Виртуальная библиотека. Русская и зарубежная фантастика, фэнтези, детективы, триллеры, драма, историческая и  приключенческая литература, философия и психология, сказки, любовные романы!!!
главная | новости библиотеки | карта библиотеки | ссылки
РАЗДЕЛЫ
Детектив
Детская литература
Драма
Женский роман
Зарубежная фантастика
История
Классика
Приключения
Проза
Русская фантастика
Триллеры
Философия

КНИГИ ПО АЛФАВИТУ
... А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я

АВТОРЫ ПО АЛФАВИТУ
А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я

ПАРТНЕРЫ



ПОИСК
Введите фамилию автора:
Поиск от Google:



скачать книгу I на страницу автора

— Так я не понял, — спросил Мастер. — Кто же теперь в «Первой» старший?
— Победил с небольшим преимуществом Лебедь, — сказал Мэкс. — И тут же… Ха-ха-ха! Ой, не могу! И тут же назначил Шерлока дневальным по псарне. На год! Вкатил ему триста шестьдесят пять нарядов вне очереди!
— У нас же нет такой должности, — усомнился Мастер. — Там и не нужен дневальный. Подумаешь, шваброй пару раз шевельнуть…
— Теперь будет, — пообещал Хунта. — И я уверен, что специально для Шерлока собаки начнут гадить в клетках…
Охотники и сенсы опять расхохотались. «Готовятся, — подумал Мастер. — В полпятого утра им точно будет не до смеха. Отводят душу».
— Шерлок не замешан в убийстве, — добавил Хунта. — Даже и не знал о нем. Он только испортил противоугонки на машинах. Мелкий саботаж, ничего больше. Наша внутренняя проблема. И Лебедь еще сделает из него человека. А за бомбу Бате отдельное спасибо. Там, конечно, было не полкило, а триста граммов, но нам пригодится.
— Кстати, машины я уже сделал, — вставил Горец.
Мастер кивнул. Ни в чем не доверяя Штабу, он давным-давно натравил Горца на противоугонные системы «Рэйнджей». Системы были чертовски хороши, Горец возился с ними почти год, но теперь на каждой машине стоял надежно спрятанный тумблер, работающий в обход кодового иммобилайзера. Об этом знали только Мастер и Горец. Так что с машинами Батя промахнулся. А с бомбой… Мастер крепче прижал к себе Карму.
— Хорошо, — сказал он. — Значит, работаем по плану. Мэкс, ехал бы ты домой. Ты же не спал вообще, наверное. А твари могут сразу и не исчезнуть, так что нам еще найдется дело.
— Разреши остаться, — попросил Мэкс. — Я своих отпустил, а вот мы с Лысым хотели бы принять участие. Если ты позволишь, конечно.
— Ну, смотри. Подойди тогда к Лебедю, у него как раз теперь некомплект. Договорись, и тут же спать. Утром ни у кого руки дрожать не должны.
— Спасибо, — кивнул Мэкс. — И вот что, старший. Я при свидетелях заявляю: выбрось из головы все, что Батя про меня наболтал. Да, моя группа — не подарок. И лично я тоже не самый отважный парень в Школе. Должен признать, когда я понял, что придется идти против всего Проекта, у меня очко заиграло. Но я всегда был с тобой. А про Лысого и говорить нечего.
Мастер положил руку Мэксу на плечо.
— Я знаю тебе цену, Олег, — сказал он. — Я просто боялся, что у тебя сдадут нервы. Ты же самый тонкий из нас, дружище. Я видел, как сложно тебе принять решение. Вы уж простите меня, охотники.
— Ладно, — ухмыльнулся Мэкс, расслабляясь. Лысый молча кивнул. — Мы тебя поняли. Да, Лысый? Извинения приняты. Дуэль отменяется, вместо нее назначим выпивку с мордобоем и пьяными слезами в обнимку.
— Вот и ладушки, — улыбнулся Мастер. — А теперь по местам, господа.
Охотники и сенсы поднялись и гурьбой начали проталкиваться в дверь, озираясь на Тима, который по-прежнему безучастно полулежал на диване. Последним шел Хунта.
— Да! — сказал он, останавливаясь в дверях. — Совсем забыл. С Базы пришла замена Вавилову. Гиппократ. Нормально?
— А что такого? Ему же с нами в Техцентр не ехать. Отработает расчистку, и все дела.
— Доктор с ним передал на словах: «До утра дело терпит».
— Отлично! Я так боялся, что из-за Вавилова у нас все сорвется… Как начал бы Штаб следствие прямо сейчас… Видишь, а ты Доктора ругал всегда!
— Сволочь он, — набычился Хунта. — Сволочь, двурушник и трус, — и вышел.
— Ты просто скучаешь по Олесе! — сказал Мастер ему в спину, закрывая дверь. Хунта не ответил. Мастер повернулся к Тиму.
— Что-то я задумался, — вздохнул тот, открывая глаза и садясь прямо. — Давай, присаживайся.
— Невовремя я сломался, — сказал Мастер извиняющимся тоном. — Все думал, что здоровья хватит дотянуть до конца… Но слишком уж много всего навалилось.
— Ты справился. Да, тебе помогали, но ты ведь и не рассчитывал все сделать в одиночку. Так что не тушуйся. Ты для них герой. И с этим твоим… ритуальным убийством ты в самую точку попал.
— Прямо между глаз, — вздохнул Мастер, усаживаясь рядом с Тимом. — Прямо между глаз… — Он прокрутил мысленно перед глазами картинку: что за глаза были у Саймона, когда ему в переносицу въехала девятимиллиметровая пуля. «А неплохо было сработано. И с Батей — тоже».
— Так, — сказал Тим. — У меня информация короткая, но всеобъемлющая. Готов слушать? Ну, слушай. Я действительно мало понимаю в современной науке. Но библиотека мне помогла. Она уже привыкла к тому, что я задаю тупые вопросы, и довольно быстро все объяснила…
Карма подошла к Мастеру и улеглась у его ног.
— То, что мы называем психотроникой, находится под запретом уже несколько тысячелетий. Нельзя конструировать технику, имитирующую экстрасенсорные способности живого существа, потому что как только излучения, которые она генерирует, достигают определенной мощности, открывается э-э… Дверь. И в твоем доме появляются твари. Вот так-то, братишка. Видимо, это действительно некое иное измерение, которое смыкается с любым миром во Вселенной. Самостоятельно твари пробиваются к живым очень редко. Но сказки, легенды о живых мертвецах есть везде. Я именно с таких легенд и начал разговор с библиотекой.
— Значит, они везде…
— Да, они везде. И везде они ждут своего часа, потому что во всех мирах существует наука. И всегда она озабочена проникновением в тайны материи. А значит, рано или поздно добирается до тонких излучений и пытается создавать биоэнерготехнологии. И вот тут-то открывается то, что библиотека назвала Дверью.
— А при чем здесь твой друг Чейни?
— При том, что их мир столкнулся с проблемой тварей в полном объеме. Давно, настолько давно, что теперь об этом знают только органы, контролирующие науку. Но, как я понял, им твари задали перцу. Таких Техцентров, как в Москве, там было штук сто. И твари поперли сразу по всей планете.
— Значит, там были и охотники, — сказал Мастер. — Только без собак. Эти чейни все мощнейшие сенсы.
— Не понял, это имя или название народа?
— Понимаешь, брат, Чейни — тот чейни, который мой друг и спаситель, он из очень древнего рода. Его генеалогия уходит куда-то к самым их корням. А поскольку строй у них родоплеменной, то он там большая шишка. И ему по праву рождения положено носить именно такое имя.
— И на что твари рассчитывали?.. - поинтересовался Мастер. И тут же понял на что.
— Ты просто их опередил, — вздохнул Тим. — Ты мгновенно раскрыл то, что твоя девочка зомбирована. А если бы нет? Тогда мы успели бы поболтать по душам, и я рассказал бы тебе о чудесном народе чейни, которому обязан всем, что у меня есть, начиная с самой жизни, — народе, который лучше всех знает, откуда берутся твари и как с этим бороться. А ты-то уж…
— А я бы проболтался Тане, — кивнул Мастер. — Это точно! И мне отвернул бы башку именно тот человек, от которого я не ждал нападения. Умны, сволочи, ничего не скажешь.
— Я дал библиотеке примерную информацию о мощности Техцентра. Она считает, что после отключения генераторов активность тварей сразу же сократится на три четверти. А потом, на протяжении где-то полугода, будет медленно спадать до отметки ноль два — ноль пятнадцать. И еще год-полтора нужно, чтобы она полностью сошла на нет. Остаточное излучение, понимаешь? Это очень важно, брат. Это значит, что можно не беспокоиться за москвичей. Серьезной «ломки» у них не будет. Конечно, по весне психиатрам работы хватит, но это спишут на сезонные колебания.
— Отлично! Просто отлично! — Мастер возбужденно потер ладони. — Мне только этого и надо. Предъявить властям немедленный результат. А если никто из мирного населения не помрет… Блеск! Тогда нам точно все простят и вместо тумаков надают медалей.
— А если нет? — спросил Тим. — Они не любят давать медали. Они любят наказывать за самоуправство.
— Но у нас же форсмажорные обстоятельства! Что делать, если твое начальство оказалось резидентурой противника?
— А все-таки? Ты ведь не на макаронную фабрику замахнулся.
— Тогда мне придется исчезнуть, — вздохнул Мастер. — Для остальных разработана прекрасная легенда, не подкопаешься. По ней выходит, что единственный виновник — я. Школу примет Хунта, и ребята будут еще на пару лет всем обеспечены. А когда добьют тварей, уйдут во Вторую Школу. Конечно, это совсем не то, к чему они привыкли…
— Они молодцы, — улыбнулся Тим. — Они чудесные парни. Тут ведь дураков нет. Все отлично понимают, что рубят сук, на котором сидят. Им больше нет места в этом мире, кроме Школы. И профессии другой подходящей они себе не найдут.
— Тем не менее они со мной согласны. И я их за это еще больше люблю.
— Ладно, — сказал Тим. — Когда все это кончится, мы с тобой серьезно поговорим. Есть идея.
Мастер заглянул ему в глаза и рассмеялся.
— Не нужно, — заявил он. — Ребятам, конечно, на этой планете жить противно, но это их дом. У многих семьи. А кому на семью наплевать, так ведь здесь дом его собаки. А без собак они уже жить не могут. Если ты однажды решился завести кавказскую овчарку, то это все, труба. Ты можешь потом устать, состариться, тебе просто надоест ее тяжелый характер. Ладно, ты сменишь кавказку на немку, на бернца, на чау — не суть важно. Но всегда рядом с тобой будет какая-нибудь собака. Ты будешь согбенным дедушкой, а рядом с тобой будет стареть твой последний верный пес.
Тим на мгновение отвел глаза и задумался.
— Под старость Зигмунд Фрейд завел чау-чау, — сказал он. — Больше всего в этой собаке его восхищала немотивированность поступков и неуправляемость. Н-да. А с чего ты взял, что я тебе предложу эмигрировать?
Теперь задумался Мастер.
— А что ты мне еще можешь предложить, — произнес он медленно, — чего у меня нет?
Тим проследил направление взгляда Мастера. Тот смотрел на Карму. И в глазах его светилась глубокая нежность.
— «Дырка» здесь, — Хунта ткнул пальцем в схему здания. — Мы засядем вот так. Ты встанешь вот тут. — Хунта показал на схеме угол подвала. — Тихое спокойное место. Большой зал. В него ведет с улицы дверь, а изнутри — только узкий лаз, тоннель, шахта теплотрассы. Если мы со своего конца слегка замешкаемся, у твари может хватить ума поползти по этому тоннелю. И тогда ты ее сделаешь.
— Опять ты меня в тыл запихнул, — пожаловался Мастер. — Почему мне нельзя…
— Заткнись, — сказал Хунта сухо. — На расчистке старший я. Скажи большое спасибо, что вообще не прогнал.
— Так его, заразу! — радостно крикнул Зигмунд, пробегая мимо. Мастер вслед ему замахнулся было кулаком, но того уже и след простыл.
— Возьми с собой кого-нибудь, а? — попросил Хунта. — У нас один из стажеров не вписывается. Пусть с тобой постоит, опыта наберется.
— Не надо, — мотнул головой Мастер. — Стажер со мной сегодня не опыта наберется, а полные штаны навалит.
— Да, это точно, — согласился Хунта. — Молодые только о том и говорят, как красиво мозги по стене размазываются. А классно ты Саймона уделал!
— Думаешь? — спросил Мастер недоверчиво.
— А ты сомневаешься? Это было просто кино! И ты выглядел, я тебе доложу, охренительно. Только спина немножко вялая. Не то что морда. Советую подкачать.
Мастер посмотрел на Хунту укоризненно.
— Я тебе что, Мистер Вселенная?
— Ты Мастер собак, — шлепнул его по плечу Хунта. — Давай, пошел на точку. И нечего дуться.
— Разрешите бегом? — съязвил Мастер.
— Прыжками! — разрешил Хунта, укладывая схему в планшет.
Включив наплечный фонарь, Мастер осторожно спустился по заметенным снегом узким ступенькам. Распахнул железную дверь подвала, отметив про себя, какая она непривычно мощная. «Ого! Сейфовый замок… Хорошо теперь строят, надежно. Отчасти из-за тварей — все бессознательно опасаются подземелий и запирают их намертво». Он осветил свой участок подвала. «Глубоко, метра три. Наверху ряд узеньких окошек. Если что, не допрыгнуть. Да на них еще и решетки в придачу. Однако яма. Здоровая бетонная коробка. Так, вот этот тоннель. Вполне можно проползти на четвереньках либо под трубами, либо по ним».
Карма деловито обследовала стены и уселась у ног хозяина. Мастер проверил лазерный целеуказатель и подствольный фонарь. Он уже делал это наверху, но лишний раз не помешает. Да и успокаивает. «Что-то мне эта дверь не нравится. А чем бы ее подпереть? Подвал чистый, никакого строительного мусора. Ага! Есть-таки. Только это не забыли, а спрятали. Кто-то под трубой в углу заныкал лом. Хорошая железяка, чуть длиннее метра. Порядок. Теперь мы дверь до упора распахнем, ломом ее заклиним, а сами в углу затаимся. И будем ждать. А пока будем ждать — будем думать».
Наверху к Хунте подошел Крюгер.
— Рации уже накрылись, — сказал он. — Ни хрена не слышно. Бенни говорит, что все на местах. Сенсов он тоже расставил. Техничка вон там, за углом. Гиппократ рядом с нашими машинами.
— Скажи Бенни, чтобы каждые десять минут переставал вынюхивать тварь и проверял, на местах ли охотники. Я не хочу сегодня терять людей по нелепой случайности.



— Это как схлопотать пулю на ступенях рейхстага, да?
— Точно. Все, иди к машинам и следи, чтобы Фил там не спал. — Хунта дружески пихнул Крюгера, задавая направление, а сам остался стоять, запрокинув голову и подставив лицо легкому теплому ветерку. Температура поднималась, скоро могла начаться даже оттепель. «Пускай в марте приморозит, но главное — кончается последний месяц зимы. В этом году она выдалась особенно поганая. — Хунта стянул с головы шлемофон и зацепил его пряжкой за ремень. — Мастер сказал, нам охотиться еще два года. Потихоньку, но все-таки охотиться. А что потом? Неважно. Только бы Ленка продержалась еще два года. Потерпи, любимая, хорошо? Ничего, выдержит. Она сильная девочка. Два года. А потом ей самое время будет родить. И у нас будет сын. Обалдеть! Или дочь. Тоже здорово. Жалко, что Султан состарится, к этому времени станет ленивым и раздражительным». — Султан! — позвал Хунта. — Ты станешь ленивым и раздражительным?
Султан на миг оторвался от сугроба, который сосредоточенно обнюхивал, что-то хрюкнул и снова уткнулся носом в снег.
«Да, придется нам сменить профессию, — подумал Хунта. — Интересно, чем займутся сенсы? Сектор «Ц» наверняка прикроют. А может, и всю Базу разгонят. Да, сенсы… Кстати! Что-то Бенни какой-то дерганый. Натерпелся за эти сутки, бедняга. Пойдем-ка мы с ним парой слов перекинемся. А потом можно и в засаду».
Бенни развалился на покатом капоте своего минивэна и курил, выпуская дым в безоблачное звездное небо.
— Как дела? — поинтересовался Хунта.
Бенни, закусив губу, смерил взглядом Султана, нюхающего его ботинки, и огоньком сигареты нарисовал в воздухе крестик.
— Это понимать как «икс» или как букву «ха»?
— Сам не знаю, — ответил сенс невнятно.
— Губу не грызи, растрескается. Хочешь, у меня помада специальная есть?
— Погоди, — попросил сенс.
Хунта фирменным «школьным» жестом упер руки в бока и отвернулся к зданию. «Это будет школа. Не Школа с заглавной буквы, а обычная школа. Здесь будут учиться не мутанты-Дети, а обычные дети. Мы оставим им хороший мир. Честный. В этом новом мире уже никто не сможет подсмотреть через стену или выстрелить сквозь нее. Никто не заберется тебе прямо в мозг через элементарную телефонную трубку. Никто не сделает тебя уродом. Радуйтесь, детишки».
— Непонятно, — сказал Бенни.
— Что? — встрепенулся Хунта.
— Ты не подходил сегодня к техникам?
— Нет, с ними Крюгер договаривался.
— Да Крюгер ничего такого не заметил. А вот мне показалось… Черт! Только показалось, ты понимаешь? Какие-то они отмороженные. Нехорошо отмороженные.
— Кто там сегодня? — спросил Хунта, машинально кладя руку на пульсатор. — Мы их знаем, или они новые какие-нибудь?
— Да нет, старики. Петя приехал. Знаешь Петю?
— Х-ха! — расслабился Хунта. — Да этот Петя тормоз по жизни. Такой, что аж страшно. Ему бы в зоопарке черепах сторожить не доверили.
Бенни снова грыз губу.
— Они нормальные, — пробормотал он. — Никаких энергетических аномалий. Никаких экранов, как было с Саймоном, например. Но очень уж они странные. И понимаешь, я бы так не дергался, но они ведь буквально в двух шагах от Мастера!
— Мне уже некого туда послать. Ты можешь время от времени поглядывать в ту сторону?
— А я что делаю?! - обиделся сенс. — Да я только за ним и слежу! Да он нам сейчас… Ах! Ах, ты, сучара! — Сенс с размаху ударил себя кулаками по коленям и съехал с капота машины.
— Где?! - рявкнул Хунта. Рявкнул, насколько это было возможно, потому что перешел на шепот. Все охотники начинали шептать, едва поблизости возникала тварь.
— Градусов тридцать к югу, сто метров. Ах, погань такая! Ребенка тащит!
— Работай! — приказал Хунта и, пригибаясь, метнулся к зданию. Султан обогнал его и первым исчез в подвале.
Когда это случилось, Мастер сидел на бетонном полу, в дальнем от двери углу, расслабленно вытянув ноги и меланхолично поглаживая Карму по плечу. Его вдруг охватило неясное беспокойство, словно некто коснулся его мозга невидимым лучом. Мастер подтянул ближе пульсатор и сделал то, что сенсы назвали бы «принюхался». И где-то на грани своих возможностей почувствовал холод. Этот холод был вокруг, он буквально затопил подвал. Удивительно, но он тек откуда-то сверху. Карма возбужденно задышала и вскочила на ноги.
Снега на ступенях было действительно много, и Мастер не услышал шагов. И когда Карма бросилась к двери, он проклял себя за то, что забрался так глубоко. Опытная и умная охотница, Карма все свое внимание направила туда, откуда могла появиться тварь. Когда опасность возникла с противоположной стороны, она мгновенно оценила ситуацию, но теперь против собаки играло расстояние. Ошарашенный Мастер мотал головой, пытаясь стряхнуть холод, сковавший рассудок. А Карма почти успела. Почти.
Чей-то невидимый башмак сильным пинком выбил отжимавший дверь лом. Железная палка влетела в подвал и страшно ударила Карму в челюсть, отвернув собаку вбок. Дверь с глухим стуком захлопнулась. Карма громко вскрикнула от боли и врезалась плечом в металл с такой силой, что загудела дверная коробка. Мастер от живота выстрелил в дверь поверх собаки — и услышал сдавленный вопль, который ужаснул его. Это был одновременно человеческий стон и хрип раненой твари. Раздался звонкий щелчок. Мастер понял, что это означает, и закричал. Не переставая орать что-то, чего сам не понимал, он всадил в дверь без малого половину батареи. И с трудом заставил себя убрать палец со спуска, даже услышав, что всякое движение снаружи прекратилось.
Под стеной плакала Карма. Мастер взял разбег и врезался в дверь. От удара у него потемнело в глазах, но дверь не шелохнулась, только снова легкий гул прошел по коробке. Мастер бросил короткий взгляд на Карму. Живая. Он осмотрел замок.
«У меня в ружье картечь. Попробовать?»
Непонятно на что надеясь, он шевельнул дверную ручку. Заперто.
— Карма! Карма! Карма! — Собака, тихо скуля, подползла к хозяину. Мастер повесил лучемет на плечо, вытащил из-за воротника обрез и, примерившись, разрядил в замок шесть патронов. Разбежался и пнул дверь. Без толку. Машинально он перезарядил ружье и сунул его на место.
«Достали-таки меня, сволочи».
Холод по-прежнему заливал подвал. Мастер догадывался, что это значит. «Они накрыли этот край подвала энергетическим колпаком, меня теперь не увидит Бенни». И тогда Мастер сделал единственное, что еще можно было предпринять. Он тщательно прицелился. И через толстую стену, через слой промерзшей земли, ударил из пульсатора туда, где стояла техничка. Он стрелял, пока не села батарея. Отстегнул ее и швырнул в окно. Посыпались осколки.
— Карма! — Мастер присел на корточки и быстро ощупал плечо собаки. Все в порядке. А как морда? Тоже ничего, зубы все на месте. Собака еще слегка поскуливала, тычась носом хозяину в колени. «Бедная моя, тебя так сильно ушибли! Какое счастье, что у кавказок мало нервных окончаний в коже. Поэтому они малочувствительны к боли».
— Родная моя… — прошептал Мастер, обнимая собаку. И в этот момент сзади раздался до боли знакомый чавкающий звук…
Наверху в это время был полнейший бедлам. Тварь повела себя как сумасшедшая — почуяв охотников, бросила добычу и резво пустилась наутек, благодаря чему выиграла полминуты. Ни охотники, ни даже сенсы просто не смогли поверить, что эта гадость проигнорирует инстинкт, который должен вести ее, как по ниточке, прямо к «дырке». Пока засада выбиралась из здания, Фил и Крюгер успели тронуть с места две машины и рванулись было в погоню, но тварь убежала в небольшой лесок и притаилась там. Хунта развернул людей в цепь и приказал стрелять по лесу. Потом спустили собак. Оказалось, что тварь залегла, и молнии пульсаторов не коснулись ее. В лесу началась драка. Собаки удержали тварь на месте, но к тому моменту, когда подоспели охотники, она уже тяжело ранила Джарефа, убила молодого неопытного пса и основательно зацепила еще двоих. Хунта послал людей за Гиппократом, и тут Бенни, который решил проверить, на месте ли бойцы, оставшиеся в здании, обнаружил, что исчез Мастер. С начала охоты прошло уже девять минут. Бенни сел в снег, схватился за голову и взвыл дурным голосом…
Мастер еще только разворачивался к «дырке», а рука уже вдавила спусковой рычаг, и оружие плевалось голубым огнем. Твари, загребая воздух когтистыми лапами, опрокидывались в синий дым. Но на их месте появлялись новые. «Дырка» была значительно шире обычного, и тварей в ней оказалось навалом. Оскаленные зубы, протянутые вперед руки, пустые глазницы. Некоторые были совсем как люди, другие искалечены, кто-то одет, кто-то не особенно, но все они несли смерть. И все они, спотыкаясь о тела упавших, пытались выбраться из стены в подвал.
Карма, забыв о боли, встала между «дыркой» и хозяином. Мастер спокойно, как на тренировке, точечными импульсами сшибал лезущую из преисподней нечисть. Поставленный на минимум, пульсатор не убивал их, а только обездвиживал, но и это было хорошо — корчась под ногами у других, подстреленные твари мешали им. Сначала Мастер считал выстрелы, но на третьем десятке сбился. Глаза начал заливать пот, и охотник тряхнул головой, сбрасывая на пол кепку.
Через две минуты «дырка» захлебнулась. Слабо шевелящийся бруствер из тел забил ее доверху. Мастер отступил на шаг и закашлялся. В подвале было просто не продохнуть от пышущей из «дырки» злобы. Мастер сплюнул на пол, вытер лоб тыльной стороной ладони, и тут чавкнуло справа.
— Что, бляди, все на одного, да?! - заорал Мастер, срывая голос. Эта «дырка» была еще больше. И твари из нее не лезли, а шли клином. Мастер начал стрелять и валил их, пока не села батарея. Десяток тварей уже находился в подвале. Даже не пытаясь зайти с флангов, они мерной поступью шли прямо на охотника. Мастер страшно захрипел и рванул из-за спины обрез.
Первым выстрелом он снес голову полуразложившейся голой старухе с отвисшей почти до пупка грудью. Вторым свалил громилу с толстенной золотой цепью на шее. Страшным ударом ботинка отбросил в угол ползущую на четвереньках девочку в изодранном платьице. Твари были уже совсем близко. Сбоку налетела Карма, сбила с ног сразу двоих и затерялась в куче пытающихся встать тел. Монстры шли и шли, сохраняя прежний боевой порядок и медленно отжимая Мастера к запертой двери. Расстреляв все патроны, он принялся лупить их, как дубиной, разряженным пульсатором и пинать ногами в грудь. Когти рвали его куртку, но ткань боевого костюма держалась. Человек рычал и матерился, где-то под ногами металась, вся в пене, его собака, и вдвоем они держали-таки поток нелюдей. Мастер бил, толкал, пинал, отшвыривая врагов подальше, и совершенно не думал о том, что находится в суммарной активной зоне множества тварей уже почти три минуты.

Нога наступила на что-то скользкое, и Мастер чуть не упал. Лом! Схватив тяжелую железяку поперек груди, он бросился вперед, толкнул, и твари начали валиться на спину, как костяшки домино. Мастер на секунду остановился перевести дух и с сожалением отметил, что слабеет. И сам удивился тому, что совершенно не чувствует страха. Только обиду, невероятно горькую обиду. Дрожали руки, глаза застилал туман. Карма на ватных лапах отползла назад, хозяину за спину, и тяжело рухнула на пол. Она не сдалась, ей просто было совсем нехорошо.
— Держись, любимая… — прошептал Мастер. Впереди твари перегруппировывались для новой атаки. Первым, на острие клина, стоял юноша лет шестнадцати в чистеньком новом костюме с увядшей гвоздикой в петлице.
— Ну что, господа? — произнес Мастер заплетающимся языком, сдавая назад для разбега. — Разрешите представиться! Я Виктор Ларин, Мастер собак. Когда-то я был человеком! Но все равно, я самый умный, самый сильный и самый красивый. И еще у меня есть кавказская овчарка. Ее зовут Карма! Сейчас, господа, я вас буду мочить, а она — оттаскивать. — Мастер был словно пьяный и никак не мог остановиться. Его разбирал истерический смех.
Сзади Карма заворчала, безуспешно пробуя встать. Твари дружно шагнули вперед. Мастер крепче сжал лом и попытался как следует упереться ногами. Они не слушались. Они подкосились.
— Мир друзьям, смерть врагам! — крикнул он, падая на колени, перехватывая лом, как копье, и откидываясь назад, чтобы ловчее было его метнуть. И тут с потолка градом посыпались стекла.
— Ло-жи-и-ись!!! - заорал сверху Хунта.
Мастер не сумел даже обрадоваться. Он с натугой запустил ломом в живот парню с выпускного бала и упал на бок. Из последних сил откатился в угол и, лежа на спине, впился слепнущими глазами в самую прекрасную картину на свете. К решетке подвального окна припало искаженное злобой лицо Хунты, а между прутьями вклинилось толстенное дуло тяжелого лучемета с технички.
Пятнадцать голубых молний с трех сторон ввинтились в подвал, и стены отразили многоголосый вопль гибнущих тварей. Треск пульсаторов и глухой рев лучевой пушки слились в ушах Мастера в волшебную музыку. Хунта, выплевывая перекошенным ртом грязные слова, ворочал тяжелые рукоятки, заливая огнем расползающихся уродов. Обессилевший Бенни сидел на подножке технички, поставив ногу на выпавшее из кабины бездыханное тело. Внизу Крюгер и Фил прилаживали к двери Батину бомбу. В фургоне медслужбы Зигмунд, глотая слезы, целовал в оскаленную морду умирающего Джарефа.
В подвале Мастер с трудом повернул голову и посмотрел на лежащую поодаль Карму. Он уже почти ничего не видел и никак не мог разобрать, дышит она или нет. А это было так важно… Ничто в этом мире не занимало Мастера больше, и то, что он сейчас не мог узнать самого главного, очень расстраивало его.
А Карме снился интересный сон. В этом сне, как и во множестве предыдущих, она загнала на дерево большую злобную кошку. Карма, рыча, наскакивала на дерево, пытаясь на него вскарабкаться, а кошка лезла выше и выше. Наконец она забралась на самую верхушку и неожиданно, высоко подпрыгнув, перескочила с нее на белое пушистое облачко. А с него перепрыгнула на другое, третье, четвертое, уходя все дальше.
Тогда Карма разбежалась хорошенько, расправила широкие мохнатые крылья, взмахнула ими…
СТАЛЬНОЕ СЕРДЦЕ
Развитие событий с определенного момента полностью вымышлено. Имена реальных действующих лиц изменены. Все цитируемые документы получены из открытых источников. Неопровержимых доказательств существования организации, называемой в тексте «Проект», на сегодняшний день нет.
Всем россиянам, считающим себя жертвами психотронного террора, посвящается.
Пролог. ДНЕВНИК МАЙОРА КРЕСТОВСКОГО
6-16 августа 1991 года. Западная Сибирь
6 августа. Пятый день преследования. Кажется, сегодня мы окончательно потеряем темп. Здесь начинается дикая тайга, непролазная чащоба. Придется забыть о прыжках на «вертушке» и идти пешком. В нашем распоряжении только след, с которого собаки постоянно сбиваются. И данные пеленгатора, которым я до сих пор верю с трудом.
Какого черта он пошел на север? И как ему удалось забраться в эту глушь? Нет, поставим вопрос иначе. Почему его отпустили так далеко? Опять рассматриваю фотографию. Кажется, знаю его лицо до малейшей черточки. Но почему-то хочется снова заглянуть в эти огромные глаза. Кто ты, Костенко Тимофей Сергеевич, 1968 г. р., русский, москвич, член ВЛКСМ, без определенных занятий?
7 августа. Он уходит звериными тропами. Собакам приходится очень тяжело. Иногда несколько часов кряду идем только по пеленгу. Ребята начинают поглядывать на меня с недоверием и отпускать замечания. Они видят, что я слишком уверенно выбираю направление. Пока что я вяло отшучиваюсь.
Объект в полутора днях пути впереди. Оставляет довольно много отчетливых следов. Как и прежде, он движется ровно, будто по ниточке. Словно его, как и нас, ведет чей-то пеленг. Иначе я это объяснить не могу. У него нет ни компаса, ни карты. Да и туристский опыт почти отсутствует. Тем не менее он идет очень резво. И прямо, только прямо!
8 августа. Поутру, едва проснувшись, и каждый раз, когда собаки теряют след, я ныряю за деревья. Ухожу подальше от группы и достаю из-за пазухи черную коробочку с экраном на жидких кристаллах. Нажимаю кнопку под надписью «прогрев» и через минуту жму на «локал.». И на экране появляется стрелка. Просто стрелка, больше ничего. Я мог бы сейчас написать по этому поводу очень много слов. В основном ругательных. Но я не писатель, а коммандо. У меня другие задачи.
9 августа. Нам навстречу сбрасывают еще одну группу. Кажется, начальство тоже уверено, что Костенко не свернет и будет мчаться по прямой. Это очень неприятно. Выходит, нам досталась роль загонщиков, а «сделают» Костенко те, другие. Спрашивается, какого… (зачеркнуто)…
Интересно, получил ли их старший те же инструкции, что и я?
10 августа. Мы все измотаны дальше некуда. И по-прежнему болтаемся в сутках пути от объекта. Самое обидное, что больше всего наше продвижение сдерживают… собаки. Они не так выносливы, как мы.
Вместе с тем шансы у нас неплохие. Засаду десантировали почти в ста километрах впереди. Ближе не вышло. Если чуть-чуть наддать, мы вполне успеем сцапать Костенко первыми. Тем более что он тоже не железный. Начинает, кажется, слегка прихрамывать. Может быть, вызвать сюда «вертушку», чтобы забрали собак с проводниками? Садиться здесь негде. Но и спешить некуда, пусть их тащат на борт подъемником. Я все больше доверяю пеленгатору. Он работает безупречно.
11 августа. Большой привал. Перечитал свои записи. Потом битых полчаса таращился на фотографию объекта. Породистая морда. Тяжело будет в нее выстрелить. Я не убийца. Я не убийца.
У него куча особых примет. Шрамы на теле, родинки, легкая картавость речи. Манера прокусывать насквозь сигаретный фильтр. Но это все детский лепет по сравнению с главным. Волосы. Длинная, до плеч, седая пепельная грива. Сейчас он собрал ее в хвост. Откуда у парня в двадцать три года такая седина? И почему у корней волосы темно-коричневые? Как будто он был крашен под седого. И волосы, отрастая, приобретают естественный цвет.
Трофимов, местный кагэбэшник, на все вопросы только мотает головой. Его тоже удивляет, почему ловить Костенко прислали москвичей. К тому же это его злит. Хотя задачи нам ставит именно Комитет. Еще одна загадка. Почему по Костенко не работают гэбэшные оперативники? Я уверен, что у них есть группы, ничем не уступающие моей.
12 августа. Собаки встали намертво. Проклятье! Знай я, что такое случится, бросил бы их еще вчера. А теперь отдохнувшие здоровые псы скулят и жмутся к ногам проводников. Мы на крошечной полянке, впереди бурелом. И собаки отказываются туда идти.
Группа нервничает. Ребята в курсе, что наш объект — существо необычное, если не сказать хуже. И теперь, глядя на собак, начинают психовать. Наткнулись на след, довольно свежий. Но собаки кидаются от него, как черт от ладана. Что такое? Ничем этот след не присыпан. Вообще, объект всегда погоню игнорировал. Будто не предполагал, что она возможна. Бред.


скачать книгу I на страницу автора

Страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 [ 21 ] 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70 71
ВХОД
Логин:
Пароль:
регистрация
забыли пароль?
РЕКЛАМА

Суворов Виктор - Беру свои слова обратно
Суворов Виктор
Беру свои слова обратно


Василенко Иван - Весна
Василенко Иван
Весна


Андреев Николай - Пролог. Смерти вопреки
Андреев Николай
Пролог. Смерти вопреки


   
ВЫБОР ПОЛЬЗОВАТЕЛЯ

Copyright © 2006-2015 г.
Виртуальная библиотека. При использовании материалов - ссылка на сайт обязательна .....

LitRu - Электронная библиотека