Не беспокойтесь, через полчаса очнется.
Они вместе вышли в приемную, пересекли ее под взглядами вскочивших со стульев адъютанта и телохранителей генерала.
- Мы сейчас вернемся, - глянул через плечо Первухин. - Подготовьте телезапись.
- Проводить? - спросил старший группы охраны.
- Не надо, мы ненадолго.
Те же слова Первухин повторил и двум конвоирам в коридоре, приказав им никуда не отлучаться.
В молчании они с Соболевым пересекли холл, спустились по лестнице на первый этаж и, миновав пропускной пост в конце крыла здания, вышли в переулок. Прошло ровно шесть минут с момента их выхода из кабинета, и время у Матвея, чтобы скрыться, еще оставалось.
На небольшом пятачке, образованном узорчатой решеткой забора, торцом здания и изгибом переулка, стояли три машины. В одной из них - великолепном белом "линкольне" типа "марк-8" - сидел шофер и курил, ожидая кого-то. Первухин посмотрел на него, потом на Матвея, спрятал в глазах насмешливый огонек и подошел к автомобилю. Достал удостоверение:
- Генерал Первухин, начальник УСО. Этому молодому человеку срочно требуется попасть по назначению.
- Но я жду полковника Баканова...
- Я передам полковнику, чтобы он полчаса потерпел. Долго вас этот молодой человек не задержит.
- Ну, коль приспичило, поехали.
- Спасибо, - сказал Матвей, пристально разглядывая Первухина; в принципе он не рассчитывал, что с такой легкостью удастся освободиться. - Жаль, что так получилось, генерал.
- Я понимаю, вы тоже мне симпатичны, майор, но... лучше бы вы этого не делали.
Матвей обошел машину, сел радом с шофером, и "линкольн" почти беззвучно тронулся с места, вливаясь в поток машин на площади.
Он и в самом деле долго чужой транспорт не задержал, отпустил машину возле станции метро "Боровицкая", не сказав водителю, молодому бородатому мужику с крестом на шее, ни слова. Проехал одну остановку, пересел на "Чеховской" на другую ветку и через полчаса был в квартире у Василия.
- Тебя выпустили? - тупо спросил Василий, ошеломленный неожиданным появлением того, кого он вознамерился спасать.
- Сам ушел, - ответил Матвей, ощущая потребность обнять друга и с трудом преодолевая это желание. - Ты куда это собрался?
- Тебя выручать. - Василий, одетый в полувоенный комби, подумав, вернулся в гостиную. - Ну, рассказывай. Завтракать будешь?
- Кофе разве что.
Василий принес кофе, и Матвей сообщил все, что с ним произошло, включая освобождение и сон.
- Ясно, - кивнул Василий, выслушав. - Ульяна была права, тебя отключили от ментала, и теперь тебе придется рассчитывать только на чистую физику да на собственную интуицию. В меоз ты уже выйти не сможешь.


скачать книгу I на страницу автора

Страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 [ 34 ] 35 36 37 38 39 40
ВХОД
Логин:
Пароль:
регистрация
забыли пароль?
РЕКЛАМА

Бажанов Олег - Времени нет
Бажанов Олег
Времени нет


Каргалов Вадим - Меч Довмонта
Каргалов Вадим
Меч Довмонта


Шилова Юлия - Слишком редкая, чтобы жить, или Слишком сильная, чтобы умереть
Шилова Юлия
Слишком редкая, чтобы жить, или Слишком сильная, чтобы умереть


   
ВЫБОР ПОЛЬЗОВАТЕЛЯ

Copyright © 2006-2015 г.
Виртуальная библиотека. При использовании материалов - ссылка на сайт обязательна .....

LitRu - Электронная библиотека