Виртуальная библиотека. Русская и зарубежная фантастика, фэнтези, детективы, триллеры, драма, историческая и  приключенческая литература, философия и психология, сказки, любовные романы!!!
главная | новости библиотеки | карта библиотеки | ссылки
РАЗДЕЛЫ
Детектив
Детская литература
Драма
Женский роман
Зарубежная фантастика
История
Классика
Приключения
Проза
Русская фантастика
Триллеры
Философия

КНИГИ ПО АЛФАВИТУ
... А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я

АВТОРЫ ПО АЛФАВИТУ
А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я

ПАРТНЕРЫ



ПОИСК
Введите фамилию автора:
Поиск от Google:



скачать книгу I на страницу автора

-- Мани и контрмина. -- Спасайтесь! -- Бедный Сорви-голова. -- Взрыв. --
"Именем императора".
Дама в черном доводит свою ненависть до того, что хочет поджечь мину,
которая должна стереть с лица земли всех начальников французской армии. Эта
чудовищная фантазия исполнена. Из группы рабочих отделяется один человек и
бежит предупредить княгиню, что все готово. Она ждет, опасаясь внезапного
прибытия врагов. Вздох облегчения вырывается из ее груди вместе с яростным
криком:
-- Наконец-то! О, они в моей власти!
Княгиня спускается. Полковник подает ей искрящийся конец фитиля, и,
шутливо кланяясь, замечает:
-- Пожалуйте, княгиня! От вашей руки это будет апофеозом!
-- Да, -- отвечает она с жестоким смехом, -- они полетят к небу... на
воздух, но в виде клочьев!
Дама холодно берет фитиль, подходит к бреши и зажигает пучок фитилей,
другой конец которых находится в бочках с порохом.
Когда в темноте подвала заискрились красные точки, она уходит со
словами:
-- Я подожгла вулкан, и он взорвет негодяев! Им не избежать теперь моей
мести!
Сорви-голова в своем углу слышит эти ужасные слова. В нем кипит гнев
против коварной женщины -- олицетворения гения зла.
-- Я должен был бы броситься на нее и всадить штык ей в грудь. Живая
она наделает нам много зла! Ну, а потом? Его убьют... Нет, он должен жить,
чтобы предупредить катастрофу, и если ему суждено погибнуть, то он погибнет
ради серьезного дела, ради отечества...
Рабочие бросаются к бреши, кладут доски, кирпичи и заливают все это
гипсом. Через десять минут все это превращается в камень, и дама в черном
командует своим металлическим голосом:
-- Назад!
Люди проходят перед ней, за ними оба начальника, она идет последней,
бледная, надменная, но довольная.
Сорви-голова слышит, как запирают дверь, слышит глухие удары и
удаляющиеся шаги.
Черт возьми, они замуровывают вход, сейчас заткнут отдушину. Тогда я
примусь за дело. Сорви-голова, мой милый, постарайся пробить стену и
добраться до бочек с порохом!
Не теряя ни минуты, он хватает свой штык и втыкает его в гипс. Но стена
не поддается, твердеет все более и образует камень. Сорви-голова ругается и
ворчит:
-- Как плотно... нужен бурав... мой штык -- это игрушка!
Клак! Резкий звук... штык сломался!
-- Проклятье! -- сердится зуав, чувствуя себя обезоруженным против
неодолимого препятствия, но не хочет при знать себя побежденным, берет
обломок штыка, тычет им в стену и успевает только ободрать себе ладони и
пальцы.
Мало-помалу воцаряется полная темнота. Слабый луч света, проникавший
сверху, гаснет. Наступает ночь, ужасная ночь в подземелье. Отдушина
заткнута. Сорви-голова решается продолжать борьбу, кажущуюся теперь верхом
безумия.
Он садится на ступеньку лестницы и начинает размышлять.
-- В моем распоряжении еще четыре часа, может быть, пять... я должен
пробраться через стену... У меня нет ничего, кроме карманного ножа и обломка
штыка... мало времени... Есть только мина... петарда... Если бы у меня был
порох... Однако... Ах, Боже мой... это было бы чудесно... надо взглянуть...
Взглянуть! Конечно, это только манера говорить... риторическая фигура,
потому что Сорви-голова погружен в непроницаемый мрак и не может видеть
ничего. Он быстро встает и как человек, хорошо знакомый с топографией
местности, ползет на четвереньках по подвалу. Поза, не имеющая ничего
грациозного, но тем не менее она нисколько не унизительна для достоинства
зуава, так как ведет его к намеченной цели. Это ползанье продолжается около
десяти минут. Сорви-голова решил исследовать подвал. Вдруг он поднимается и
кричит:
-- Хорошо! Очень хорошо. Отлично! Я сплясал бы, если бы было время!
Ого! Сударыня в черном! Мы посмеемся!
Что это значит? Не сошел ли с ума Сорви-голова? Чему он так
обрадовался? Сорви-голова так же хитер, как и смел. Ему припомнилась первая
бочка, которую он проткнул своим штыком, наполненная порохом. Когда зуав
утолил свою жажду вином из другого бочонка, он заткнул отверстие и совсем
забыл о первой бочке. А порох, подобно вину, наверное, высыпался на землю
через широкое отверстие, сделанное штыком. В этом Сорви-голова не замедлил
убедиться, ползая на четвереньках. На земле лежало до сорока фунтов пороху.
Русские, занятые своим делом, не заметили этого. Сорви-голова радостно
подпрыгивает и бережно, на ощупь, собирает рассыпанный порох. Он



торжествует, скачет, стоит на четвереньках, чтобы не наделать больших
глупостей, и говорит себе вполголоса:
-- Время летит... не надо глупостей... у меня есть порох... надо только
смастерить сосиску!
Сосиску, т.е. оболочку снаряда, которая не имеет ничего общего с мясной
сосиской.
Сорви-голова вспоминает о своих полотняных кальсонах. Прекрасная мысль!
Он снимает их, завязывает узлом низ одной штанины, потом другой, разрывает
их пополам и получает два мешка, длинных, узких и завязанных с одного конца.
Ощупью, со всякими предосторожностями, он высыпает весь запас пороха в эти
мешки и завязывает узлом открытый конец.
-- Ну, -- говорит он весело, -- у меня две сосиски вместо одной...
лишняя мне не помешает!
Все так же ощупью, бродя, как слепой, Сорви-голова переносит снаряды к
верхушке лестницы, ставит их на землю один на другой и прислоняет к двери.
Эта возня, эти хлопоты отнимают у него много времени, и он с ужасом
думает о том, что время идет, фитили горят и вулкан готов разрушиться. Во
всяком случае, самое трудное и опасное -- сделано. Теперь надо поджечь этот
первобытный, но ужасный снаряд, и много шансов за то, что сам он, Жан,
взлетит вместе с ним на воздух. И все-таки он усердно работает, чтобы
воспламенить возможно скорее порох и вызвать взрыв.
С помощью ножа он прорезает петарду, высыпает горсть пороху и усыпает
им дорожку до края площадки лестницы, потом спускается вниз за остальным
запасом пороха, наполняет им феску, снова поднимается по лестнице и сыплет
порох на ступени. В этот момент он слышит шум, различает топот лошадей, стук
колес, размеренные шаги солдат, звуки барабана, труб.
Трубач играет марш его полка.
Сердце Сорви-головы готово разорваться, в ушах шумит, искры мелькают в
глазах...
Это французская армия. Товарищи его и весь главный штаб попали в
западню! Скорее, скорее! Сорви-голова, спеши! Время уходит, фитили горят, и
жизнь всех тех, наверху, в опасности. Страшная смерть ожидает их всех, без
различия лет, чинов и пола. Старые служаки, юноши, заслуженные генералы,
простые солдаты и тетка Буффарик, и дорогая Роза...
-- О, надо спешить! -- ворчит Сорви-голова.
Он громоздит на петарду всякую дрянь, которая валяется в подвале, чтобы
сконцентрировать извержение на верхней части двери.
Наконец все готово. Задыхаясь, покрытый потом, зуав тропится поджечь
свою адскую машину. Чтобы несколько уменьшить для себя опасность, Жан решает
поджечь порох у площадки лестницы и вместо спичек, довольно редких в эту
эпоху, употребляет свое огниво. Живо! Он зажигает кусок трута, раздувает
огонь, ощупывает ступень лестницы, порох и, без малейшего колебания, кладет
на него трут.
Словно молния вырывается вверх с шумом и свистом, пробегает по ступеням
лестницы, добирается до площадки... затем ослепительный свет и оглушительный
треск. Пламя, дым наполняют подвал... Происходит ужасное извержение газа!
Сорви-голова не успел прыгнуть назад и только закрыл лицо руками.
Подхваченный взрывом, словно циклоном, он завертелся и упал, обожженный,
ушибленный, отброшенный в сторону.
Проходит минута. Зуав лежит неподвижно. Сверху есть еще боковой вход в
подвал. Люди прибегают... несколько зуавов. Один из них держит факел. Это
Буффарик. Старик всматривается в неподвижное тело и узнает своего друга.
Громкое рыдание вырывается из его груди.
-- Сорви-голова! Бедняга!
Он поднимает его, как ребенка, и кричит:
-- Ты еще жив, голубчик! Ты не умер. Боже мой! Скажи мне...
-- Под этим зданием... мина, -- едва слышно говорит зуав, -- двадцать
бочек пороху... все взлетит... Спасайтесь! Я сделал, что мог! Прощай!
Несмотря на свою храбрость, вошедшую в поговорку, Буффарик вздрагивает
при этих словах, прижимает к себе неподвижное тело друга и летит вверх по
лестнице, крича:
-- Живее! Спасайтесь! Замок взлетит!
Солдаты в неописуемой тревоге бегают по коридорам. Повсюду звучит
тревожный крик: "Спасайтесь! Живее! Замок взлетит!"
Буффарик вытаскивает на свет Божий Жана, неподвижного, без голоса, без
взгляда...
Руки его обожжены, борода опалена, лицо опухло, глаза закрыты опухшими
веками. Сорви-голова неузнаваем. На крик Буффарика прибегают тетка Буффарик
и Роза, предчувствуя несчастье. При виде Жана у молодой девушки вырывается
раздирающий вопль:
-- Жан! Мой бедный Жан! Вот как мы с вами увиделись!
-- Он спас нас! Еще раз и ценой своей жизни! -- говорит, захлебываясь
рыданиями, старый сержант: -- Пойдем, Роза, понесем его... под этот платан!
-- Да, отец, да. Мы спасем его, не правда ли?
Как женщина энергичная и хладнокровная, тетка Буффарик тащит ведро с


скачать книгу I на страницу автора

Страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 [ 13 ] 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39
ВХОД
Логин:
Пароль:
регистрация
забыли пароль?
РЕКЛАМА

Пехов Алексей - Жнецы ветра
Пехов Алексей
Жнецы ветра


Андреев Николай - Пролог. Рожденный на Земле
Андреев Николай
Пролог. Рожденный на Земле


Зыков Виталий - Владыка Сардуора
Зыков Виталий
Владыка Сардуора


   
ВЫБОР ПОЛЬЗОВАТЕЛЯ

Copyright © 2006-2015 г.
Виртуальная библиотека. При использовании материалов - ссылка на сайт обязательна .....

LitRu - Электронная библиотека