Виртуальная библиотека. Русская и зарубежная фантастика, фэнтези, детективы, триллеры, драма, историческая и  приключенческая литература, философия и психология, сказки, любовные романы!!!
главная | новости библиотеки | карта библиотеки | ссылки
РАЗДЕЛЫ
Детектив
Детская литература
Драма
Женский роман
Зарубежная фантастика
История
Классика
Приключения
Проза
Русская фантастика
Триллеры
Философия

КНИГИ ПО АЛФАВИТУ
... А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я

АВТОРЫ ПО АЛФАВИТУ
А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я

ПАРТНЕРЫ



ПОИСК
Введите фамилию автора:
Поиск от Google:



скачать книгу I на страницу автора

объеме и недостижима в своей цели"..."

Подобно многим людям, я имел самые высокомерные
представления о систематике насекомых. Наукой это но назовешь,
в лучшем случае - хобби. Можно ли считать занятием, достойным
взрослого мужчины, ловлю бабочек и разных мошек? Какую мошку
рядом с какой наколоть... Чудачество, украшающее разве что
героев Жюля Верна. А между тем систематика стала ныне сложной
наукой с применением математики, ЭВМ; все шире там пользуются
теорией групп, матлогикой, всякими математическими анализами.
Энтомология, букашки, систематика... Коллекции наколотых
на булавки, с распростертыми крыльями бабочек. Бабочки, сачок -
почти символы легкомыслия. А между прочим, были ученые, которые
годами занимались узорами на крыльях бабочек. Вот уж где,
казалось бы, пример отвлеченной науки, оторванной от жизни,
бесполезной, не от мира сего и т. п. Хотя... друг А. А.
Любищева, ленинградский ученый Борис Николаевич Швапвич,
сравнивая эти узоры, размышлял над геометрией рисунков, над
сочетанием красок, сумел извлечь чрезвычайно много для
морфологии и проблем эволюции. Узоры стали для него письменами.
Их можно было прочитать. Природа устроена так, что самая
незначительная козявка хранит в себе всеобщие закономерности.
Те же узоры, они-не сами по себе; они - часть общей красоты,
которая остается пока тайной. Чем объяснить красоту раковин,
рыб, запахи цветов, изысканные их формы? Кому нужно это
совершенство, поразительное сочетание красок?.. Каким образом
природа сумела нанести на крыло бабочки узор безукоризненного
вкуса?..
Надо было иметь известное мужество, чтобы в наше время
позволить себе отдаться столь несерьезному, на взгляд
окружающих, занятию. Мужество и любовь. Разумеется, каждый
настоящий ученый влюблен в свою науку. Особенно же - когда сам
объект науки красив. Но кроме звезд, и бабочек, и облаков, и
минералов есть предметы с красотой, не видимой никому, кроме
специалистов. Большей частью это бывает с отвлеченными
предметами, вроде математики, механики, оптики. А некоторым
удается увидеть свои объекты и вовсе с необычной стороны. Так,
известный цитолог Владимир Яковлевич Александров с упоением
рассказывал мне о поведении клетки, о том, что она, несомненно,
имеет душу. Любищев был, разумеется, убежден, что наиболее
этическая, нравственная наука - это энтомология. Она помогает
сохранять лучшие черты детства - непосредственность, простоту,
умение удивляться. Прежде всего он чувствовал это по себе, - и
действительно, чтобы старый, почтенный человек, не обращая
внимания на прохожих, вдруг пускался в погоню, через лужи, за
какой-то букахой, для этого надо иметь чистоту и независимость
ребенка. А то, что энтомологов, говорил он, считают дурачками,
это иногда полезно, они безопасно могут ходить в самые
"разбойничьи" места, благо над ними посмеиваются, как над
безобидными юродивыми.
Они и в самом деле чудаки. Некоторые из них по-настоящему
влюблены в своих насекомых. Карл Линдеман говорил, что он любит
три категории существ: жужелиц, женщин и ящериц. Ловя ящериц,
он целовал их в голову и отпускал. "Видимо, почти то же он
делал и с женщинами", - шутил Любищев.
На могиле Шванвича на Охтинском кладбище высечен любимый
им узор крыла бабочки. Чарльз Дарвин, который тоже начинал как
энтомолог, вспоминал:

"...Ни одно занятие в Кембридже не выполнялось мною так
ревностно и не доставляло мне столько удовольствия, как
собирание жуков... Ни один поэт не испытывал большего
восхищения, читая свою первую напечатанную поэму, чем испытывал
я, увидя в издании Стефенса "Иллюстрации британских насекомых"
магические слова: "Пойман Ч. Дарвином, эсквайром"..."

Пристрастие к энтомологии доходило до того, что Любищев
терял присущую ему терпимость, чувство справедливости и даже
чувство юмора. Он не мог простить Александру Сергеевичу Пушкину
ядовитого рапорта Воронцову о саранче. Он доказывал, что свое
отношение к Воронцову Пушкин изменил лишь из-за обиды, после
"издевательской" командировки Пушкина на борьбу с саранчой.



После этого Воронцов стал для него "полуневежда и полуподлец".


Саранча летела, летела
И села, Сидела, сидела, все съела
И вновь улетела.

"Для меня ясно, - пишет А. А, Любищев, - что
издевательским был отчет Пушкина. Командировку я вовсе не
нахожу издевательской. Насколько мне известно, Пушкин был
чиновником особых поручений. Специалистов-энтомологов в то
время не было, и поэтому командировка развитого и смышленого
человека была вполне уместна. Никаким опасностям он там не
подвергался, а мог изучить быт народа... а кстати отдохнул бы
от неумеренного волокитства за одесскими барыньками, включая и
мадам Воронцову, что, конечно, отнимало у него гораздо больше
времени и сил, чем обследование саранчи".
Любищев был убежден, что своим здоровьем,
работоспособностью он обязан своей прекраснейшей специальности.
Работа с насекомыми входила в Систему, дополняла ее физической
нагрузкой, приятностью механической работы.
Энтомология, систематика, земляные блошки - пусть стоящие
споров и ссор с неодарвинистами, - все равно, что может быть
спокойней и укромней, чем это далекое от треволнений актуальных
задач науки, это милое академическое убежище, эта безобиднейшая
специальность.


ГЛАВА ДВЕНАДЦАТАЯ -
ЗА ВСЕ НАДО ПЛАТИТЬ

В тридцатые годы Любищев работал в ВИЗРе - Всесоюзном
институте защиты растений, который находился тогда в Ленинграде
на Елагином острове, в Елагином дворце. Любищев изучал
экономическое значение насекомых-вредителей. Подойдя к этому
математически, Любищев пришел к заключению, несколько
ошеломившему всех,- что ущерб, наносимый насекомыми, во многом
преувеличивается. На самом деле эффективность их действий
значительно ниже, чем ее тогда принимали. Поехав на Полтавщину,
он обследовал участки, которые числились как пораженные луговым
мотыльком. Поля выглядели странно: свеклы не видно, всюду
растет лебеда. Раздвигая заросли лебеды, Любищев обнаруживал
угнетенные, по совершенно здоровые побеги свеклы. Ему стало
ясно, что мотылек тут ни при чем. Руководители колхоза
оправдывались тем, что мотылек был и обязательно съел бы
свеклу, но поля опрыскали и спасли. Любищев возражать не мог,
поскольку следов мотылька не осталось.
Однако на следующий день он наткнулся на приусадебный
участок сахарной свеклы и поразился великолепным видом:
растения мощные, никаких признаков повреждений. Все
разъяснилось, как водится, очень просто: хозяин добросовестно
ухаживал за своим участком. В конце концов председатель и
агроном признались, что колхозники работать на поля не
выходили, - свекла заросла, и луговой мотылек здесь ни при чем.
Обследование Северной Украины показало Любищеву, что и в
других районах луговой мотылек практически вреда не приносил.
Имелись сигналы с Северного Кавказа. Любищев ездил и тщательно
осматривал поля, на которые ссылались районные руководители.
Нигде не было прямых результатов повреждений. Сведения
оказывались, мягко говоря, преувеличенными, вред -
сомнительным.
Он гнался за сигналами. В Ростове ему сообщили, что в
таком-то совхозе уничтожен подсолнечник. Приехав на место, он
выяснил, что подсолнечник вовсе не сеяли. Он побывал в
Зимовниках, изучая вредность сусликов; изъездил Азербайджан,
изучая вредность стеблевой ржавчины; в Георгиевской обследовал
яблоневые питомники. Армавир, Краснодар, Таловая, Астрахань,
Буденовск, Крымская - география его поездок охватывает весь юг
России.
Считалось, что вредители, особенно на зерновых, приносят
ущерб не менее десяти процентов. Любищев ко мог согласиться с
этой цифрой. Результаты его поездок, а также изучения данных


скачать книгу I на страницу автора

Страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 [ 16 ] 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28
ВХОД
Логин:
Пароль:
регистрация
забыли пароль?
РЕКЛАМА

Русанов Владислав - Бронзовый грифон
Русанов Владислав
Бронзовый грифон


Максимов Альберт - Русь, которая была
Максимов Альберт
Русь, которая была


Махров Алексей - В вихре времен
Махров Алексей
В вихре времен


   
ВЫБОР ПОЛЬЗОВАТЕЛЯ

Copyright © 2006-2015 г.
Виртуальная библиотека. При использовании материалов - ссылка на сайт обязательна .....

LitRu - Электронная библиотека