Виртуальная библиотека. Русская и зарубежная фантастика, фэнтези, детективы, триллеры, драма, историческая и  приключенческая литература, философия и психология, сказки, любовные романы!!!
главная | новости библиотеки | карта библиотеки | ссылки
РАЗДЕЛЫ
Детектив
Детская литература
Драма
Женский роман
Зарубежная фантастика
История
Классика
Приключения
Проза
Русская фантастика
Триллеры
Философия

КНИГИ ПО АЛФАВИТУ
... А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я

АВТОРЫ ПО АЛФАВИТУ
А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я

ПАРТНЕРЫ



ПОИСК
Введите фамилию автора:
Поиск от Google:



скачать книгу I на страницу автора

от него вид ее искалеченного лица.
Ее рыдания скоро прекратились, как если бы она была слишком уставшей,
чтобы продолжать. Она смотрела на его лицо, все лицо, каждую часть. Она
подняла руку и коснулась его волос.
- Горти... - прошептала она. - Я так любила тебя таким, как ты был...
- Я не изменился, - сказал он. - Я сейчас большой, взрослый мужчина.
У меня есть квартира и работа. У меня такой голос и такие плечи и я вешу
на сто фунтов больше, чем три года назад. - Он наклонился и быстро
поцеловал ее. - Но я не изменился, Зи. Я не изменился. - Он коснулся ее
лица, осторожное воздушное прикосновение. - Тебе больно?
- Немного. - Она закрыла глаза и облизала губы. Похоже ее язык не мог
дотянуться до одного уголка рта. - Я изменилась.
- Тебя изменили, - сказал он, его голос дрожал. - Людоед?
- Конечно. Ты знал, не правда ли?
- Не совсем. Я подумал однажды, что ты меня зовешь. Или он... Это
было далеко. Но в любом случае никто другой не стал бы - не стал... что
случилось? Ты хочешь рассказать мне?
- О, да. Он узнал о тебе. Я не понимаю как. Твой - этот Арманд Блуэтт
- он сейчас судья или что-то в этом роде. Он пришел повидаться с Людоедом.
Он думал, что ты девушка. Я имею ввиду взрослая девушка.
- Я был ею, какое-то время.
Он натянуто улыбнулся.
- О, я понимаю. Ты действительно был на карнавале в тот день?
- На карнавале? Нет. В какой день, Зи? Ты имеешь ввиду, в тот, когда
он узнал?
- Да. Четыре - нет, пять дней назад. Ты не был там. Я не понимаю... -
Она пожала плечами. - Так или иначе, девушка пришла поговорить с Людоедом,
а судья следил за ней и думал, что это ты. Людоед тоже так думал. Он
послал Гавану найти ее. Гавана не смог ее найти.
- А затем Людоед взялся за тебя.
- Мм. Я не собиралась говорить ему, Горти. Я не собиралась. Во всяком
случае долго. Я - не помню.
Она снова закрыла глаза. Горти внезапно задрожал, а потом смог
дышать.
- Я не... помню, - сказала она с трудом.
- Не пытайся. Не говори больше, - пробормотал он.
- Я хочу. Я должна. Он не должен найти тебя! - сказала она. - Он
охотится за тобой прямо в эту минуту!
Глаза Горти сузились и он сказал:
- Ладно.
Ее глаза были все еще закрыты. Она сказала:
- Это длилось долго. Он говорил очень тихо. Он дал мне подушки и
немного вина, у которого был вкус осени. Он говорил о карнавале и Солуме и
Гоголе. Он упомянул "Малышку", а затем говорил о новых вагонах-платформах
и о продовольственном складе и проблемах с профсоюзом подсобных рабочих.
Он сказал что-то о профсоюзе музыкантов и что-то о музыке и что-то о
гитаре и затем о выступлении, которое у нас когда-то было. А затем он
снова говорил о зверинце и конферансье, и снова вернулся к тебе. Ты
понимаешь? Просто упоминал тебя и уходил в сторону и возвращался обратно
снова и снова. Всю ночь, Горти, всю, всю ночь!
- Ш-ш-ш.
- Он не спрашивал меня! Он разговаривал отвернувшись и наблюдая за
мной уголком глаз. Я сидела и пыталась пить вино и пыталась есть, когда
Кухарка принесла обед и полуночный завтрак и завтрак утром, и пыталась
улыбаться, когда он замолкал на минуту. Он не дотронулся до меня, он не
ударил меня, он не спросил меня!
- Он сделал это позже, - выдохнул Горти.
- Гораздо позже. Я не помню... его лицо надо мной, как луна, однажды.
У меня все болело. Он кричал. Кто такой Горти, где Горти, кто такая
малышка, почему я прятала Малышку... Я просыпалась и просыпалась. Я не
помню времени, когда я засыпала или теряла сознание, или что это было. Я
проснулась с глазами залитыми моей кровью, подсыхающей, а он говорил о
механиках каруселей и электроснабженцах для прожекторов. Я проснулась у
него на руках, он шептал мне на ухо о Банни и Гаване, они должны были
знать, кто такой Горти. Я проснулась на полу. У меня болело колено. Был
чудовищный свет. Я подпрыгнула от боли, которую он причинял. Я выбежала из
двери и упала, мое колено не сгибалось, это было во второй половине дня и
он поймал меня и приволок обратно и бросил меня на пол и снова включил
этот свет. У него было зажигательное стекло и он заставил меня выпить
уксус. У меня распух язык, я...
- Ш-ш-ш. Зина, дорогая, тише. Не говори больше ничего.
Ровный, лишенный эмоций голос продолжал:
- Я лежала неподвижно, когда заглянула Банни и Людоед не знал, что
она видела, что он делает и Банни убежала и пришел Гавана и ударил Людоеда
куском трубы, а Людоед сломал ему шею он теперь умрет, а я...


Горти почувствовал, что у него сухие веки. Он поднял осторожно руку и
ударил ее расчетливо по неповрежденной щеке.
- Зина. Прекрати!
После этого удара она издала громкий крик и закричала:
- Я больше ничего не знаю, правда я не знаю! - и разразилась
болезненными рыданиями. Горти попытался говорить с ней, но его нельзя было
услышать сквозь ее плач. Он встал, повернулся, осторожно опустил ее на
диван, побежал и намочил полотенце холодной водой и вытер ее лицо и руки.
Она резко прекратила плакать и уснула.
Горти смотрел на нее пока ее дыхание не убедило его, что она
успокоилась. Он положил свою голову медленно возле ее став на колени возле
дивана. Ее волосы были у него на лбу. Скрестив руки он взял себя за локти
и начал тянуть. Он сохранял это напряжение пока его плечи и грудь не стали
пульсировать от боли. Ему нужно было оставаться возле нее, не двигаться,
но в то же время снять черное напряжение ярости, которое нарастало в нем,
и работа, которую выполнял ли его мускулы спасла его рассудок без
малейшего движения, которое могло бы разбудить спящую девушку. Он долго
стоял так на коленях.
За завтраком на следующее утро она снова могла смеяться. Горти не
сдвинул ее и не дотронулся, только снял с нее обувь и накрыл пуховым
одеялом. В предутренние часы он принес подушку из спальни и положил ее на
пол между диваном в студии и дверью, и растянулся там, чтобы слышать как
она дышит и с кошачьей внимательностью прислушиваться к малейшему шороху с
лестницы и лестничной площадки.
Он стоял склонившись над ней, когда она открыла глаза. Он сразу же
сказал:
- Я Горти и ты в безопасности, Зи.
Нарастающая паника в ее глазах умерла, не родившись, и она
улыбнулась.
Пока она купалась он отнес ее одежду в ближайшую автоматическую
прачечную и через полчаса вернулся с выстиранной и высушенной одеждой.
Еда, которую он купил по дороге была не нужна; она уже вовсю была занята
приготовлением завтрака, когда он вернулся - яичница "как на автозаправке"
(жареные яйца в центре кусочков хлеба, из которых серединки выдавлены
стаканом для молока) и хрустящий бекон. Она забрала у него продукты и
проворчала на него.
- Копченая рыба - сок папайи - датская колбаса. Горти, здесь еды на
роту!
Он улыбался, больше ее смелости и ее способности быстро
восстанавливать силы, чем над ее протестами. Он прислонился к стене
скрестив руки, наблюдая как она прихрамывая ходит по кухне, завернутая с
головы до пят в то, что для него было плотно облегающим банным халатом, и
пытался не думать о том факте, что она вообще им воспользовалась. Однако
он понимал, видя ее хромоту, видя, что случилось с ее лицом...
Это было веселый завтрак, во время которого они счастливо играли в
игру под названием "А помнишь...", которая, если разобраться, является
самой захватывающей игрой в мире. Затем был молчаливый период, когда для
каждого из них вида собеседника было достаточно для общения. Наконец Горти
спросил:
- Как тебе удалось вырваться?
Ее лицо потемнело. Усилие справиться с собой было очевидным - и
успешным. Горти сказал:
- Тебе придется рассказать мне все, Зи. Тебе придется рассказать мне
и обо мне тоже.
- Ты много узнал о себе.
Это был не вопрос.
Горти отмахнулся.
- Как ты выбралась?
Подвижная часть ее лица сморщилась. Она посмотрела на свои руки,
медленно подняла одну, положила ее на и вокруг другой, и когда говорила,
сжимала ее.
- Я была в состоянии комы несколько дней, я думаю. Вчера я проснулась
на своей койке, в трейлере. Я знала, что я сказала ему все - кроме того,
что я знаю, где ты находишься. Он все еще думает, что ты та девушка. Я
слышала его голос. Он был с другого конца трейлера, в комнате Банни. Банни
была там. Она плакала. Я слышала, как Людоед увел ее. Я подождала, а
потом, вытащила себя наружу и к двери Банни. Я зашла вовнутрь. Гавана
лежал там на кровати с жесткой шиной вокруг шеи. Ему было больно говорить.
Он сказал, что Людоед лечит его, лечит его шею. Он сказал, что Людоед
собирается заставить Банни сделать работу для него.
Она быстро посмотрела на Горти.
- Он может, ты знаешь. Он гипнотизер. Он может заставить Банни
сделать все, что угодно.
- Я знаю.
Он посмотрел на нее.


скачать книгу I на страницу автора

Страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 [ 22 ] 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35
ВХОД
Логин:
Пароль:
регистрация
забыли пароль?
РЕКЛАМА

Шилова Юлия - Турецкая любовь, или Горячие ночи Востока
Шилова Юлия
Турецкая любовь, или Горячие ночи Востока


Злотников Роман - Элита элит
Злотников Роман
Элита элит


Черепнин Владимир - Свирепый черт Лялечка
Черепнин Владимир
Свирепый черт Лялечка


   
ВЫБОР ПОЛЬЗОВАТЕЛЯ

Copyright © 2006-2015 г.
Виртуальная библиотека. При использовании материалов - ссылка на сайт обязательна .....

LitRu - Электронная библиотека