Виртуальная библиотека. Русская и зарубежная фантастика, фэнтези, детективы, триллеры, драма, историческая и  приключенческая литература, философия и психология, сказки, любовные романы!!!
главная | новости библиотеки | карта библиотеки | ссылки
РАЗДЕЛЫ
Детектив
Детская литература
Драма
Женский роман
Зарубежная фантастика
История
Классика
Приключения
Проза
Русская фантастика
Триллеры
Философия

КНИГИ ПО АЛФАВИТУ
... А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я

АВТОРЫ ПО АЛФАВИТУ
А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я

ПАРТНЕРЫ



ПОИСК
Введите фамилию автора:
Поиск от Google:



скачать книгу I на страницу автора
В сердцах я ударил себя кулаком по колену. Бок отозвался на резкое
движение медленно гаснущим сполохом тупой боли.
- На рубеже шестьдесят девятого - семидесятого годов в Европе
произошло нечто, положившее начало этому дьявольскому процессу. Как мне
узнать?
Он поправил очки.
- Ваша убежденность заражает... но вы немного ошиблись адресом. Мы -
практики, и смотрим в будущее. Для меня коммунизм вообще начался с
Ленина... Но, кажется, я могу вам помочь. Вы когда выписываетесь?
- Через неделю - полторы.
- Мы с вами обязательно встретимся еще раз. Я сделаю несколько
звонков, а потом дам вам знать о результате. Попробую вывести вас,
товарищ, на одного старого своего друга. Его зовут Эрик Дирксхорн, он швед
и работает в Стокгольме. Есть такое учреждение - центральный архив
Социнтерна. Нужные вам материалы, если они вообще существуют, могут быть
только там.
Я слушал, не веря удаче. Он снял очки и принялся протирать их носовым
платком; от этого уютного жеста стало тепло на душе.
- С его помощью вы не запутаетесь, и для вас не будет ненаходимых
документов. Есть фонды, с которыми тамошние работники предпочитают не
знакомить случайных людей - я надеюсь, благодаря Дирксхорну, вы не
попадете в эту категорию. Но, товарищ Трубецкой, еще раз... призываю вас.
Будьте осторожны с той информацией, которую, возможно, обнаружите. Буде
выявится, что люди, именующие себя коммунистами... ведут себя столь
неподобающе, - мягко сказал он об убийцах, - это может вызвать в мире
очень сильный резонанс, и он никому не пойдет на пользу, кроме самих же
этих радикалов, - он надел очки и вдруг беззащитно улыбнулся. - Если бы я
был политиком, я, вероятно, счел бы своим долгом перед приверженцами
любыми средствами мешать вам.
- Если бы вы были близоруким и неумным политиком, вы бы так и
поступили, - ответил я.
Он даже крякнул.
- Вы считаете, что я сейчас делаю ловкий политический ход?
- Бесспорно. А уж от души или от ума - другой вопрос.
- Мне и в голову это не приходило. Я просто хочу помочь вам... Если
сочтете возможным, держите меня в курсе дела, хорошо?
- Разумеется, товарищ патриарх, - сказал я и поднялся со скамейки,
понимая, что разговор окончен пока.
- Будет ужасно, если вы окажетесь правы, - произнес он грустно.
- Я намерен действовать с максимальной осмотрительностью, и конфессию
под удар не поставлю, - заверил я. Помолчал. - Со своей стороны, у меня
тоже будет просьба об осторожности.
- А в чем дело?
- Пусть о моей миссии знает как можно меньше людей. Вы, ваш Эрик,
коль скоро вы ему так безраздельно доверяете, и все. И по телефону
говорите обиняками. Ведь если я на верном пути, и они об этом узнают, они,
в отличие от вас, действительно будут мешать любыми средствами. Меня
мгновенно уничтожат.
Он взглянул буквально с ужасом.
- И самое отвратительное, что почти наверняка это будет сделано
руками человека, с которым мне и в голову не придет держаться настороже, и
который затем сам погибнет, как Кисленко, мучительной смертью. Руками
друга, или... жены, или... - я осекся и, помедлив мгновение, ушел, так и
не окончив фразы.


И СНОВА ПЕТЕРБУРГ

1
Она словно собралась ко двору. Лицо радостное, предвкушающее;
прическа, косметика, серьги, колье; строгое, закрытое темное платье до
полу, идеально подчеркивающее мягкую женственность фигуры - сердце у меня
упало: ну неужели именно сегодня ей куда-то нужно идти? Не говоря ни
слова, я обнял ее, и сразу на ощупь понял, что никуда ей не нужно - под
платьем у нее ничего не было. Это она меня так встречала.
- Наконец-то, Сашенька, - вжимаясь лицом мне в плечо, сказала она. -
Как долго... А почему ты не захотел, чтобы я приехала?
- Конспирация, - серьезно ответил я. Она чуть отстранилась,
встревоженно заглядывая мне в лицо.
- Шутишь.
- Нисколько. Меня даже из больницы не выписали, а по всем документам
перевели для долечивания в санаторий в Архызе. Это Северный Кавказ,



уединенное место. И, судя по отчетности симбирских авиакасс, я туда
улетел. Пусть там поищут, если хотят.
- Кто?
- Бармалеи.
- Так ты что - дома будешь сидеть, не выходя? - она не сумела скрыть
радости. Я плотнее прижал ее к себе. Бедная... Лучше сразу.
- Завтра вечером выйду один раз - и в Стокгольм.
Эти слова задули ее, как свечку.
- Надолго? - спросила она, помолчав.
- Надолго.
- Несколько секунд мы еще стояли, обнявшись, но она уже была, как
мертвая.
- Ужин на столе, Саша, - сказала она потом и мягко высвободилась.
- Чудесно. Я только в душ быстренько.
Везде душ хуже, чем дома. То кран реагирует нечутко, то напор воды
слабый, то свет тусклый, то неудобно мыло класть... Как я соскучился по
дому, кто бы знал! Почти целое лето провести в чужом городе, в больнице...
смотреть на листья за окном, то трепещущие на ветру, то истомно замирающие
в теплом безветрии, то прыгающие вверх-вниз или обвисающие под тяжестью
дождя - и думать: они скоро опадут, а я тут лежу... Смотреть, как медленно
ползет по кафельному неживому полу золотой прямоугольник солнечного света
и думать: скоро солнце будет едва вылезать из-за горизонта, а я тут
лежу...
Смотреть на свое серое лицо во время бритья и думать: скоро сорок, а
я тут лежу.
Очень горячий душ, потом - очень холодный душ. Как всегда, я с
удовольствием ухнул, когда разгоряченную кожу вдруг окатила ставшая почти
ледяной струя. Я лишь относительно недавно открыл для себя это
удовольствие; а раньше, вдобавок, когда вылезал из ванной, неудобно было
причесываться, зеркало всегда оказывалось запотевшим, приходилось сначала
протирать его, и все равно стекло оставалось в неряшливых мокрых разводах.
Теперь помимо удовольствия и пользы для организма, я получал еще и
пригодное к употреблению зеркало, успевающее проясниться, пока я вертелся
в холодном бурлении.
Маленькие домашние радости. Без них ничего не мило и ничего не нужно.
Я закрыл воду, потянулся к своему полотенцу; жесткому, долгожданному,
пахнущему лавандой, все еще пропитанному, казалось, блеском крымского
солнца - Лиза всегда подстилала его, загорая; и вдруг сзади мягко накатил
прохладный воздух, словно открылась дверь. Я обернулся; она действительно
открылась. Лиза, выглядевшая в своем церемониальном убранстве среди
интимного керамического сверкания, очень нелепо и потому как-то особенно
преданно, стояла, прислонившись плечом к косяку, прижав кулачок к губам, и
со страхом и состраданием глядела на мой развороченный бок.
- Болит? - поймав мой взгляд, тихонько спросила она.
- Что ты, родненькая. Давно уже не болит. Только чешется.
Ванна длинным тянущим хлебком всосала остатки воды.
- Тебе халат? - спросила Лиза.
- Нет.
- А хочешь - вообще не одевайся. Буду тобой любоваться наконец. Ты
такой... античный.
Я засмеялся сквозь ком в горле. Она даже не улыбнулась в ответ. Она
теперь смотрела ниже, и мне казалось, я знаю, о чем она думает. О том, что
вот я, оказывается, бывал внутри то у нее, то не у нее.
- Нет уж, - сказал я. - Хочу тебе соответствовать.
- Только галстук не надевай, пожалуйста, - попросила она и взглянула
мне в глаза. И чуть улыбнулась, в первый раз после того, как я сказал про
Стокгольм. - Давай попросту, без чинов.
- А сама-то? - возмутился я.
Она помолчала и вдруг покраснела. Снова улыбнулась:
- Это снимается одним движением.
В том же самом белоснежном костюме миллионщика на собственной яхте я
вошел в столовую. Стол ломился; казалось, сюда каким-то чудом перекочевало
все, что я нахватал для Стаси перед Симбирском. Плюс громадный букет роз
посреди. Плюс две бутылки голицинского шампанского, мерзнущие в ведерках
по краям.
- Так у нас сегодня что - праздник? - спросил я.
- Еще бы не праздник. Повелитель домой заглянул на часок.
- А где же Поля?
- В деревне, у твоих.
Сердце у меня опять упало; я подумал, что она специально, в
предвидении домашних разборок, удалила дочь. Потом сообразил, что Поля в
августе всегда гостит в поместье, и мимолетно позавидовал ей. Раздольные
подмосковные равнины с таинственно клубящимися по горизонтам лесами; сад,
обвисающие от румяных плодов ветви яблонь; запахи сена и луга. Покой. В
детстве я сам все летние месяцы проводил там.


скачать книгу I на страницу автора

Страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 [ 32 ] 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52
ВХОД
Логин:
Пароль:
регистрация
забыли пароль?
РЕКЛАМА

Флинт Эрик - Удар судьбы
Флинт Эрик
Удар судьбы


Посняков Андрей - Молния Баязида
Посняков Андрей
Молния Баязида


Афанасьев Роман - Воин Добра
Афанасьев Роман
Воин Добра


   
ВЫБОР ПОЛЬЗОВАТЕЛЯ

Copyright © 2006-2015 г.
Виртуальная библиотека. При использовании материалов - ссылка на сайт обязательна .....

LitRu - Электронная библиотека