Виртуальная библиотека. Русская и зарубежная фантастика, фэнтези, детективы, триллеры, драма, историческая и  приключенческая литература, философия и психология, сказки, любовные романы!!!
главная | новости библиотеки | карта библиотеки | ссылки
РАЗДЕЛЫ
Детектив
Детская литература
Драма
Женский роман
Зарубежная фантастика
История
Классика
Приключения
Проза
Русская фантастика
Триллеры
Философия

КНИГИ ПО АЛФАВИТУ
... А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я

АВТОРЫ ПО АЛФАВИТУ
А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я

ПАРТНЕРЫ



ПОИСК
Введите фамилию автора:
Поиск от Google:



скачать книгу I на страницу автора

Мы молча шли рука об руку до нашей двери и остановились перед ней.
Свободной рукой я поискал в кармане ключ. Его там не оказалось, и мне пришлось освободить вторую руку, чтобы ощупать карманы на другой стороне.
Когда ключ оказался у меня в руке, я все медлил вставлять его в замок, мне не хотелось открывать дверь. Она не смотрела на меня. Ее неподвижный взгляд был устремлен в пол.
Я вставил ключ в замок, и дверь отворилась от моего прикосновенья. Я удивленно оглянулся. — Наверное я ее не запер, — сказал я.
Она по-прежнему смотрела в пол перед собой. Ответила таким глухим голосом, что я еле расслышал. — Неважно, — сказала она. — Нам нечего больше терять.
Я провел ее и закрыл за нами дверь. Мы неловко стояли в крохотной прихожей, не осмеливаясь даже говорить. У нас просто не было слов.
Наконец я нарушил молчанье. — Давай мне пальто, дорогая, — сказал я.
— Я повешу его.
Она скинула пальто и отдала мне. Я повесил его в чулане, затем рядом повесил свое. Когда я снова повернулся к ней, она все еще, оцепенев, стояла там же.
Я опять взял ее за руку. — Проходи и садись. Я принесу тебе кофе.
Она покачала годовой. Голос у нее был усталый и тусклый. — Ничего не хочу.
— Ну все-таки лучше садись, — настаивал я.
Она позволила мне отвести себя в гостиную и усадить на диван. Я сел рядом и закурил. Она смотрела прямо перед собой пустым невидящим взглядом, хотя казалось, что она смотрит в окно. В комнате было тихо, стояла глубокая незнакомая тишина. Я стал вслушиваться в нее, вспоминая знакомые звуки, которые издавала моя дочь в этом доме, звуки, ничего не значащие, но которые порой как бы даже раздражали.
Я закрыл глаза. От длительной бессонницы их жгло. Этот день надо забыть, спрятать и похоронить в потаенном уголке души, чтобы не вспоминать вселившейся в тебя пустой болезненной утраты. Забыть торжественные, спокойные звуки мессы, крошечный белый гроб, мерцающий в мягком желтом свете свечей на алтаре. Забыть металлический звон лопат, вгрызающихся в землю, град земли и камней, сыпавшихся на маленький деревянный ящик.
Забыть, забыть, забыть.
Но как можно забыть? Как забыть доброту соседей, их соболезнования и сочувствие? Ты ведь стучался к ним в двери и рыдал у них на кухне. У тебя не было денег, и твой ребенок лежал бы в могиле для нищих, если бы только не они. Пять долларов здесь, пару долларов там, десятка, шесть долларов.
Всего семьдесят. Заплатить за гроб, мессу, могилу, за место упокоения части тебя, которой уже нет. Семьдесят долларов, оторванных от их собственной бедности для некоторого облегчения твоей горечи.
И хочется забыть, но такой день не забывается. Когда-нибудь он будет погребен очень глубоко, но не забудется. Так же, как не забудется она.
Странно, но не хочется произносить ее имя, даже самому себе, и вместо него ты произносишь «она». Я тряхнул головой, чтобы прояснить мысли. Уши у меня как будто бы забиты ватой. — Произнеси ее имя! — скомандовал я себе.
— Скажи его.
Я глубоко вздохнул. Легкие у меня разрывались. — Вики! — Звук молча взорвался у меня в ушах. Но это был победный звук. — Вики! — И снова имя ее засверкало у меня в уме. Это было радостное имя, славное имя для жизни.
Но его больше нет. Меня охватило отчаяние. Отныне оно будет ничем.
Останется только «она», и я уже каким-то образом понял это.
Я затянулся последний раз и загасил сигарету. — Может тебе лучше полежать? — спросил я.
Нелли медленно повернула ко мне лицо. — Я не устала, — ответила она.
Я взял ее за руку. Она была холодная как лед. — Лучше ложись, — мягко повторил я.
Она быстро опустила взгляд на пол, затем снова глянула на меня. В глазах у нее сквозило одиночество. — Дэнни, я не могу войти туда. Ее кроватка, игрушки... — Голос у нее сорвался.
Я точно знал, что она чувствует. Когда я заговорил снова, голос у меня дрожал.
— Теперь все кончено, детка, — прошептал я. — Надо идти дальше, надо жить.
Она крепко сжала мне руки. В глазах у нее застыл дикий истерический взгляд. — Ну почему, Дэнни, почему? — вскричала она.
Мне нужно было отвечать, хотя я и понятия не имел, что сказать.
— Потому что надо, — слабо ответил я. — Потому что она хотела бы этого.
Она впилась ногтями мне в ладонь. — Но она ведь была дитя, Дэнни! Мое дитя!
Голос у нее вдруг сорвался, и она заплакала впервые с тех пор, как это случилось.
— Она была моим дитем, и она хотела только одного — жить! А я обрекла ее, подвела ее! — Она закрыла лицо руками и горько зарыдала.
Я неловко обнял ее за плечи и притянул к себе. Попытался сделать свой голос как можно более убедительным. — Ты в этом не виновата, Нелли. Никто в этом не виноват. Все в руке божьей.
Глаза у нее потемнели от горя и тускло светились на фоне бледного лица. Она медленно покачала головой. — Нет, Дэнни, — безнадежно ответила она, — это моя вина, моя вина с самого начала. Я согрешила и позволила ей быть частью этого. Она заплатила за мой грех, а на я. Мне следовало знать, что бога не обманешь.
Пока она смотрела на меня, взгляд у нее был так фанатичен, что я такого еще не видел.
— Я согрешила и жила в грехе, — уныло продолжала она. — Я ведь так и не попросила у Господа благословения нашему браку. Я готова была положиться лишь на слово человеческое. Могла ли я надеяться на его благословение своему ребенку? Отец Бреннан говорил об этом с самого начала.
— Отец Бреннан не говорил ничего подобного! — безнадежно проговорил я. — Сегодня в церкви он сказал, что Господь примет ее. — Я взял ее лицо в ладони и поднял его я себе. — Мы любили друг друга, и по-прежнему любим.
Только это и нужно богу.
Грустными глазами она посмотрела на меня и слегка тронула мою руку. — Бедный Дэнни, — тихо прошептала она. — Ты просто не понимаешь.
Я уставился на нее. Она права, я не понимаю этого. Любовь — это отношение между людьми, и если она настоящая, то благословенна. — Я люблю тебя, — сказал я.
Она медленно улыбнулась сквозь слезы, встала на ноги и с сожалением посмотрела на меня. — Бедный Дэнни, — снова тихо прошептала она. — Ты думаешь, что тебе нужна лишь твоя любовь, ты не понимаешь, что Ему этого недостаточно.
Я поцеловал ей руку. — Для нас этого всегда было достаточно.
Взгляд у нее стал задумчивым. Она слегка кивнула. — Вот в этом-то и есть наша беда, Дэнни, — отрешенно сказала она. — Я тоже думала, что этого будет достаточно, но теперь поняла, что нет.
Я почувствовал, как она слегка погладила мне голову. — Надо жить и с Богом, а не только самим по себе.
Она пошла в спальню и закрыла за собой дверь. Послышался скрип кровати, когда она легла на нее, и затем все стихло. Я снова закурил и повернулся к окну. Пошел дождь. Забыть этот день. Тишина пронизала меня до костей.
Глава 5
Тело у меня как-то странно оцепенело, и я впал в какое-то полусонное-полубодрствующее состояние. Как будто бы тело у меня уснуло, а ум бодрствовал, и я утратил всякое чувство времени. Во мне оставались только мысли. Полусформировавшиеся и неясные обрывки воспоминаний проплывали у меня в мозгу, а тело оставалось холодно безразличным к той боли, что содержалась в них.
Вот почему я и не слышал звонка, когда он прозвенел в первый раз. То есть я слышал звук, но не узнал его. Во второй раз он прозвенел более настойчиво и резко. Я смутно подумал, кто бы это мог быть.
Он зазвенел снова, и на этот раз дошел до моего сознания. Я вскочил с кресла. Помню, что, когда шел открывать, глянул на часы и удивился тому, что было только три часа. Мне казалось, что с утра уже прошел год.
Я открыл дверь. Там стоял какой-то незнакомый человек. — Что вам надо? — спросил я. Время было совсем неподходящее, чтобы разговаривать с торговцем в розницу.
Незнакомец вынул из кармана бумажник и раскрыл его. Он держал его так, чтобы я мог прочесть пристегнутый там значок: «Управление социального обеспечения г. Нью-Йорка. Инспектор».
— Вы г-н Фишер? — спросил он. Я кивнул.
— Меня зовут Джон Морган. Я из собеса, — спокойно сказал он. — Я хотел бы поговорить с вами. Мне нужно задать вам несколько вопросов.
Я уставился на него. Вот уж не вовремя он пришел со своими вопросами.
— Нельзя ли как-нибудь в другое время, г-н Морган, — попросил я.
Он покачал головой. — Мне нужно задать их сейчас, — ответил он, и в голосе у него появились неприятные нотки. У мисс Снайдер появились кое-какие сведения, которые нужно проверить. В ваших же интересах ответить на них сейчас.
Я подозрительно посмотрел на него. — А где она? — спросил я. Тон у него теперь стал враждебным. — Это вас не касается, г-н Фишер, — отрезал он. — Я всего лишь хочу, чтобы вы ответили мне на вопросы.
Во мне вспыхнуло возмущенье этим человеком. Значок инспектора собеса вовсе не делает из него бога. Я прочно встал в дверях. Не впущу его.
— Ладно, — холодно сказал я. — Я отвечу вам на вопросы.
Он растерянно осмотрелся, затем, очевидно решив, что я не впущу его в квартиру, вынул небольшую записную книжечку и раскрыл ее. Он заглянул в нее, затем посмотрел на меня. — Сегодня утром вы похоронили свою дочь?
Я молча кивнул. Эти слова, слетевшие с его губ, и то, как он произнес их, холодно и безразлично, причинили мне боль. Это было оскорбительно.
Он что-то черкнул в блокноте. Все эти инспектора одинаковы. Только дай им записную книжечку, и они автоматически начинают в ней чиркать. Если только у них отнять эту книжечку, то они и говорить-то не смогут. — Услуги похоронной конторы, включая гроб, сорок долларов, плата за место на кладбище — двадцать долларов, итого: шестьдесят долларов за похороны.
Верно?
— Нет, — хмуро ответил я. — Вы кое-что упустили. Он пронзительно глянул на меня. — Что?
— Мы заплатили десять долларов Вознесенской церкви за отпевание, — холодно сказал я. — И все вместе получилось семьдесят долларов.
Карандаш у него опять запрыгал по блокноту. Он снова посмотрел на меня. — А где вы взяли деньги, г-н Фишер?
— А какое ваше собачье дело? — отрезал я.
На губах у него промелькнула мимолетная улыбка. — Это наше дело г-н Фишер, — язвительно ответил он. — Видите ли, вы получаете пособие.
Считается, что у вас нет средств. То есть, это значит, что у вас нет денег, поэтому мы вам и помогаем. И вдруг у вас появилось семьдесят долларов. Мы имеем право знать, откуда они у вас взялись.
Я посмотрел на пол. Вот где они тебя допекли. Приходится отвечать на их вопросы, иначе вас лишат помощи. И все же я никак на мог заставить себя сказать, откуда я достал деньги. Это было наше личное с Вики дело. Никому больше не надо знать, где мы взяли денег на похороны своего ребенка. И я не ответил ему.
— А может вы достали деньги, работая по ночам и не сообщив нам об этом? — гладко предположил он, и в голосе у него прозвучала торжествующая нота. — Вы ведь утаивали от нас это, не так ли, г-н Фишер?
Я поднял взгляд с пола и уставился ему в лицо. Как они могли узнать об этом? — А какое это имеет отношение к делу? — быстро спросил я.



Он снова заулыбался. Он, казалось, очень гордился собой. — У нас есть свои каналы, — таинственно сказал он. — Нас не обманешь. Вы знаете, г-н Фишер, ведь за такое дело можно попасть и в тюрьму. В этом заключается обман города Нью-Йорк.
Терпение у меня лопнуло. Мне и так хватает горя на этот день.
— С каких пор человека сажают в тюрьму, если он хочет работать? — взорвался я. — И к чему вы все это клоните?
— Ничего, г-н Фишер, ничего, — гладко ответил он. — Я просто пытаюсь установить истину, вот и все.
— Истина в том, что трое человек не могут прожить на семьдесят два доллара в месяц, хоть бы на сушеном черносливе и семенной картошке! — Я возвысил голос, и он эхом отозвался в узком коридоре. — Да просто приходится сшибать где-то доллар, иначе помрешь с голоду!
— Значит вы признаете, что подрабатывали по ночам, уверяя нас, что вы полностью безработный? — спокойно спросил он.
— Я ничего не признаю! — крикнул я.
— И все же у вас нашлось семьдесят долларов, на которые вы похоронили дочь, — торжествующе отметил он.
— Да, я похоронил ребенка! — Я почувствовал, как у меня сдавило горло. — И это все, что я мог сделать для нее. Если бы у меня были деньги, как вы считаете, стал бы я ждать визита вашего дохлого врача? Были бы у меня деньги, я бы вызвал другого доктора. И может быть она тогда была бы жива!
Он холодно посмотрел на меня. Я и не знал, что человек может быть таким бесчувственным. — Значит вы подрабатывали по ночам? — снова спросил он.
Внезапно вся боль, горечь и сердечные муки переполнили меня, я схватил его за грудки и подтащил к себе. — Да, я работал по ночам, — прорычал я.
Он побледнел и попытался высвободиться. — Отпустите меня, г-н Фишер, — прохрипел он. — Рукоприкладство не приведет вас ни к чему хорошему. У вас и так уже достаточно неприятностей!
Он даже и не подозревал, как он прав. Ну еще немного теперь уж будет без разницы. Я стукнул его по лицу, и он ударился о противоположную стенку узкого коридора. Когда я шагнул к нему, то заметил, что из носа у него потекла струйка крови.
Глаза у него были испуганные, и он быстро попятился вдоль стены к лестнице. Я стоял и смотрел, как он удирает. У лестницы он повернулся и посмотрел на меня. Голос у него был почти истеричным. — Ты за это поплатишься, — взвизгнул он. — У тебя отнимут пособие. Подохнешь с голоду!
Уж я позабочусь об этом!
Я угрожающе шагнул к нему, и он бросился вниз по лестнице. Я перегнулся через перила, — Если ты еще раз придешь сюда, — крикнул я ему вдогонку, — я прибью тебя! Чтобы духу твоего здесь не было!
Он исчез за поворотом лестницы, а я вернулся в квартиру. Мне стало тошно и стыдно, как будто бы я осквернил этот день. Не следовало мне так вести себя. Ладно еще в какой-либо другой день, но не сегодня.
Нелли стояла в дверях спальни. — Кто там был, Дэнни?
Я постарался ответить спокойно. — Да какая-то обезьяна из собеса, — ответил я. — Умник большой. Я прогнал его.
— А что ему надо?
Ей и так уже досталось сегодня, незачем было усугублять. — Да ничего особенного, — увильнул я. — Ему просто надо было задать кое-какие вопросы.
Иди в постель и отдыхай, детка.
Она спросила скучно и безнадежно. — Они узнали про ночную работу, а?
Я глянул на нее. Она ведь слышала. — Ну почему бы тебе не лечь и поспать, детка? — уклонился я от ответа.
Она не сводила с меня глаз. — Не лги мне, Дэнни. Ведь правда то, о чем я спросила?
— Ну так что? — признался я. — Теперь это неважно. Мы обойдемся теперь работой. Босс вскоре обещал мне полную нагрузку.
Она неотрывно смотрела на меня. Я видел, что на глаза у нее снова наплывают слезы. Я быстро пересек комнату и взял ее за руку.
— Ничего у нас не выходит, Дэнни, — безнадежно промолвила она, — даже в такой день, как сегодня. Неприятности, одни неприятности.
— Ну теперь уже все прошло, детка, — сказал я, продолжая держать ее за руку. — Теперь все будет хорошо.
Она посмотрела на меня, а глаза на лице у нее были мертвыми. — Ничего не изменится, Дэнни, — отрешенно сказала она. — Мы пропали. Я принесла тебе одни лишь несчастья.
Я повернул ее лицо к себе. — Нелли, и думать об этом не смей! — Я прижался губами к ее щеке. — Нельзя жить и думать, что ничего хорошего из этого не выйдет. Надо надеяться на лучшее!
Она внимательно посмотрела на меня. — А на что надеяться-то? — Спокойно спросила она. — Ты ведь даже не знаешь, есть ли у тебя сейчас работа. Ты даже не позвонил туда за эти четыре дня.
— Это меня не волнует, — ответил я, а сердце у меня сжалось. Верно ведь. Я совсем забыл позвонить в магазин. — Джек все поймет, я объясню ему.
Она с сомненьем посмотрела на меня. Ее сомнения частично захватили и меня. Но как оказалось, мы оба были правы.
Глава 6
Когда я вошел в магазин, Джек поднял на меня взгляд. Во взоре у него не было радости. Я посмотрел на прилавок. На моем месте работал другой человек.
— Здорово, Джек, — спокойно сказал я.
— Привет, Дэнни, — бесцветно поздоровался он.
Я ждал, что он спросит меня, где я был, но он молчал. Я понял, что он сердится, и заговорил первым. — Тут кое-что стряслось, Джек, — стал я объяснять, — и я не мог придти.
В глазах у него сверкнул гнев. — И за эти пять дней и позвонить не мог, наверное? — ядовито спросил он.
Я не отвел взгляда. — Извини, Джек, — примирительно сказал я. — Я знаю, что нужно было позвонить, но я так расстроился, что совсем забыл об этом.
— Чушь! — взорвался он. — Два вечера я тут горбатился, ожидая, что ты появишься, а у тебя даже не нашлось времени позвонить!
Я посмотрел на прилавок. — Так уж получилось, Джек, — сказал я. — У меня такое было, что я не мог позвонить.
— Даже раз за все пять дней? — недоверчиво спросил он. — Да пусть весь мир провалится в тартарары, я все равно этому не поверю.
Я по-прежнему смотрел в сторону. — У меня несчастье, Джек, — тихо сказал я. — Мой ребе... дочка у меня умерла.
На мгновенье наступила тишина, и только потом он заговорил. — Шутишь, Дэнни?
Я посмотрел ему в лицо. — Такими вещами не шутят.
Он отвел взгляд. — Извини, Дэнни. Я искренне сожалею.
Я глянул на прилавок. Новый работник смотрел на нас краем глаза, стараясь создать впечатление, что не интересуется тем, о чем мы говорим, но мне был знаком его вид. Он беспокоится о своей работе. Я сам испытал это волнение слишком много раз, так что не узнать его я не мог.
Я снова перевел взгляд на Джека. — Я вижу у тебя новый работник.
Он смущенно кивнул, но ничего не ответил.
Я постарался сделать безразличный вид, но это очень трудно, когда от этого зависит, будешь есть или нет. — У тебя для меня есть работа?
Прежде чем ответить, он помедлил. Я видел, как он кинул взгляд на нового работника, затем посмотрел назад. Новый работник тут же занялся чисткой решетки. — Не сейчас, Дэнни, — мягко сказал он. — Уж извини.
Я повернулся к двери, чтобы он не заметил, что на глаза у меня навернулись слезы.
— Ладно, Джек, — произнес я. — Я понимаю.
В его голосе прозвучала глубокая нота сочувствия, за которую я ему благодарен. — Может быть, вскоре что-нибудь подвернется, — поспешно добавил он. — Я дам тебе знать. — Прошло некоторое время. — Если бы ты только позвонил, Дэнни...
— Если бы да кабы, Джек, — прервал я. — Я же не позвонил. Во всяком случае благодарю. — И я вышел из магазина.
На улице я посмотрел на часы. Уже был седьмой час. И как теперь сообщить об этом Нелли, в особенности после того, что произошло днем? Весь день оказался таким жалким.
Я решил пойти домой пешком. Идти было далеко, но гривенник — большие деньги, если у тебя нет работы. От Дикман-стрит до четвертой восточной улицы я шел почти три часа. Но меня это не беспокоило. Именно настолько позже мне придется сказать об этом Нелли.
Когда я добрался домой, было девять вечера. Похолодало, но рубашка у меня взмокла от пота, когда я подымался по лестнице. Я помедлил на площадке, прежде чем открыть дверь. Что я ей скажу?
Прежде чем войти, я широко раскрыл дверь. В гостиной горел свет, но в квартире было тихо.
— Нелли, — позвал я, направляясь к чулану, чтобы повесить куртку.
Послышался шум шагов, и я услышал мужской голос. — Это он!
Я резко обернулся. У входа в гостиную стояла Нелли с двумя мужчинами.
Лицо у нее было бледным и осунувшимся. Я было шагнул к ней, но тут узнал стоявшего рядом с ней человека. Это был инспектор из собеса, которого я прогнал днем.
На носу у него была белая наклейка, а один глаз — распухшим и синим.
— Это он! — повторил он.
Ко мне двинулся второй мужчина. В руке у него был знак, полицейский знак.
— Даниел Фишер?
Я кивнул.
— Г-н Морган предъявил вам иск по поводу нападения на него и побоев, — спокойно сказал он. — Мне придется вас задержать.
Я почувствовал, как у меня напряглись мышцы. Этого мне только не хватало: полиции. Затем я глянул на Нелли, и вся моя напряженность улетучилась.
— Можно я поговорю с женой? — спросил я следователя.
Он оценивающе посмотрел на меня и кивнул. — Да, пожалуйста, — мягко сказал он. — Я подожду вас в гостиной. Он взял за руку Моргана, подтолкнул его вперед себя в гостиную и, посмотрев на меня еще раз, закрыл дверь. — Только недолго, сынок. — Я благодарно кивнул, и дверь захлопнулась.
Нелли ничего не сказала, а глазами впилась мне в лицо. Наконец она глубоко вздохнула, — Работы нет?


скачать книгу I на страницу автора

Страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 [ 28 ] 29 30 31 32 33 34 35 36 37
ВХОД
Логин:
Пароль:
регистрация
забыли пароль?
РЕКЛАМА

Шилова Юлия - Пощадить – погубить, или Игры мужскими судьбами
Шилова Юлия
Пощадить – погубить, или Игры мужскими судьбами


Василенко Иван - В неосвещенной школе
Василенко Иван
В неосвещенной школе


Шилова Юлия - Наказание красотой
Шилова Юлия
Наказание красотой


   
ВЫБОР ПОЛЬЗОВАТЕЛЯ

Copyright © 2006-2015 г.
Виртуальная библиотека. При использовании материалов - ссылка на сайт обязательна .....

LitRu - Электронная библиотека