Виртуальная библиотека. Русская и зарубежная фантастика, фэнтези, детективы, триллеры, драма, историческая и  приключенческая литература, философия и психология, сказки, любовные романы!!!
главная | новости библиотеки | карта библиотеки | ссылки
РАЗДЕЛЫ
Детектив
Детская литература
Драма
Женский роман
Зарубежная фантастика
История
Классика
Приключения
Проза
Русская фантастика
Триллеры
Философия

КНИГИ ПО АЛФАВИТУ
... А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я

АВТОРЫ ПО АЛФАВИТУ
А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я

ПАРТНЕРЫ



ПОИСК
Введите фамилию автора:
Поиск от Google:



скачать книгу I на страницу автора

Работорговец что-то пробормотал в ответ, но они уже отъехали довольнодалеко, и мы не расслышали продолжения их разговора. Как ни нелепа былаэта болтовня, все же она причинила мне новую боль и еще усилила мое желание скорее спасти Аврору от грозившей ей жестокой участи.
Я подал знак своему спутнику, и мы выехали из-под дерева, а черезнесколько минут уже свернули на дорогу, ведущую в лес.
Глава LXV. В ЛЕСНОЙ ЧАЩЕ
По этой дороге нам пришлось ехать очень медленно. На ней не было белой пыли, которая указывала бы нам путь. Мы чуть ли не ощупью пробирались между извилистыми изгородями. Лошади спотыкались в глубоких колеях,оставленных тяжелыми возами, и мы насилу заставляли их идти вперед. Мойспутник, казалось, ориентировался лучше меня: он так уверенно правил лошадью, словно дорога была ему хорошо знакома, или же он был еще безрассуднее, чем я. Я удивлялся ему, но ничего не говорил.
После получаса очень тяжелой езды мы добрались до конца изгороди;дальше начинался лес. Еще сотня ярдов - и мы въехали под высокие деревья, где остановились передохнуть и посоветоваться, что делать дальше.Я вспомнил, что видел поблизости густые заросли папайи.
- Хорошо бы найти их и привязать там лошадей, - сказал я моему спутнику.
- Ну что ж, это совсем нетрудно, - ответил он, - хотя и необязательноискать чащу. Сейчас так темно, что можно не прятать лошадей... Впрочем,нет! Смотрите!
Яркая голубая вспышка озарила темный небосвод. Она осветила чернуюглубину леса, и мы ясно увидели стволы и ветви обступивших нас могучихдеревьев. Несколько мгновений этот свет трепетал, словно гаснущая лампа,и вдруг потух, после чего окружавший нас мрак стал как будто еще гуще.
Но за вспышкой не последовало грома - это была беззвучная зарница.Вслед за ней, однако, послышался гомон диких обитателей леса. Свет разбудил белоголового орлана, взобравшегося на вершину высокого тюльпанногодерева, и его дикий смех резко прозвучал в ночной тиши. Он разбудил ижителей болот - уток, кроншнепов и больших голубых цапель, которые закричали все разом. Не спавший филин заухал еще громче, упорно повторяявсе ту же ноту, а из глубины леса послышался вой волка и более резкийкрик кугуара.
Казалось, вся природа дрогнула от этой ослепительной вспышки. Но через минуту все снова стихло и погрузилось во мрак.
- Скоро начнется гроза, - заметил я.
- Нет, - возразил мой спутник, - грозы не будет: не слышно грома,значит, не будет и дождя. Нас ожидает темная ночь с редкими зарницами.Вот опять!
Это восклицание было вызвано новой вспышкой, ярко осветившей окружавший нас лес; как и первая, она не сопровождалась громом. За ней не послышалось никаких раскатов, никакого гула, только дикие обитатели лесавновь ответили на нее разноголосым криком.
- Да, нам придется спрятать лошадей, - сказал мой спутник, - По дороге может пройти какой-нибудь бродяга, и при таком свете он издали увидитих. Заросли папайи - самое подходящее место. Сейчас мы их разыщем, онидолжны быть вон в той стороне...
Д'Отвиль ехал между стволами деревьев, а я послушно следовал за ним.Я видел, что он знает местность лучше меня. Он, конечно, бывал здесьраньше, подумал я.
Мы проехали всего несколько шагов, когда снова вспыхнула зарница.Прямо перед собой мы увидели гладкие блестящие ветви и широкие зеленыелистья папайи, образующие здесь густой подлесок.
Когда зарница вспыхнула еще раз, мы уже углубились о их густую чащу.
Спешившись среди зарослей, мы привязали лошадей к ветвям и, предоставив их самим себе, направились к опушке.
Через десять минут мы уже подошли к изгороди, огибавшей плантации Гайара. Двигаясь вдоль нее, мы вскоре оказались против его дома. В светезарниц мы ясно видели его очертания сквозь листву окружавших его высокихтополей.
Здесь мы снова остановились, чтобы осмотреться и решить, как действовать дальше.
За изгородью тянулось широкое поле, доходившее почти до самого дома.Oт поля дом отделялся садом, вокруг которого шла невысокая ограда. Встороне виднелись крыши многих хижин - там находился негритянский поселок. Неподалеку возвышалась сахароварня и еще кое-какие постройки: тутже стоял и домик надсмотрщика.
Это место нам следовало обойти стороной. Надо было избегать и негритянского поселка, чтобы не поднялась тревога. Самыми страшными врагамидля нас будут собаки. Я знал, что Гайар держит много собак, и часто видел, как они бегали по дорожкам вокруг дома. Это были громадные злыепсы. Как нам избежать встречи с ними? Чаще всего они слонялись вокругнегритянских хижин, поэтому лучше подойти к дому с противоположной стороны.
Если нам не удастся узнать, в какой комнате находится Аврора, тогдамы еще успеем пойти на разведку к негритянскому поселку и попытаемсяотыскать невольника Катона.
Мы видели, что в доме горят огни. Многие окна в нижнем этаже были ярко освещены. Значит, люди разбрелись по дому. Это укрепляло наши надежды. В одной из этих комнат должна находиться Аврора.
- А теперь, мсье, - сказал д'Отвиль, когда мы обсудили все подробности, - предположим, что мы потерпим неудачу, что поднимется тревога и насобнаружат до того, как...
Я обернулся, посмотрел моему юному другу прямо в лицо и, прервав его,сказал:
- Д'Отвиль, быть может, мне никогда не удастся отплатить вам за вашувеликодушную дружбу. Вы сделали для меня больше, чем самый преданныйдруг. Но я не допущу, чтобы ради меня вы рисковали жизнью. Этого я немогу позволить.
- Разве я рискую жизнью, мсье?
- Если я потерплю неудачу, если поднимется тревога, если нас увидят ибудут преследовать... - Я распахнул куртку и показал ему пистолеты. Да, - продолжал я, - я не остановлюсь ни перед чем. Если понадобится, явоспользуюсь ими. Я готов убить всякого, кто станет на моем пути! Я решился на все. Но вы не должны подвергать себя такой опасности. Вы останетесь здесь, я войду в дом один.
- Нет! - поспешно ответил он. - Я пойду с вами.
- Этого я не допущу. Останьтесь лучше здесь. Вы можете подождать уизгороди, пока я не вернусь к вам... пока мы не вернемся, хочу я сказать, так как твердо решил, что не вернусь без нее.
- Не будьте опрометчивы, мсье!
- Нет, но я буду действовать решительно. Я готов на все. Вам нельзяидти дальше.
- А почему? Меня это тоже близко касается.
- Вас? - спросил я, удивленный как его словами, так и его тоном. Касается вас?
- Конечно, - спокойно ответил он. - Я люблю приключения. Это так увлекательно! Вы должны позволить мне пойти с вами.
- В таком случае, как хотите, мсье. Не бойтесь, я буду очень осторожен. Идемте!
Я перескочил через изгородь, д'Отвиль последовал за мной.
Не произнося больше ни слова, мы двинулись через поле по направлениюк дому.
Глава LXVI. ПОХИЩЕНИЕ
Мы шли через поле сахарного тростника. Это был раттан, особый сорттростника, прошлогодней посадки; его срезанные старые стебли и молодыепобеги скрывали нас с головой. Даже при дневном свете мы могли бы подойти к дому незамеченными.
Скоро мы были у садовой ограды. Здесь мы остановились, чтобы осмотреться. С одного взгляда мы определили, с какой стороны удобнее незаметно подойти к дому.
Дом был старый и запущенный, но построенный с претензиями. Это былодвухэтажное деревянное здание с фронтонами, широкими окнами и открывающимися наружу жалюзи. И стены и жалюзи были когда-то покрашены, но краска выцвела и порыжела; жалюзи были, видимо, зелеными, но теперь их былотрудно отличить от серых стен. Вокруг всего дома шла открытая галерея,или веранда, поднимавшаяся на три-четыре фута над землей. На эту веранду, обнесенную невысокой балюстрадой, выходили окна и двери дома. Небольшая лестница в пять-шесть ступеней вела к главному входу, но вокругдома, ниже пола, веранда была не огорожена, так что немного нагнувшись,можно было залезть под нее.
Подкравшись к самой веранде, мы увидим сквозь балюстраду все выходящие на нее окна; а в случае тревоги - спрячемся под нее. Здесь мы будемв безопасности, если только нас не учуют собаки.
Мы шепотом сговорились, что делать дальше. Решили дойти до угла веранды, пристально всматриваясь в окна, пока не найдем комнату Авроры;тогда мы постараемся подать ей знак и увести ее. Все зависело от случая,от благосклонности судьбы.
Судьба, по-видимому, к нам благоволила, ибо не успели мы двинутьсявперед, как в одном из окон, прямо против нас, появилась женская фигура.С первого взгляда мы узнали квартеронку.
Как я уже говорил, окно доходило до самого пола веранды, и когда онаподошла к нему, мы увидели ее всю, с ног до головы. Мадрасский платок начерных волосах, изящные очертания фигуры, резко выделявшейся на фоне ярко освещенной комнаты, не оставляли никаких сомнений.
- Это Аврора! - шепнул мой спутник.
"Откуда он знает? Разве он видел ее? Ах, да! - вспомнил я. - Он виделее сегодня утром в ротонде".
- Да, это она! - пробормотал я, и сердце мое забилось так сильно, чтоя не мог больше произнести ни слова.
Окно было завешено, но она приподняла занавеску одной рукой и смотрела в сад. Взгляд ее был устремлен вперед, как будто она старалась разглядеть что-то во мраке. Я заметил это даже издали, и сердце у меня запрыгало от радости. Она поняла мою записку. Она ждет меня!
Д'Отвиль тоже так думал. Это укрепляло нашу надежду. Если ей понятнынаши намерения, тем легче нам будет их осуществить.
Но она пробыла у окна всего две-три секунды. Затем отошла, и занавеска снова опустилась; однако мы все же успели заметить темную тень мужчины на дальней стене. Без сомнения, это был Гайар!
Я не мог больше сдерживаться и, перескочив через садовую ограду,пробрался к веранде, сопровождаемый д'Отвилем.
Через несколько секунд мы заняли намеченную позицию - прямо противокна, от которого нас теперь отделяла деревянная балюстрада веранды. Если мы немного нагибались, наши глаза приходились как раз над полом. Занавеска опустилась не до конца и неплотно закрывала окно, так что сквозьнебольшую щель мы могли видеть почти все, что делалось в комнате. В ночной тиши далеко разносился каждый звук, и мы ясно слышали разговор находившихся там людей.
Наше предположение оказалось правильным: Аврора разговаривала с Гайаром.
Я не стану описывать вам эту сцену. Я не могу повторять слова, которые мы услышали. Я не хочу воспроизводить гнусные речи этого негодяя,сначала льстивые и заискивающие, а потом все более грубые, наглые и оскорбительные. Под конец, не добившись успеха уговорами, он перешел к угрозам.
Д'Отвиль удерживал меня и шепотом умолял не горячиться.
Раза два я уже готов был броситься вперед, выбить окно и уложить негодяя на месте. Но благодаря настояниям моего осторожного спутника явсе-таки сдержался.
Сцена закончилась тем, что Гайар ушел взбешенный, но все же немногоприсмиревший. Смелый отпор, данный ему квартеронкой, которая, во всякомслучае, была не слабее своего тщедушного поклонника, по-видимому, навремя охладил его пыл, иначе он, наверно, прибег бы к насилию.
Однако его угрозы перед уходом не оставляли сомнений в том, что онскоро возобновит свои грубые домогательства. Он был уверен, что справится со своей жертвой: она его рабыня и должна будет покориться. У негодостаточно времени и средств, чтобы принудить ее. Ему незачем сразу прибегать к крайним мерам. Он может подождать, когда к нему вернется утраченная храбрость и вдохновит его на новое нападение.
Уход Гайара давал нам возможность сообщить Авроре, что мы тут. Я собирался подняться на веранду и постучать в окно, но мой спутник удержалменя.
- Не делайте этого, - прошептал он. - Она знает, что вы должны бытьздесь. Она, наверно, скоро подойдет к окну. Терпение, мсье! Неосторожныйшаг может все погубить. Помните о собаках!
Совет был благоразумен, и я послушался его. Через несколько минут всевыяснится. Мы оба прильнули к балюстраде, следя за каждым движением Авроры.
Мы обратили внимание на комнату, в которой она находилась. Это былане гостиная и не спальня, а скорее библиотека или кабинет, о чем свидетельствовали полки с книгами и письменный стол, на котором лежало многобумаг. По-видимому, это был рабочий кабинет адвоката, в котором он занимался делами.
Почему Аврору поместили тут? Этот вопрос занимал нас, но нам было некогда задерживаться на нем. Мой спутник предположил, что по приезде еепривели сюда на время, пока ей готовят другое помещение. На эту мысльего навели голоса слуг и звуки передвигаемой мебели в верхнем этаже.Очевидно, какую-то комнату приводили в порядок.
Тут мне пришла в голову новая мысль: Аврору могут неожиданно увестииз библиотеки и отправить наверх, тогда нам будет гораздо труднее датьей знать о себе. Лучше попробовать сейчас же увести ее.
Несмотря на советы д'Отвиля, я уже готов был двинуться к окну, когдаповедение Авроры остановило меня.
С того места, где мы стояли, была видна дверь, в которую вышел Гайар.Аврора осторожно подошла к ней, как будто с каким-то тайным намерением.Взявшись за ключ, она тихонько повернула его. Зачем она это сделала?
Мы подумали, что она собирается бежать из дома через окно, и заперладверь, чтобы задержать погоню. Если так, нам лучше остаться на месте ине мешать ей выполнять ее намерение. Мы успеем дать ей знак, когда онаподойдет к окну. Так советовал д'Отвиль.
В углу комнаты стояла конторка красного дерева со множеством полочек.На них лежало много бумаг - наверно, всякие закладные, расписки и другиедокументы адвоката.
К моему большому удивлению, Аврора, заперев дверь, поспешно подошла кэтой конторке и, остановившись против полочек, стала внимательно разглядывать бумаги, словно стараясь найти какой-то документ.
Таково, видно, и было ее намерение, ибо она протянула руку, вытащиласвязку каких-то листков и, быстро присмотрев их, спрятала у себя на груди.
"Боже мой! - воскликнул я про себя. - Что это значит?"
Не успел я подумать об этом, как Аврора подошла к окну. Она поднялазанавеску, и яркий свет упал на мое лицо и на лицо моего спутника, такчто она сразу увидела нас. У нее вырвалось легкое восклицание - не удивления, а радости, но она тут же сдержалась. Впрочем, восклицание былотакое тихое, что его не могли бы услышать в соседней комнате.



Окно тихонько открылось, она бесшумно проскользнула на веранду, и вследующую минуту моя невеста была уже у меня в объятиях. Я перенес еечерез балюстраду, и мы быстро пересекли сад.
Мы вышли в поле, никем не замеченные, и, пробираясь в густом тростнике, направились к лесу, который вырисовывался вдали темной стеной.
Глава LXVII. СБЕЖАВШИЕ МУСТАНГИ
Зарницы по-прежнему вспыхивали в небе, и нам было нетрудно найти дорогу. Мы вышли около того места, где свернули в тростниковое поле, и,двигаясь вдоль изгороди, поспешно направились к зарослям папайи, в которых оставили своих лошадей.
Мой план состоял в том, чтобы ехать сейчас же и постараться прискакать в город до рассвета. Я надеялся, что в городе мне удастся скрытьсяс моей невестой до того времени, когда мы сможем уехать за море иливверх по реке, в один из свободных штатов. О том, чтобы прятаться в лесу, я не помышлял. Правда, я случайно знал о прекрасном убежище, в котором мы, без сомнения, могли бы укрыться на некоторое время. Но хотя этамысль мелькнула у меня, я даже не остановился на ней. Такое убежище могло быть только временным; нам все равно пришлось бы его покинуть, и тогда было бы так же трудно выехать из этих краев, как и сейчас.
Для гонимого, как и для преступника, нет лучшего убежища, чем густонаселенный город с его разношерстной толпой, а в Новом Орлеане, где половину населения составляют приезжие, особенно легко скрыться под вымышленным именем.
Поэтому я решил - и д'Отвиль поддержал меня - сейчас же сесть на лошадей и скакать прямо в город.
Нашим бедным лошадям предстоял тяжелый труд, особенно той, которойдостанется двойная ноша. Правда, эти выносливые животные бодро пробежалипуть до Бринджерса, но теперь им придется напрячь все свои силы, чтобывернуться обратно до рассвета.
При вспышках зарниц мы легко находили дорогу между деревьями и вскореувидели заросли папайи, которые выделялись своими большими продолговатыми листьями; при свете они казались белесыми. Радуясь тому, что достиглицели, мы ускорили шаг. Когда мы сядем на коней, нам не страшна будет никакая погоня!
- Странно что лошади не ржут и никак не дают о себе знать! А ведь наше приближение могло бы их встревожить... Но нет, не слышно ни ржанья,ни стука копыт, хотя мы, кажется, совсем близко. Быть не может, чтобылошади стояли так тихо. Что с ними случилось? Где они?
- В самом деле, где они? - повторил д'Отвиль. - Вот то место, где мыих оставили.
- Да, конечно, здесь. Постойте!.. А вот тот самый сук, к которому япривязал свою лошадь. Видите, вот и следы копыт... О Боже! Лошади пропали!
Я убедился, что это так. Не могло быть никаких сомнений. Вот истоптанная земля там, где они стояли. Вот то самое дерево, к которому мы ихпривязывали, - я сразу узнал его, оно было выше всех.
"Кто их увел?" - вот первый вопрос, который мы себе задали. Может,кто-нибудь выслеживал нас? Или кто-то случайно проходил мимо и увиделих? Последнее предположение было наименее вероятно. Кто мог бродить полесу в такую ночь? А если бы даже здесь кто-то и проходил, зачем ему было забираться в эти заросли?.. Ба! Мне пришла в голову новая мысль: бытьможет, лошади сбежали сами?
Весьма возможно. Как только снова блеснет зарница, мы увидим, сами лиони сорвались с привязи или чья-то неизвестная рука отвязала повода. Мыстояли у дерева, дожидаясь зарницы. Ждать пришлось недолго; вскоревспышка света рассеяла наши сомнения. Мое предположение оказалось правильным: лошади сорвались сами, об этом говорили обломанные ветви. Бытьможет, их напугала зарница, а верней - какой-нибудь рыскавший поблизостидикий зверь, и они умчались в лес.
Теперь мы упрекали себя за то, что так небрежно привязали их и чтовыбрали для этого папайю - дерево заведомо менее прочное, чем любое другое дерево в лесу. Все же я почувствовал некоторое облегчение, когда обнаружил, что животные сбежали сами. У нас оставалась надежда их отыскать. Быть может, они щиплют траву где-нибудь поблизости, волоча за собой повода, и мы их еще поймаем.
Не теряя времени, мы пошли на поиски: д'Отвиль в одну сторону, я - вдругую, а Аврора осталась в зарослях. Я осмотрел все ближние места, повернул обратно, к изгороди, прошел вдоль нее до дороги и даже осмотрелчасть дороги. Я обшаривал каждый уголок, обходил каждое дерево, забирался в кусты и в заросли тростника, а когда вспыхивали зарницы, осматривалземлю, отыскивая следы. Несколько раз я возвращался назад, но лишь длятого, чтоб убедиться, что поиски д'Отвиля столь же безуспешны.
Прошло около часа в бесплодных розысках, и я решил прекратить их. Ябольше не надеялся найти лошадей и направился обратно с отчаянием в душе. Д'Отвиль вернулся еще раньше меня.
Когда я подходил, я увидел при свете зарницы, что он стоит возле Авроры и непринужденно разговаривает с ней. Мне показалось, что он с нейочень любезен, а она благосклонно слушает его. Эта мелькнувшая передомною сцена произвела на меня неприятное впечатление.
Д'Отвиль тоже не нашел следов наших исчезнувших лошадей. Теперь ужбыло бесполезно их разыскивать, и мы решили прекратить поиски и провестиночь в лесу.
Я согласился на это с тяжелым сердцем, однако у нас не оставалось выбора. За ночь мы не могли добраться пешком до Нового Орлеана; если женас увидят утром на дороге, то сейчас же поймают. Такие люди, как мы, немогли пройти незамеченными, и я не сомневался, что на рассвете за намиуже вышлют погоню и что искать нас будут по дороге в город.
Самое благоразумное провести ночь на месте и возобновить поиски, кактолько рассветет. Если нам удастся найти лошадей, мы спрячем их в зарослях до вечера, а когда стемнеет, отправимся в город. Если же мы их ненайдем, то пустимся в путь сразу после заката, иначе до рассвета нам вгород не добраться.
Пропажа лошадей поставила нас в чрезвычайно трудное положение. Онаочень уменьшила наши шансы на успех и увеличила грозившую нам опасность.
Я сказал - опасность. Да, нам грозила смертельная опасность. Вамтрудно понять, как трагично было наше положение. Вам, вероятно, кажется,что вы читаете описание обычного побега влюбленных, какие часто изображают в романах.
Но вы глубоко заблуждаетесь. Знайте, что все мы совершили поступок,за который должны были ответить перед судом. Знайте, что я совершилпреступление, которое сурово каралось по законам этой страны, и что ямог подвергнуться еще более жестокому наказанию до применения этих законов. Все это я знал, Я знал, что за свой поступок могу поплатитьсяжизнью.
Вспомните об угрожавшей нам опасности - и вы поймете, с какимичувствами вернулись мы назад после тщетной попытки отыскать наших лошадей.
У нас не было выбора - приходилось оставаться на месте до утра.
Мы потратили полчаса на то, чтобы нарвать побольше испанского мха имягких листьев папайи; я уложил на них Аврору и накрыл ее своим плащом.
Сам я не нуждался в ложе. Я сел возле своей невесты и прислонилсяспиной к дереву. Мне хотелось положить ее голову себе на грудь, но присутствие д'Отвиля стесняло меня. Впрочем, это меня не удержало бы, нокогда я об этом заикнулся, Аврора отклонила мою просьбу. Она даже мягко,но решительно отняла свою руку, когда я хотел удержать ее в своей.
Признаться, меня немного удивила и обидела эта сдержанность.
Глава LXVIII. НОЧЬ В ЛЕСУ
Я был легко одет, и ночная сырость не давала мне уснуть, однако, будьу меня перина из гагачьего пуха, я все равно не сомкнул бы глаз.
Д'Отвиль великодушно предложил мне свой плащ, но я отказался. Он тожебыл одет в легкую полотняную одежду, но не это явилось причиной моегоотказа. Даже если бы я сильно страдал от холода, я не принял бы услугиот него. Я начинал его опасаться.
Аврора вскоре уснула. При свете зарниц я видел, что глаза ее закрыты,а ее спокойное, ровное дыхание свидетельствовало о том, что она спит.Это тоже огорчило меня. Я ждал каждой новой зарницы, чтобы взглянуть нанее. Каждый раз, как вспышка света озаряла ее прелестное лицо, я вглядывался в ее черты со смешанным чувством любви и боли. О, может ли коварство скрываться под этой прекрасной внешностью? Может ли таиться обман в этой благородной душе? Разве я не уверен, что она любит меня?
Как бы то ни было, у меня теперь отрезаны пути к отступлению. Я должен довести до конца начатую игру хотя бы ценой моей жизни или моегосчастья. Я должен думать только о той цели, которая привела меня сюда.
Когда я немного успокоился, я опять принялся думать о том, как намвыбраться. Лишь только рассветет, я снова пойду на поиски лошадей, постараюсь найти их по следам и поймать, а затем спрячу в лесу, где нампридется укрываться до следующего вечера.
А если мы не найдем лошадей?
Долгое время я не мог решить, как нам тогда поступить. Наконец мнепришел в голову новый, вполне осуществимый план, и я поспешил поделитьсяим с д'Отвилем, который тоже не спал. Мой план был так прост, что яудивлялся, как не додумался до этого раньше. Д'Отвиль отправится вБринджерс, наймет новых лошадей или экипаж и на следующий вечер встретитнас на береговой дороге.
Что могло быть проще? В Бринджерсе ничего не стоило нанять лошадей, атем более экипаж. Д'Отвиля там не знают, и, конечно, никто не заподозрит, что он связан со мной. Я не сомневался, что в похищении квартеронкистанут обвинять меня. Гайар, во всяком случае, это подумает - значит,разыскивать будут меня одного. Д'Отвиль согласился, что так и нужно сделать, если мы не найдем сбежавших лошадей; договорившись о подробностях,мы уже с меньшей тревогой стали дожидаться рассвета.
Наконец рассвело. Первые бледные лучи медленно проникали сквозь густые вершины деревьев, но все же было настолько светло, что мы могли возобновить поиски. Аврора осталась на месте, а мы с д'Отвилем снова разошлись в разные стороны. Он направился в глубину леса, а я - к дороге.
Вскоре я подошел к изгороди, окружавшей поля Гайара, ибо мы все ещенаходились очень близко от его плантации. Затем я двинулся вдоль изгороди к тому месту, где проселочная дорога углублялась в лес. Я решил сновапроделать путь, по которому мы ехали прошлой ночью, так как думал, чтолошади могли убежать по знакомой дороге.
И я оказался прав. Когда я подошел к этому месту, я увидел на землеследы подков двух лошадей, направлявшихся к реке. Там же виднелись иследы, оставленные нами прошлой ночью. Я сравнил: несомненно, это былиодни и те же лошади. У одной из них была сломана подкова, и я с первоговзгляда узнал ее след. Я заметил еще одну подробность: рядом с отпечатками подков виднелись полосы, прочерченные обломками сучьев, к которымбыли привязаны повода. Это подтвердило мои догадки о том, что лошади сами сорвались с привязи.
Теперь вопрос был в том, далеко ли они убежали. Стоит ли мне идти заними и пытаться их поймать? Уже совсем рассвело, и это было бы оченьопасно. Гайар и его люди уже, наверно, давно на ногах и рыщут по окрестностям. Отдельные группы, конечно, скачут вдоль береговой дороги и обшаривают проселки между плантациями. На каждом шагу я могу встретить кого-нибудь из его шайки.
По следам лошадей было видно, что они неслись во весь опор. Они нигдене останавливались, чтобы пощипать траву. Вероятнее всего, они выскочилина береговую дорогу и помчались прямо в город. Лошади были наемные и,наверно, хорошо знали дорогу домой. Кроме того, это были мексиканскиемустанги, которым нередко случается после долгого путешествия возвращаться домой без седоков.
Пытаться догнать их значило бы бессмысленно подвергать себя опасности: я сразу отказался от этой мысли и повернул обратно к лесу.
Подходя к нашему лагерю, я старался ступать неслышно - мне стыдносознаться, из каких побуждений: в моем сердце шевелились недостойныечувства.
Мне послышались звуки голосов.
"Боже мой! Опять д'Отвиль поспел раньше меня!"
Несколько секунд я боролся с собой, но не устоял и стал приближатьсяк ним, крадучись, как вор.
"Д'Отвиль снова оживленно и дружески разговаривает с ней! Они стояттак близко, что лица их почти соприкасаются. Как они поглощены разговором! Они говорят очень тихо, они шепчутся, как влюбленные! О Боже!"
В эту минуту я вспомнил сцену на пристани. Вспомнил, что на юноше былтакой же плащ и что он был небольшого роста...
Это он стоял передо мной! Теперь загадка объяснилась. Я был лишь ширмой, жалкой игрушкой в руках этой кокетки!
Вот он, настоящий возлюбленпый Авроры!
Я остановился как пораженный громом. Острая боль пронзила сердце,будто отравленная стрела впилась глубоко в мою грудь и застряла в ней,терзая меня. Ноги у меня подкосились, и я чуть не потерял сознание.
"Она что-то вынула из-за корсажа. Она что-то протягивает ему! Залоглюбви!.. Нет, я ошибся. Это - бумаги, те самые, что она взяла с конторкиу Гайара. Что это значит? Здесь скрыта какая-то тайна. О! Я потребуюобъяснений у вас обоих! Я все узнаю! Терпение, сердце! Терпение!"
Д'Отвиль взял бумаги и спрятал их под блузу. Затем он повернулся, ивзгляд его упал на меня.
- А, мсье! - воскликнул он, направляясь ко мне. - Ну, как дела? Вы ненашли лошадей?
Я сделал над собой усилие и ответил спокойно:
- Только их следы.
Но даже произнося эту короткую фразу, голос мой дрогнул от волнения.
Д'Отвиль должен был заметить мое состояние, однако не показал и виду.
- Только следы, мсье? Куда же они вели?
- К береговой дороге. Больше нечего рассчитывать на них.
- Значит, мне надо сейчас же отправляться в Бринджерс?
Он интересовался моим мнением.
Его вопрос обрадовал меня. Мне хотелось, чтобы он ушел: я жаждал остаться наедине с Авророй.
- Я думаю, это было бы лучше всего, если вы не считаете, что ещеслишком рано.
- О нет! Кроме того, у меня есть дела в Бринджерсе, и они займут весьдень.
- Вот как!
- Будьте спокойны, я вовремя приеду за вами. Не сомневаюсь, что достану лошадей или экипаж. Через полчаса после того, как стемнеет, я будуждать вас у проселочной дороги. Не бойтесь, мсье! Я твердо верю, что длявас все кончится благополучно. А для меня, увы!..
Вместе с последними словами у него вырвался глубокий вздох.
"Что это значит? Уж не смеется ли он надо мной? Нет ли у этого странного юноши еще тайны, кроме моей? Он, верно, знает, что Аврора, любитего! Неужели он так уверен в ее любви, что, не колеблясь, оставляет наснаедине? Или он играет мной, как тигр своей жертвой? Может, они оба играют мной?.."
Все эти ужасные мысли теснились у меня в голове и помешали мне ответить на его последнее замечание. Я только пробормотал, что не теряю надежды, но он не обратил внимания на мои слова. По какой-то причине он,видимо, хотел скорей уйти и, попрощавшись с Авророй и со мной, резко повернулся и пошел быстрым, легким шагом через лес.
Я глядел ему вслед, пока он не скрылся за деревьями, и почувствовалоблегчение, когда он ушел. Хотя нам была нужна его помощь, хотя от неезависело наше спасение, в ту минуту мне хотелось никогда больше не видеть его.
Глава LXIX. УПРЕКИ ВЛЮБЛЕННОГО


скачать книгу I на страницу автора

Страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 [ 16 ] 17 18 19
ВХОД
Логин:
Пароль:
регистрация
забыли пароль?
РЕКЛАМА

Конюшевский Владислав - Попытка возврата
Конюшевский Владислав
Попытка возврата


Посняков Андрей - Тайный путь
Посняков Андрей
Тайный путь


Бажанов Олег - Иванов.ru
Бажанов Олег
Иванов.ru


   
ВЫБОР ПОЛЬЗОВАТЕЛЯ

Copyright © 2006-2015 г.
Виртуальная библиотека. При использовании материалов - ссылка на сайт обязательна .....

LitRu - Электронная библиотека