Виртуальная библиотека. Русская и зарубежная фантастика, фэнтези, детективы, триллеры, драма, историческая и  приключенческая литература, философия и психология, сказки, любовные романы!!!
главная | новости библиотеки | карта библиотеки | ссылки
РАЗДЕЛЫ
Детектив
Детская литература
Драма
Женский роман
Зарубежная фантастика
История
Классика
Приключения
Проза
Русская фантастика
Триллеры
Философия

КНИГИ ПО АЛФАВИТУ
... А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я

АВТОРЫ ПО АЛФАВИТУ
А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я

ПАРТНЕРЫ



ПОИСК
Введите фамилию автора:
Поиск от Google:



скачать книгу I на страницу автора
Гудит колокол на Торгу, на вечевой площади. Князь Юрий волею великого
князя Ярослава Ярославича объявляет поход на Литву.
Спрашивают ратманы Колывани:
- Правда ли?
С немецкого двора спешат тайные гонцы.
- Да, правда, на Литву. Так узнано со двора князя Юрия, свой человек
в княжой дружине, приближенный самого Юрия, верно говорит.
- Да, новгородцы многие хотят к Раковору, но поход на Литву.
- Да, на Литву, - сообщают в Любек послы Ганзейского союза. - Уже
обозы ушли вперед, по Шелони.
- На Литву, - подтверждают из Раковора.
- На Литву? - удивляется и не верит епископ Риги.
Великий магистр Ордена шлет гонцов в Медвежью Голову и к Раковору.
- На Литву!
Скачут гонцы, плывут морем, пробираются реками - в Ругодив, в Юрьев,
Висби.
- На Литву! На Литву! На Литву!
В Новгород, в немецкий двор, прибывает тайно посланец самого великого
магистра Отто фон Роденштейна с поручением узнать, что думает посадник
Господина Новгорода Михаил с советом больших господ, <вятших мужей>
новгородских.
- Поход решен на Литву, - отвечают ему. - Что думает посадник -
неизвестно.
Хмурая выходила по Прусской боярской улице, через Загородье и Людин
конец, сливаясь за городом в одну бесконечную ленту, новгородская рать.
Тяжело решался этот путь и на военном совете. Полюд и иные виднейшие бояре
решительно требовали идти к Полтеску, всадить на престол Товтивилова сына.
Сам воевода Елферий уже начинал колебаться.
Покойного Товтивила все знали хорошо: Юрьев брал с новгородцами, но
сын, хоть и жил которое лето в Новом Городе, обивал боярские пороги,
мечтая новгородскими мечами вернуть себе отцов стол, - сын уже не внушал
доверия, и желание помочь ему гасло, не разгораясь, как сырые дрова в
печи.
Большинство прочих хотело разделаться в первую голову с немцами,
вновь захватившими реку Нарову, как в недобрый год накануне Чудской битвы.
Колыванцы и раковорцы заступили выходы к морю и уже держали Новгород за
горло, своевольно облагая купцов вирами и сбивая цены на русские товары.
Не очистив Нарову, можно было лишиться всего. Похода на Раковор и Колывань
требовали весь Неревский конец, Плотники, Славна. Похода требовал тысяцкий
Кондрат и многие бояре. Сразу согласился с князем Юрием только Ратибор
Клуксович, известный сторонник и наушник Ярослава.
Старик Лазарь, бессменный посол Великого Новгорода при всех важных
переговорах с зарубежными землями и с низовскими князьями, на которого
напирали с трех сторон, хранил молчание. Не сказал своего слова и посадник
Михаил Федорович, всякий раз спокойно отводивший глаза, когда сторонники
Раковорского похода кидали ему красноречивые взгляды, требуя поддержки.
Путь на Литву решился не потому, что перетянули сторонники Ярослава,
а потому лишь, что он равно не устраивал ни тех, кто тянул на Полтеск, ни
тех, кто звал на Раковор. Боярин Жирослав, задержавшись после совета,
заступил широким телом дорогу посаднику Михаилу:
- Что ж ты? Али переметнулся к князю?
- А ты али к Полтеску захотел? - возразил Михаил Федорович, отодвигая
его рукою. И, проходя, добавил вполголоса: - Не спеши, пущай-ко Полюд с
иными сперва передумают!
Пешая рать двигалась частью по берегу Шелони, частью в насадах, по
реке. Конница шла иным путем. Ушедшие вперед обозы ждали рать выше по
Шелони, у Дубровны, на устье Удухи. Оттуда, соединившись, войско должно
было выступить к Порхову и дальше, к литовскому рубежу. Подходившие к
Дубровне полки располагались станом.
Человек вдали от семьи, в броне и с боевым двоюострым топором плотнее
стоит на земле, увереннее судит мирские дела, крепче чувствует дружеский
локоть соседа. Посадник Михаил учел это гораздо лучше Юрия с Ратибором.
Пока подтягивались остатние рати, а скучающие воины передовых дружин
слонялись по стану и без конца играли то в зернь, то в шахматы, от шатра к
шатру, нарастая, полз глухой ропот. Спорили, уже не скрываясь, и вечером,
в шатрах, и у котлов с варевом, и даже на утренних и дневных перекличках.
Князь Юрий, за два дня растерявший всякую уверенность в благополучном
продолжении похода, уже заискивал перед воеводами, без конца торопил
посадника Михаила, но тот кивал на тысяцкого Кондрата, а Кондрат разводил
руками. Юрий кидался в шатры бояр, созывал десятских и сотских, посылал
ежечасно в шатер Сбыславичей. Но воевода Елферий с братом Федором от
утренней до вечерней зари охотились в окрестностях Дубровны, взапуски
носились по осенним пожелтевшим полям, спуская соколов с кожаных перчаток
на мечущихся по открытому пространству перепуганных лисиц и зайцев. Полюд,
предлагавший ранее поход на Полтеск, молча, с издевкой смотрел в глаза



князю, словно спрашивал: <Ну что? Добился своего?> А ночами бурно
совещался у себя в шатре со сторонниками посадника Михаила. Большой совет
никак нельзя было собрать.
Все громче и громче ратники требовали вечевой сход.
Юрий решился на отчаянный шаг: поднял свою дружину, повел из стана,
но и двинувшийся было за ним полк Шелонской волости вдруг повернул назад,
а новгородцы даже и не тронулись с места. Юрию пришлось с соромом
вернуться вспять. Засев вечером у себя в шатре, он жестоко напился. Будто
этого только и ждали посадник Михаил с тысяцким. Тотчас от шатра к шатру
заходили бирючи, всю ночь, не засыпая, шумел стан, а наутро протяжные
выкрики сотских, звон бубнов и пение рожков оповестили прочнувшегося Юрия,
что руководство войском уплыло из его рук. Собиралось вече.
Ратники выстраивались в бронях и в оружии, во главе с сотскими и
уличанскими старостами, иные - по ремесленным братствам: кузнецы,
плотники, стригольники, гончары. Ратибора Клуксовича, пытавшегося было
звать на Литву, прогнали ревом и стуком в щиты, не дали говорить. Один за
другим подымались старосты Нова-города на помост, исчисляли обиды от
немцев и князя Ярослава, требовали идти к Раковору. Немногие все еще звали
к Полтеску. Наконец слово взял сам Михаил Федорович. Шум стих, когда
посадник начал говорить:
- Братья! Отцы ваши загородили мечами отчину свою от немец на Чудском
озере, под Плесковом, у стен Копорья. С вами мы брали Юрьев, ни во что же
обратив твердость града сего! Но уже и снова заступили немцы пути Великому
Нову-городу, Нарову отъяли у нас! От того и товарам умаление, и в торгу
дороговь. И та беда простым людям - купцам, ремесленникам, черной чади - и
всем вам, мужи новгородские! От того беда и вам, тверичи, и вам,
переяславцы, и вам, суздальцы, - обернулся посадник в сторону княжеской
рати, - стоим мы на рубеже Руси Великой, отворяя железом пути за море! Не
будет нас, и кто не дерзнет на вы? Но сила креста и Святой Софии всегда
низлагает неправду имущих!
Братья! Удальцы новогородские! Щит и меч всей земли Русской! Яко
страдали деды наши и отцы за Русскую землю, тако, братье, и мы встанем
крепко все за едино! С нами бог, и правда, и Святая София!
Речь посадника решила дело. Кондрат говорил еще короче и кончил
словами: <Оже бог по нас, кто на ны?> Больше не выступал никто. Сразу же
начали метать жребий. Поход к Раковору был решен.
С заранья полки уходили на север, свертывая стан. Дружина князя Юрия
выступала последней.
Пока шли по своим землям, войско держалось дорог, обходило нивы,
воеводы следили, чтобы не было грабежей и потрав. За Наровой, конные
отряды ушли в зажитье, и дальше путь ратей отмечался пожарами, отчаянным
мычаньем и блеяньем угоняемых стад, плачем испуганных детей и женщин.
Ратники вьючили добро на коней, ссорясь из-за добычи, рыскали по
перелескам, выискивая чудинов, забирали полон. Основная же сила войска шла
быстрыми переходами прямо на Раковор.
Все ж таки, как ни спешил воевода Елферий с посадником Михаилом,
взять город с наворопа* не удалось. Раковорцы успели приготовиться,
закрыть ворота и встретили новгородскую рать, кинувшуюся было на штурм,
градом стрел и камней. Новгородцы отошли, унося шестерых убитых на
приступе, и среди них Федора Сбыславича, брата воеводы Елферия. Стрела
попала ему прямо в глаз.
_______________
* С н а в о р о п а - с набега, с налета (старин.).
Елферий, темный, как осенняя ночь, сам объезжал Раковор, выискивая
место для нового приступа. Но каменные стены всюду были высоки и толсты, а
рвы глубоки и налиты водой. Взять город без осадных машин не было никакой
возможности.
На военном совете было решено, разорив окрестные села, возвратиться
назад, чтобы прийти под Раковор с большей силой, со стенобитными и
камнеметными пороками.
Уже начинались затяжные осенние дожди, раскисали дороги, превращаясь
в непроходную грязь, когда новгородское войско, гоня отбитый скот, волоча
возы с добром, житом, лопотью и убоиной, ведя полон, возвращалось в
Новгород.
Воевода Елферий Сбыславич вез тело брата, чтобы предать земле в
дедовском родовом склепе. Для него поход на Раковор был теперь делом
кровным: город следовало взять, разгрести и предать огню.

XV
Совет на этот раз заседал без князя Юрия. Супились, но старались
прятать взаимные покоры и которы. Все понимали важность дела. Предстояло
воевать ни мало ни много с самим Орденом.


скачать книгу I на страницу автора

Страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 [ 25 ] 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38
ВХОД
Логин:
Пароль:
регистрация
забыли пароль?
РЕКЛАМА

Эриксон Стивен - Сады Луны
Эриксон Стивен
Сады Луны


Шилова Юлия - Интриганка, или Бойтесь женщину с вечной улыбкой
Шилова Юлия
Интриганка, или Бойтесь женщину с вечной улыбкой


Конюшевский Владислав - По эту сторону фронта
Конюшевский Владислав
По эту сторону фронта


   
ВЫБОР ПОЛЬЗОВАТЕЛЯ

Copyright © 2006-2015 г.
Виртуальная библиотека. При использовании материалов - ссылка на сайт обязательна .....

LitRu - Электронная библиотека