Виртуальная библиотека. Русская и зарубежная фантастика, фэнтези, детективы, триллеры, драма, историческая и  приключенческая литература, философия и психология, сказки, любовные романы!!!
главная | новости библиотеки | карта библиотеки | ссылки
РАЗДЕЛЫ
Детектив
Детская литература
Драма
Женский роман
Зарубежная фантастика
История
Классика
Приключения
Проза
Русская фантастика
Триллеры
Философия

КНИГИ ПО АЛФАВИТУ
... А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я

АВТОРЫ ПО АЛФАВИТУ
А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я

ПАРТНЕРЫ



ПОИСК
Введите фамилию автора:
Поиск от Google:



скачать книгу I на страницу автора

глядя на огонь. Пламя горело ровно, только кончик его поминутно делился
натрое, образуя зубцы прозрачной короны. Вокруг фитиля скоро вытопилась
ямка, воск капнул на бумагу и за-стыл в виде носатого профиля. Лядащев ткнул
пером в еще мягкий воск, наметив глаз. Потом перо его пошло само бродить по
бумаге.
Говорят, что по бессознательным рисункам можно определить характер
человека. Характер Василия Федоровича выражал себя в виде кущ длинных,
словно на болоте выросших листьев и примитив-ных цветков, которые все
прилепились к одному крайне вертляво-му, изгибистому стеблю. Вокруг кущ
выросли какие-то кубики, ромбы, табакерки или домики, потом пошли легкие,
как птицы, женские профили.
Наконец он перевернул лист и украсил его римской цифрой I, легкая
заминка, и цифра облачилась в юбку, потому что была великой княгиней
Екатериной Алексеевной. Как говорил этот умник? Думаем, что живем в
настоящем, а на самом деле в про-шедшем, забывая о будущем. Можно, конечно,
предположить, что Оленев убит. Шел нарядный на свидание, а кто-нибудь из
шайки Ваньки Каина его дубиной по голове... Чушь! Семь часов, центр
города... Скорее всего он благополучно дошел, и все приключи-лось во дворце.
Надобно объяснить Белову, что главное сейчас выяснить, что случилось в этот
вечер в покоях Екатерины.
Римская цифра II обозначала убитого. Никита с Сашей его обнаружили,
Оленев его помнил, потому что паспорт ему оформлял, здесь ничего
предумышленного быть не может, простое совпаде-ние. Можно, конечно, тряхнуть
стариной, пойти по прежним сослу-живцам, порасспрашивать -- кто мог убить и
зачем... Но не только идти по старым связям, вспоминать-то о них было тошно.
Сашка человек ушлый, сам разберется, что к чему. Во дворце сплетен как
сквозняков.
Ill -- это двойник. Как говорил милейший юноша князь Оле-нев -- закон
парности. Может быть, и случайное совпадение, но что-то в этом есть. Если их
Софья на маскараде чуть было не перепутала, то мог и еще кто-то перепутать,
тот, кому Оленев не нужен, а в двойнике как раз есть надобность. Это Сашке
хорошо надо в голо-ву заложить -- узнать имя и отчество двойника.
Еще нельзя отметать, что Оленев служит в Иностранной колле-гии, а там,
как он сам говорил, шпионов ищут. .Инстинктивно Ля-дащев чувствовал, что эта
линия самая опасная. Если Оленев угодил в неприятность по иностранным делам,
то это гаже всего, по-тому что попахивает Тайной канцелярией. Пальцы давно
нащупали проступившее на бумаге восковое пятно. Лядащев обвел его контур,
пририсовал парик, и получился Бестужев.
Главным занятием Тайной канцелярии в настоящее время было искать
болтунов, порочащих славное имя государыни, как-то: го-ворящих, что рождена
до брака, что наследник Петр Федорович имеет более прав на престол, чем она,
и прочая, прочая... Это не работа, это так.,, семечки. Болтунов было мало,
потому что Елизавету любили в народе, а Петра Федоровича только терпели,
куда ж недоумку на трон, лучше подождать, пока сына родит. Болтунов мало и
работы мало, но был в Тайной канцелярии круг людей, ко-торые имели
дополнительные обязанности и дополнительных началь-ников, чья иерархическая
лестница восходила к самому канцлеру Бестужеву. Этот круг людей, может, их
там и было-то всего три-четыре человека, занимался поисками
антигосударственных людей не столько в России, сколько в недрах прилегающих
к ней иност-ранных государств. Если Оленев пропал из-за усердия этих
трех-четырех, тогда дело плохо. Тогда и убитый немец имеет отношение к делу,
тогда следствие, розыск и Сибирь.
Лядащев зачеркнул трижды бестужевский профиль, сломал вко-нец
затупившееся перо и потянулся за новым. Часы на разные голо-са пробили
десять. Кажется ему или Пренстон и впрямь фальши-вит? Часы английского
мастера Луиса Пренстона были гордостью его коллекции, а теперь -- надо же
такому случиться -- отстают чуть ли не на минуту.
Василий Федорович ни в коем случае не мог позволить себе копаться в
механизме при свечах, но проверить-то необходимо. Ничего серьезного, просто
почистить и смазать надо утром.
Потом он ужинал, весьма благодарный жене, что она не заме-тила его
длительного отсутствия, была за столом мила и предупреди-тельна, велела даже
приготовить грог, зная, что муж до него боль-шой охотник.
Поленья в камине, трубка, горячий грог, книга, рядом жена нанизывает
бисер на нитку, вышивая ему кошелек -- кажется, время остановилось. Василий
Федорович и думать забыл о молодом князе, а вспомнил о нем уже в кровати, и
то потому, что не мог сразу заснуть. Рядом в кружевном чепце посапывала
сладко Вера Дмит-риевна. С улыбкой, вызванной приятным сновидением, она
поверну-лась на бок и крепко обхватила мужа рукой. В жесте этом была и
нежность, и уверенная власть собственницы.
Да куда ему деться, князю Оленеву? Ну работает в Иностран-ной коллегии,
и что? Ясное дело, этот стихоплет близко не придви-нется к каким-либо
шпионским делам. Либо он объявится через день-два и сообщит самую банальную
причину своего отсутствия, либо... Да не может быть никакого "либо" -- у
бабы прохлаждается! Лядащев попробовал освободиться от тяжелой, горячей руки



жены, но это ему не удалось. Так и заснул...

¶-15-§
Гаврила зря упрекал Белова .в промедлении. Всего-то промед-ления было
три дня, от силы пять, когда Саша не принимал реши-тельных действий, не "бил
в барабан", как требовал обезумевший от страха камердинер, а только
расспрашивал осторожно, словно ози-раясь среди людей, и ждал, что
естественный ход событий сам со-бой все разъяснит, А по прошествии этих пяти
дней, когда стало ясно, что Никита действительно пропал, было сделано и
заявление в полицию, и составлены опросные листы. Полицейские чины
произ-вели надлежащий розыск, были осмотрены военный госпиталь, а так-же
странноприимный дом, куда предположительно могли принести ограбленного,
избитого, бесчувственного человека.
Гаврила настоял, чтобы Саша сделал заявление в Иностранную коллегию о
пропаже ее сотрудника. Там поначалу очень всполоши-лись, связались с
полицией, на все лады ругая власть, которая плохо борется с разбоем, а потом
как-то разом остыли, сообщив Саше официально, что почитают князя Оленева
уволенным от долж-ности. Сообщение было сделано с таинственным видом, словно
на-меком, что Оленев вовсе не пропал, а находится на каком-то сек-ретном и
ответственном участке служения родине, но сколько Са-ша ни бился, пытаясь
вытряхнуть из чиновников хоть какие-ни-будь подробности, так ничего и не
узнал. Очевидно было, что Иност-ранная коллегия просто блефовала,
Саша выполнил все, на чем настаивал практический ум Гаври-лы, но делал
это как бы вполсилы, поскольку заранее был уверен, что все эти попытки не
дадут результата. Но формальности соблю-дены, и обманутый показным рвением
Гаврила решил уповать те-перь только на Бога.
Однако судьбе вольно было провести Гаврилу еще через одно испытание.
Морская плашкоутная служба обнаружила при разводе моста труп мужчины.
Достать утопленника было до чрезвычайности трудно, потому что течение плотно
вогнало тело в пролетное строе-ние моста, между балками и стропилами,
поддерживающими понтон. Пока поднимали тело, его порядком изуродовали. Ясно
было, что мужчина ограблен, раздет, ножевая рана в боку говорила о
подлин-ной причине смерти, и хоть покойник не совсем подходил по статьям к
пропавшему Никите Оленеву, Гаврила был вызван для опознания.
Камердинер наотрез отказался идти на это предприятие без Саши, и когда
они прибыли в предутренний час на набережную, бедный Гаврила не стоял на
ногах, а почти висел на Белове, шепча молитву. Однако первого взгляда на
прикрытое рогожей тело было достаточно, чтобы к Гавриле вернулись силы.
Полицейский только поднял рогожу, как камердинер крикнул задышливо: "Не он!"
-- и поспешил прочь. У утопленника была борода, вырастить которую можно было
только месяца за три, а то и больше того.
Вид этой торчащей бороды с запутавшимися в ней щепками и прочей речной
дрянью потом долго преследовал Гаврилу по ночам, хотя вид утопленника скорее
успокоил, чем напугал камердинера. Конечно, он понимал, что за это время в
Петербурге могли еще быть зарезанные и утонувшие, но мысли у него текли в
другую сторону. Гаврила рассматривал этого утопленника не как реального
человека, а как некий символ убийства и утопления. И раз этим символом стал
чужой, неведомый человек, значит такого сорта беда уже не могла коснуться
Никиты.
"Жив мой голубь, жив! -- сказал он себе.-- Надобно только искать
получше". Утвердила в этом мнении еще ночная, ото всех скрытая ворожба на
драгоценных камнях. Не берусь рассказать, что он делал в своей лаборатории
при одинокой свече, как скрещива-лись лучи сапфиров и изумрудов, но совет от
них он получил весьма обнадеживающий.
И теперь каждый день он неизменно являлся к Саше, дабы осве-домиться,
нет ли новостей и не появилась ли надобность в его услугах. Неизменно хмурый
Сашин вид был ему ответом. Педантизм, а проще говоря занудство Гаврилы очень
досаждало Саше, потому что камердинер отлавливал его в самое неподходящее
время --и дозором под окнами на Малой Морской стоял, и в службу являлся, и
путался под ногами, когда Саша сопровождал генерала в его вояжах. Но нельзя
обругать человека за верность и преданность, оставалось только терпеть.
Другой заботой Гаврилы было убирать и чистить дом, он почти ошалел в
своей страсти к порядку: дал работу и прачкам, и коню-хам, и садовнику. В
покоях барина по три раза в день проветри-вались комнаты, Гаврила
собственноручно вытирал пыль и чистил одежду Никиты.
Серьезной заботой Гаврилы было размышление--сообщать ли князю Оленеву в
Лондон о пропаже сына или повременить. С одной стороны, он мог получить
страшную нахлобучку, если не сказать большего, за промедление, но, с другой
стороны, Гаврила не хо-тел предавать бумаге само слово "пропал", считая, что
уже этим как бы материализует простые подозрения. И опять-таки камни
подсказали: ничего в Лондон не сообщать, надеяться, но и само-му не сидеть
колодой, а действовать.
Последний совет чрезвычайно взволновал Гаврилу. "Как дейст-вовать? Ведь


скачать книгу I на страницу автора

Страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 [ 23 ] 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70 71 72 73
ВХОД
Логин:
Пароль:
регистрация
забыли пароль?
РЕКЛАМА

Семенова Мария - Знамение пути
Семенова Мария
Знамение пути


Свержин Владимир - Марш обреченных
Свержин Владимир
Марш обреченных


Шилова Юлия - Исповедь грешницы, или Двое на краю бездны
Шилова Юлия
Исповедь грешницы, или Двое на краю бездны


   
ВЫБОР ПОЛЬЗОВАТЕЛЯ

Copyright © 2006-2015 г.
Виртуальная библиотека. При использовании материалов - ссылка на сайт обязательна .....

LitRu - Электронная библиотека