Виртуальная библиотека. Русская и зарубежная фантастика, фэнтези, детективы, триллеры, драма, историческая и  приключенческая литература, философия и психология, сказки, любовные романы!!!
главная | новости библиотеки | карта библиотеки | ссылки
РАЗДЕЛЫ
Детектив
Детская литература
Драма
Женский роман
Зарубежная фантастика
История
Классика
Приключения
Проза
Русская фантастика
Триллеры
Философия

КНИГИ ПО АЛФАВИТУ
... А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я

АВТОРЫ ПО АЛФАВИТУ
А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я

ПАРТНЕРЫ



ПОИСК
Введите фамилию автора:
Поиск от Google:



скачать книгу I на страницу автора

дружинник уже исчез. "Что-то он затеял?" - мелькнуло в голове Даттама.
А Марбод, выйдя на балкон, обхватил руками резной столб и задумался.
Слова Даттама о дождях и каналах поразили его. Вот этим-то и пугали люди
империи: уменьем сказать такое, от чего дворянская честь превращалась в
труху, - в производное от природных условий! А ведь он, Марбод, был в
империи, и, точно, видел каналы: так почему же он сам о них не подумал?
Неужели, если бы он, Марбод, жил по другую сторону гор, он бы сейчас
кормился не мечом, а докладными?
Или помириться? Действительно помириться? Ни-ког-да. Никогда человек
с мангустой не посмеет безнаказанно провести церемонию, принадлежащую роду
кречета!
Кто-то тронул Марбода за плечо. Марбод обернулся: перед ним стоял
Гин, его вольноотпущенник, торговец птицами.
- Так как, господин, - искательно спросил Гин, заглядывая в лицо
рыцарю. Веснушчатая рожа его запотела от страха, как чашка - от холодного
вина.
- Я тебе где сказал стоять? - усмехнулся Марбод. - Вон там и стой. И
помни, что кто не исполнит приказа господина, тот в следующей жизни
родится лягушкой.
Было хорошо видно, что Гин это помнил. И ему не хотелось родиться в
будущей жизни лягушкой, хотя у лягушек не было господ и рабов.

В кабинете Арфарры толпились монахи и верные. Верные, которые из
аломов, уже приплясывали, снаружи стоял сильный крик. Эконом Шавия
закрутился возле учителя, искательно глядя в лицо:
- Будьте осторожны, - лепетал он. - Там, внизу, у каждого оружие.
Здесь ведь как? Если убили, так и неправ. Божий суд, особенно на глазах у
короля. Отчего зимой Марбод Белый Кречет зарубил Ферла Зимородка прямо у
ступеней трона?
Арфарра погладил мангусту и сказал:
- Меня бы давно убили, да только мертвый колдун сильнее живого. Нет,
сегодня убьют другого.
Шавия затрясся, как корзинка, в которой веют рис:
- Кого?
Арфарра, не отвечая, выпустил мангусту из рук. Умный зверек побежал
вниз, в серединную залу.

В серединной зале Неревен недолго выбирал, за кем ему ходить, за
чужеземцами или Даттамом. Он видел, что Даттам идет на женскую половину, и
прилепился к нему, как минога.
Там уже сидел эконом Шавия. Даттам поцеловал подол старой женщины,
вдовствующей королевы, и попросил принять его после молебна.
Королевская сестра, прекрасная Айлиль, увидела Неревена и велела ему
явиться завтра вечером и лютню с собой взять. Тут Неревен улыбнулся,
впервые за два дня, и небо ему стало мило и земля хороша.
Серединную залу после штурма замка восстанавливали три раза, и все
три раза не могли свести купол. Теперь зала была почти такой же, как в
настоящих управах, и небо на куполе было настоящее, а не голубое, видимое:
яшма, серебро, каменная кисея; чертоги Ста Полей, Облачная Зала. Колонны
Облачной залы были яблонями Небесного Сада. Сад был также Океаном, а края
у Океана заворачивались, как у шелкового свитка с указом, и люди видели
все мироздание целиком и тут же видели, что оно безгранично.
Неревен сам помогал расписывать купол, и один раз, казалось, потонул
в Небесном Океане, но ухватился за ветку в Саду и выплыл.
Неревен подумал, что учитель никогда в Небесном Океане не утонет,
потому что купол он приказал расписывать по традиции, а сам считал, что
небо - черное, безумное и пустое, и боги перед числами бессильнее, чем
перед шаманами... Неревен подумал, что Сад и Океан живут дружно, как при
Иршахчане крестьяне, связанные порукой, и не мешают друг другу, и
умножение символов способствует полноте толкования, потому что каждый
значит не себя, а что-то иное. Числа, однако, ничего, кроме себя, не
значат и сражаются за место в уме, как сеньоры, растаскивают мироздание на
части: "Я прав!" - "Нет, я прав!" Нехороший мир.
Пол был разделен на сто полей, и у стен из сочленений плит к потолку
поднимались мраморные полуколонны, а в промежутках полуколонн - зеркала,
увенчанные этакой разбросанной листвой. Неревен всегда завидовал зеркалам
за умение рисовать, а сейчас глядел через них за людьми.
Людей в зале было, как мальков в верше. Знатные были одеты пестро, а
горожане в черных костюмах. Неревен прислушался: знатные возбужденно
шушукались. Откуда-то пошел слух, что господин Даттам уговорил
Арфарру-советника примириться с Кукушонком. Добрый знак, - значит,
господин Даттам сильнее беженца из империи, а знать, видать, сильнее
Даттама, что он на ее стороне!


Арфарра спускался вслед за королем, в золотом паллии, за его спиной
несли треножники в форме крыльев, из треножников шел голубой дым, перед
Арфаррой бежала белая мангуста.
Горожане закричали, увидев Арфарру, а одному из горожан сел на плечи
щекотунчик, и тот заплясал совсем хорошо. Неревену тоже хотелось поглядеть
щекотунчика, однако учитель велел ему смотреть за всеми приглашенными,
особенно за Марбодом Кукушонком, а для этого нужны совсем другие глаза,
чем те, которыми видят щекотунчиков.
Соседи горожанина, однако, щекотунчика увидели и засуетились руками и
ногами.
Неревен заметил, что чужеземцы, Ванвейлен и Бредшо, не суетились
ничуть, а брезгливо, как Даттам, поджимали губы. Многие на них
оборачивались. Тут за спинами чужеземцев подошли и встали четыре стражника
в зеленых с серебром кафтанах, с красными пальмовыми луками и секирами за
поясом. В руках они держали короткие стрелы-громотушки. На стрелах было
королевское оперение, белое с двумя черными перьями, такие стрелы страшно
визжали в воздухе, распугивая духов, а еще их можно было использовать
вместо кинжалов.
Надо сказать, что стражники тоже слегка подскакивали.
Итак, Неревен смотрел на Кукушонка и на всех остальных, а королевская
сестра глядела только на Кукушонка.
- Ах, как он красив, - сказала она. - Кафтан на нем белее снега,
ворот оплетен серебряным шнуром с жемчугами, и в распахнутом плаще видны
жемчужные грозди на подоле. Даже Белый Эльсил рядом с ним - как луна рядом
с солнцем и мне жалко, что этот малиновый плащ скрывает его стан и меч
Остролист, так что мне не виден цвет сапог, видно только, что каблуки
красные и высокие.
Неревен покраснел и поглядел на свои башмаки: на них-то были не
высокие каблуки, чтоб удобнее вдевать ногу в стремя, а высокие подошвы,
чтоб сподручней ступать по грязи...
Неревен глядел на свои башмаки и ничего не видел сквозь слезы, и
думал: "Неужели она любит Кукушонка?" И решил, что не любит, потому что
совсем не ревнует к Белому Эльсилу. Это, вообще, удивительно, что такие
вещи здесь не оскорбляли ни богов, ни людей. А в империи такие вещи
оскорбляют богов страшно, потому что когда государь Иршахчан
восстанавливал справедливость, стоило одного боевого друга казнить за
непочтительность, как другой непременно покушался на государя, и стало
ясно, что такая вещь противоестественна.
Размышления его прервал общий крик: Неревен очнулся и увидел в
зеркале: белая мангуста мечется по яшмовому квадрату, а над ней,
неизвестно откуда, белый кречет. Вцепился в загривок, замотал головой,
мангуста закричала и забила лапкой, - а родовая птица Белых Кречетов уже
летела вверх, вверх, в Облачную Залу. Щекотунчик совсем насел на
горожанина, тот сомлел и свалился вниз. Все оцепенели. Чужеземец,
Ванвейлен, обернулся, выхватил у стражника за спиной лук, наложил стрелу и
выстрелил. Стрела заорала диким голосом, заспешила за кречетом, кречет
нанизался на нее и упал.
Не так трудно было подстрелить птицу; кто, однако, будет ввязываться
в божьи распри?
Мангуста на полу затихла и вывалила язычок наружу. Все немножко
окаменели. Паж протянул стрелу с убитой птицей королю.
- Кто стрелял? - спросил король.
Чужеземец, Ванвейлен, вышел к королю, стал перед ним на одно колено.
Под мышкой у него все еще торчал красный лаковый лук стражника.
- Как же ты не побоялся? - спросил король Алом с восхищением.
Чужеземец улыбнулся нагло:
- Я решил, что если это божий вестник, с ним все равно ничего не
случится, а если кречета науськал человек - боги не допустят, чтобы он
улетел живым.
Король улыбнулся.
- Это ваш корабль, - сказал он, - пришел из Западной Земли? Я приму
вас завтра в полдень.
Король снял с правой руки золотое запястье, чужеземец поклонился и
принял подарок.
Арфарра стоял рядом с королем, в золотом паллии и накидке из перьев,
и лицо его было совершенно бесстрастно. Он только чуть повернул голову к
Хаммару Кобчику и сложил руку на руку: "Не надо".
И тут Марбод вышел вперед и сказал:
- Дрянь из-за моря! Кто ты такой, чтобы вмешиваться в распри богов?
Даттам тихо охнул, - теперь о примирении не могло быть и речи.
А чужеземец поднял убитого кречета за лапку и сказал:
- Ваше величество! Разрешите, я скормлю этого волосатого бога своей
кошке?
Двое товарищей схватили побелевшего Марбода, а тот стал пускать
пузыри и рыть сапогом пол.


скачать книгу I на страницу автора

Страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 [ 23 ] 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70 71 72 73 74 75 76 77 78 79 80 81 82 83 84 85 86 87 88 89 90 91 92 93 94 95 96 97 98 99 100 101 102 103 104 105 106 107 108 109 110 111 112 113 114 115 116 117 118 119 120 121 122 123 124 125 126 127 128 129 130 131 132 133
ВХОД
Логин:
Пароль:
регистрация
забыли пароль?
РЕКЛАМА

Русанов Владислав - Стальной дрозд
Русанов Владислав
Стальной дрозд


Шилова Юлия - Утомленные счастьем, или Моя случайная любовь
Шилова Юлия
Утомленные счастьем, или Моя случайная любовь


Василенко Иван - Волшебные очки
Василенко Иван
Волшебные очки


   
ВЫБОР ПОЛЬЗОВАТЕЛЯ

Copyright © 2006-2015 г.
Виртуальная библиотека. При использовании материалов - ссылка на сайт обязательна .....

LitRu - Электронная библиотека