Виртуальная библиотека. Русская и зарубежная фантастика, фэнтези, детективы, триллеры, драма, историческая и  приключенческая литература, философия и психология, сказки, любовные романы!!!
главная | новости библиотеки | карта библиотеки | ссылки
РАЗДЕЛЫ
Детектив
Детская литература
Драма
Женский роман
Зарубежная фантастика
История
Классика
Приключения
Проза
Русская фантастика
Триллеры
Философия

КНИГИ ПО АЛФАВИТУ
... А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я

АВТОРЫ ПО АЛФАВИТУ
А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я

ПАРТНЕРЫ



ПОИСК
Введите фамилию автора:
Поиск от Google:



скачать книгу I на страницу автора

от того, как будет гражданин оценен, каждый должен (хочет ли он играть в
футбол за сборную команду, открыть ли выставку картин или провести каникулы
у моря) вести себя так, чтобы получить высший балл.
Именно об этом думала Сабина, слушая седоволосого человека. Его нимало
не заботило, хорошо ли его земляки играют в футбол или рисуют (никого из
чехов никогда не занимала ее живопись), а весь его интерес сводился к тому,
выступали ли они против коммунистического режима активно или только
пассивно, по-настоящему или просто для видимости, с самого начала или всего
лишь сейчас.
Будучи художником, она любила вглядываться в человеческие лица и еще по
Праге знала физиономии тех, чьим призванием было проверять и оценивать
других. У них у всех указательный палец был несколько длиннее среднего, и
они обычно целили его в того, с кем разговаривали. Кстати, и у президента
Новотного, стоявшего у власти в Чехии четырнадцать лет - вплоть до 1968
года, - были такие же завитые парикмахером волосы и самый длинный среди
обитателей Центральной Европы указательный палец.
Почтенный эмигрант, услышав из уст художницы, картины которой никогда
не видал, что он похож на коммунистического президента Новотного,
побагровел, побледнел, еще раз побагровел, еще раз побледнел и, так и не
сказав ни слова в ответ, погрузился в молчание. Вместе с ним молчали и все
остальные, пока Сабина наконец не поднялась и не вышла из комнаты.
Она была очень расстроена, но уже внизу на тротуаре вдруг подумала: а
почему, собственно, она должна встречаться с чехами? Что связывает ее с
ними? Пейзаж? Если бы каждому из них случилось сказать, что он представляет
себе под названием Чехия, образы, всплывавшие у них перед глазами, были бы
совершенно различны и не творили бы никакого единства.
Быть может, культура? Но что это? Дворжак и Яначек? Несомненно. Но
каково, если чеху не свойственно чувство музыки? И существо чешскости сразу
расплывается.
Или великие мужи? Ян Гус? Никто из этих людей в комнате не прочел ни
строчки из его книг. Единственное, что доступно было их дружному пониманию -
это пламя, слава пламени, в котором сгорел он как еретик на костре, слава
пепла, в который он обратился, так что суть чешскости для них, говорила себе
Сабина, именно один пепел, ничего больше. Этих людей связывает лишь их
поражение и укоризны, какими они осыпают друг друга.
Она быстро шла по улице. Больше, чем разрыв с эмигрантами, волновали ее
теперь собственные мысли. Она сознавала, насколько они несправедливы. Ведь
среди чехов были люди и не похожие на этого, с длинным указательным пальцем.
Тишина растерянности, воцарившаяся вслед за ее словами, и отдаленно не
означала, что все были против нее. Скорее всего, они были сбиты с толку той
внезапной ненавистью, тем непониманием, жертвой которого здесь в эмиграции
становятся все. Почему бы ей не пожалеть их? Почему она не видит их
трогательными и покинутыми?
Мы знаем почему. Уже в ту минуту, когда она предала отца, жизнь
открылась перед ней долгой дорогой предательств, и каждое новое
предательство влекло ее как порок и как победа. Она не желает и не будет
стоять в строю! Она отказывается стоять в строю - все время с одними и теми
же людьми, с одними и теми же речами! Вот почему она так встревожена своей
несправедливостью. Но эта тревога не вызывает в Сабине неприятного чувства,
напротив, ей кажется, будто она одержала над чем-то победу и кто-то
невидимый рукоплещет ей за это.
Но вослед этому опьянению отозвался страх: Где-то же должна оборваться
эта дорога! Надо же когда-нибудь перестать предавать! Она должна наконец
остановиться!
Был вечер, она торопливо шла по перрону. Поезд в Амстердам был подан.
Она нашла свой вагон. Открыла дверь купе, куда ее довел любезный проводник,
и увидала Франца, сидящего на застланной полке. Он встал, чтобы
поздороваться с ней, и она, обняв его, покрыла поцелуями.
Она испытывала непреодолимое желание сказать ему, точно самая банальная
из всех женщин: Не отпускай меня, держи меня возле себя, укроти меня, сделай
меня своей рабыней, будь сильным! Но это были слова, которые она не могла и
не умела произнести.
Выпустив его из объятий, она только и сказала: - Я страшно рада, что я
с тобой. - Это было самое большее, что она умела сказать при ее сдержанном
нраве.
¶5§
КРАТКИЙ СЛОВАРЬ НЕПОНЯТЫХ СЛОВ (продолжение)
Демонстрации
У людей во Франции или Италии с этим нет сложностей. Если родители
принуждали их ходить в церковь, они мстят им тем, что вступают в партию
(коммунистическую, маоистскую, троцкистскую и так далее). Однако Сабину отец
посылал сначала в церковь, а затем сам же со страху заставил ее вступить в
коммунистический Союз молодежи.


Маршируя в колонне на Первое мая, она не умела держать шаг, и шедшая
следом девушка прикрикивала на нее и нарочно наступала ей на пятки. Когда в
колонне пели песни, она никогда не знала слов и лишь беззвучно открывала
рот. Но студентки, заметив это, нажаловались на нее. Смолоду она ненавидела
любые демонстрации.
Франц учился в Париже, а поскольку был исключительно одаренным
студентом, научная карьера была ему обеспечена с двадцати лет. Он уже тогда
знал, что проведет всю свою жизнь в просторах университетского кабинета,
общественных библиотек и двух-трех аудиторий; этот воображаемый образ
вызывал в нем ощущение удушья. Он мечтал выйти вон из своей жизни, как
выходят из квартиры на улицу.
Вот почему он так любил, покуда жил в Париже, ходить на демонстрации.
Как славно было что-то праздновать или что-то требовать, против чего-то
протестовать, не быть одному, быть под открытым небом и быть с другими.
Демонстрации, валившие по бульвару Сен-Жермен или от площади Республики к
Бастилии, его завораживали. Марширующая и кричащая толпа была для него
образом Европы и ее истории. Европа - это Великий Поход. Поход От революции
к революции, от боя к бою, вечно вперед.
Я мог бы сказать это иначе: Францу его жизнь среди книг казалась
ненастоящей. Он мечтал о настоящей жизни, о близости идущих бок о бок с ним
других людей, об их выкриках. Ему и в голову не приходило, что принимаемое
им за ненастоящее (работа в одиночестве кабинета и библиотек) именно и есть
его настоящая жизнь, тогда как демонстрации, представлявшиеся ему
реальностью, не более чем театр, танец, торжество, иначе говоря: сон.
В студенческие годы Сабина жила в общежитии. Уже ранним утром первого
мая всем полагалось отправляться на место сбора демонстрантов. А чтобы
никому не повадно было отлынивать, студенты-активисты прочесывали опустевшее
здание. Поэтому Сабина пряталась в туалете, и лишь когда все уходили,
пробиралась в свою комнату. Наступала такая тишина, о какой она и не
мечтала. Только издали доносилась походная музыка. Ей казалось, что она
прячется в раковине, а издали шумит море враждебного мира.
Спустя год, другой, после того как покинула Чехию, она по чистой
случайности оказалась в Париже как раз в годовщину русского вторжения. В
городе проходила манифестация протеста, и она не могла устоять перед тем,
чтобы не принять в ней участия. Молодые французы поднимали кулаки и
выкрикивали лозунги против советского империализма. Эти лозунги нравились
ей, но вдруг она с удивлением обнаружила, что не в состоянии выкрикивать их
купно со всеми. Она смогла выдержать среди демонстрантов не больше
нескольких минут.
Когда она поделилась своими переживаниями с французскими друзьями, они
удивились: "Выходит, ты не хочешь бороться против оккупации твоей родины?"
Ей хотелось сказать им, что за коммунизмом, фашизмом, за всеми оккупациями и
вторжениями скрывается самое основное и всеобъемлющее зло; образом этого зла
для нее навсегда стала марширующая демонстрация людей, вскидывающих руки и
выкрикивающих в унисон одинаковые слоги. Но она знала, что не сумела бы это
им объяснить. Смешавшись, она перевела разговор на другую тему.
Красота Нью-Йорка
Они бродили но Нью-Йорку часами; с каждым шагом менялись картины,
словно они шли извилистой тропой по увлекательной горной местности -
преклонив колени посреди дороги, молился юноша, чуть в сторонке, опершись о
дерево, дремала прекрасная негритянка, мужчина в черной паре, пересекая
улицу, широкими жестами дирижировал невидимым оркестром, в фонтане била
вода, а вокруг сидели строительные рабочие и обедали. Железные лесенки
карабкались по фасадам безобразных домов красного кирпича, но дома были
столь безобразны, что казались прекрасными; по соседству с ними стоял
огромный стеклянный небоскреб, и за ним еще один небоскреб, на крыше
которого был построен арабский дворец с башенками, галереями и позолоченными
столбами.
Она вспомнила свои картины; на них тоже встречались вещи, не
соотносившиеся друг с другом: стройка металлургического завода и позади нее
керосиновая лампа; или другая лампа: ее старинный абажур из разрисованного
стекла разбит на мелкие осколки, что возносятся над опустелым болотистым
краем.
Франц сказал: - Европейская красота всегда носила преднамеренный
характер. Там существовал эстетический замысел и долговременный план, по
которому человек на протяжении десятилетий возводил готический кафедральный
собор или ренессансный город. Красота Нью-Йорка имеет совершенно другую
основу. Это невольная красота. Она возникла без человеческого умысла,
подобно сталактитовой пещере. Формы, сами по себе неприглядные, случайно,
без плана попадают в такое немыслимое соседство, что озаряются волшебной
поэзией.
Сабина сказала: - Невольная красота. Да. Можно было бы и по-другому
сказать: красота по ошибке. Прежде чем красота совсем исчезнет из мира, еще
какое-то время она просуществует по ошибке. Красота по ошибке - это
последняя фаза в истории красоты.


скачать книгу I на страницу автора

Страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 [ 16 ] 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51
ВХОД
Логин:
Пароль:
регистрация
забыли пароль?
РЕКЛАМА

Лукьяненко Сергей - Конкуренты
Лукьяненко Сергей
Конкуренты


Корнев Павел - Аутодафе
Корнев Павел
Аутодафе


Акунин Борис - Весь мир театр
Акунин Борис
Весь мир театр


   
ВЫБОР ПОЛЬЗОВАТЕЛЯ

Copyright © 2006-2015 г.
Виртуальная библиотека. При использовании материалов - ссылка на сайт обязательна .....

LitRu - Электронная библиотека