Виртуальная библиотека. Русская и зарубежная фантастика, фэнтези, детективы, триллеры, драма, историческая и  приключенческая литература, философия и психология, сказки, любовные романы!!!
главная | новости библиотеки | карта библиотеки | ссылки
РАЗДЕЛЫ
Детектив
Детская литература
Драма
Женский роман
Зарубежная фантастика
История
Классика
Приключения
Проза
Русская фантастика
Триллеры
Философия

КНИГИ ПО АЛФАВИТУ
... А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я

АВТОРЫ ПО АЛФАВИТУ
А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я

ПАРТНЕРЫ



ПОИСК
Введите фамилию автора:
Поиск от Google:



скачать книгу I на страницу автора

Крот уже стоял у Бенни за спиной, положив ему на плечо руку с пистолетом, направленным в сторону Школы. Бенни чуть присел и, крякнув от натуги, приподнял мертвое тело, чтобы оно, как щитом, закрыло сенсов от стрелявшего. Бенни била крупная дрожь. Крот тяжело дышал ему в висок, стволом пистолета выискивая цель.
Сзади раздались крики и топот. «Ложись!» — рявкнул голос Хунты. Бенни оттолкнул от себя тело Вавилова и рухнул в снег. Вытащив из-за пазухи обрез, он быстро огляделся. Рядом лежали щедро вымазанные в саже и земле Мастер и Хунта, один с пистолетом, другой с пульсатором. Пушкин, тоже с лучевым ружьем, откатывался влево. Крот короткими перебежками смещался вправо, держа на мушке опасный угол.
— Пост два! — скомандовал Хунта себе в воротник. — Закрыть Школу! Немедленно! Никого не пускать, никого не выпускать!
В ухе у Хунты зашуршало — Зигмунд докладывал об исполнении. Мастер, кряхтя, поднялся на ноги и спрятал пистолет.
— Отбой, рэйнджеры, — сказал он лениво.
Люди с опаской распрямились. Мастер был без куртки, только в свитере. Поэтому он шагнул к Хунте, взял его за угол воротника и сказал в микрофон:
— Пост два, я старший. Немедленно блокировать все перемещения внутри Школы. Полностью! Никаких исключений! Приказ всем оставаться на местах. Подтвердить исполнение.
Хунта прислушался и кивнул.
— Старшим доложить о наличии людей, — продолжал Мастер диктовать задание дежурному. — Зафиксировать нахождение каждого бойца конкретно. Сообщить им, что карантин вводится максимум на полчаса. Пусть сидят и ждут.
Хунта снова кивнул. Мастер отпустил его воротник, сплюнул на снег и, ни на кого не глядя, подошел к телу Вавилова.
— Пульсатор? — спросил он.
— Два импульса, — сказал Крот издали. — На полной мощности. Первым его просто сильно ударило, а от второго он умер. Почти сразу. Какая же сука это сделала, а? В спину ведь…
Бенни стоял как вкопанный, безвольно опустив руки. Хунта стянул с головы шлемофон и перекрестился. Пушкин, с пульсатором наперевес, не сводил глаз с угла, из-за которого стреляли, и что-то соображал.
— Сходим, посмотрим? — спросил он, не оборачиваясь.
В ухе у Хунты снова зашуршало. Старший «группы Два» склонил голову набок, застонал и длинно выматерился. Мастер и Крот обернулись к нему.
— Зигмунд ничего не видел, — сказал Хунта. — Но три минуты назад заело камеру, которая следит за этим участком. — Хунта ткнул пальцем в сторону угла. — Камера отвернута в сторону, наверное, сломан привод. На улице сейчас только мы, Вавилов, Батя и Шерлок. Вавилов шел ко мне, Батя и Шерлок сказали, что идут к машинам. Оба были с оружием. Шерлок действительно топтался у машин, а Батя куда-то пропал. Так. Понял. Они вернулись, стоят у дверей, просят впустить.
Пушкин опустил пульсатор стволом вниз и посмотрел через плечо на Мастера. Взгляд у заместителя старшего «группы Раз» был совершенно обалделый.
— Шерлок редкая сука, — пробормотал он. — Но Батя…
— Оба они себе на уме, — скривился Хунта. — Что старший, что аналитик. Тихушники. Но чтоб такое отмочить…
— Я не думаю, что они хотели сорвать операцию, — сказал ему Мастер. — Но им выгодно повесить на меня смерть ни в чем не повинного человека. Батя любит командовать и давно уже хочет меня утопить. А начальство предателей ценит — ими легко управлять.
— Не понимаю, — покачал головой Пушкин. — Тут же были двое свидетелей! И потом, для проведения операции нужен хотя бы один сенс…
— Меня они просто не видели, — тихо сказал Бенни, не отводя глаз от распростертого на снегу тела. — Вавилов вон какой здоровый… Он меня заслонил.
— А Крота они бы тоже шлепнули для вящей убедительности, — объяснил Мастер. Крот кивнул и невесело усмехнулся. — Все получается очень правдоподобно: люди не захотели принять участие в заговоре, и я их убил.
— А я? — спросил Хунта. — А Пушкин?
— Ты никогда не бросаешь свою группу. Они были уверены, что ты с «Двойкой» в тактическом классе. Проверять, так ли это, — значит, навлекать на себя лишние подозрения. Решили пойти на риск. Что касается Пушкина…
— Мне сказать нечего, — потупился Пушкин. — Хочешь, сажай меня под арест. Или вообще делай, что хочешь. Я твой. Командуй.
— Батя терпеть не может экспромты, — снова усомнился Хунта. — А тут убийца явно действовал, повинуясь импульсу, не подготовившись. И вообще, в Школе есть охотники, но нет убийц.
— Теперь есть, — сказал Бенни все так же тихо. — Мастер сегодня развязал им руки. Он научил их. Показал им, что это можно. Теперь они начнут убивать. Уже начали…
— Я думал повязать их всех этой кровью, — вздохнул Мастер. — Думал, что если не обойтись без смерти одного из нас, так пусть уж она послужит делу. Мне и в голову не приходило…

— Ну, теперь крови будет море, — пообещал Крот.
— Слушай, Пушкин, — сказал Мастер. — Ты все-таки Батин заместитель. Не мог он этого не учесть. Где у тебя кнопка? Каким образом можно тебя взять за задницу так, чтобы ты дал ложные показания? Давай колись!
— Батя знает про меня кое-что, — произнес Пушкин задумчиво. — Но я поверить не могу…
— Это очень серьезно?
— Подсудное дело, — признался Пушкин. — Ты не подумай, Школа здесь ни при чем, это было задолго до… Но я однажды по пьяни рассказал кое-что Бате и, кажется, выдал слишком много подробностей… Ты что, всерьез думаешь, что он хотел меня прижать?
— Я всегда говорил, что иметь близких друзей вредно, — вздохнул Мастер. — Вот проклятье! Насчет Бати меня давно предупреждали. А я мимо ушей пропустил. Ладно, отцы, пошли разбираться. Бенсон, тебе совсем хреново? Может, ты пока тут посидишь?
— Я пойду с вами, — сказал Бенни и снял обрез с предохранителя.
Батя и Шерлок курили на ступеньках Школы.
— Что случилось? — издали крикнул Батя Мастеру.
Мастер, не отвечая, подошел к Бате и впился в его лицо изучающим взглядом.
— Что с тобой? — спросил Батя участливо. — Тебе нехорошо? Ты чего молчишь?
Мастер покосился на Шерлока. Тот буквально ел глазами Хунту и Бенни. И еще Пушкина. Точнее, его пульсатор, который в нарушение всех правил был направлен Шерлоку в живот.
Хунта, Крот и Бенни окружили подозреваемых, разойдясь так, чтобы быть по возможности трудной мишенью. Оружие они пока что держали стволами вниз.
— Можно мне твою пушку? — спросил Мастер Батю.
— Зачем? — изумился тот.
— Нужно.
— Да пожалуйста… — Батя отдал Мастеру пульсатор. То ли он блефовал, то ли был полностью в себе уверен.
Мастер посмотрел на индикатор заряда батареи. Нажал кнопку, и батарея выпала из гнезда прямо ему под ноги, ударившись о ступени. Охотники рефлекторно вздрогнули — так обращаться с оружием в Школе было не принято.
— Запасную, пожалуйста, дай, — попросил Мастер.
— Что за херня, старший? — взвился Батя. Слишком резко, пожалуй.
Мастер молча протянул руку. Батя, покраснев, открыл подсумок и почти швырнул ему запасной аккумулятор. И сунул руки в карманы. Хунта начал медленно поднимать ствол пульсатора.
Мастер вставил батарею в гнездо и удовлетворенно кивнул. Эта батарея оказалась слегка подсажена. Как раз на два импульса полной мощности.
— А еще, — сказал Мастер, — у нас есть отличный след на углу в сугробе. Может, пройдемся?
— Зачем? — спросил Батя с явной угрозой в голосе.
— Как это зачем? Башмак твой примерить… Левый.
Батя с Шерлоком быстро переглянулись. Лицо старшего «группы Раз» ничего не выражало. Но его аналитик просто трясся. Он даже слегка отодвинулся от Бати. Тот укоризненно прищурил глаз и повернулся к Мастеру.
— Давай поговорим, — предложил он.
— О чем? — удивился Мастер. — Ты сейчас пойдешь под арест. Группу примет Пушкин. А утром мы тебя сдадим Штабу. Правда, ты уж извини, с обезображенным лицом. Ребята Вавилова любили.
— Не выйдет, — сказал Батя спокойно. — Ты теперь без меня и шагу ступить не можешь.
— Это почему же?
— Во-первых, я только что поменял код в сигнализации машин, — улыбнулся Батя.
— Вот паскуда! — прошипел сзади Хунта. Боевые школьные «Рэйнджи» были оснащены сложной противо-угонной системой, отключавшейся цифровым кодом. Положим, на расчистку «Двойка» как-нибудь выбралась бы и на личных автомобилях. Но «Рэйнджи» были жизненно необходимы для атаки на Техцентр. Батя участвовал в планировании штурма и отлично знал это.
— Это так, мелкая пакость, — продолжал Батя. — А есть вещи посерьезнее. Например, я вчера купил мобильный телефон. Можешь убедиться, он у меня с собой. И пятнадцать минут назад я звонил в город. Сказал Мэксу, что у тебя нервный срыв и ты передал мне командование. И вызвал «Трешку» сюда. Они приедут через полчаса.
— Умно, — признал Мастер.
— А я не глупый, — кивнул Батя. — Поэтому у меня завалялся еще один аргумент. — Он медленно вынул руку из кармана и продемонстрировал маленькую коробочку, наподобие брелока автомобильной сигнализации. Палец Бати лежал на кнопке.
— Я сегодня без собаки, — сказал он. — Вы этого и не заметили. Но на псарню я заходил. И случайно забыл там полкило взрывчатки. Детонатор ждет сигнала. Так что не дергайтесь, мужики, а то ваши песики взлетят на воздух… — Батя убрал руку в карман и заговорщически подмигнул Мастеру. Тот мило улыбнулся ему в ответ. Совсем как Саймону полтора часа назад. Сенсы, Хунта и Пушкин стояли как вкопанные, почти не дыша. Шерлок, наоборот, на глазах оживал и снова придвинулся к старшему.
— И чего же ты хочешь, охотник? — спросил Мастер.
— Того же, что я сказал Мэксу. Отдай мне Школу. Подтверди мои полномочия. И все. Эту ночь посидишь взаперти, а утром посмотрим. Возможно, я тебя просто отпущу. Иди куда хочешь. Утром ты мне уже будешь не опасен. Я знаю, что тебя сейчас беспокоит. Не волнуйся, все будет сделано по плану. Но операцию проведу я.
— Да у тебя мания величия! — рассмеялся Мастер. — Тебе что, неймется стать героем? Спасителем человечества?
— Ты, дурак, не понимаешь, какие возможности это открывает перед умным человеком, — сказал Батя снисходительно. — Ты-то у нас герой по жизни. Тебе ничего не надо. А я мужик простой. И я свое получу.
— Не получишь, — пообещал Хунта сквозь зубы.
— Ты вообще молчи, — посоветовал ему Батя. — Положим, сейчас тебя держит только кнопка у меня в кармане. Но, когда Мастер со мной согласится, ты запоешь по-другому. А когда приедет Мэкс, тебе придется засунуть язык глубоко в жопу. Навсегда. Тебе не выстоять против нас.
— Думаешь, что у тебя полное единодушие в группе? — спросил Хунта с недоброй ухмылкой. — Или что люди Мэкса чего-то стоят в бою?
— У меня в группе не единодушие, а дисциплина. Понял? А Мэкс — это двадцать стволов. А если ты такой же дурак, как и твой обожаемый Мастер, можешь уйти вместе с ним.
— Так! — сказал Крот, пряча в карман свой пистолет. — Я в этой бодяге не участвую. Срал я на вас на всех с очень высокой колокольни. Пошли отсюда, Бенни! Нам они ни хрена не сделают, а мы им и расчистку саботируем, и в Техцентр пусть сами лезут.



— Запросто, — кивнул Батя. — И на расчистке без вас обойдемся, и в Техцентре. Просто будет немного больше шума. И гораздо больше людей накроется. «Четверка», например, в Техцентре ляжет вся. Я ее тоже чуть погодя вызову.
— А мне это все… — отмахнулся Крот. Он явно был разочарован тем, что его угроза не возымела действия, но отступать не хотел. — Пошли, Бенсон! Пусть сами разбираются.
— Правильно. Только учтите, что Школа закрыта, и далеко вы сейчас не уйдете. Придется вам вместе с Мастером посидеть немного. Давайте, топайте, гуляйте пока. И перестань на меня пялиться, Бенни! Мне твоя сенсорика что мертвому припарки.
— С сумасшедшими трудно работать, — сказал Бенни, злобно глядя на Батю исподлобья. — Но я тебя все равно в могилу сведу.
Батя хотел было ответить, но тут в разговор вступил Мастер.
— Мне нужны гарантии, — сказал он. Голос его был очень низок — почти хрип. — Ты должен отпустить не только меня, но и всех, кто решит уйти.
— Их будет немного, — хищно оскалился Батя. — Со мной здесь наступит порядок. Настоящий порядок. Но если кто-то захочет… Что ж, я готов дать тебе слово. Как только ты завизируешь приказ о моем назначении и объявишь его по громкой связи, мы тебя запрем. Потом я выступлю перед людьми. Тех, кто окажется так глуп, что захочет в отставку, мы тоже изолируем. А утром вы уйдете. Ты, все сенсы, ассистенты Вавилова и все дураки. Особенно я буду рад избавиться от последних. Ненавижу сентиментальных дураков.
— Тебя будут судить, — сказал Мастер чуть слышно.
— Победителей не судят. Мне это обещал Генерал. Лично.
Мастер покачал головой. И опять улыбнулся. На этот раз очень грустно.
— На! — выдохнул он с невероятным презрением, бросая Бате его пульсатор. Батя машинально вынул руки из карманов, поймал лучемет, и тут лицо его исказила страшная гримаса. Он попытался было развернуть оружие к Мастеру, но опоздал. Выстрел и удар пули слились в один звук. Голова Бати раскрылась, как коробка из-под обуви. И в тот момент, когда первые брызги коснулись ступеней, дымящийся ствол пистолета уже смотрел в переносицу Шерлока.
— У тебя на раздумье десять секунд, — сказал Мастер.
Шерлок затрясся, как осиновый лист. Пульсатор висел у него на плече стволом вверх. Глаза аналитика съехались к переносице, заглядывая в дуло пистолета.
— Да! — пискнул он.
— Силен! — усмехнулся Мастер. — Я тебе даже не сказал, о чем думать, а ты уже согласен. Хорошо тебя Батя выдрессировал.
Крот и Бенни захохотали. Пушкин присел на ступени, оторопело глядя на труп Бати. Хунта бормотал в микрофон приказания. Двери Школы звонко щелкнули — Зигмунд разблокировал замок.
— Он меня заставил, — прошептал Шерлок.
— Что ты знаешь сверх того, что Батя мне сказал?
— Он давно готовился, — затараторил Шерлок, не в силах оторвать взгляд от ствола. — Я его отговаривал, но он меня не слушал. Я ничего не знал про бомбу на псарне, честное слово! И про разговор с Генералом он мне тоже ничего не говорил!
— Батя не тварь определенно, — заявил Крот. — Он просто съехал. Мгновенное умопомешательство.
— А ведь это ты, старик, его доконал, — сказал Бенни Мастеру в спину. — Сегодняшним твоим спектаклем.
— Очень даже может быть, — ответил Мастер, продолжая держать палец на спусковом крючке. — Пушкин! Давай, просыпайся. Бери этого горе-заговорщика и тащи в изолятор. Потом иди принимай группу. Сам знаешь, что им сказать. Приказ будет готов через полчаса.
— Я без тебя к людям не пойду, — замотал головой Пушкин, поднимаясь со ступенек. Он снял с плеча у Шерлока пульсатор и вытащил пистолет из-за пазухи. Хлопнул по спине, проверяя, нет ли там чехла с ружьем. Мастер опустил руку с оружием и судорожно зевнул.
— Ну зачем я тебе? — спросил он Пушкина и зевнул снова. — Видишь, я еле жив. У меня же все трясется.
— Ты меня под суд отдашь? — вдруг обратился к Мастеру Шерлок.
— Пнул бы я тебя сейчас по яйцам, — ответил Мастер, — да сил нет. Эй, Пушкин! Забудь пока про Шерлока. Давай-ка лучше гони сюда вавиловских ребят, пусть оба тела уберут и оприходуют. А ты, мудила, бери ведро и тряпку, и через пять минут чтоб тут все блестело! Потом отправишься в изолятор и сам запрешься. Если надумаешь покончить с собой, я тебе буду признателен. Не знаю я, что с тобой делать, понял?
— Он меня шантажировал! — пожаловался Шерлок.
— Слушай, ты, жертва неплановой вязки! Уйди с глаз моих!
— Есть! — Шерлок вслед за Пушкиным нырнул в дверь.
К Мастеру подошел Хунта и крепко обнял его за плечи.
— Я распорядился осмотреть и разминировать псарню, — сказал он. — Ох, какой же ты, у меня просто слов нет! Я тебя люблю!
— Ты тоже нормально выступил сегодня. Это я, дубина, во всем виноват. Меня ведь Лебедь предупреждал, что Батя какую-то гадость задумал… И Китаец тоже что-то такое рассказывал. Только мне было не до того… Ладно, проехали. Справились, кажется. Крот! А с тобой мы, пожалуй, всерьез подружимся!
— Я сделал все, что мог, — вздохнул Крот. — Батя был совершенно невнушаем. Я давил, а от него просто отскакивало. Пришлось убеждать словами. Но и тут ни хрена у меня не вышло.
— Ты выиграл для нас время. Дал мне все просчитать. Спасибо.
— Не за что, отец.
— И тебе спасибо, Бенни. Вообще, господа, вы сегодня классно поработали. Теперь нужно всем отдохнуть, пока время есть. До рассвета нас ждет еще масса приключений.
— Сегодня будет хорошая ночь, — сказал Бенни. — И прекрасное утро. Может быть, лучшее в нашей жизни.
— Я надеюсь, — кивнул Мастер. — Теперь нам просто нельзя проиграть. Мы слишком много здоровья на это положили.
В дверях появились ассистенты Вавилова. Лица их выражали полную растерянность. Но они несли тест-кейс погибшего медика и пластиковые мешки для тел. А значит, они будут работать. И это главное.
***
Когда Мастер проснулся, за окном стояла непроглядная тьма. Фосфоресцирующие стрелки на циферблате показывали четверть восьмого, и на мгновение Мастера охватил ужас. Ему вдруг показалось, что он проспал всю ночь, что сейчас уже утро, а значит… Мастер подпрыгнул на диване, сел и помотал головой. «Не может быть! Да нет же, все правильно, меня должны разбудить в восемь. А если… А если, пока я тут дрых без задних ног, в Школе еще что-нибудь случилось?! Мама!»
Испугаться вторично Мастер не успел. По полу скрежетнули когти, и холодный мокрый нос ткнулся ему в щеку, а теплый шершавый язык принялся ее вылизывать. И откуда-то из глубины комнаты очень знакомый голос сказал:
— Пожалуйста, глаза прикрой. Сейчас будет свет.
Мастер послушно заслонил глаза ладонью. Ярко вспыхнули лампы, раздался тихий шепот, кто-то сдавленно хихикнул.
— Кто там ржет? — спросил Мастер сварливо, пытаясь выглянуть из-под ладони. — Ты, что ли, Бенсон?
— Братушка, фитилек-то притуши, — попросили вдалеке. — Коптит.
Свет ослаб — видимо, прикрутили реостат на выключателе. Мастер отвел ладонь, несколько раз моргнул и удивленно вытаращился. Он сидел на диване в своем кабинете. Но сам кабинет было не узнать. Угол, где стоял диван, отделяла глухая черная портьера, сейчас отодвинутая, — штора затемнения, которой полагалось висеть в тактическом классе. Рабочий стол Мастера превратился в обеденный, он был весь заставлен банками, тарелками и бутылками. За столом улыбалась до ушей и перемигивалась целая компания — Хунта, Крюгер, Мэдмэкс, Лысый, Горец, оба сенса. И посреди комнаты сидел на корточках и глядел на Мастера с выражением живейшего интереса на лице некто в черном.
— Здравствуй, Тим, — сказал Мастер, обнимая Карму. — Здорово, отцы. Давно здесь сидим?
— Да уж четвертый час, — усмехнулся Хунта. — Вот помочь решили нашим сверхчувствительным…
— Не понял. — Мастер вопросительно посмотрел на Тима.
— Пока ты спал, мы тебя слегка подзаряжали, — объяснил Тим. — Так, самую малость. А мужики вот составили компанию.
— Пива ему дайте, — посоветовал Мэкс. — Он от пива быстро просыпается. Где у нас светлое, господа? Он спросонья любит светлое. Вот, Тимофей, будьте добры…
Тим передал Мастеру запотевшую бутылку, уселся рядом с ним на диван и, улыбаясь, наблюдал, как тот, закатив от наслаждения глаза, заливает в себя золотистый напиток.
— С… спасибо, — прошептал Мастер, отдуваясь. Он поставил бутылку на пол, неуверенно поднялся на ноги и, пробормотав: «Момент, господа», нетвердыми шагами потопал в уборную.
Вытирая руки, Мастер внимательно разглядывал себя в зеркале. Спокойное, даже умиротворенное лицо хорошо отдохнувшего человека. Глаза ясные и чистые. «Значит, «слегка подзаряжали», да? Хорошенькое у вас «слегка», господа форсированные экстрасенсы. Мне бы побриться — и хоть в президенты баллотируйся. Или в мужском стриптизе выступай. А ведь я сегодня дважды стрелял в живого человека. Холодно, расчетливо — что называется, пристрелил. И нужно признаться, ничего особенного не чувствую. Кто же я теперь? И как этот новый я, другой, чужой, обойдется с теми, кто заставил его стать таким?»
Когда Мастер вернулся в кабинет, за столом мгновенно стих дружный хохот, и лица приобрели выражение напряженного внимания. Мастеру подвинули стул, вручили тарелку с кашей и еще одну бутылку пива. Он молча прожевал несколько ложек, отхлебнул из бутылки, закурил, поставил локти на стол и осведомился:
— Н-ну?
— Все идет по плану, — доложил Хунта. — Тютелька в тютельку. Под расчистку только один небольшой объект, правда, опять за Кольцевой. Строящаяся школа. Какая-то погань там вчера ползала, напугала сторожей аж до приступа белой горячки… — За столом опять дружно грохнули. — Мы выходим в двадцать два ноль. «Группа Раз» остается здесь, в резерве. Стрелка у Техцентра в четыре двадцать. И… — Хунта протянул над столом раскрытую ладонь и прихлопнул ее сверху другой.
— Понял вас. Кстати, о «группе Раз». Как там дела?
— Ты знаешь, хорошо все получилось. Даже лучше, чем мы думали. Пушкин-то, хитрый, отказался принять группу, понял? Остался «замком».
— А как же…
— А вот так. Он их собрал и говорит — мужики, поскольку я в этой истории косвенно замешан, то принять командование считаю для себя бесчестным. Давайте тайным голосованием решать, кто займет вакантные должности. Ну, они его и прокатили за излишнюю щепетильность! — за столом опять засмеялись.
— Мы все были в счетной комиссии, — сказал Мэкс, — и ржали просто до икоты. Единогласно «замком» выбрали Пушкина, представляешь? Он, бедняга, разревелся и лез ко всем целоваться… Ты бы видел! Что это была за сцена!
Теперь вместе со всеми рассмеялся и Мастер. Да так, что задремавшая было Карма вскочила и принялась вертеть головой, пытаясь сообразить, что происходит.
— Хорошая у Бати группа… — выдавил Мастер и осекся.
— Хорошая, — кивнул Мэкс. — И я теперь понимаю, в чем там было дело. Мы с Сашкой, — он кивнул в сторону Хунты, — когда считали бюллетени, сразу просекли, какая там обстановка сложилась. Они Батю и Шерлока давно уже игнорировали. Как Школа в свое время отторгла Будду, помнишь? Батя еще и от этого бесился, наверное.
— Во всех записках только две кандидатуры на старшего и аналитика, — объяснил Хунта. — Ветер и Лебедь. Последний месяц, оказывается, они там всем заправляли.
— Что ж мне никто не сказал? — протянул задумчиво Мастер. — Помню, были туманные намеки…
— Они сами не понимали, чего хотят, — вздохнул Мэкс. — Ты же знаешь, старина, Батя был хороший старший. Простой, как две копейки, жесткий, злобный, но хороший.
— Он просто не выдержал напряжения, — сказал Хунта. — И начал трогаться потихоньку. В точности как Будда. А командовать-то он любил. И, кстати, умел. Поэтому когда группа перестала ему подчиняться, для Бати самым естественным выходом было захватить власть во всей Школе. Интересно было бы, конечно, пригласить к Бате психоаналитика, но сейчас это уже поздновато…
— И назвали бы это заболевание «синдром Басова», — заявил Горец. — В честь страшного Будды, мир праху его.
— Помянем, — предложил Хунта, поднимая бутылку.
Все выпили. Мастер вглядывался в дорогие ему лица и наслаждался тем, какие они живые, честные и доброжелательные. В этой компании он всегда чувствовал себя абсолютно спокойно. С этими людьми можно было при желании свернуть горы, совершить военный переворот, построить дом или улететь в космос. Интереснее всего, наверное, с ними было бы партизанить в лесах. Но особенно Мастер любил такие застолья в промежутках между работой.
— Когда все кончится, — предложил он, — поставим в холле громадные столы, сядем всей бандой и нажремся. Классно, спокойно нажремся. Да?
Народ закивал. Мастер подпер одной рукой щеку, положил другую на плечо Карме, прижавшейся к его бедру, и расслабленно вздохнул. На диване в углу сидел, запрокинув голову и закрыв глаза, Тим Костенко. И звал его подойти и сесть рядом. «Сейчас это придется сделать».


скачать книгу I на страницу автора

Страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 [ 20 ] 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70 71
ВХОД
Логин:
Пароль:
регистрация
забыли пароль?
РЕКЛАМА

Головачев Василий - Смерч
Головачев Василий
Смерч


Смоленский Вадим - Записки гайдзина
Смоленский Вадим
Записки гайдзина


Каргалов Вадим - Вторая ошибка Мамая
Каргалов Вадим
Вторая ошибка Мамая


   
ВЫБОР ПОЛЬЗОВАТЕЛЯ

Copyright © 2006-2015 г.
Виртуальная библиотека. При использовании материалов - ссылка на сайт обязательна .....

LitRu - Электронная библиотека