Виртуальная библиотека. Русская и зарубежная фантастика, фэнтези, детективы, триллеры, драма, историческая и  приключенческая литература, философия и психология, сказки, любовные романы!!!
главная | новости библиотеки | карта библиотеки | ссылки
РАЗДЕЛЫ
Детектив
Детская литература
Драма
Женский роман
Зарубежная фантастика
История
Классика
Приключения
Проза
Русская фантастика
Триллеры
Философия

КНИГИ ПО АЛФАВИТУ
... А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я

АВТОРЫ ПО АЛФАВИТУ
А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я

ПАРТНЕРЫ



ПОИСК
Введите фамилию автора:
Поиск от Google:



скачать книгу I на страницу автора
- Фрэнсис, это мерзкий вопрос. Конечно, не оставит.
- Все равно, мне хотелось бы, чтобы он поторопился и умер бы поскорей.
И ежегодно, покидая семью Скроуп-Уелдов на следующий день после "дня
подарков", Перегрин Краучбек бормотал себе под нос: "Ну вот прошел и еще
один год. Они ужасно обиделись бы, если бы я не приехал к ним".
Так было и в 1943 году. В сочельник они, как всегда, присутствовали на
мессе. В первый день рождества они все торжественно посетили библиотеку,
ставшую теперь общей комнатой платных помощников, похвалили венки из
ветвей остролиста, которыми те украсили книжные полки и рамки картин, и
выпили с ними хереса перед тем, как пойти на праздничный обед из индейки,
которую длительное время откармливали нормированными продуктами.
- Я чувствую себя очень неудобно, что мы едим индейку одни, - сказала
миссис Скроуп-Уелд, - но угостить всех помощников одной индейкой просто
невозможно, а вырастить еще одну мы были не в состоянии.
Дети ели с жадностью. Перегрин и няня скорее делали вид, что едят.
Вечером в этот день в вестибюле дома было рождественская елка для
эвакуированных.
Позднее дядюшка Перегрин отправился с хозяйкой дома в длительную
прогулку по декабрьской сырости.
- Вы, по существу, единственное напоминание о настоящих рождественских
праздниках, о тех, к которым мы так привыкли. Очень мило, что вы не
забываете нас. Я знаю, сейчас вам не очень-то уютно здесь. Как, по-вашему,
войдет ли когда-нибудь все снова в норму? Будем ли мы жить, как прежде?
- О нет! - ответил Перегрин Краучбек. - По-прежнему - уже никогда.

Тем временем Гай и Вирджиния были вместе в Лондоне.
- Слава богу, сегодня у тебя нет никого из сослуживцев. Перегрин уехал?
- Он всегда уезжает на рождество в одну и ту же семью. Он подарил тебе
что-нибудь?
- Нет. А я долго думала, подарит или нет. По-моему, он просто не знает,
какой именно подарок был бы мне наиболее приятен. Он, кажется, стал менее
приветлив после посещения со мной ресторана.
- Он сказал мне, что ты имеешь виды.
- На него?
- На меня.
- Да, - сказала Вирджиния, - имею. А Перегрин имел виды на меня.
- Серьезно?
- Не думаю. Дело в том, что все вы, Краучбеки, какие-то изнеженные,
неспособные, бесплодные. А ты знаешь, Перегрин заставил меня правильно
произнести слово "гомосексуалист".
- А почему это вдруг тебе потребовалось разговаривать с ним о
гомосексуалистах? Уж не думаешь ли ты, что он является таковым?
- Нет, не думаю. Но, по-моему, все вы, Краучбеки, слишком уж породистые
и слишком бесполые.
- Это вовсе не одно и то же. Вспомни хотя бы Тулуз-Лотрека.
- О черт. Гай! Ты стараешься избежать моих "видов" на тебя. Вы -
вымирающий род. Даже сын Анджелы, и тот, как мне сказали, намерен стать
монахом. Почему вы, Краучбеки, так мало...? - Она снова употребила
нецензурное по тем временам слово, вовсе не желая при этом обидеть Гая.
- О других я сказать ничего не могу. А что касается меня, то у меня эта
функция организма ассоциируется с любовью. А я уже больше не люблю.
- Даже и меня?
- Даже и тебя, Вирджиния. Тебе пора бы понять это.
- Понять это довольно трудно, если совсем недавно меня добивалось
столько людей. А что ты скажешь о себе, Гай, в тот вечер в "Клэридже",
помнишь?
- Это была не любовь, - ответил он. - Хочешь верь, хочешь нет, это была
просто выходка алебардиста.
- Да. Кажется, я понимаю, что ты имеешь в виду.
Вирджиния сидела около кровати Гая, лицом к нему. Между ними лежал
плетеный настольный поднос, на котором они играли в пикет. Неожиданно она
сунула свою нежную, ласковую, ищущую руку под одеяло. Гай инстинктивно
отстранился. Боль в ноге от этого резкого движения вызвала на его лице
неодобрительную гримасу.
- Нет, - сказала Вирджиния, - ты не хочешь.
- Извини.
- Женщине не очень-то приятно, когда на нее бросают такой злой взгляд.
- Это из-за колена. Я же извинился.
Гай действительно очень сожалел, что обидел женщину, которую когда-то
так любил.
Но Вирджиния поддавалась обидам не так-то легко. Неудачи нескольких
последних лет вовсе не означали потерю всех ее шансов на успех в будущем.
В то время в Англии почти все женщины надеялись, что настанет мир и все
нормализуется. Для миссис Скроуп-Уелд в Стаффордшире нормализация



означала, что муж вернется, что дом снова будет весь в их распоряжении и
что она наверняка будет пользоваться теми элементарными удобствами, к
которым так привыкла: никакой роскоши, полные кладовая и подвал, горничная
(но такая, чтобы убирала спальню и чтобы шила и штопала на всю семью),
дворецкий, лакей (но такой, чтобы колол и приносил дрова для камина),
надежная, имеющая хотя бы элементарную кулинарную подготовку кухарка,
которая могла бы выполнять простые работы на кухне, умеющие держаться в
тени уборщицы для наведения порядка в комнатах, один человек на конюшне,
два в саду. Вернется ли когда-нибудь все это? Для Вирджинии же
нормализация означала силу ее чар и удовольствия - удовольствия в первую
очередь, и не только для нее одной. Сила чар и искусство нравиться все еще
являлись неотъемлемой частью ее натуры, они лишь временно бездействовали.
Война, сосредоточение и передвижение миллионов людей, многим из которых
иногда угрожала опасность и большинство из которых ничего не делали и были
одиноки, опустошение, голод и разорение, разрушенные дома, уходящие на дно
корабли, пытки и убийства военнопленных - все это было злонамеренным
временным нарушением нормальной обстановки, в которой искусство нравиться
позволяло Вирджинии оплачивать счета, носить новые наряды, ухаживать за
своим лицом при помощи всевозможных дорогих кремов, путешествовать быстро,
комфортабельно, с неизменным к себе вниманием туда и тогда, куда и когда
ей хотелось, выбирать себе мужчину и наслаждаться с ним там и тогда, где и
когда ей хотелось. Временное бездействие ее чар и искусства нравиться
слишком затянулось. Так может настать и критический момент... Но пока...
- А что, собственно, сказал тебе Перегрин относительно моих видов на
тебя?
- В подробности он не вдавался.
- А что, по-твоему, он хотел этим сказать? Что _ты_ думаешь обо _мне_?
- Я думаю, что ты сейчас несчастлива и неустроена, что у тебя нет
никого, в ком ты была бы особенно заинтересована, и что впервые в жизни ты
опасаешься за свою будущность.
- И ничто из этого не касается тебя?
- Разница между нами заключается в том, что я думаю только о прошлом.
Вирджиния решила перейти к главному для себя вопросу.
- Но ведь у тебя сейчас тоже нет кого-нибудь, в ком ты был бы особенно
заинтересован, так ведь?
- Да, это так.
- И ты очень доволен тем, что в последние несколько недель я бываю у
тебя почти каждый день, правда? Скажи откровенно. И мы с тобой очень
хорошо себя чувствуем вместе, как все равно Дарби и Джоун [счастливые муж
и жена - персонажи из старинной баллады], правда?
- Да, мне очень приятно, что ты приходишь.
- И я все еще твоя жена. Ничто не может изменить этого?
- Ничто.
- И я, разумеется, не утверждаю категорически, что ты имеешь по
отношению ко мне какие-то _обязательства_, - сказала Вирджиния
примирительно.
- Нет, Вирджиния, не утверждаешь.
- А ты однажды счел, что я обязана по отношению к тебе. Помнишь тот
вечер в "Клэридже"? Помнишь?
- Я уже объяснил тебе. Я находился тогда в отпуске, жил в казарме, на
мне была новая форма, я начинал, так сказать, новую жизнь... Обстановка
была военная...
- Хорошо. А разве не из-за этой же войны я сегодня здесь, с тобой, и
разве не из-за нее я принесла тебе такой замечательный рождественский
подарок?
- Да, но ты ведь не имела в виду ничего такого...
Вирджиния запела песенку их юношеских лет о маленькой сломанной
куколке. Оба они неожиданно рассмеялись, и Гай сказал:
- Это бесполезно, Джини. Я очень сожалею, что ты в трудном положении.
Мои финансовые дела, как ты знаешь, немножко поправились, и я с
удовольствием помогу тебе, пока ты не найдешь кого-нибудь более
подходящего.
- Гай! Говорить так - это же просто свинство! Совсем на тебя не похоже.
Раньше ты никогда не позволил бы себе сказать мне такие горькие слова.
- Горше этого не будет. Все. Это все, что я могу сделать для тебя.
Тогда Вирджиния сказала еще откровеннее:
- Мне нужно большее. Я должна сказать тебе кое-что, и, пожалуйста,
поверь, я намеревалась сказать тебе это даже в том случае, если наш
разговор принял бы совершенно иной оборот. Ты хорошо знаешь меня, знаешь,
что я не способна на какой-нибудь подлый обман.
Затем, не ища никаких оправданий и сострадания, очень откровенно и
коротко она рассказала ему, что ждет ребенка от Триммера.

Йэн и Кирсти Килбэннок возвратились в Лондон из Шотландии в ночь на 28


скачать книгу I на страницу автора

Страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70 71 72 73 74 75 76 77 78 79 80 81 82 83 84 85 86 87 88 89 90 91 92 93 94 95 96 97 98 99 100 101 102 103 104 105 106 107 108 109 110 111 112 113 114 115 116 117 118 119 120 121 122 123 124 125 126 127 128 129 130 131 132 133 134 135 136 137 138 139 140 141 142 143 144 145 146 147 148 149 150 [ 151 ] 152 153 154 155 156 157 158 159 160 161 162 163 164 165 166 167
ВХОД
Логин:
Пароль:
регистрация
забыли пароль?
РЕКЛАМА

Суворов Виктор - Ледокол
Суворов Виктор
Ледокол


Шилова Юлия - Встреча с мечтой, или Осторожно: разочарованная женщина!
Шилова Юлия
Встреча с мечтой, или Осторожно: разочарованная женщина!


Майер Стефани - Затмение
Майер Стефани
Затмение


   
ВЫБОР ПОЛЬЗОВАТЕЛЯ

Copyright © 2006-2015 г.
Виртуальная библиотека. При использовании материалов - ссылка на сайт обязательна .....

LitRu - Электронная библиотека