Виртуальная библиотека. Русская и зарубежная фантастика, фэнтези, детективы, триллеры, драма, историческая и  приключенческая литература, философия и психология, сказки, любовные романы!!!
главная | новости библиотеки | карта библиотеки | ссылки
РАЗДЕЛЫ
Детектив
Детская литература
Драма
Женский роман
Зарубежная фантастика
История
Классика
Приключения
Проза
Русская фантастика
Триллеры
Философия

КНИГИ ПО АЛФАВИТУ
... А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я

АВТОРЫ ПО АЛФАВИТУ
А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я

ПАРТНЕРЫ



ПОИСК
Введите фамилию автора:
Поиск от Google:



скачать книгу I на страницу автора

С минуту он шагал молча, а потом спросил:
— Мы сейчас не можем вернуться?
— Времени нет, — сказал Мастер, с трудом сдерживая улыбку. — Ребятам пора домой, а без прикрытия я туда не пойду.
— Я один смотаюсь, — заявил Бенни решительно. — Можешь за меня не беспокоиться.
— А если засыпешься? Не стоит.
— Там нет микроволновых сканеров, — отмахнулся Бенни. — А даже если бы и были… Ты знаешь, что такое Эф-сто семнадцать?
— Stealth Fighter. Самолет-невидимка.
— Ну вот, это я. Я так могу ходить не только мимо сканеров. Даже мимо людей. Так может любой сенс с Базы. А я все-таки бригадир. Не бойся.
— Скажи мне еще раз, Бенни, — попросил Мастер. — Только скажи отчетливо. Эта большая страшная «дырка» излучает под землю? Луч уходит вниз?
— Да. Не луч, конечно, но в общем — верно. Она смотрит вниз, понимаешь? Смотрит. И она что-то очень хитрое излучает в стороны. Во все стороны. Я думаю, это излучение — главное. Очень тонкое, мне трудно его даже просто унюхать, не то что понять. Оно в непривычной для меня полосе спектра… Но я научусь. Я хочу начать прямо сейчас. В этом важно разобраться. Это что-то вроде «Программы «Зомби», только на совершенно новом уровне… — Бенни покрутил губами и запустил пятерню под шапку.
— А что же тогда уходит вниз? — спросил Мастер осторожно.
— Отдача, — уверенно ответил сенс. — Просто отдача.
— Значит, отдача…
— Да. Странно, правда? Должна здесь быть взаимосвязь.
— Бенсон, — сказал Мастер серьезно. — Дай-ка я тебя поцелую.
— Что? — спросил Бенни изумленно.
Мастер схватил его за уши и смачно чмокнул в переносицу.
— Иди, родной. Давай. Увидимся, — с этими словами он повернулся к Бенни спиной и начал удаляться беззаботной легкой походкой, сунув руки в карманы.
— Раньше тебя с двухсот грамм так не развозило! — крикнул Бенни уходящей спине. Мастер, не оборачиваясь, сделал ему ручкой и потянул из кармана сигареты. Бенни улыбнулся и бодро зашагал назад. Первый шок прошел. Он уже не боялся. На ходу Бенни напевал и потихоньку окутывал себя плотным коконом, поглощающим множество тонких излучений, о которых рядовой лояльный гражданин не имеет ни малейшего представления.
Прежде чем зайти в метро, Мастер купил в ближайшем магазине фляжку коньяка и тут же высосал из горлышка половину. Взял свежую газету, спустился вниз и удобно расположился на сиденье в торце полупустого вагона. Наслаждаясь прекрасным расположением духа, он за какие-то четыре остановки додавил под свежие новости остальные полфляжки, нимало не стесняясь чужих взглядов. Впервые за последний год Мастер чувствовал себя расслабленным. А дома его ждала любимая собака, и с часу на час должна была приехать не то чтобы любимая, но чертовски близкая женщина.
В этот вечер Мастера не трогало даже присутствие Саймона за стеной.
Часть III. ФЕВРАЛЬ
На альбоме стоял гриф: «Психотроника. Центр. изд. 1989-96». Всего лишь несколько десятков вырезок наклеено на пожелтевшую бумагу страниц. Больше всего публикаций в начале девяностых. И в эти годы под материалами стоят в основном две чередующиеся подписи — О. Зайцев, В. Ларин. Иногда вместе, иногда врозь. По девяносто второй год включительно. А потом будто кнопку нажали — старшие уходят, и появляются совсем молодые ребята. Но они никогда не воспринимали эту тему всерьез…
Газетная утка. Откуда она взялась? Таня раскрыла блокнот и вернулась к первым страницам альбома. Кто все-таки инспирировал расследование? Кто был первый, кто все это начал?
Забудем ЕГО версию. Он был до глубины души потрясен идеей сверхоружия, он больше всех сделал в расследовании, взяв на себя черную работу. Сколько безумцев он опросил? Десятки? Сотни? Психолог он был никудышный. Даже определив человека как явно «двинутого», он видел в нем в первую очередь человека. Жертву. Вот она, «теория переноса» в реальной жизни. Шиза действительно заразна. А паранойя — вдвойне. Он ее и подцепил в легкой форме.
Кофе отдает какой-то дрянью. Вообще, чем так пахнет в этой комнате? Холодок по позвоночнику. Заболеваю, что ли? Где-то тут был аспирин.
Таня плеснула в чашку противной теплой воды из остывающего чайника и с трудом проглотила две таблетки. И в воде плесень. Кругом плесень… Нужно домой, в тепло, отлежаться пару дней. Ничего мне Гаршин не сделает. Действительно, поработаю дома. Часик еще альбом посмотрю — и пойду…
Так, что тут у нас? «Необходимо твердо уяснить: затормозить разработку психотронных генераторов нельзя. Вспомните историю мировой науки». Ну-ну. «В момент, когда плазменная лампа выходила на режим, оператор получал огромный импульс энергии и сам мог интенсивно воздействовать на людей». Так, а это что? «Кстати, некоторые из ученых, перешедшие под крышу частных фирм, унесли с собой и созданные в государственных лабораториях устройства. Их еще нельзя было назвать настоящим психотронным оружием, но усилить воздействие экстрасенсов на людей эти приборы уже были способны».
Таня листала альбом и выписывала в блокнот имена. Имена — вот что важно. Пройти еще раз по всей цепочке, отыскать каждого, с кем встречались ребята тогда, в самом начале. Включая явных психов. Ох, дела…
«При этом, как я уже говорил, существовали методы создания на расстоянии искусственного инфаркта». И кому это надо? Дешевле по голове стукнуть.
«Им несложно на короткий период, одну-две недели, создать человеку иллюзию психического расстройства. Человек сам обратится к психиатрической помощи, а дальше — дело врачей. Несколько инъекций, и «объект» станет действительно болен». Психиатров боитесь? Правильно делаете. А это что? Ну, конечно же! Помню. Как такое забыть…
«Итак, в январе 1991 года наша официальная физика объявила во всеуслышание через журнал «Наука и жизнь», что биополей и биоэнергетики в природе не существует.
Приблизительно в то же время, по нашим сведениям, с благословения той же АН СССР из специальных фондов была выделена невероятно огромная сумма в двадцать миллионов рублей на продолжение и расширение исследований «микролептонных (спинорных, торсионных) излучений и их воздействия на организм человека»… Да, милый, это вы точно заметили. Вот она, знаменитая «психотронная афера». Кто-то на эти двадцать миллионов купил себе квартирку в Париже. А ты здесь разоряешься — вот, например…
«Как могут быть в России десятки тысяч сумасшедших, одержимых сходной во всех деталях навязчивой идеей? Почему ареал распространения этих несчастных четко очерчен по городам с повышенной концентрацией «закрытых» учреждений? Почему среди них подавляющее большинство соприкасалось в работе с документами высокой секретности? Или работало в «органах», ушло оттуда и пыталось со своим прошлым навсегда порвать?» Ты же сам отвечаешь на свой вопрос, милый, и не хочешь этого услышать. И в спецслужбах, и в закрытых лабораториях обстановка располагает к «сдвигу». А навязчивая идея легко передается от одного безумца другому. Ты же расспрашивал об этом психологов не раз.
Или тебя просто заела реакция опытных журналистов? Наша братия не прощает ошибок молодым выскочкам. Что да, то да… Таня поежилась и обхватила себя руками за плечи. Кажется, полегче. Ладно, продолжим.
За окном на город опускалась ночь. Безоблачное небо, яркая-преяркая луна. Красиво. Скоро Москва уснет, и на улицах воцарится покой. Может, пешком немного пройтись, воздухом подышать? Вечно сижу взаперти, так действительно и заболеть недолго… Озноб проходил. Таня читала старые вырезки. Все возможные имена и даты уже были зафиксированы. Теперь девушка выписывала в блокнот отдельные слова и обрывки фраз, классифицируя героев публикаций. Опытные экстрасенсы старой формации, эксперты с учеными степенями — почти никто из них не был Тане лично знаком. Но среди нынешних ее контактов немало учеников этих людей. Получить координаты будет несложно. И кто-то из стариков должен будет рассказать ей во всех подробностях легенду о Тимофее Костенко, сверхчеловеке… Я найду его первой. Раньше, чем ты, милый.
Таня достала сигареты. Кладя пачку на место, в сумочку, она незаметно для себя провела ладонью по туго набитой косметичке. Там, у самого дна, уютно пристроился иссиня-черный сгусток света и радости.
***
— Не берется, — пробормотал себе под нос Батя, жуя потухшую сигарету. — Нашими средствами не берется.
Он оторвался от схемы Техцентра и с усилием провел ладонью по лбу. Волосы у Бати были всклокочены, под глазами набрякли солидных размеров мешки. Старший «группы Раз» не спал уже двое суток.
— Нужно снести это хозяйство под корень, — сказал Мастер. — Все прежние легенды никуда не годятся. Погоня за тварями, случайное проникновение, разборка с охраной — забыть! Нужно так долбануть, чтобы от генераторов только пыль осталась.
— Снести… — Батя уставился в схему невидящим взглядом. — Снести… И понести заслуженное наказание… Пожизненное заключение…
— Нам не будет ничего! — Мастер прижал руки к груди. — То есть мне, как должностному лицу, будет орден. А рядовым участникам — досрочная пенсия, льготы в оплате жилья, бесплатный проезд, все как полагается.
— Не свисти… — вяло попросил Батя. — Он потянулся к столу за зажигалкой, но на полпути его рука свернула и схватила бутылку. Выплюнув окурок в сторону угла, где спали мертвым сном Шерлок и Пушкин, Батя прилип к бутылке и с громким сантехническим звуком втянул в себя остатки пива.
— Ну и что ты предлагаешь? Что, я эту кашу заварил, что ли? Почему все время моя голова в петле торчит? — начал заводиться Мастер.
— Ладно, не рычи. Давай организуем пробный маркетинг. Навернем Саймона. И посмотрим, что будет.
— Пойди, отдохни, а? Нам тут же гайки закрутят! Если мы уберем Саймона, у нас вообще не будет времени! Мы же не можем скрывать, что он убит, я доложить обязан! Если ты его днем шлепнешь, нам в ту же ночь придется атаковать! — Жалко мальчика, а? — прищурился Батя.
— Ты мне больно не сделаешь, — сказал Мастер холодно. — Даже и не пробуй. Я его давно похоронил. Просто я стараюсь вести себя рационально. А ты трепыхаешься, личные мотивы ищешь.
— А это что, — Батя ткнул пальцем в карту, — не личное? Они же тебе жизнь изуродовали. Разве не так?
— А тебе? — спросил Мастер зловещим шепотом. — Ты, что ли, в стороне остался?
— Я. Жизнью. Доволен, — на каждое слово Батя кивал. — Только вот помирать молодым не хочется.
— Тогда делай, как я говорю.
— Не могу. Нужно прикрытие. Или диверсант, который пролезет в Техцентр в одиночку.
— Ты не положишь в одиночку столько народу! — всерьез разозлился Мастер. — В генераторную шастает целая толпа, человек двадцать! И никто, кроме нас, в Техцентр не пройдет! Там четко по периметру начинается барьер! Прямо по забору! Пять секунд на территории — и готово, лежишь в коме и дышишь носом! Ладно, ты можешь Бенсону не верить, но, если у них половина личного состава постоянно ходит в шлемах, это тебе ничего не говорит?
— А другая-то половина без шлемов…
— А другой половине уже все равно! У них движения заторможены, как у тварей!
— Не понимаю, — сказал Батя. — Как они позволили заснять свою территорию?
— Значит, им не нужен режим секретного объекта. Не хотят лишнее внимание к себе привлекать. Аэрофотосъемку заказывала местная администрация, для своих целей. Попросили кое-кого — нам сделали копию…
— Вот ты и попроси, чтобы в следующий раз Техцентр разбомбили.

Мастер вполголоса выругался.
— Хорошо, — кивнул Батя. — Допустим, нормальный человек больше пяти секунд там не выдержит. Но мы ведь за свои полминуты тоже много не наворочаем. Прости, старик, но весь твой штурм — полнейшая бессмыслица. Ладно, пока мы всего этого, — он помахал ладонью над схемой, — не знали, можно было воображать, какие мы крутые. Но сейчас-то…
— Ну нельзя иначе! — взмолился Мастер. — Никак! Отец родной, ну почему же ты мне пять лет верил, а теперь перестал?!
— Да почему же нельзя? — Батя склонился над схемой. — А вот…
— Нельзя, — сказал Мастер, даже не глядя, что там Батя обнаружил. — Эта линия электропередач только для отвода глаз. Раньше она была нужна. А теперь вот тут — видишь? — в этом белом домике стоит реактор. Им, гадам, канализацию перекрыть в сто раз проще, чем вырубить электричество.
Батя раздосадованно крякнул.
— А если реактор… того? — спросил он осторожно. Мастер подавил смешок. «Батя ищет любую зацепку, лишь бы не лезть в пекло. Что ж, я его отлично понимаю».
— Ничего не того. Можешь Нильса спросить. Главное — не стрелять по зданию из пушек. А пушек нет. Хотя неплохо бы…
— Ладно, — отмахнулся Батя. — С обычным оружием там делать вообще нечего. Хоть тут у нас преимущество.
Мастер взял со стола бутылку и сделал большой глоток. Портер был сладкий, вкусный, цвета черного кофе. Действительно, пульсаторы многое упрощали. Отличная, гениальная разработка — оружие, бьющее сквозь любые стены! Ручная нейтронная бомба. Все живое падает замертво. Для тебя нет больше неприступных крепостей, тебе не страшен танк, вообще никто не страшен. От тебя не спрячешься. Правда, если верить Доктору, пульсаторы охотников перенастроены на другие частоты, но все равно, как показал случай с репортером, они эффективны. «Жаль тебя, мужик, но ты пострадал за правое дело. Теперь мы знаем: то, что хорошо для твари, сгодится и для человека. И особенно — для человека, который ходит по Техцентру без защитного шлема».
— Так, — задумался Батя вслух. — Бенни подходит к КПП, стреляет в стену, заходит внутрь, открывает ворота. Мы въезжаем, машины «свиньей», кинжальный огонь с движения, пять экипажей — вот сюда, на генераторную… Двадцать секунд. На пределе. Нет, не успеваем.
— Ты меня только довези, милый, — попросил Мастер. — Довези и расстреляй генераторную, чтобы все там внутри рухнули. Дальше я справлюсь один.
— То есть как это — один? — спросил Батя шепотом.
По заснеженному полю брела, с трудом переставляя ноги, безвольно уронив руки, сутулая фигура. Не разбирая дороги, шатаясь, иногда чуть не падая, она лезла через сугробы, упорно держа путь в сторону городских огней.
Вокруг фигуры, степенно переваливаясь, как лайнеры в штормовом море, выписывали по полю сложный узор три «Рэйндж Ровера» редкой модификации, с двумя задними осями. У каждой машины из крыши торчал по пояс человек с ружьем.



Время от времени, когда фигура слишком приближалась к городской черте, железные кентавры разом обгоняли ее, разворачивались и втроем заходили ей в лоб. Фигура останавливалась и потихоньку начинала отступать, забирая то в одну, то в другую сторону. Кентавры теснили ее — и наконец она сдавалась, вяло поворачивала и шла обратно, до другого конца пустыря, где ее снова принуждали отступить.
Когда на фигуре сходились лучи сразу шести фар, она теряла очертания, расплывалась, становясь почти такой же серой, как многократно вспаханный ногами и колесами снег. Но когда ее «держала» только одна машина, в фигуре легко можно было узнать охотника. Подсумки с запасными аккумуляторами на поясе, широкая портупея с наплечным фонарем, сейчас отчего-то погашенным, жестко торчащий вверх бронированный воротник, защищающий шею… Правда, у человека не было шапки, но это казалось сущим пустяком по сравнению с отсутствием главных инструментов охотника — собаки и пульсатора.
У Хунты на подбородке запеклась кровь. Кривясь от боли, он сосал прокушенную губу и мягкими движениями руля подправлял машину на курсе.
— С-с-ствол… с-с-с-твол з-з-зади… — прошипел он.
— Я не дам ему поднять руки, — почти так же невнятно ответил сквозь зубы белый от напряжения Крот. — Зигмунд! — позвал он. — Ну скажи ты этим козлам, чтоб не жались так с боков! Пять метров, пять!
— Ноль второй, Ноль третий, я Ноль четвертый, — забубнил наверху высунувшийся в люк Зигмунд. — Отойти дальше от цели! Пять метров от цели до борта! Отойти, и все внимание на руки, на руки все внимание!
Сзади раздалось недовольное рычание — Джареф с Султаном, отпихивая друг друга, старались занять место по центру багажного отсека, чтобы лучше видеть, что творится впереди.
— Ф-фу-у-у! — заорал Хунта так страшно, что у Крота заложило уши, а в багажнике наступила мертвая тишина.
Машины Фила и Крюгера медленно разошлись в стороны. Крот, не сводя с фигуры глаз, пригнулся и ткнул пальцем клавишу рации на центральной консоли.
— Доктор, я Крот! — позвал он.
— Крот, я Доктор! — отозвалась рация неожиданно чисто и звонко. — Десять минут еще, мальчики! Десять минут продержитесь!
— Десять минут, Крот — да! — Сенс отпустил клавишу и, по-прежнему глядя только вперед, запустил руку в пепельницу. Казалось, что гладкое ухоженное лицо Крота с каждой минутой худеет — глаза западали, скулы все сильнее натягивали кожу, у основания челюстей ходили желваки.
Хунта свободной рукой вытянул из кармана сигарету и ткнул ее Кроту под нос. Тот молча ухватил сигарету зубами и щелкнул зажигалкой.
Впереди показалась насыпь кольцевой автодороги. Под насыпью стояли еще два «Рэйнджа». Чтобы не слепить загонщиков, на машинах оставили только габаритные огни. Охотники высыпали наружу и сейчас щурились навстречу приближающимся фарам. Глаза собак превратились в круглые ярко-зеленые фонари.
— Ноль второй, Ноль третий, к повороту! — приказал Зигмунд. — Внимание! До маневра тридцать…
— Танкист х…ев! — прорычал Хунта, выпячивая губу и осторожно пробуя ее языком. — Роммель долбаны-ый!
— Пять! — заорал Зигмунд. — Три! Два! Раз! Да-а-а!
Моторы взревели, машины рванули вперед, две навстречу третьей, с двух сторон охватывая ковыляющее существо широким полукругом. Оставляя добычу по правому борту, Хунта пристроился в хвост Филу и, едва тот начал круто забирать вправо, дал по тормозам и развернул джип. За кормой пронесся Крюгер, завершая левый поворот. Теперь все три «Рэйнджа», сохраняя прежний боевой порядок, оказались к цели носом.
— «Вторая», стой! — рявкнул Зигмунд. Машины «группы Два» послушно замерли. Словно повинуясь той же команде, остановилась добыча.
Ничего уже в ней не было от прежнего Боцмана, крикуна и балагура, человека редкой личной храбрости и широкой души. Так, обмылок.
— Глаза вытекли… — сообщила рация голосом Фила. — Почему у них всегда глаза вытекают?
— Поверить не могу, что он Петровича убил, — отозвался в эфире Крюгер. — Вот, пытаюсь к нему относиться, как к твари, а не могу.
— Привыкнешь, — сказал наверху Зигмунд. — Все, мужики, забыли. Боцмана уже нет. Это просто еще одна тварь. Это она Боцмана съела. И Петровича тоже она.
— Сука ты, — сказал Крюгер спокойно. Будто диагноз поставил.
Тварь стояла, медленно поводя головой из стороны в сторону. Крот поморщился и сжал ладонями виски.
— С-с-скан-нирует? — поинтересовался Хунта участливо. Губа у него пухла на глазах.
— Слабенько, — пробормотал Крот. — Но противно. Будто, знаешь, по ушам веником.
— Н-ны з-знаю, — хмыкнул Хунта. — С-сыпогом быв-вало, а ву-ввеником — не-а.
— И ты сука, — заключил Крюгер.
Тварь начала разворачиваться спиной — поняла, наверное, что обойти машины ей все равно не дадут.
— «В-втырая»! — объявил Хунта. — Я гывырить ным-мыгу. С-сытаршый — Кх-хрюгер.
— Есть! — отозвался Крюгер. — Зигмунд, команду!
— «Вторая», стой! — ожил мгновенно Зигмунд. — Порядок движения прежний. Начинаем на счет «да». Следим за руками! Повторяю, если кто забыл: пистолет у него на поясе справа, подвешен под курткой рукоятью вниз. Ноль третий, это твоя сторона, будь внимателен.
— Эй, Зигги! — позвал с дальнего кордона Абрам. — Смотри, не пукни!
— Заткнись, мудак! — приказал Крюгер. — Он делом занят, не то что ты.
Тварь постепенно удалялась. Руки ее болтались, как плети, но не было никакой гарантии, что они вдруг не оживут. До обреза за спиной она не дотянется, но пистолет вытащить может вполне. А у любого охотника всегда в стволе патрон. Снять предохранитель и на курок нажать — дело нехитрое.
— Второй раз за всю историю, — пробормотал Крот. — Второй, да?
Хунта кивнул. После случая с Вальтером из «Трешки» твари, наверное, решили, что зомбировать охотников прямо на расчистке непродуктивно. Видимо, для превращения человека в полноценную тварь нужно время. Пока что прошло максимум полчаса — и вот, пожалуйста, едва ползет, руки поднять не может. Но все равно страшно.
«Неужели это Боцман? Нет! Зигги прав, это просто тварь, злобная тупая деревяшка, убившая Боцмана. И Петровича, который пошел за техниками, оставив Боцмана одного караулить «дырку». Нельзя было так поступать, да обстановка безмятежная спровоцировала. Большой зал под землей, никаких углов, «дырка» — как на ладони. Накрылись бы там и техники вместе с Петровичем, если бы не Крот. Молодчина. Только Петрович из-под земли высунулся, а Крот как закричит: «Хоп! Боцману плохо!» И Петрович обратно нырнул. За ним Китаец бросился с тремя двойками, но опоздал. Влетают они в этот зал проклятый, а там кровищи по щиколотку и навстречу что-то лезет такое, смутно знакомое. Порвали бы его в клочья, но Китаец, умница, первым взял себя в руки и заорал: «Доктора!» Хорошо, у ребят на это имя рефлекс — с врачом не спутают. Ухватили собак за шкирки и начали отступать, подманивая тварь к выходу. А та про «дырку» будто забыла, идет как привязанная. В точности как тогда Вальтер…» Хунта, совсем еще зеленый, стажировался в «Трешке», когда это случилось. Но, увидев то, во что превратился Боцман, прокусил губу, чтобы не закричать.
— «Вторая», к маневру! — скомандовал Зигмунд. — Три! Два! Раз! Да-а-а!
Хунта нажал на газ. Машины тронулись.
— Сейчас тебя Доктор на молекулы разложит, — пообещал Крот твари. — Все про тебя узнаем. Только не сдохни раньше времени.
Зигмунд присел и оказался внутри машины.
— Как ты думаешь, — спросил он Крота, — сможет Доктор выяснить, как это получилось?
— Надеюсь, — сказал Крот, не оборачиваясь. — А то я второго такого раза не переживу.
— Тыжжело? — посочувствовал Хунта.
— Кышшмарно, — передразнил его Крот. — Вот сколько знаю вас, братцы-охотнички, столько и удивляюсь, какие же вы уроды бесчувственные. Все понимаю — только принять не могу. Знаю, что вы именно такими и должны быть, иначе охоты не получится и нас всех съедят. Знаю, но страшно мне с вами… Чисто по-человечески страшно, понимаете, мужики? Как вы можете так…
— А ты не сука, Крот! — восхитился по радио Крюгер.
— Ты к нам несправедлив, — покачал головой Зигмунд и снова высунулся в люк.
— Знаю, — согласился Крот. — Но… Но очень хочется.
— Ноль второй, Ноль третий, не сближаться! — крикнул Зигмунд. — Направление держать!
— Флотоводец! — сказал Хунта почти нормальным голосом. Словно выругался. — Адмыр-рал Нельсон!
Впереди, у дальнего кордона, наконец-то возник и начал плясать по сугробам отсвет фар.
***
В тактический класс набилось человек шестьдесят. По двое на одном стуле, на партах, подоконниках, а то и на полу в проходах уселись бойцы из всех групп. Здесь была в полном составе «Двойка» — всклокоченная, небритая и с воспаленными глазами. Почти вся «Трешка», кроме тех, кто заступил на стационарные посты и не мог отлучиться с места, — свежая, отоспавшаяся, но тоже хмурая. Пятеро ветеранов из «Четверки» во главе с Винни, оставив молодежь под началом Гоблина, пристроились ближе к дверям и синхронно покачивались, давая пройти в класс подтягивающейся «группе Раз», сегодня резервной.
Мастер стоял у окна, глядя через тонированные стекла прямо на холодное февральское солнце. Ногти на правой руке он уже обгрыз и теперь сосредоточенно занимался левой. Всей спиной он чувствовал, как в дверях, будто сердце, пульсирует управление «группы Фо», пропуская все новых людей.
— Андрюша, — тихо позвал Мэкс заслонившего дверной проем Винни. — Да пройди ты, ради бога, вперед! Сил нет смотреть, как вы там дергаетесь…
— И без того уже тошно, — поддержал его Батя.
Винни громко засопел и толкнул грудью своих бойцов, стоящих впереди. «Деды» из «Четверки» неловко расползлись по классу, поминутно цепляясь амуницией за сидящих охотников и бормоча извинения. Им быстро нашли места, и класс снова затих.
Вошел Ветер, кивнул Бате и сполз по косяку спиной, усаживаясь в дверях на корточки.
— В «Первой» — все, — сказал Батя. — Лебедь на выезде.
— Во «Второй» все, — доложил Крюгер. Отсутствие Саймона он отмечать не стал. Саймон ушел спать. Его и не звали. Он давно уже не охотник.
— В «Третьей» все, — сказал Мэкс. — Пять человек — наряд, двое больны.
— В «Четвертой» незаконно отсутствующих нет, — прогудел Винни.
Мастер вынул палец изо рта и озадаченно посмотрел на изгрызенный ноготь.
— Кто у тебя болен? — спросил он Мэкса, поворачиваясь к классу лицом.
— Нильс и Геббельс.
— Со следующей недели старшим групп обеспечить выход на дежурство полными составами, — ровным голосом приказал Мастер. — Если кому не хватает — возьмете у Винни. Сами там согласуете, кого вам нужно.
— Могу выделить две полноценные двойки и пять раз по одному, — неохотно сообщил Винни. — Кроме Левши, Кота и Рэмбо. Этих не просите, не отдам. А остальных хоть всех забирайте. Век бы их не видать…
— Кому он нужен, твой Рэмбо, — пробормотал себе под нос Мэкс. — Его на ходу ветром сдувает.
— Вот и не бери, — огрызнулся Винни. — Нечего ему делать в твоей инвалидной команде.
Мэкс, выпятив челюсть, обернулся было к Винни с явным намерением затеять склоку на пустом месте, но наткнулся на холодный взгляд Севы, сидевшего в ногах у старшего с обрезом между колен.
— Погасни, Максаков, — произнес Сева спокойно, но неприязненно. — Задолбал.
— Генофонд! — высказался Мэкс в адрес «Четверки», отворачиваясь и вытаскивая сигареты. — Банк козлиных яйцеклеток!
— Не кури здесь, Мэкс, — попросил Крюгер.


скачать книгу I на страницу автора

Страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 [ 13 ] 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70 71
ВХОД
Логин:
Пароль:
регистрация
забыли пароль?
РЕКЛАМА

Самойлова Елена - По дороге в легенду
Самойлова Елена
По дороге в легенду


Сертаков Виталий - Кузнец из преисподней
Сертаков Виталий
Кузнец из преисподней


Свержин Владимир - Сын погибели
Свержин Владимир
Сын погибели


   
ВЫБОР ПОЛЬЗОВАТЕЛЯ

Copyright © 2006-2015 г.
Виртуальная библиотека. При использовании материалов - ссылка на сайт обязательна .....

LitRu - Электронная библиотека