Виртуальная библиотека. Русская и зарубежная фантастика, фэнтези, детективы, триллеры, драма, историческая и  приключенческая литература, философия и психология, сказки, любовные романы!!!
главная | новости библиотеки | карта библиотеки | ссылки
РАЗДЕЛЫ
Детектив
Детская литература
Драма
Женский роман
Зарубежная фантастика
История
Классика
Приключения
Проза
Русская фантастика
Триллеры
Философия

КНИГИ ПО АЛФАВИТУ
... А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я

АВТОРЫ ПО АЛФАВИТУ
А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я

ПАРТНЕРЫ



ПОИСК
Введите фамилию автора:
Поиск от Google:



скачать книгу I на страницу автора
Зеленая, вогнутая, грандиозная, подобная театральному занавесу стена
Ай-Петри превращала Ялту в бело-розовую бахрому, лежавшую там, где занавес
касался моря.
И тогда Андрей радостно понял: он вернулся. Он и не подозревал о
существовании в себе этой радости, а если она возникала в подсознании,
гнал ее, стыдясь.
Андрей не был у Сергея Серафимовича больше года, а казалось, что ушел
отсюда только вчера. Незыблемость, постоянство этого дома выражалось не в
стенах или даже растениях сада - оно виделось Андрею в деталях, словно он
снова, через годы, поглядел на знакомую картинку волшебного фонаря,
изображающую ялтинскую набережную с извозчиком, едущим мимо гостиницы
"Франция", и той же дамой в черной шляпе, сидящей у чугунной решетки, что
отделяет набережную от моря.
Прежде чем одолеть последний крутой подъем улички, Андрей,
уморившись, поставил чемодан на плоский камень. Он уже знал, что сейчас в
щель под воротами протиснется белый мохнатый Филька и помчится к нему,
вертя хвостом так, что хвост станет подобен пропеллеру летящего аэроплана.
Филька выскочил из-под ворот, подбежал к Андрею и принялся прыгать
вокруг, стараясь дотянуться языком до лица гостя. Ввиду малого своего
размера допрыгнуть он не мог, бил передними лапами по пряжке
гимназического ремня и заливался, лаял так, что звенело в ушах. Андрей
подобрал чемодан и пошел к калитке. Он знал, что калитка сейчас
растворится и в ней появится Глаша, темно-рыжая, белокожая, несмотря на
то, что весь день проводила на воздухе, налитая здоровьем и спокойным
весельем. И скажет...
Калитка распахнулась. Глаша стояла в ней, держа в руке миску с
размоченным хлебом, которым кормила кур.
- Андрюша, - пропела она. - Счастье-то какое!
Если тетя Маня Андрея любила, потому что ей больше некого было любить
и именно он был центром и смыслом ее жизни, то Глаша видела Андрея, дай
Бог, раз в год, но каждая новая встреча начиналась так, словно Андрей
вышел на минутку, но даже это минутное расставание для нее - искреннее
горе.
Глашу Андрей помнил с раннего детства - когда мать умерла, ему было
три годика, и потому он не был уверен, воспоминания о женских белых руках
и нежной ласке - воспоминание ли это о руках матери или Глаши, которая
тогда была совсем еще юной девушкой, младше, наверное, чем Андрей сегодня.
Но за пятнадцать лет, прошедшие с тех пор, она почти не изменилась -
только стала статной и даже царственной, если в доме были посторонние. А
для своих осталась прежняя Глаша - юбка подобрана, чтобы не испачкать
подол в хозяйственной беготне, икры крепкие, ступни широкие, все налитое,
круглое, все выпуклости тела норовят разорвать ситцевое платье. Андрей
подозревал, что Глаша сожительствует с отчимом, но ревности не испытывал и
обиды тоже. Мать умерла слишком давно, и отчим - свободный человек.
- Андрюша, - пропела Глаша. - Заходи, чего ты стоишь.
Она поставила миску на землю и схватила чемодан - Андрей даже не
успел удержать его. Свободной рукой притянула к себе его голову,
наклонила, поцеловала его в щеку, с чмоком, весело. От нее пахло здоровым
телом, солнцем, травой.
- Ты языческая богиня, - сказал Андрей.
- Языческие голые бегали, - засмеялась Глаша. Зубы у нее были ровные,
белые, молодые. - А нам нельзя.
- А хотелось бы?
- Андрюша, как не стыдно! Я же старая женщина, я свое отбегала.
Они шли рядом по широкой дорожке. Куры семенили за ними белой
процессией, Филька на кур внимания не обращал, он носился вокруг. Сергей
Серафимович вышел из двери, остановился на верхней ступеньке. Он держал в
зубах длинную трубку, словно не выпустил ее за прошедший год.
- Наконец-то, - сказал он. - Я уж боялся, что ты укатишь в Москву, не
попрощавшись.
Сергей Серафимович тоже не изменился. Андрей так и не знал, сколько
ему лет. Что за шестьдесят - это точно. Сергей Серафимович совершенно сед,
хотя волосы не поредели и даже чуть вьются. А усы, как ни странно, темные,
в желтизну, от постоянного курения. В отличие от белокожей Глаши он
смуглый, но это от солнца - потому что в глубоких морщинах, идущих от
углов рта, и у глаз кожа светлее. Сергей Серафимович всегда чуть щурился,
и лицо его было склонно к улыбке, правда, улыбка эта холодная, как бы
формальная. По крайней мере Андрею она не нравилась.
На Сергее Серафимовиче была, впрочем, как всегда, светлая толстовка и
холщовые брюки, однако он умудрялся носить эту цивильную одежду словно
мундир преображенца.
- Здравствуйте, Сергей Серафимович.
Глаша рядом горестно вздохнула. Она все надеялась, что любимые ее
мужчины сблизятся, найдут нужные слова, чтобы понять, - ведь они самые
близкие на свете! Глаша покорно и с готовностью подчинялась любому мнению



или слову Сергея Серафимовича. Лишь в одном ему перечила вслух: в
холодности к пасынку.
Сергей Серафимович пропустил Андрея в дверь. Но следом не пошел, а
сказал:
- Иди вымойся, приведи себя в порядок. Жду тебя на веранде.
С широкой веранды второго этажа открывался удивительный вид на
Ялтинскую бухту. Правда, сейчас, к середине дня, солнце немилосердно
светило с зенита, отчего море выцвело, а дома на набережной скрывались в
дымке. С обрыва Ай-Петри выбегали маленькие, робкие, шустрые облачка и тут
же таяли от страха, увидев такой жаркий простор. Белый пароходик
ошвартовался у мола. Видно было, как муравьишки-матросы сбросили трап и
пассажиры спускаются на мол.
- Ну что ж, - сказал Сергей Серафимович, выходя на веранду. В руках
его был поднос, на нем серебряная ладья со льдом, в которой покоилась
бутылка шампанского, и два бокала. - Давай сначала отметим твое вступление
в самостоятельную жизнь.
На веранде стояли плетеные низкие кресла и под стать им круглый стол.
Андрей подумал, что и год, и три назад они стояли точно на тех же местах.
Только шампанского ему не предлагали.
Отчим ловко открыл пробку и разлил шампанское по бокалам, не пролив
ни капли. У него были большие крепкие руки с длинными пальцами. Тетя
говорила, что у Сергея Серафимовича руки хирурга.
- Прозит! - сказал Сергей Серафимович.
Шампанское было холодное, шипучее, кислое. Словно специально
придуманное для такой жары.
- Теперь давай письмо Марии Павловны, - сказал отчим.
- Как вы догадались?
- Догадываться не надо, - ответил Сергей Серафимович, - надо немного
знать людей. Твоя тетя преисполнена гордыни разночинки. И она полагает,
что ты также должен быть подвержен этой болезни. Поэтому, чтобы избавить
тебя от нужды обращаться ко мне с вопросами имущественными, она предпочла
пойти на жертву.
- Я также подвержен этой болезни, - сказал Андрей.
- Следует избавляться, - сказал отчим, принимая узкий голубой
конверт.
Он вытащил письмо из конверта, мгновенно пробежал его глазами. Андрей
отвернулся к перилам.
- Я мог бы выиграть у тебя пари, - сказал Сергей Серафимович, -
пересказав содержание письма, даже не разворачивая его.
- Это нетрудно, - сказал Андрей.
- Могу заверить тебя, - сказал Сергей Серафимович, - что и без
трогательного послания Марии Павловны я бы предпринял те шаги, к которым
она меня призывает. Если тебя не коробит, давай обговорим эти проблемы, а
потом уж с чистым сердцем приступим к обеду.
Андрей кивнул. Сергей Серафимович, который, как понял Андрей, тоже
чувствовал себя неловко, старался говорить иронично, как бы показывая, что
все это мелочи, не стоящие внимания.
- Мало ли что может со мной случиться, - сказал Сергей Серафимович. -
Я немолод и не так здоров, как хотелось бы. К тому же, заглядывая в
будущее, я вижу в нем трагические события и перемены.
Андрей удивился, и удивление было очевидно.
- Не поднимай бровей, - холодно улыбнулся Сергей Серафимович. - Я
умнее тебя.
Люди в разговоре не говорят таких слов, тем более столь уверенно и
просто. Андрей и без того допускал, что отчим умнее его, но тем неприятнее
показалась реплика.
- Вы имеете в виду Балканскую войну? - спросил Андрей.
- Глупости, - сказал Сергей Серафимович. - Я имею в виду большую
войну, которая начнется не позже чем через год.
- Кого с кем? - спросил Андрей. - Франция с Англией вроде бы поделили
свои колонии.
- Это будет мировая война. Но никто не хочет и не может осознать
масштабов этого бедствия.
- Для мировой войны, - сказал Андрей, впервые услышавший такое
словосочетание, - требуется Наполеон.
- Идиотизм мировой войны заключается в том, что для нее не
понадобится Наполеон. Ее будут вести банальные генералы, а в самом деле
воевать будут Крупп с Путиловым.
- У нас в классе был Горяинов, - сказал Андрей. - Он называл себя
эсдеком, даже ходил на собрания. Он был бы вашим союзником.
- Через год ты будешь шагать по Красной площади с трехцветной
кокардой и искренне вопить: "Смерть бошам!"
- Сергей Серафимович, - обиделся Андрей, - вопить вообще не в моих
правилах.
- Прости, вопить будет толпа, ты будешь сочувствовать ее позывам.


скачать книгу I на страницу автора

Страницы: 1 2 3 [ 4 ] 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70 71
ВХОД
Логин:
Пароль:
регистрация
забыли пароль?
РЕКЛАМА

Белов Вольф - Странники вселенной
Белов Вольф
Странники вселенной


Русанов Владислав - Бронзовый грифон
Русанов Владислав
Бронзовый грифон


Посняков Андрей - Легионер
Посняков Андрей
Легионер


   
ВЫБОР ПОЛЬЗОВАТЕЛЯ

Copyright © 2006-2015 г.
Виртуальная библиотека. При использовании материалов - ссылка на сайт обязательна .....

LitRu - Электронная библиотека